Семья Компакта: Политическая элита Верхней Канады (1810-е – 1840-е годы)

Семья Компакт: политическая элита Верхней Канады (1810-1840-е). Консерватизм, оппозиция демократии, влияние после войны 1812 г. и крах после восстаний 1837-38 гг.

16 мин чтения

100%

Источник: Family Compact — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Политическая клика в Верхней Канаде (1810-е – 1840-е годы) – группа в канадской истории XIX века.

«Семейный компакт» – небольшая закрытая группа мужчин, осуществлявшая основную политическую, экономическую и судебную власть в Верхней Канаде (современный Онтарио) с 1810-х по 1840-е годы. Являлся верхнеканадским аналогом «Клика Шато» в Нижней Канаде. Отличался консерватизмом и противодействием демократии. «Семейный компакт» сформировался после войны 1812 года и распался после восстаний 1837–1838 годов. Его сопротивление политическому принципу ответственного правительства способствовало его недолговечности. В конце своего существования «Семейный компакт» подвергся критике со стороны лорда Дурэма, видного вига, который так охарактеризовал их власть:

«Укрепленная родственными связями и общими интересами всех, кто занимал или стремился к подчиненным должностям, эта группа превратилась в прочную и постоянную силу, не обремененную ответственностью, не подверженную серьезным изменениям, осуществляющую над всем правительством провинции власть, полностью независимую от народа и его представителей, и обладающую единственными средствами влияния как на правительство на родине, так и на колониального представителя короны».

Этимология

Томас Далтон описал правящий класс в Кингстоне как "все одна семья, сплоченная группой единомышленников". Термин "Семейный компакт" впервые появился в письме Маршалла Спринг Бидуэлла Уильяму Уоррену Болдуину в 1828 году. Под "семьей" подразумевалось не родство по браку, а скорее тесное братство. Лорд Дурэм отметил в 1839 году: "В действительности, между этими людьми, объединенными таким образом, очень мало кровных связей". Фраза получила распространение благодаря Уильяму Лайону Маккензи в 1833 году, который использовал ее для описания элиты Йорка. Верхняя Канада, созданная как бы по "образу и подобию" британской конституции, является лишь одним из примеров. Как и в Соединенном Королевстве, конституция Верхней Канады была основана на модели смешанной монархии. Смешанная монархия – это форма правления, сочетающая в себе элементы демократии, аристократии и монархии. Однако в Верхней Канаде аристократии не существовало. Методы, применявшиеся для ее создания, были схожи с теми, что использовались в самой Британии. Результатом стал Семейный компакт. Кейн и Хопкинс отмечают, что "новые деньги", финансисты, а не промышленные "магнаты", постепенно приобретали статус джентри через покупку земли, браки и получение титулов. В Соединенном Королевстве контроль аристократии над Палатой общин оставался незыблемым до 1832 года и лишь постепенно ослабевал после этого, а ее доминирование в исполнительной власти продолжалось и после 1850 года. Хопкинс и Кейн называют этот союз аристократии и финансистов "джентльменским капитализмом": "форма капитализма, возглавляемая прогрессивными аристократическими землевладельцами в союзе с прогрессивными финансистами, которые выступали в роли их младших партнеров". Аналогичная картина наблюдается и в других колониальных империях, например, в Нидерландской империи. Тот же процесс происходил и в Верхней Канаде. Анализ историка Дж. К. Джонсона, посвященный элите Верхней Канады в период с 1837 по 1840 год, измерял влияние, исходя из пересечения руководящих должностей в советах главных социальных, политических и экономических институтов. Например, Уильям Аллан, один из самых влиятельных людей, "был членом исполнительного совета, законодательного совета, президентом железной дороги Торонто и озера Гурон, управляющим Британско-американской пожарной и страховой компании и президентом Торговой палаты". Вывод Джонсона опровергает распространенное мнение о том, что "ни один из лидеров Компакта не был предпринимателем, и система ценностей, свойственная Компакту, не проявляла особого уважения к деловому богатству как таковому". Пересечение социальных, политических и экономических руководящих ролей членов Семейного компакта, по его мнению, демонстрирует, что они не были политической элитой, принимающей политические решения в вакууме, а переплетенной элитой, чья политическая и экономическая деятельность неразрывно связана друг с другом. Их можно даже назвать "предпринимателями", большинство политических взглядов которых могли быть весьма консервативными, но экономическая ориентация была явно "развивающей". Роль Семейного компакта в строительстве Уэлландского канала – один из примеров. Элита Верхней Канады стремилась к "благородству", включавшему в себя приобретение земельных владений, должности мировых судей, военную службу, занятия "прогрессивным сельским хозяйством", образование в гимназии, связи с Англиканской церковью – все это в сочетании с накоплением богатства, в том числе через Банк Верхней Канады. Именно в стремлении к благородству и зародился Семейный компакт.

Thomas Dalton described the ruling class in Kingston as "all one family compacted junto." The term Family Compact appeared in a letter written by Marshall Spring Bidwell to William Warren Baldwin in 1828. Family did not mean relations by marriage, but rather a close brotherhood. Lord Durham noted in 1839 "There is, in truth, very little of family connection among the persons thus united". The phrase was popularised by William Lyon Mackenzie in 1833 in its use to describe the elite in York. Upper Canada, created in the very "image and transcript" of the British constitution is but one example. Like that of the United Kingdom, the constitution of Upper Canada was established on the mixed monarchy model. Mixed monarchy is a form of government that integrates elements of democracy, aristocracy, and monarchy. Upper Canada, however, had no aristocracy. The methods pursued to create one were similar to that used in Britain itself. The result was the Family Compact. Cain and Hopkins point out that "new money", the financiers rather than the industrial "barons", were gradually gentrified through the purchase of land, intermarriage and the acquisition of titles. In the United Kingdom, the control exercised by the aristocracy over the House of Commons remained undisturbed before 1832 and was only slowly eroded thereafter, while its dominance of the executive lasted well beyond 1850." Hopkins and Cain refer to this alliance of aristocracy and financiers as "gentlemanly capitalism": "a form of capitalism headed by improving aristocratic landlords in association with improving financiers who served as their junior partners." A similar pattern is seen in other colonial empires, such as the Dutch Empire. This same process is seen in Upper Canada. The historian J. K. Johnson's analysis of the Upper Canadian elite between 1837 and 1840 measured influence according to overlapping leadership roles on the boards of the main social, political and economic institutions. For example, William Allan, one of the most powerful, "was an executive councillor, a legislative councillor, President of the Toronto and Lake Huron Railroad, Governor of the British American Fire and Life Assurance Company and President of the Board of Trade." Johnson's conclusion contests the common assertion that "none of the leading members of the Compact were business men, and the system of values typical of the Compact accorded scant respect to business wealth as such." The overlapping social, political and economic leadership roles of the Family Compact demonstrates, he argues, that they were not a political elite taking political decisions in a vacuum, but an overlapping elite whose political and economic activities cannot be entirely separated from each other. They might even be called 'entrepreneurs', most of whose political views may have been highly conservative but whose economic outlook was clearly 'developmental'. The Family Compact's role in the Welland Canal is one example. Elite Upper Canadians sought "gentility" including the acquisition of landed estates, roles as Justices of the Peace, military service, the pursuit of "improved farming", grammar school education, ties to the Church of England – all in combination with the acquisition of wealth through the Bank of Upper Canada amongst others. It is through the pursuit of gentility that the Family Compact was born.

Членство

Центром этого кружка был Йорк (позже переименованный в Торонто), являвшийся столицей. Его наиболее влиятельным членом был епископ Джон Страхан; многие другие участники были его бывшими учениками или людьми, связанными с ним родственными узами. Самым известным учеником Страхана был сэр Джон Беверли Робинсон, который с 1829 года на протяжении 34 лет занимал должность главного судьи Верхней Канады. Остальные члены кружка происходили в основном из семей потомков лоялистов Соединенной империи или недавних британских поселенцев из высших слоев общества, таких как семья Болтон, строители поместья Гранж. Триумвират юристов – Левиус Шервуд (спикер Законодательного совета, судья Суда королевской скамьи), судья Джонас Джонс и генеральный прокурор Генри Джон Болтон – были связаны профессиональными, деловыми и родственными узами: Шервуд и Болтон были женаты на сестрах Джонса. В совокупности их расширенная семья (включая Робинсонов и Джеймса Б. Маколея, бывшего секретаря Болтона) составляла три четверти членов "Семейного кружка", перечисленных Маккензи в 1833 году.

Лоялистская идеология

Объединяющими факторами в рамках этого круга были верность традициям, иерархическое сословное устройство и приверженность устоявшейся англиканской церкви. Лидеры, такие как сэр Джон Робинсон и Джон Стрейхан, считали его образцовым правительством, особенно в контрасте с бурной демократией в соседних Соединенных Штатах. Первоначальными членами "Семейного круга" были лоялисты Объединенной империи, бежавшие из Соединенных Штатов сразу после Войны за независимость. Война 1812 года заставила британцев усомниться в лояльности так называемых "поздних лоялистов" – "американцев", эмигрировавших после 1800 года в поисках земли. Этот вопрос достиг апогея около 1828 года в так называемом "Вопросе об иностранцах". После войны колониальное правительство предприняло активные шаги, чтобы воспрепятствовать американцам приносить присягу на верность, лишая их тем самым права на получение земельных наделов. Без земли они не могли голосовать или занимать государственные должности. В 1828 году это стало общепровинциальной жалобой, когда Барнабас Бидвелл был лишен места в Законодательном собрании. Получив образование в Йельском университете, он занимался юридической практикой в западном Массачусетсе и был казначеем округа Беркшир. Он служил в законодательном собрании штата и занимал должность генерального прокурора штата с 1807 по 1810 год, когда финансовые махинации в книгах округа Беркшир вынудили его бежать в Верхнюю Канаду. Там он был избран в провинциальную ассамблею, но ему отказали из-за его статуса беглеца от правосудия. Массовая петиционная кампания со стороны этих многочисленных "иностранцев" привела к тому, что британское правительство предоставило им гражданство задним числом. Однако в глазах "Семейного круга" они оставались политически неблагонадежными и были отстранены от власти.

Ручки питания

В отсутствие земельной аристократии эти люди полагали, что закон должен стать основой социального статуса. Связанные идеалами государственной службы и преданностью королю, церкви и империи, укрепившиеся в горниле войны 1812 года, они использовали Юридическое общество Верхней Канады как инструмент для контроля доступа к влиятельным должностям.

Исполнительный и Законодательный советы

Исполнительный совет состоял из местных советников, которые предоставляли колониально назначенному вице-губернатору советы по вопросам повседневного управления и, в особенности, по назначениям в администрацию. Члены Исполнительного совета не обязательно были членами Законодательного собрания, но как правило входили в состав Законодательного совета. Среди членов совета наиболее длительное время состояли Джеймс Бэби (1792–1833), Джон Стракан (1815–1836), Джордж Маркленд (1822–1836) и Питер Робинсон (1823–1836). Законодательный совет Верхней Канады являлся верхней палатой, управлявшей провинцией Верхняя Канада. Он был создан по образцу британской Палаты лордов. Члены назначались, часто пожизненно. Наиболее длительное время в Законодательном совете состояли Джеймс Бэби (1792–1833), англиканский епископ Квебека Джейкоб Маунтин (1794–1825), Джон Стракан (1820–1841), Джордж Маркленд (1822–1836), Питер Робинсон (1823–1836), Томас Талбот (1809–1841), Томас Кларк (1815–1841), Уильям Диксон (1815–1841), Джон Генри Данн (1822–1841), Уильям Аллан (1825–1841).

Магистратура и суды четвертичных сессий

Мировые судьи назначались вице-губернатором. Любые два мировых судьи, собравшись вместе, могли образовать самый низкий уровень судебной системы – суды по мелким требованиям. В каждом округе суд четвертных сессий проводился четыре раза в год и состоял из всех проживающих в нем мировых судей. Четвертные сессии собирались для надзора за административным управлением округа и рассмотрения юридических дел. Фактически, они выполняли функции муниципального управления и судебной власти до тех пор, пока территория не получала статус Полицейского совета или города после 1834 года. На должность мировых судей обычно назначали лоялистов Объединенной империи или военных офицеров, получавших половинное жалованье после наполеоновских войн и находящихся на полупенсии.

Юридическое общество и Общество ювенальных адвокатов

Юридическое общество было создано в 1797 году для регулирования юридической профессии в провинции. Общество возглавляет казначей. Каждый казначей общества до 1841 года был членом Семейного пакта, за исключением Уильяма Уоррена Болдуина. Контроль, который Семейный пакт осуществлял над юридической профессией, и порожденная этим коррупция наиболее ярко проявились в "Типографском бунте" 1826 года, когда типография Уильяма Лайона Маккензи была уничтожена молодыми юристами Общества молодых адвокатов при соучастии генерального прокурора, солиситора-генерала и магистратов Торонто. Маккензи опубликовал серию сатирических статей под псевдонимом "Патрик Свифт, племянник Джонатана Свифта" в попытке опозорить членов Семейного пакта, баллотировавшихся в совет директоров Банка Верхней Канады, и особенно солиситора-генерала Генри Джона Болтона. Статьи Маккензи подействовали, и они потеряли контроль. В отместку они разгромили типографию Маккензи, бросив набор в озеро. "Молодые адвокаты" были учениками генерального прокурора и солиситора-генерала, и это произошло средь бела дня на глазах у Уильяма Аллана, президента банка и магистрата. Их так и не привлекли к ответственности, и Маккензи пришлось подавать гражданский иск. По мнению историка Пола Ромни, "Типографский бунт" имеет три важных последствия. Во-первых, он утверждает, что бунт иллюстрирует, как самооправдания элиты регулярно игнорировали верховенство закона, которое они представляли как свою лоялистскую миссию. Во-вторых, он показал, что значительная компенсация, которую Маккензи получил по итогам гражданского иска против вандалов, не отражала надежность системы уголовного правосудия в Верхней Канаде. И, наконец, он видит в "Типографском бунте" "зерно Восстания" в более глубоком смысле, чем те ранние авторы, которые рассматривали его лишь как начало ожесточенной личной вражды между Маккензи и Семейным пактом. Ромни подчеркивает, что личные преследования Маккензи, "возмущение", стали громоотводом для недовольства, поскольку многие жители Верхней Канады сталкивались с подобными системными злоупотреблениями и отождествляли свои политические интересы с его интересами.

The Law Society was created in 1797 to regulate the legal profession in the province. The society is headed by a Treasurer. Every Treasurer of the society before 1841 was a member of the Family Compact with the exception of William Warren Baldwin. The control that the Family Compact exerted over the legal profession and the corruption that resulted was most clearly demonstrated in the "Types Riot" in 1826, in which the printing press of William Lyon Mackenzie was destroyed by the young lawyers of the Juvenile Advocate's Society with the complicity of the Attorney General, the Solicitor General and the magistrates of Toronto. Mackenzie had published a series of satires under the pseudonym of "Patrick Swift, nephew of Jonathan Swift" in an attempt to humiliate the members of the Family Compact running for the board of the Bank of Upper Canada, and Henry John Boulton the Solicitor General, in particular. Mackenzie's articles worked, and they lost control. In revenge they sacked Mackenzie's press, throwing the type into the lake. The "juvenile advocates" were the students of the Attorney General and the Solicitor General, and the act was performed in broad daylight in front of William Allan, bank president and magistrate. They were never charged, and it was left to Mackenzie to launch a civil lawsuit instead. There are three implications of the Types riot according to historian Paul Romney. First, he argues the riot illustrates how the elite's self justifications regularly skirted the rule of law they held out as their Loyalist mission. Second, he demonstrated that the significant damages Mackenzie received in his civil lawsuit against the vandals did not reflect the soundness of the criminal administration of justice in Upper Canada. And lastly, he sees in the Types riot "the seed of the Rebellion" in a deeper sense than those earlier writers who viewed it simply as the start of a highly personal feud between Mackenzie and the Family Compact. Romney emphasizes that Mackenzie's personal harassment, the "outrage", served as a lightning rod of discontent because so many Upper Canadians had faced similar endemic abuses and hence identified their political fortunes with his.

Церковь

В 1836 году, готовясь покинуть свой пост, лейтенант-губернатор Джон Колборн выделил 44 прихода Англиканской церкви примерно по 100 акров земли каждый (в общей сложности) в стремлении сделать церковь более самодостаточной и менее зависимой от государственной поддержки.

Резервы духовенства

Корпорация духовенства была учреждена в 1819 году для управления резервами духовенства. После назначения Джона Стракана в Исполнительный совет, консультативный орган при вице-губернаторе, в 1815 году, он начал добиваться автономного управления резервами духовенства Англиканской церковью по образцу Корпорации духовенства, созданной в Нижней Канаде в 1817 году. Хотя все священнослужители Англиканской церкви являлись членами корпорации, закон, подготовленный в 1819 году бывшим учеником Стракана, генеральным прокурором Джоном Беверли Робинсоном, также включил в совет генерального инспектора и генерального землемера, и установил кворум в три человека для проведения заседаний; оба этих государственных служащих также входили в Законодательный совет вместе со Страканом. Обычно эти трое были членами Семейного компактa.

Верхняя канадская школа и Королевская школа

Грамматические школы обеспечивали классическое образование и служили подготовкой к высшему образованию, а также для поступления на юридическое или духовное служение. Доступ в них был ограничен высокими учебными сборами, несмотря на государственную поддержку. В то время общедоступные школы, предлагавшие базовое образование, получали мало поддержки и регулирования. Образование рабочего класса носило профессионально-технический характер и осуществлялось через систему ученичества к мастеру. Колледж Верхней Канады стал преемником гимназии Домашнего округа, где преподавал Джон Страхан, которая в 1825 году получила статус Королевской гимназии. Колледж Верхней Канады был основан в 1829 году лейтенант-губернатором сэром Джоном Колборном (позже лордом Ситоном) для обеспечения притока студентов в новообразованный Королевский колледж. Он был спроектирован по образцу лучших британских частных школ, в первую очередь Итона. Обучение началось в здании оригинальной Королевской гимназии, и в течение нескольких лет эти две организации фактически были объединены. 15 марта 1827 года был официально издан королевский устав для Королевского колледжа (ныне Университет Торонто). Выдача устава была во многом результатом активного лоббирования Джона Страхана, который занял должность первого президента колледжа. Первое трехэтажное здание школы в стиле греческого возрождения было построено на месте нынешнего парка Королевы. Колледж Верхней Канады на некоторое время после 1831 года объединился с Королевским колледжем. Под руководством Страхана Королевский колледж был религиозным учреждением, тесно связанным с Англиканской церковью и Семейным кругом.

Банк Верхней Канады

Основными организаторами Банка Верхней Канады были Джон Стракан и Уильям Аллан. Аллан, ставший президентом, также являлся членом Исполнительного и Законодательного совета. Он, как и Страхан, сыграл ключевую роль в укреплении Семейного компакта и обеспечении его влияния в колониальном государстве. Генри Джон Болтон, генеральный солиситор, автор законопроекта об учреждении банка и юрисконсульт банка, признал, что банк был "ужасающим инструментом в руках провинциальной администрации". Правительство, его должностные лица и члены Законодательного совета владели 5381 из 8000 акций. Лейтенант-губернатор назначил четырех из пятнадцати директоров банка, что обеспечило тесную связь между номинально частной компанией и государством. В 1830-х годах в качестве директоров банка работали сорок четыре человека; одиннадцать из них были членами Исполнительного совета, пятнадцать – членами Законодательного совета, а тринадцать – магистратами в Торонто. Более того, все 11 человек, которые когда-либо входили в Исполнительный совет, также входили в совет директоров банка в то или иное время. Десять из этих людей также входили в Законодательный совет. Пересечение состава советов директоров Банка Верхней Канады и Исполнительного и Законодательного советов способствовало интеграции экономической и политической деятельности церкви, государства и "финансового сектора". Эти перекрывающиеся членства укрепили олигархический характер власти в колонии и позволили администрации действовать без эффективного выборного контроля. Несмотря на эти тесные связи, генеральный ресивер, сторонник реформ Джон Генри Данн, отказался использовать банк для государственных нужд. Банк Верхней Канады обладал почти монопольным положением и, как следствие, контролировал значительную часть торговли в провинции.

Земля и сельское хозяйство

Роль спекуляций с незанятыми землями Верхней Канады способствовала развитию групповой солидарности и единства интересов среди членов Семейного договора. Из 26 крупнейших землевладельцев в округе Пил в период с 1820 по 1840 год, 23 были нерезидентами, из которых 17 участвовали в управлении провинцией; из этих 17, 12 входили в состав Семейного договора. Общество и политика Верхней Канады определялись интересами и связями, основанными на владении землей, и лишь во вторую очередь подвергались влиянию идеологий и личностей. Члены Семейного договора стремились создавать поместья, в которых они подражали "усовершенствованным методам ведения сельского хозяйства" английской аристократии. "Усовершенствованное земледелие" относится к капиталоемкой форме сельского хозяйства, внедренной "прогрессивными землевладельцами" Великобритании на крупных поместьях, которые начинали функционировать как капиталистические предприятия. Эти усовершенствованные методы земледелия были завезены в Верхнюю Канаду отставными военными офицерами аристократического происхождения, которые, как правило, становились магистратами в Верхней Канаде и создавали крупные поместья. "Смешанное или усовершенствованное земледелие было частью общего стиля жизни. Помимо возможности применять усовершенствованные методы ведения сельского хозяйства и вести довольно элегантный образ жизни, их финансовая независимость давала им необходимое свободное время, чтобы выступать в качестве "лидеров" своего сообщества". Город Торонто был окружен поместьями Семейного договора. Одним из таких поместий, Гранж, владел Болтон, и оно являлось одним из главных центров Семейного договора. Хотя в Гранже проходило много встреч, Джон Росс Робертсон отметил, что небольшая столовая, вмещавшая не более 14 человек, вероятно, указывает на то, что многие истории о собраниях Семейного договора были, скорее всего, преувеличены.

Реформаторское движение

Семейный договор был одним из многих, выделявшимся прежде всего доступом к государственным должностям. Другие влиятельные группы, такие как семья Болдуина-Рассела-Салливана, фактически разделяли многие из тех же ценностей. Главным противником Семейного договора и этих лоялистских идеалов было реформаторское движение во главе с Уильямом Лайоном Маккензи. Его умение поднимать волну недовольства через газету The Colonial Advocate и посредством подачи петиций оказалось действенным. Речи и петиции напрямую приводили к исправлению недочетов в Верхней Канаде, которые иначе не имели бы возможности быть устраненными. Разочарование Маккензи контролем правительства со стороны Семейного договора стало катализатором неудачного восстания в Верхней Канаде в 1837 году. Их власть над правительством ослабла с созданием объединенной провинции Канада и впоследствии с установлением системы ответственного правительства в Канаде.

Послевоенный спад

После восстаний 1837 года лорд Дурхэм был послан в Канаду для выработки рекомендаций по реформам. В «Докладе Дурэма о делах Британской Северной Америки» утверждается, что невозможно «понять, как английский государственный деятель мог когда-либо представить себе успешное сочетание представительного и безответственного правительства». Однако, вместо того чтобы воплотить в жизнь мечту реформаторов об ответственном правительстве, британцы навязали Союз Канады. Целью нового генерал-губернатора Чарльза Пулетта Томсона было укрепление власти генерал-губернатора, минимизация влияния численно превосходящих французских голосов и создание «средней партии», подотчетной ему, а не Семейному пакту или реформаторам. Томсон был вигом, верившим в рациональное, а не «ответственное» правительство. Но он также стремился ограничить влияние Семейного пакта. После 1841 года Семейный пакт начал перестраиваться, поскольку его вытесняли из общественной жизни в новой провинции Канада. Консервативные ценности Семейного пакта после 1841 года были унаследованы тори Верхней Канады. Современный канадский истеблишмент вырос из Семейного пакта. Хотя семьи и имена менялись, базовая структура власти и контроля оставалась неизменной вплоть до конца Второй мировой войны. Рост иммиграции из различных стран и культур привел к меритократии, которой так стремились в первые годы Верхней Канады. Однако, как отмечал Джон Портер, в канадском бизнесе и политике следует ожидать появления формы Семейного пакта. Канада, вероятно, мало чем отличается от других западных индустриальных стран, полагаясь в принятии важных решений и определении формы и направления своего развития в значительной степени на элитные группы. Концепция либерального гражданина, участвующего в демократии, сложившаяся в XIX веке, очевидно, не является удовлетворительной моделью для анализа процессов принятия решений в экономических или политических контекстах. Если власть и принятие решений всегда должны оставаться в руках элиты, то, по крайней мере, должна быть обеспечена открытая вербовка в элиту представителей всех классов.

After the Rebellions of 1837, Lord Durham was sent to Canada to make recommendations on reform. Durham's Report on the Affairs of British North America states that it is impossible "To understand how any English statesman could have ever imagined that representative and irresponsible government could be successfully combined." However, rather than pursue the Reformers' dream of responsible government, the British imposed the Union of the Canadas. The aim of the new Governor General, Charles Poulett Thomson was to strengthen the power of the Governor General, to minimize the impact of the numerically superior French vote, and to build a "middle party" that answered to him, rather than the Family Compact or the Reformers. Thomson was a Whig who believed in rational government, not "responsible government". But he was also intent on marginalizing the influence of the Family Compact. The Family Compact began to reconfigure itself after 1841 as it was squeezed out of public life in the new Province of Canada. The conservative values of the Family Compact was succeeded by the Upper Canada Tories after 1841. The current Canadian establishment grew out of the Family Compact. Although the families and names changed, the basic template for power and control remained the same through to the end of World War II. With greater immigration from a variety of nations and cultures came the meritocracy so desired during the early years of Upper Canada. However, as John Porter noted, a form of Family Compact in Canadian business and politics is to be expected. Canada is probably not unlike other western industrial nations in relying heavily on its elite groups to make major decisions and to determine the shape and direction of its development. The nineteenth century notion of a liberal citizen participating democracy is obviously not a satisfactory model by which to examine the processes of decision making in either the economic or the political contexts. If power and decision making must always rest with elite groups, there can at least be open recruitment from all classes into the elite.

Общие и цитируемые ссылки

Джон Г. Бурино. Канада под британским правлением, 1790–1900. Торонто, Copp, Clark Company, 1901. Патрик Броде. Сэр Джон Беверли Робинсон: Кость и сухожилие Компакта, 1984. Г. М. Крейг. Верхняя Канада: Формирующиеся годы, 1784–1841 (1963). Дональд Крейтон. Джон А. Макдональд: Молодой политик. Торонто: Macmillan & Co., 1952. Дэвид У. Л. Эрл, ред. Семейный Компакт: Аристократия или олигархия?, 1967. Дэвид Гаган. «Собственность и «интересы»: некоторые предварительные данные о спекуляциях землей со стороны «Семейного Компакта» в Верхней Канаде, 1820–1840», Ontario History, март 1978, т. 70, № 1, с. 63–70. А. Эварт и Дж. Джарвис, Canadian Historical Review, Персонал Семейного Компакта, 1926. Роберт C. Ли. The Canada Company and the Huron Tract, 1826–1853: Личности, прибыль и политика. Торонто: Natural Heritage Books, 2004. Кэтлин Макфарлейн Лизар. В дни Canada Company: История заселения Гуронского тракта и взгляд на социальную жизнь периода, 1825–1850. Nabu Public Domain Reprints. Дэвид Миллс. Идея лояльности в Верхней Канаде, 1784–1850. 1988. Грэм Паттерсон. Устойчивый канадский миф: Ответственное правительство и Семейный Компакт. 1989. Гилберт Паркер и Клод Г. Брайан. Старый Квебек. Лондон: Macmillan & Co., 1903. У. Стюарт Уоллес. Семейный Компакт (Торонто, 1915). У. Стюарт Уоллес, ред. Энциклопедия Канады, т. II. Торонто, University Associates of Canada, 1948, 411 с., с. 318.