Введение

Вымышленный персонаж во вселенной Дюны, созданный Фрэнком Гербертом. Алия Атрейдес /ə/'/l//iː//ə// //ə/'/t//r//eɪ////d//iː//z/ – вымышленный персонаж во вселенной Дюны, созданный Фрэнком Гербертом. Она впервые появляется в первом романе серии, «Дюна» 1965 года, и изначально была убита в первом варианте рукописи Герберта. По предложению редактора журнала «Analog» Джона Кэмпбелла, Герберт оставил её живой в окончательной версии. Во время событий «Дюны» Алия рождается на планете Арракис в 10191 году по галактическому календарю, через восемь месяцев после смерти отца. Благодаря уникальному характеру своего рождения, она обладает сознанием взрослой Бене Гессерит, и поэтому считается отступницей (мерзостью) в ордене Бене Гессерит. Взрослая Алия описана Гербертом в «Дюне-Мессии»: её черты лица были открыты – голубые «специевые глаза» голубого оттенка, овальное лицо матери под шапкой бронзовых волос, маленький нос, широкие и чувственные губы. Писатель Брайан Герберт, сын и биограф Фрэнка Герберта, описывает Алию как архетип «девственной ведьмы». Уильям Тупонс объясняет: «Алия – это архетипичная девственная блудница, Преподобная Мать без материнства, девственная жрица, ведьма и объект благоговейного страха для суеверной толпы».

Дюна

В "Дюне" (1965) Алия рождается полноценной Преподобной Матерью, когда в утробе матери, во время спецевой агонии леди Джессики, она подвергается воздействию Воды Жизни (желчи утонувшего песчаного червя). Детей, рожденных таким образом, называемых "Омерзительными", Бене Гессерит уничтожают, когда это возможно, поскольку у них слабая защита от личностей, заключенных в Другой Памяти – способности Бене Гессерит получать доступ к эго и воспоминаниям предков. Без сформировавшейся сильной личности, ребенок, пробужденный к сознанию в утробе, крайне подвержен одержимости одним из предков. Джессика, осознавая эту опасность, донашивает ребенка, и Алия постепенно учится контролировать силы, полученные как Преподобная Мать и сестра Квизац Хадераха. Вскоре Алия начинает общаться с Полом таким же образом:
"Из всех способов использования предвидения, этот был самым странным. "Я проложила путь в будущее, чтобы мои слова достигнуть лишь твоего слуха", – сказала Алия. "Даже ты не способен на такое, брат мой. Мне кажется, это забавная игра. И, да, я убила нашего деда, обезумевшего старого барона. Он почти не страдал."

Мессия Дюны

Персонаж получает дальнейшее развитие в «Дюне Мессии» 1969 года через её отношения с гхолой Хейтом, который является учителем Пола, Дунканом Айдахо, возвращенным к жизни тлейлаксуанскими методами. На протяжении всего романа присутствуют намеки на сексуальное напряжение между ними, пока они вместе раскрывают заговор против Атреидов. Хейт даже украдкой целует Алию, что её возмущает; он отвечает, что взял лишь то, что ему предложили. В конечном итоге Алия соглашается. Когда ослепший Пол уходит в пустыню, как это принято у слепых фрименов, Алию назначают регентом и опекуном детей Пола: наследника Лето II и его сестры Ганимы. Вскоре после этого Алия выходит замуж за Хейта, который полностью восстановил свою память и вновь стал Дунканом.

Дети Дюны

В фильме "Дети Дюны" (1976) Алия становится все более хитрой и жадной власти, поскольку она медленно поддается Ужасу. Под влиянием личности своего покойного деда, барона Харконнена, Алия злоупотребляет своими полномочиями регента и становится безжалостным тираном. Она позволяет барону получить доступ к своим чувствам в обмен на его помощь в борьбе с другими личностями внутри нее, но его сексуальные наклонности вскоре контролируют ее, заставляя ее заниматься сексуальными актами с одним из ее помощников. Во время использования своих способностей Ментата Дункан понимает, что Алия попала в "Обман", и помогает Джессике избежать убийственного заговора Алии.

Песчаные черви

В "Песчаных червях Дюны" (2007) голос Алии продолжает выводить барона из себя, провоцируя частые вспышки гнева, которые смущают окружающих. Алия воссоздана в виде голы на борту корабля "Итака"; чтобы вырастить Алию точно такой, какой она была при жизни, аксолотловый резервуар заполняют почти смертельной дозой пряности меланж. Хотя гола Алии демонстрирует гораздо большую зрелость, чем следовало бы ожидать для её возраста, она не проявляет никакой Другой Памяти или признаков Порождения. Реинкарнированный барон Харконнен убивает четырехлетнюю голу Алии на "Итаке", но вскоре сам погибает от руки голы Веллингтона Юэ.

В адаптации

Алию играет Алисия Уитт в экранизации Дэвида Линча 1984 года, Лаура Бертон в мини-сериале 2000 года «Дюна Фрэнка Герберта» и Даниэла Амавия в его продолжении 2003 года «Дети Дюны Фрэнка Герберта». Алия появляется в качестве младенца в одном из видений будущего Пола в фильме 2021 года «Дюна», который охватывает первую часть книги. Кастинг Ани Тейлор-Джой в «Дюне: Часть вторая» на роль взрослой Алии в эпизодической роли держался в секрете до премьеры фильма в феврале 2024 года в Лондоне. Лора Фрис из Variety написала в 2003 году о мини-сериале, посвященном Алии: «Амавия и [Джули] Кокс в роли страдающей Алии и угнетенной Ирулан демонстрируют многогранные актерские работы». Эммет Эшер Перрин из Tor.com назвал игру Амавии в роли Алии «ярким моментом» мини-сериала и похвалил внимание к развитию характера Алии. Эшер Перрин похвалил мини-сериал за отход от романа в отношении судьбы Алии:
>И вместо того, чтобы Алия бросилась из окна, чтобы навсегда прекратить одержимость, мини-сериал делает нечто душераздирающее — Алия наносит себе удар ножом, и пока она лежит на полу, умирая, Джессика принимает её в свои объятия. В момент, точно параллельный её детскому образу в мини-сериале «Дюна», Алия тянется, чтобы прикоснуться к слезам матери, пробует их, а затем шепчет: «Я хочу моего брата», прежде чем воссоединиться с ним в смерти. Это один из тех редких моментов, которые заставляют книгу казаться неуклюжей и хрупкой в сравнении. В результате этого изменения адаптация передает некоторые аспекты роли Алии в кульминации книги Полу. Вместо этого Джессика общается с разумным плодом на протяжении всего фильма, а взрослая Алия (в исполнении Тейлор-Джой) появляется в одном из видений Пола о будущем. Вильнев признал: «Это сильный поворот, который мы сделали, но я чувствовал, что он очень близок к духу книги».