Роберт Армин: Актер, шут и писатель эпохи Шекспира

Введение

Роберт Армин (ок. 1568 – 1615) – английский актер, член труппы лорда-камергера. Он стал ведущим комедийным актером в труппе, связанной с Уильямом Шекспиром, после ухода Уилла Кемпа около 1600 года. Помимо актерской деятельности, Армин был популярным автором комедий, написав пьесу «История двух дев из Морклейка», а также «Глупец на глупце, гнездо глупцов» (1608) и «Итальянский портной и его слуга». Армин изменил образ шута или клоуна – от простоватого слуги, ставшего комиком, до остроумного и находчивого человека из высшего общества.

Ранние годы

"Клоун мудр, потому что играет дурака за деньги, тогда как другие платят за ту же возможность." – Лесли Хотсон в книге "Мотоли Шекспира".

Армин был одним из трех детей Джона Армина II из Кингс-Линна, успешного портного и друга Джона Лонисона, ювелира, также из Кингс-Линна. Его брат, Джон Армин III, был торговцем и портным в Лондоне. Армин не пошел по ремеслу отца; вместо этого отец отдал его в ученики Лонисону в Гильдию ювелиров в 1581 году. Лонисон был мастером работ на Королевском монетном дворе в Лондонском Тауэре, что было очень ответственной должностью. Это соглашение изменило жизнь Армина и его круг общения, предоставив ему возможности, отличные от тех, что он мог ожидать как портной из Норфолка. Лонисон умер в 1582 году, и ученичество было передано другому мастеру. Согласно истории, сохранившейся в "Шутовских выходках Тарлтона", Армин привлек внимание знаменитого придворного шута Ричарда Тарлтона. В ходе исполнения своих обязанностей, как гласит история, Армина отправили собирать деньги с постояльца в гостинице Тарлтона. Раздраженный отказом платить, Армин написал стихи мелом на стене; Тарлтон заметил их и, одобрив остроумие, написал ответ, в котором выразил желание взять Армина к себе в ученики. Хотя этот рассказ не подтвержден, он далеко не самый невероятный в "Шутовских выходках Тарлтона". Под влиянием Тарлтона или нет, Армин уже имел литературную репутацию к моменту окончания ученичества в 1592 году. В 1590 году его имя стоит в предисловии к религиозному трактату "Краткое разрешение о истинной религии". Два года спустя, как Томас Наш ("Странные новости"), так и Габриэль Харви ("Суперрогация Пирса") упоминают его как автора баллад; однако, ни одна из его работ в этом жанре не дошла до наших дней.

Компания Чандос

В какой-то момент 1590-х годов Армин присоединился к труппе актеров, находившейся под покровительством Уильяма Бриджеса, 4-го барона Чандоса. С этой труппой, о которой известно немного, он, вероятно, путешествовал из западных Мидлендс в Восточную Англию. О характере его работы в труппе можно судить по его ролям в пьесе «История двух служанок из Мор-Клэка». Предисловие к кварто 1609 года указывает, что он играл Блю Джона, клоуна в духе Тарлтона и Кемпе; он также, по-видимому, исполнял роль Туча, остроумного шута, подобного тому, которого он позже играл в Лондоне. Позднее кварто связано с возобновлением постановки труппой «Королевские дети», недолговечной труппой мальчиков-актеров под руководством Натана Филда, но, скорее всего, пьеса была написана около 1597 года. Мало что известно о времени, проведенном Армином в труппе «Люди Чандоса». Посвящение вдове своего покровителя в 1604 году свидетельствует о некотором личном знакомстве с семьей Бриджесов; с другой стороны, упоминание в другом произведении предполагает, что он, возможно, некоторое время, как и Кемпе, выступал как сольный исполнитель. Пара книг, опубликованных Армином около начала века, демонстрирует исполнителя, заинтересованного в своем мастерстве. «Дурак на дураке» (1600, 1605; переиздана в 1608 году под названием «Гнездо глупцов») предлагает остроумие разнообразных природных дураков, некоторых из которых Армин знал лично. В том же году он опубликовал «Остроты на вопросы», сборник, казалось бы, импровизированных диалогов со своим мароттом, которого он назвал Синьором Транчон. В этой книге он демонстрирует свой стиль; вместо того чтобы вступать в разговор с публикой, как это делал Тарлтон, и вступать в состязание умов, он шутит, используя различные образы, импровизированные песни или комментируя человека или событие. Вместо обмена репликами он щедро дарил слова. Армин сообщил в этой работе, что во вторник 25 декабря 1599 года или во вторник 1 января 1600 года он отправится в Хакни, чтобы предстать перед своим «светлейшим господином». Это мог быть барон Чандос, который, возможно, навещал Эдварда ла Зуча, 11-го барона Зуча во время праздников, или, скорее всего, Эдварда де Вера, 17-го графа Оксфорда, который жил в Хакни. Первые издания этих двух книг были приписаны «Клонику де Куртанио Снаффу», то есть «Клоуну занавеса». Издание 1605 года меняет «Curtain» на «Mundo» (то есть «Глобус»); только в 1608 году он был назван по имени, хотя более ранние титульные страницы были бы достаточны для его идентификации лондонцами. Другое произведение, датировка которого неизвестна (оно было опубликовано в 1609 году), — «Итальянский портной и его слуга». Перевод сказки Джанфранческо Страпаролы, тема которой может отражать его семейное происхождение портных. Он был сыном портного, что перекликается с итальянским подмастерьем, а рубиновое кольцо из сюжета пьесы перекликается с подмастерьем-золотых дел мастером. Сатклифф утверждает, что Армин написал памфлет, опубликованный в 1599 году, «Пилюля от меланхолии», на том основании, что он был опубликован тем же издательством, упоминает клоуна с прозвищем Армина и содержит словесные отголоски пьесы «Две служанки из Мор-Клэка».

At some point in the 1590s, Armin joined a company of players patronised by William Brydges, 4th Baron Chandos. With this company, about which little is known, he is presumed to have travelled from the western Midlands to East Anglia. The nature of his work for the company may be estimated from his parts in The History of the Two Maids of More clacke. The preface to the 1609 quarto indicates that he played Blue John, a clown in the vein of Tarlton and Kempe; he also seems to have doubled in the role of Tutch, a witty fool of the type he later played in London. The late quarto is associated with a revival by the King's Revels Children, a short lived troupe of boy players led by Nathan Field, but it was almost certainly written around 1597. Little else is known precisely of Armin's time with Chandos's Men. A dedication to his patron's widow in 1604 suggests some personal acquaintance with the Brydges family; on the other hand, a reference in another work suggests he may have spent some time, like Kempe, as a solo performer. The pair of books Armin published around the turn of the century demonstrate a performer with an interest in his craft. Fool Upon Fool (1600, 1605; reissued in 1608 as A Nest of Ninnies), offers the wit of assorted natural fools, some of whom Armin knew personally. The same year he published Quips upon Questions, a collection of seemingly extemporaneous dialogues with his marotte, named by him Signor Truncheon. In this he demonstrates his style; instead of having a conversation with the audience, as Tarlton did, and entering into a battle of wits, he jests using multiple personas, improvised song, or by commenting on a person or event. Rather than exchanging words, he gave words freely. Armin reported in that work that on either Tuesday 25 December 1599, or Tuesday 1 January 1600, he would be travelling to Hackney to wait on his "right honourable good lord". This was possibly Baron Chandos, who may have been visiting Edward la Zouche, 11th Baron Zouche over the holidays, or more likely Edward de Vere, 17th Earl of Oxford who lived in Hackney. The first editions of these two books were credited to "Clonnico de Curtanio Snuffe"—that is, to the "Clown of the Curtain". The 1605 edition changes "Curtain" to "Mundo" (that is, Globe); only in 1608 was he credited by name, though the earlier title pages would have sufficed to identify him for Londoners. Another work of uncertain date (it was published in 1609) is The Italian Tailor and his Boy. A translation of a tale from Gianfrancesco Straparola, the subject matter may reflect his family background of tailors. He was a tailor's son, who paralleled in the Italian tailor's apprentice, and the ruby ring of the play's lore parallels the goldsmith apprentice. Sutcliffe argues that Armin wrote a pamphlet published in 1599, A Pil to Purge Melancholie, on the grounds that it was published by the same press, mentions a clown with Armin's nickname, and contains verbal echoes of Two Maids of More clacke.

Люди лорда Чемберлена

Время присоединения Армина к труппе «Слуги Чемберлена» столь же загадочно, как и причины этого события. Общепринято считать, что это было связано с уходом Кемпе, однако мотивы его отъезда остаются неясными. Распространенное мнение о том, что труппа в целом или Шекспир в частности устали от старомодного шутовства Кемпе, сохраняется и по сей день, хотя основными доказательствами служат сам уход Кемпе и тип комических ролей, которые Шекспир писал после 1600 года. Армин играл на сцене «Глобуса» к августу 1600 года; Уайлс предполагает, что он мог присоединиться к «Слугам Чемберлена» в 1599 году, но продолжал выступать с сольными номерами в «Занавесе»; однако он также мог играть с труппой в «Занавесе», пока Кемпе оставался ее членом. Армину обычно приписывают исполнение всех ролей «лицензированных шутов» в репертуаре «Слуг Чемберлена» и «Королевских людей»: Токстона в «Как вам угодно», Феста в «Двенадцатой ночи», Шута в «Короле Лире», Лаватча в «Всё хорошо, что хорошо кончается», а возможно, и Терсита в «Троянах и крессианцах», Портье в «Макбете», Шута в «Тимоне из Афин» и Автолика в «Зимней сказке». Из этих восьми персонажей Токстон вызывает наибольшее количество критических дискуссий. Гарольд Блум описывает его как «злобно-ядовитого», утверждая, что «эта более сильная ядовитость действует как пробный камень, подтверждая истинную ценность духа Розалинды». Джон Палмер не согласен с этим, полагая, что «он должен быть либо истинным циником, либо притворяться им, чтобы скрыть в глубине души благородный характер». Палмер продолжает, что истинный циник не имеет места в Ардене, поэтому клоун «должен быть в душе хорошим человеком». Токстон лишь изображает циничного недовольного, тем самым подтверждая остроумие Розалинды. Когда она противостоит Жаку и Токстону, она разоблачает их глупость и не позволяет шутам представлять Арден в худшем свете. Роль Феста почти наверняка была написана для Армина, поскольку он был ученым, певцом и остроумцем. Цель Феста – выявлять глупость окружающих. Шут в «Короле Лире» отличается как от Токстона, так и от Феста, а также от других клоунов той эпохи. Токстон и Фест – философы-шуты; Шут Лира – природный шут, которого Армин изучал и описывал. Здесь Армин получил возможность продемонстрировать результаты своих исследований. Шут произносит пророческие строки, которые он говорит Лиру, прежде чем окончательно исчезнуть из пьесы. Шут Лира вряд ли присутствует ради развлечения; скорее, он призван продвигать сюжет, оставаться верным королю и, возможно, замедлить его безумие. Хотя Армин обычно играл эти роли умных клоунов, некоторые ученые предположили, что он впервые исполнил роль Яго в «Отелло», основываясь на том, что Яго поет две пьяные песни (большинство песен в пьесах Шекспира с 1600 по 1610 год исполнялись персонажами Армина) и что это была единственная пьеса между «Как вам угодно» и «Тимоном из Афин», в которой Армину не досталась роль шута или клоуна. Однако существует альтернативное предположение, что Яго изначально играл Джон Лоуин, а Армин вместо этого исполнил небольшую роль слуги Отелло. В нешекспировских ролях он, вероятно, играл Пасарелло в «Недовольном» Джона Марстона; возможно, Марстон даже добавил эту роль специально для него, когда пьеса была поставлена «Королевскими людьми». Армин упоминается в актерском составе «Алхимика» Бена Джонсона; возможно, он играл Дроггера. Предполагается также, что он был клоуном в «Бедствиях принудительного брака» Джорджа Уилкинса. Его имя не указано в актерском составе «Катилины» Джонсона (1611), и другие свидетельства указывают на то, что он вышел в отставку в 1609 или 1610 году. В предисловии к кварто «Две девы» говорится: «Я бы снова сыграл Джона, но времена меняются, и я не могу сделать то, что хочу». Он был похоронен в конце 1615 года. В Лондоне он жил в приходе Святого Ботольфа Олдгейт; трое его детей, упомянутых в церковной книге, умерли до совершеннолетия. Августин Филлипс, коллега по труппе «Королевские люди», завещал ему двадцать шиллингов как «товарищу»; Джон Дэвис из Херефорда написал Армину комплиментарную эпиграмму. Его погребение зарегистрировано в реестре Святого Ботольфа 30 ноября 1615 года.

The timing of Armin's joining the Chamberlain's Men is as mysterious as its occasion. That it was connected to Kempe's departure has been generally accepted; however, the reasons for that departure are not clear. One traditional view—that the company in general or Shakespeare specifically had begun to tire of Kempe's old fashioned clowning—is still current, though the main evidence for this view consists of Kempe's departure and the type of comic roles Shakespeare wrote after 1600. Armin played on the Globe stage by August 1600; Wiles theorizes that he may have joined the Chamberlain's Men in 1599, but continued to perform solo pieces at the Curtain; however, he may also have played with the company at the Curtain, while Kempe was still a member. Armin is generally credited with all the "licensed fools" in the repertory of the Chamberlain's and King's Men: Touchstone in As You Like It, Feste in Twelfth Night, the Fool in King Lear, Lavatch in All's Well That Ends Well, and perhaps Thersites in Troilus and Cressida, the Porter in Macbeth, the Fool in Timon of Athens, and Autolycus in The Winter's Tale. Of these eight, Touchstone is the fool about which there is the most critical discussion. Harold Bloom describes him as "rancidly vicious," and writes that "this more intense rancidity works as a touchstone should, to prove the true gold of Rosalind's spirit". John Palmer disagrees and writes that "he must be either a true cynic or one that affects his cynicism to mask a fundamentally genial spirit". As Palmer continues, a true cynic does not belong in Arden, so the clown "must be a thoroughly good fellow at heart". Touchstone affects the front of a malcontented cynic, thus serving as proof of Rosalind's quick wit. When she confronts both Jaques and Touchstone, she exposes their silliness and prevents the fools from making Arden out to be worse than it really is. Feste was almost certainly written for Armin, as he is a scholar, a singer, and a wit. Feste's purpose is to reveal the foolishness of those around him. Lear's fool differs from both Touchstone and Feste as well as from other clowns of his era. Touchstone and Feste are philosopher fools; Lear's fool is the natural fool of whom Armin studied and wrote. Armin here had the opportunity to display his studies. The fool speaks the prophecy lines, which he tells—largely ignored—to Lear before disappearing from the play altogether. Lear's fool is hardly around for entertainment purposes; rather, he is present to forward the plot, remain loyal to the king, and perhaps to stall his madness. Although Armin typically played these intelligent clown roles, it has been suggested by a few scholars that he originated the role of Iago in Othello, on the grounds that Iago sings two drinking songs (most of the songs in Shakespeare's plays from 1600 to 1610 were sung by Armin's characters) and that this was the sole play between As You Like It and Timon of Athens that has no fool or clown for Armin to play. An alternative suggestion, however, is that Iago was originally acted by John Lowin, with Armin instead taking the smaller part of Othello's servant. In non Shakespearean roles, he probably played Pasarello in John Marston's The Malcontent; indeed, Marston may have added the part for him when the play was produced by the King's Men. Armin appears in the cast list for Ben Jonson's The Alchemist; he may have played Drugger. He is also presumed to have been the clown in George Wilkins's The Miseries of Enforced Marriage. He is not named in the cast list for Jonson's Catiline (1611), and other evidence suggests that he retired in 1609 or 1610. The preface to the Two Maids quarto confides, "I would have again enacted John myself, but tempora mutantur in illis, and I cannot do as I would". He was buried in late 1615. In London, he resided in the parish of St Botolph's Aldgate; three of his children named in the parish register appear to have died before adulthood. Fellow King's Man Augustine Phillips bequeathed him twenty shillings as a "fellow"; John Davies of Hereford wrote Armin a complimentary epigram. His burial is recorded in the Registers of St Botolph's as 30 November 1615.

Новый дурак

Армин, возможно, сыграл ключевую роль в развитии шекспировских шутов. "Если кто-то из актеров, – пишет Хотсон, – мог вместе с Шекспиром исследовать тени и мимолетные проблески пограничного состояния безумия, то это был Армин". Роберт Армин исследовал все грани образа клоуна, от простого юродивого до философского шута; от слуги до придворного шута. Благодаря своим занятиям, письму и игре, Армин превратил шута из деревенского забияки в искушенного пестрого. Его персонажи – как те, что он писал, так и те, в которых играл, – абсурдно подчеркивают абсурдность того, что обычно называют нормой. Вместо того чтобы апеллировать к самосознанию английского простолюдина, подражая ему, он создал нового шута, комического мастера, для которого мудрость – это остроумие, а остроумие – это мудрость. Когда Роберт Армин заменил Кемпа в труппе "Слуги камергера", это сочли "укрощением клоуна". Новый стиль комедии Армина ввел в оборот образ "мудрого шута, знающего мир". Это побудило Шекспира создать Феста в "Двенадцатой ночи", который стал воплощением философского социального протеста. Он был везде, но нигде не находил себе места. Кен Кизи в одном из интервью подвел итог идеям Армина о двух типах шутов: "Этот шут Шекспира, актер Роберт Армин [ошибка, речь идет о Уилле Кемпе, которому повсеместно приписывают роль Фальстафа], стал настолько популярен, что в итоге Шекспир исключил его из пьесы "Генрих IV". В книге "Гнездо глупцов" Армин рассуждал о различии между искусственным и естественным шутом. И то, как Армин определяет эти два типа, важно: персонаж Джек Оутс – истинный естественный шут. Он никогда не перестает быть шутом, чтобы спасти себя; он никогда не пытается сделать что-либо, кроме как разозлить своего господина, сэра Уильяма. Искусственный шут всегда стремится угодить; он – лакей".

Шекспировский вор

Роберт Армин – важный персонаж в историческом романе Гэри Блэквуда "Украдатель Шекспира".

Там Линь

В романе Памелы Дин "Там Лин", опубликованном в 1991 году, одним из ключевых персонажей является Роберт Армин (более известный как Робин) – студент, изучающий классическую литературу и театр в небольшом колледже на Среднем Западе США в начале 1970-х годов, обладающий на удивление глубокими знаниями о жизни и произведениях Уильяма Шекспира.