Введение

Английский историк (1821–1862)

Генри Томас Бакл (24 ноября 1821 – 29 мая 1862) был английским историком, автором незавершенного труда «История цивилизации» и сильным шахматистом-любителем. Его иногда называют «отцом научной истории».

Ранние годы и образование

Бакл, сын Томаса Генри Бакла (1779–1840), состоятельного лондонского купца и судовладельца, и его жены Джейн Миддлтон (ум. 1859) из Йоркшира, родился 24 ноября 1821 года в Ли, Лондон (графство Кент). У него было две сестры. Его отец скончался в январе 1840 года.

Образование

В детстве слабое здоровье Бакла не позволяло ему получать обычное формальное образование или участвовать в играх, свойственных сверстникам из среднего класса. Однако он любил читать.

Смерть отца

Отец Бакла умер в 1840 году. Бакл унаследовал 20 000 фунтов стерлингов. Это наследство позволило Баклу посвятить остаток жизни чтению, письму и путешествиям.

Смерть матери (1859)

1 апреля 1859 года умерла мать Бакла. Вскоре после этого, под влиянием этого "сокрушительного и разоряющего горя", он добавил аргумент в пользу бессмертия души в рецензию, над которой работал на эссе Джона Стюарта Милля «О свободе».

Другие женщины в жизни Бакла

Хотя любовь к матери доминировала в его жизни, он испытывал любовь и к другим женщинам. В семнадцать лет он влюбился в свою кузину и вызвал на дуэль её жениха. Он увлекся другой кузиной, но родители возражали. В 1861 году, когда Бакл отправился в Египет, он пригласил "Элизабет Фаунч, вдову плотника, поехать с ним. Миссис Фаунч отказалась от его приглашения, однако есть основания полагать, что между ними некоторое время существовала связь".

"Нью-Йорк Таймс" (1861)

В "Нью-Йорк Таймс" вышла рецензия на книгу Бакла "История цивилизации в Англии", том II. В заключении рецензента говорилось: "Несмотря на эти недостатки, мы по-прежнему считаем "Историю цивилизации" возможно, самым значительным вкладом в современную историческую науку. Легко выдвинуть множество весьма поверхностных возражений против подхода г-на Бакла к изучению истории, но чем глубже человек проникает в масштабность его метода, тем меньше у него остается желания выдвигать подобные возражения. Его влияние на современную мысль несомненно огромно; и даже если он не представит нам ничего нового сверх того, что уже содержится в двух томах этого монументального труда, он все равно займет место среди основоположников науки истории."

Портлендская ежедневная пресса (1862)

Обзор недавно опубликованных эссе Бакла появился в этом прямом предшественнике "Портленд Пресс Геральд" в субботу, 27 декабря 1862 года. Редакторы писали о Бакле: "Одинокий и неустанный ученый, не получивший поддержки, кроме домашнего круга, и лишенный возможности соревноваться с другими, он, благодаря своему огромному объему знаний, мастерству владения языком и силе мысли, неизбежно попадал в ловушки поспешности и неточности, которые подстерегают затворников".

Записки Достоевского из подполья (1864)

Параноидальный рассказчик "Записок из подполья" Фёдора Достоевского обсуждает теории Бакла: "Почему, поддерживать эту теорию возрождения человечества посредством стремления к собственной выгоде, по моему мнению, почти то же самое, как, например, вслед за Баклом, утверждать, что благодаря цивилизации человечество становится мягче, а следовательно, менее кровожадным и менее приспособленным к войне. Логически это, кажется, вытекает из его аргументов. Но человек настолько предрасположен к системам и абстрактным умозаключениям, что готов намеренно искажать правду, готов отрицать очевидные факты, лишь бы оправдать свою логику. Я привожу этот пример, потому что он наиболее вопиющий. Только оглянитесь вокруг: кровь проливается рекой, и при этом с каким-то весельем, словно это шампанское. Вспомните весь девятнадцатый век, в котором жил Бакл. Вспомните Наполеона – Великого и нынешнего. Вспомните Северную Америку – вечный союз [ироническая отсылка к продолжающейся Гражданской войне в Америке]. Вспомните фарс с Шлезвиг-Гольштейном. И что же цивилизация в нас смягчает? Единственное приобретение цивилизации для человечества – это большая способность к разнообразию ощущений и больше ничего."

Британская энциклопедия (1910)

Бакл не определял общие понятия, с которыми он работал, например, "цивилизация", "история", "наука", "право". Поэтому "его аргументы зачастую содержат логические ошибки". Более того, "он порой искажал и подгонял факты под свои теории" и "слишком часто необоснованно упрощал рассматриваемые проблемы". Тем не менее, "многие из его идей получили более точное развитие в трудах последующих исследователей в области социологии и истории", а его работа имела огромную ценность, стимулируя дальнейшие исследования и размышления.

Роберт Бирштедт (1981)

В своей "Истории цивилизации в Англии" Бакл критиковал историков за чрезмерный интерес к биографиям, военной и политической истории и за то, что они не искали универсальные принципы или закономерности. В отличие от них, Бакл был уверен в возможности построения науки об обществе на основе исторических индукций. Его проблемой был "огромный объем материалов, которые необходимо было изучить". Герберт Спенсер отметил, что Бакл "охватил" больше, чем был способен систематизировать.

"Трихотомия ремня"

Одна из немногих цитат, приписываемых Баклу, выдержавших испытание временем. Шотландский дворянин Чарльз Стюарт (из Ачары, Аппина, Аргилшира) подтвердил в своей автобиографии 1901 года, что Бакл говорил: "Мужчины и женщины разделяются на три класса или уровня интеллекта; самый низкий класс выдает привычка постоянно говорить о людях; следующий – тем, что они постоянно беседуют о вещах; а высший – предпочтением обсуждать идеи."