Общее благо: философские и экономические аспекты

Введение

Что является общим и полезным для всех или большинства членов данного сообщества.

В философии, экономике и политической науке общее благо (также содружество, всеобщее благосостояние или общественная польза) понимается либо как то, что разделяется и приносит пользу всем или большинству членов данного сообщества, либо как результат гражданства, коллективных действий и активного участия в политической жизни и государственной службе. Понятие общего блага существенно различается в различных философских доктринах. Первые концепции общего блага были сформулированы древнегреческими философами, включая Аристотеля и Платона. Одно из пониманий общего блага, уходящее корнями в философию Аристотеля, остаётся широко распространенным и сегодня, определяясь одним современным ученым как «благо, присущее сообществу и достижимое только в рамках сообщества, но при этом разделяемое его членами». Концепция общего блага развивалась в трудах политических теоретиков, философов морали и общественных экономистов, таких как Фома Аквинский, Никколо Макиавелли, Джон Локк, Жан-Жак Руссо, Джеймс Мэдисон, Адам Смит, Карл Маркс, Джон Стюарт Милль, Джон Мейнард Кейнс, Джон Ролз и многие другие мыслители. В современной экономической теории общее благо – это любое благо, обладающее свойствами соперничества и неисключаемости, в то время как общее благо, напротив, рассматривается в рамках экономики благосостояния и относится к результату функционирования социальной функции благосостояния. Такая социальная функция благосостояния, в свою очередь, основывается на моральной теории блага (например, утилитаризме). Теория общественного выбора направлена на изучение процессов, посредством которых общее благо может быть реализовано или не реализовано в обществе, посредством анализа правил коллективного принятия решений. Теория общественного выбора применяет микроэкономическую методологию к изучению политологии, чтобы объяснить, как частные интересы влияют на политическую деятельность и её результаты.

Определение

Термин «общее благо» используется в самых разных контекстах и не имеет единого определения. Большинство философских концепций общего блага можно отнести к одной из двух категорий: содержательных и процедурных. Согласно содержательным концепциям, общее благо – это то, что разделяется и приносит пользу всем или большинству членов определенного сообщества: конкретные содержательные концепции точно определяют, какие именно факторы или ценности являются полезными и общими. В отличие от этого, согласно процедурным формулировкам, общее благо состоит в результате, достигаемом посредством коллективного участия в формировании общей воли. Оно проявляется, когда каждый уважает достоинство и права других.

Исторический обзор

Под тем или иным названием, общее благо было сквозной темой на протяжении всей истории политической философии. Как отмечает один современный ученый, Аристотель использовал идею "общего интереса" (to koinei sympheron, на греческом языке) в качестве основы для своего разграничения между "правильными" конституциями, которые служат общему интересу, и "неправильными" конституциями, которые служат интересам правителей; святой Фома Аквинский считал "общее благо" (bonum commune, на латыни) целью закона и правительства; Джон Локк утверждал, что "мир, безопасность и общественное благо народа" являются целями политического общества, и далее утверждал, что "благосостояние народа должно быть высшим законом"; Дэвид Юм полагал, что "социальные условности" принимаются и получают моральную поддержку в силу того, что они служат "общему" или "общественному" интересу; Джеймс Мэдисон писал об "общем", "общественном" или "всеобщем" благе как тесно связанном со справедливостью и утверждал, что справедливость является целью правительства и гражданского общества; Жан-Жак Руссо понимал "общее благо" (le bien commun, на французском языке) как объект общей воли общества и наивысшую цель, преследуемую правительством. Хотя эти мыслители значительно различались в своих представлениях о том, в чем состоит общее благо, а также о том, что государство должно делать для его продвижения, они, тем не менее, соглашались, что общее благо является целью правительства, что это благо всех граждан, и что ни одно правительство не должно становиться "искаженным слугой частных интересов". В "Государстве" Платона Сократ неоднократно утверждает, что в политике и обществе существует общая цель, и что эта цель совпадает с целью процветающего человека, а именно – быть философом-правителем, управляемым высшим благом, Разумом, а не одним из четырех меньших благ Платона: стремлением к славе, наживой, удовольствиям или страстной зависимостью. По мнению Платона, наилучший политический порядок – это тот, в котором все общество подчиняется указаниям разума правителей, даже коммунистически разделяя имущество, жен и детей, создавая "сплоченность и единство", которые "возникают из общих чувств удовольствия и боли, когда все члены общества радуются или огорчаются одним и тем же успехом или неудачей". Ученик Платона Аристотель, которого многие считают отцом идеи общего блага, использует концепцию "общего интереса" (to koinei sympheron на греческом языке) в качестве основы для своего разграничения между его тремя "правильными" конституциями, которые служат общему интересу, и "неправильными" конституциями, которые служат интересам правителей. Для Аристотеля общее благо синтезируется восходящим образом/телеологически из меньших благ отдельных лиц и их различных видов все более крупных объединений: супружеской пары, родителя над ребенком, хозяина над рабом; домохозяйства; затем деревни; затем государства. В этом телеологическом взгляде благо проистекает из объективных фактов о человеческой жизни и цели, которые могут варьироваться в зависимости от занятий людей, уровня добродетели и т.д. Аристотель утверждает, что, независимо от формы правления, те, кто обладает более рациональным пониманием потребностей государства, имеют право на большую долю в управлении и определении справедливости, в свете его общего блага, чем те, кто обладает меньшим или не имеет такого понимания или заботы о нем, такие как эгоистичные деспоты и политические фракции, а также необразованные ремесленники и вольнонаемные работники, женщины и дети, рабы и т.д. Более того, Аристотель утверждает, что рациональный дискурс сам по себе является тем, на что опирается общее благо государства, определяя тех, кому он не свойственен, как "естественных рабов", а тех, кто преуспевает в нем, – как почти божественных, обладающих в себе всей целью, для которой существуют государства, а именно – совершенным и блаженным существованием. В своей "Никомаховой этике" Аристотель связывает общее благо государства с благом дружбы, подразумевая тем самым, что дружеский, рациональный дискурс является основной деятельностью, посредством которой граждане и правители достигают общего блага, как между собой, так и в отношении своих подчиненных. Согласно одному распространенному современному пониманию, укорененному в философии Аристотеля, общее благо относится к "благу, свойственному и достижимому только общине, но индивидуально разделяемому ее членами". В более поздней работе Никколо Макиавелли говорит о bene comune или comune utilità, что относится к общему благосостоянию общины в целом; однако он упоминает этот термин всего 19 раз во всех своих произведениях. В других местах "Рассуждений" свобода, безопасность и достоинство прямо названы элементами общего блага, а также подразумевается некоторая форма собственности и семейной жизни. Общее благо Макиавелли, по мнению некоторых ученых, не является таким уж "общим", поскольку он часто утверждает, что цель республик – сокрушить своих соседей.

Under one name or another, the common good has been a recurring theme throughout the history of political philosophy. As one contemporary scholar observes, Aristotle used the idea of "the common interest" (to koinei sympheron, in Greek) as the basis for his distinction between "right" constitutions, which are in the common interest, and "wrong" constitutions, which are in the interest of rulers; Saint Thomas Aquinas held "the common good" (bonum commune, in Latin) to be the goal of law and government; John Locke declared that "the peace, safety, and public good of the people" are the goals of political society, and further argued that "the well being of the people shall be the supreme law"; David Hume contended that "social conventions" are adopted and given moral support in virtue of the fact that they serve the "public" or "common" interest; James Madison wrote of the "public", "common", or "general" good as closely tied with justice and declared that justice is the end of government and civil society; and Jean Jacques Rousseau understood "the common good" (le bien commun, in French) to be the object of a society's general will and the highest end pursued by government. Though these thinkers differed significantly in their views of what the common good consists in, as well as over what the state should do to promote it, they nonetheless agreed that the common good is the end of government, that it is a good of all the citizens, and that no government should become the "perverted servant of special interests", In The Republic, Plato's character Socrates contends repeatedly that a particular common goal exists in politics and society, and that that goal is the same as the goal for a flourishing human being, namely, to be a philosopher king, ruled by the highest good, Reason, rather than one of Plato's four lesser goods: honor seeking, money making, pleasure seeking, or empassioned addiction. For Plato, the best political order is one in which the entire society submits to the dictates of the leaders' faculty of Reason, even communistically holding possessions, wives, and children in common, creating a "cohesion and unity" that "result[s] from the common feelings of pleasure and pain which you get when all members of a society are glad or sorry for the same successes and failures." Plato's student Aristotle, considered by many to be the father of the idea of a common good, uses the concept of "the common interest" (to koinei sympheron in Greek) as the basis for his distinction between his three "right" constitutions, which are in the common interest, and "wrong" constitutions, which are in the interest of rulers. for Aristotle, a common good is synthesized upwardly/teleologically from the lesser goods of individuals, and their various kinds of larger and larger partnerships: marital couple, or parent over child, or master over slave; household; then village; then state. In this teleological view, the good stems from objective facts about human life and purpose, which may vary, depending upon peoples' occupations, virtue levels, etc. Aristotle argues that, regardless of form of government, those who have more of a rational understanding of the needs of the state's salvation, are entitled to a greater share in administering and determining justice, within the light of its common good, than those who have less, or no such understanding or concern for it, such as selfish despots and political factions, as well as uneducated artisans and freedmen, women and children, slaves, etc. More than this, Aristotle argues that rational discourse itself is what the state's Common Good relies upon, identifying those who lack it as "slaves by nature", while those who excel in it are nearly divine, possessing in themselves the whole purpose for which states exist, namely, the perfectly complete good/blessed life. In his Nicomachean Ethics then, Aristotle ties up the Common Good of the state, with that of friendship, implying by this, that friendly, rational discourse is the primary activity by which citizens and rulers bring about the Common Good, both amongst themselves, and so far as it involves their inferiors. According to one common contemporary usage, rooted in Aristotle's philosophy, common good then refers to "a good proper to, and attainable, only by the community, yet individually shared in, by its members." In a later work, Niccolò Machiavelli speaks of the bene commune or comune utilità , which refers to the general well being of a community as a whole; however, he mentions this term only 19 times throughout his works. Elsewhere in the Discourses, freedom, safety and dignity are explicitly stated to be elements of the common good and some form of property and family life are also implied. Machiavelli's common good is viewed by some scholars as not as "common", as he frequently states that the end of republics is to crush their neighbors.

Жан-Жак Руссо

В работе Жана Жака Руссо «Об общественном договоре», написанной в середине XVIII века, Руссо утверждает, что общество может функционировать лишь в той мере, в какой у индивидов есть общие интересы, и что конечной целью любого государства является реализация общего блага. Он далее полагает, что общее благо может быть выявлено и осуществлено только при учете общей воли политического сообщества, конкретно выраженной сувереном этого сообщества. Руссо утверждает, что общая воля всегда направлена к общему благу, хотя он признает, что демократические обсуждения отдельных лиц не всегда будут выражать общую волю. Более того, Руссо различал общую волю и волю всех, подчеркивая, что в то время как последняя представляет собой просто сумму желаний каждого индивида, первая – это «единая воля, направленная на их общее сохранение и всеобщее благосостояние». По мнению Руссо, политическая власть должна считаться легитимной лишь в том случае, если она существует в соответствии с общей волей и ради общего блага. Стремление к общему благу, таким образом, позволяет государству выступать в качестве морального сообщества. Второй принцип справедливости гласит, что социальное и экономическое неравенство должно быть устроено таким образом, чтобы "(a) оно приносило наибольшую выгоду наименее обеспеченным членам общества, при условии соблюдения принципа справедливого накопления" (принцип различия); и "(b) должности и посты должны быть открыты для всех при условиях «справедливого равенства возможностей».

В незападной морали и политической мысли

Идея общего блага играет роль в конфуцианской политической философии, которая в большинстве интерпретаций подчеркивает важность подчинения индивидуальных интересов групповым или коллективным интересам, или, по крайней мере, взаимную зависимость между процветанием индивида и процветанием группы. В исламской политической мысли многие современные мыслители выявили концепции общего блага, стремясь определить фундаментальные или универсальные принципы, лежащие в основе божественного закона шариата. Эти основы или универсальные принципы в значительной степени отождествляются с «целями» шариата (maqāṣid al sharī‘a), включая концепции общего блага или общественного интереса (maṣlaḥa ‘āmma, в современной терминологии). Неоклассическая экономическая теория предлагает два противоречивых подхода к пониманию возникновения общего блага, два различных набора микроэкономических основ. С одной стороны, общее благо возникает благодаря социальным выгодам от сотрудничества. Такой подход может апеллировать к дилемме заключенного, чтобы проиллюстрировать, как сотрудничество может привести к более высоким показателям благосостояния. Более того, кооперативное равновесие стабильно в повторяющейся дилемме заключенного, если игра ведется в течение неопределенного периода времени. В этих условиях индивид поступает оптимально, выбирая линию поведения, которая также оптимальна для общества. С другой стороны, экономическая теория обычно указывает на социальные выгоды от конкуренции как на обоснование использования рынков. Так, Смит описал «невидимую руку», посредством которой рыночный механизм преобразует деятельность, направленную на личную выгоду, в выгоды для общества. Это представление формализовано в Первой теореме экономики благосостояния. Однако экономическая теория также указывает на рыночные провалы, включая недостаточное обеспечение общественными благами и неспособность заинтересованных лиц учитывать внешние эффекты. Из-за этих факторов чисто эгоистичное поведение часто наносит ущерб общему благу. Существует важное концептуальное различие между пониманием «общественного блага» или общественных «товаров» в экономике и более обобщенной идеей «общественного блага» (в смысле общего блага, общественной выгоды или общественного интереса) – «краткий сигнал о совместной выгоде на уровне общества». В неэкономическом смысле этот термин часто используется для описания чего-то полезного для общества в целом, например, образования, хотя это и не является «общественным благом» в экономическом смысле. Однако такие услуги, как образование, обладают совместностью предложения, то есть ситуацией, когда стоимость предоставления блага многим пользователям такая же или почти такая же, как и предоставление его одному пользователю. Общественные блага также демонстрируют совместность предложения, хотя и без уменьшения выгоды при увеличении потребления.

The idea of a common good plays a role in Confucian political philosophy, which on most interpretations stresses the importance of the subordination of individual interests to group or collective interests, or at the very least, the mutual dependence between the flourishing of the individual and the flourishing of the group. In Islamic political thought, many modern thinkers have identified conceptions of the common good while endeavoring to ascertain the fundamental or universal principles underlying divine shari‘a law. These fundamentals or universal principles have been largely identified with the "objectives" of the shari‘a (maqāṣid al sharī‘a), including concepts of the common good or public interest (maṣlaḥa ‘āmma, in modern terminology). Neoclassical economic theory provides two conflicting lenses for thinking about the genesis of the common good, two distinct sets of microfoundations. On one view, the common good arises due to social gains from cooperation. Such a view might appeal to the Prisoner's dilemma to illustrate how cooperation can result in superior welfare outcomes. Moreover, a cooperative equilibrium is stable in an iterated Prisoner's dilemma that is played for an indefinite period of time. Under these conditions, an individual does best by pursuing the course of action that is also optimal for society. On the other hand, economic theory typically points to social gains from competition as a rationale for the use of markets. Thus, Smith described the "invisible hand," whereby the mechanism of the market converts individuals' self interested activity into gains for society. This insight is formalized in the First Theorem of Welfare Economics. However, economic theory also points to market failures, including the underprovision of public goods by markets and the failure of self interested individuals to internalize externalities. Because of these factors, purely self interested behaviour often detracts from the common good. There is an important conceptual difference between the sense of "a" public good, or public "goods" in economics, and the more generalized idea of "the public good" (in the sense of common good, public benefit, or public interest), "a shorthand signal for shared benefit at a societal level". In a non economic sense, the term is often used to describe something that is useful for the public generally, such as education, although this is not a "public good" in the economic sense. However, services like education exhibit jointness of supply, i. e. the situation in which the cost of supplying a good to many users is the same, or nearly the same, as supplying it to one user. Public goods also exhibit jointness of supply, albeit with no diminishment of the benefits with increased consumption.

Теория социального выбора

Теория социального выбора изучает правила коллективного принятия решений. Теорема о невозможности Арроу, важный результат в теории социального выбора, утверждает, что ни один агрегирующий механизм коллективного выбора (ограниченный порядковыми оценками) не может последовательно преобразовывать индивидуальные предпочтения в коллективный порядок предпочтений, для всевозможных профилей предпочтений, одновременно удовлетворяя набору минимальных нормативных критериев рациональности и справедливости. Теорема Гиббарда — Саттертуэйта дополнительно демонстрирует, что недиктаторские системы голосования неизбежно подвержены стратегическим манипуляциям с результатами. Уильям Х. Райкер формулирует стандартную интерпретацию теории социального выбора в рамках теории общественного выбора, утверждая, что теорема о невозможности Арроу «заставляет нас сомневаться в том, что содержание «общественного благосостояния» или «общественных интересов» может быть когда-либо выявлено путем объединения индивидуальных ценностных суждений. Она даже наводит нас на подозрение, что такого понятия, как «общественные интересы», не существует, за исключением субъективных (и, следовательно, сомнительных) заявлений самопровозглашенных спасителей». Таким образом, Райкер защищает «либеральную» концепцию демократии, которая сосредоточена на роли конституционных ограничений власти. Теоретики общественного выбора, как правило, разделяют этот подход. Бьюкенен и Туллок развивали эту программу, создавая область «конституционной политической экономии» в своей книге «Исчисление согласия». Однако более поздние исследования в теории социального выбора показали, что результат невозможности Арроу можно преодолеть с незначительными или вообще без нормативных издержек. Амартия Сен, например, утверждает, что ряд механизмов социального выбора остаются работоспособными при определенных разумных ограничениях на область допустимых профилей предпочтений. В частности, требование, чтобы предпочтения были унимодальными по одному измерению, гарантирует наличие победителя по Кондорсе. Более того, многие эмпирические утверждения Райкера были опровергнуты.

Теория общественного выбора

Теория общественного выбора (иногда называемая «позитивной политической теорией») применяет микроэкономическую методологию к изучению политологии, чтобы объяснить, как частные интересы влияют на политическую деятельность. В то время как экономика благосостояния, в соответствии с классической политической экономией, обычно исходит из предпосылки об общественном интересе при разработке политики, анализ общественного выбора рассматривает ситуацию с точки зрения частного интереса, чтобы выявить, как цели политиков влияют на результаты политического процесса. Таким образом, анализ общественного выбора выявляет отклонения от общего блага, возникающие в результате таких действий, как рентоориентированное поведение. В книге «Логика коллективных действий» Манкур Олсон утверждает, что общественные блага, как правило, будут недостаточно обеспечены из-за стимулов индивидов к бездействию и получению выгоды за чужой счет. Энтони Даунс применил эту логику к теории голосования, выявив парадокс голосования, согласно которому рациональные индивиды предпочитают воздерживаться от голосования, поскольку предельные издержки превышают частную предельную выгоду. Даунс также утверждает, что избиратели обычно предпочитают оставаться неинформированными из-за «рационального неведения». Исследования в области теории общественного выбора могут иметь и более конструктивные применения. Например, изучение Элинор Остром схем регулирования общих ресурсов привело к открытию механизмов преодоления трагедии общин. Во многих странах Содружества благотворительные организации должны подтверждать, что они приносят общественную пользу.

В теории демократии

В совещательной демократии общее благо рассматривается как регулирующий идеал. Иными словами, участники демократической дискуссии стремятся к реализации общего блага. Эта особенность отличает совещательную демократию от агрегативных концепций демократии, которые фокусируются исключительно на суммировании предпочтений. В отличие от агрегативных концепций, совещательная демократия подчеркивает процессы, посредством которых действующие лица обосновывают политические утверждения, опираясь на суждения об общем благе. Эпистемическая демократия, один из ведущих современных подходов к совещательной демократии, развивает когнитивистское понимание общего блага.