Введение
вопрос политики в исламе
the issue of politics in the religion of Islam
Политические аспекты ислама берут начало в Коране, литературе хадисов и сунне (предания о высказываниях и образе жизни, приписываемые исламскому пророку Мухаммаду в течение его жизни), истории ислама и элементах политических движений, не связанных с исламом. Традиционные политические концепции в исламе включают лидерство избранных или назначенных преемников Мухаммада, известных как халифы в суннитском исламе и имамы в шиитском исламе; важность соблюдения исламского права (шариата); обязанность правителей советоваться (шура) со своими подданными; и важность порицания несправедливых правителей. Значительным изменением в мусульманском мире стало поражение и распад Османской империи (1908–1922 гг.). В современную эпоху (XIX–XX века) общими политическими темами в исламе были сопротивление западному империализму и установление шариатского права посредством демократической или вооруженной борьбы, а также широкое недовольство светскими правящими режимами в мусульманском мире.
Истоки ислама
Ранний ислам возник в историческом, социальном, политическом, экономическом и религиозном контексте поздней античности на Ближнем Востоке. Во второй половине VI века н.э. на доисламском Аравийском полуострове наблюдался политический разлад, а торговые пути стали небезопасными. Религиозные разногласия сыграли важную роль в этом кризисе. Иудаизм стал доминирующей религией в Химьяритском королевстве Йемена примерно после 380 года н.э., в то время как христианство распространилось в Персидском заливе. Его семья принадлежала к арабскому клану Курайшитов, главному племени Мекки и доминирующей силе в западной Аравии. Чтобы противостоять анархии, они поддерживали институт "священных месяцев", когда любое насилие было запрещено и путешествия были безопасны. Многобожественная Кааба в Мекке и прилегающая территория были популярным местом паломничества, что имело значительные экономические последствия для города. Истоки ислама как религиозного и политического движения следует искать в жизни и эпохе исламского пророка Мухаммеда и его преемников. В 622 году н.э., в знак признания его претензий на пророчество, Мухаммеда пригласили править городом Мединой. В то время городом доминировали местные арабские племена Ауc и Хазрадж, находившиеся в постоянном конфликте. Жители Медины считали Мухаммеда беспристрастным посредником, способным разрешить конфликт. Мухаммед и его последователи переехали в Медину, где Мухаммед разработал Конституцию Медины. Законы, установленные Мухаммедом во время его правления, основанные на Коране и его собственных действиях, мусульмане считают шариатом или исламским правом, которое исламские движения стремятся восстановить и сегодня. Мухаммед завоевал широкую поддержку и создал армию, и его власть распространилась сначала на Мекку, а затем охватила весь Аравийский полуостров благодаря сочетанию дипломатии и военных завоеваний. Различные авторы, исламские активисты и историки ислама предложили несколько интерпретаций намерений и амбиций Мухаммеда относительно его религиозно-политической миссии в контексте доисламского арабского общества и основания его религии: около 40 лет он начал получать на горе Хира то, что мусульмане считают божественными откровениями, переданными через ангела Джабраила, которые впоследствии стали Кораном. Эти откровения побуждали его провозглашать строгий монотеизм, как конечное выражение библейского пророчества, ранее кодифицированного в священных текстах иудаизма и христианства; предупреждать своих соотечественников о грядущем Судном дне; и обличать социальную несправедливость в своем городе. Послание Мухаммеда нашло отклик у небольшой группы последователей (сахаба) и встретило растущее сопротивление со стороны мекканской знати. [ ] Тогда мекканские торговцы обнаружили, что религиозная революция может быть опасна для их ярмарок и торговли. В Ясрибе, где его приняли в качестве арбитра между различными общинами города на условиях Конституции Медины, Мухаммед начал закладывать основы нового исламского общества, опираясь на новые аяты Корана, которые давали руководство по вопросам права и религиозных обрядов. После серии военных столкновений и политических маневров Мухаммед смог установить контроль над Меккой и получить верность Курайшитов в 629 году н.э. Хотя Коран не сосредотачивается на политике, он упоминает такие понятия, как "угнетенные" (мустад'афин), "эмиграция" (хиджра), "мусульманская община" (умма) и "борьба" или "усилие" на пути Аллаха (джихад), которые могут иметь политические последствия. В ряде аятов Корана говорится о мустад'афинах, которых можно перевести как "слабых", "униженных" или "угнетенных", о том, как они подвергаются притеснениям со стороны таких людей, как фараон, о том, как Бог желает, чтобы с ними обращались справедливо, и о том, как им следует эмигрировать из земли, где они угнетены. Ибрагим был "эмигрантом к моему Господу". Приказана война против "неверных" (куффар) и обещана божественная помощь, хотя некоторые аяты указывают, что это может быть, когда неверные начинают войну, а договоры могут ее прекратить. Коран также содержит некоторые аяты, посвященные правильному разделу военной добычи между победителями. Также предписана война против внутренних врагов или "лицемеров" (мунафикун). Ограничением его политического учения является то, что Коран не упоминает "никакой формальной и непрерывной структуры власти", а лишь предписывает повиноваться Мухаммеду.
Исламское государство Медины
Конституция Медины была составлена Мухаммедом. Она представляла собой формальное соглашение между Мухаммедом и всеми значительными племенами и семьями Ясриба (позже известного как Медина), включая мусульман, евреев, христиан и арабских язычников. Эта конституция заложила основу первого исламского государства. Документ был разработан с четкой целью положить конец кровопролитным межплеменным столкновениям между кланами аусов (аусов и хазраев) в Медине. В связи с этим в ней были установлены ряд прав и обязанностей для мусульманских, еврейских, христианских и языческих общин Медины, объединив их в единую общину – умму. Точная датировка Конституции Медины остаётся предметом дискуссий, однако большинство ученых сходятся во мнении, что она была написана вскоре после хиджры (622 г. н.э.). Фактически, она установила первое исламское государство. Конституция определяла: безопасность общины, религиозную свободу, статус Медины как харама, или священного места (запрещающего любое насилие и ношение оружия), безопасность женщин, стабильные межплеменные отношения в Медине, налоговую систему для поддержки общины в период конфликтов, рамки для внешнеполитических союзов, систему защиты отдельных лиц, судебную систему для разрешения споров, а также регулировала выплату дии (компенсации семьям или племенам за убийство человека вместо применения принципа талиона).
Ранний халифат и политические идеалы
После смерти Мухаммеда в 632 году н.э. его общине необходимо было назначить нового лидера, что привело к возникновению титула халифа (خَليفة). Таким образом, последовавшие исламские империи стали известны как «халифаты», и серией из четырех халифов управлялась ранняя исламская империя: Абу Бакр (632–634), ʿУмар ибн аль-Хаттаб (Умар I, 634–644), ʿУсман ибн ʿАффан (644–656) и ʿАли ибн Аби Талиб (656–661). Эти лидеры известны как халифы рашидуны («правоверные») в суннитском исламе. Сунниты считали, что халиф должен избираться, и любой мусульманин из арабского клана Курайшитов, племени Мухаммеда, мог занять этот пост. Шииты, напротив, полагали, что титул халифа должен передаваться по наследству в роду Мухаммеда, и поэтому все халифы, за исключением кузена и зятя Мухаммеда ʿАли ибн Аби Талиба и его старшего сына Хасана, фактически были незаконными узурпаторами. Ранняя исламская империя простиралась от Аль-Андалуса (мусульманской Иберии) до региона Пенджаб во времена правления династии Омейядов. Важной исламской концепцией, касающейся структуры правления, является шура, или «консультация» с народом по вопросам, касающимся их жизни, что является обязанностью правителей, упомянутой в двух аятах Корана: и Один из типов правителей, не соответствующий исламскому идеалу, – царь, который подвергался критике в Коране в упоминаниях о фараоне, «прототипе несправедливого и тиранического правителя» (, ) и в других местах. Оливье Рой пишет, что классическая исламская мысль изобилует трактатами об управлении, советами для правителей и поучительными историями. Они не размышляют о природе политики, а о природе хорошего правителя и хорошего управления (советы, методы, парадигмы, анекдоты).
Избрание или назначение
Аль-Маварди, суннитский мусульманский юрист школы Шафии, писал, что халиф должен быть из племени Курайшитов. Абу Бакр аль-Бакыллани, ученый-ашарит суннитского толка и юрист маликийской школы, утверждал, что лидер мусульман должен быть избран большинством. Абу Ханифа ан-Нуман, основатель суннитской ханафитской школы, также писал, что лидер должен происходить из большинства. Западный исследователь ислама Фред Доннер утверждает, что обычной практикой в Аравии в период ранних халифатов было то, что после смерти лидера влиятельные представители родственной группы или племени собирались и избирали лидера из своей среды, хотя никакой установленной процедуры для этой шуры, или консультативного собрания, не существовало. Кандидаты обычно происходили из того же рода, что и покойный лидер, но не обязательно были его сыновьями. Способные люди, способные эффективно руководить, предпочитались неэффективному прямому наследнику, поскольку в преобладающем суннитском мнении не было оснований выбирать главу государства или наместника исключительно по принципу происхождения.
Послушание и противодействие
По словам ученого Муджана Момена, "одно из ключевых положений в Коране, вокруг которого сосредоточена большая часть экзегезы" по вопросу о том, что исламская доктрина говорит о том, кто обладает властью, основано на аяте: "О верующие! Повинуйтесь Аллаху, повинуйтесь Посланнику и тем из вас, кто наделен властью [ууля аль-амр]". Для суннитов выражение "тем, кто наделен властью" (ууля аль-амр) относится к правителям (халифам и царям), а для шиитов – к имамам. По словам британского историка и востоковеда Бернарда Льюиса, этот коранический аят был развит в ряде хадисов, приписываемых Мухаммаду. Однако существуют и хадисы, которые строго ограничивают обязанность повиновения. Два высказывания, приписываемых Пророку и общепризнанные как достоверные, являются показательными. Одно гласит: "нет повиновения в грехе"; иными словами, если правитель повелевает чем-то, противоречащим божественному закону, не только нет обязанности повиноваться, но и есть обязанность ослушаться. Это больше, чем право на революцию, известное в западной политической мысли. Это обязанность революции, или, по крайней мере, неповиновения и сопротивления власти. Другое высказывание: "не повинуйся творению против его Создателя", также четко ограничивает власть правителя, независимо от его формы правления. Согласно экзегетической интерпретации средневекового мусульманского ученого Ибн Таймийи, в связи с этим аятом "нет повиновения в грехе" следует понимать, что люди должны игнорировать приказы правителя, если они противоречат божественному закону, и не должны использовать это как предлог для революции, поскольку это приведет к пролитию крови мусульман. По мнению Ибн Таймийи, поговорка "шестьдесят лет под властью несправедливого имама лучше, чем одна ночь без султана" была подтверждена опытом. Он считал, что кораническое предписание "призывать к благу и удерживать от зла" (аль-амр биль ма'руф ва н-нахй 'ан аль-мункар, встречается в , , и других аятах) является обязанностью каждого государственного служащего, ответственного за других мусульман, от халифа до "учителя, отвечающего за проверку детских письменных работ".
For Sunnīs, the expression "those who have been given authority" (uulaa al amr) refers to the rulers (caliphs and kings), but for Shīʿas it refers to the Imams. According to the British historian and Orientalist scholar Bernard Lewis, this Quranic verse has been
elaborated in a number of sayings attributed to Muhammad. But there are also sayings that put strict limits on the duty of obedience. Two dicta attributed to the Prophet and universally accepted as authentic are indicative. One says, "there is no obedience in sin"; in other words, if the ruler orders something contrary to the divine law, not only is there no duty of obedience, but there is a duty of disobedience. This is more than the right of revolution that appears in Western political thought. It is a duty of revolution, or at least of disobedience and opposition to authority. The other pronouncement, "do not obey a creature against his creator," again clearly limits the authority of the ruler, whatever form of ruler that may be. According to the exegetical interpretation of the medieval Sunnī Muslim scholar Ibn Taymiyyah, for this verse "there is no obedience in sin"; that people should ignore the order of the ruler if it would disobey the divine law and shouldn't use this as excuse for revolution because it will spill Muslims' blood. According to Ibn Taymiyyah, the saying "sixty years with an unjust imam is better than one night without a sultan" was confirmed by experience. He believed that the Quranic injunction to "enjoin good and forbid evil" (al amr bi l maʿrūf wa n nahy ʿani l munkar, found in , , and other verses) was the duty of every state functionary with charge over other Muslims, from the caliph to "the schoolmaster in charge of assessing children's handwriting exercises."
Шариат и управление (сийаса)
Начиная с позднего средневековья, суннитский фикх разработал доктрину сияса шарийя, что буквально означает управление в соответствии с шариатом и иногда называется политическим аспектом исламского права. Её целью было согласовать исламское право с практическими потребностями государственного управления. Доктрина подчеркивала религиозную основу политической власти и выступала за неформальное применение исламского права, если этого требовали соображения целесообразности и общественной пользы. Она впервые возникла как ответ на трудности, вызванные строгими процессуальными требованиями исламского права. Закон отвергал косвенные доказательства и требовал свидетельских показаний, что затрудняло вынесение обвинительных приговоров в судах под председательством кади (шариатских судей). В ответ исламские правоведы допустили большую процессуальную гибкость в определенных случаях, например, при рассмотрении жалоб на государственных должностных лиц в судах мазалим, управляемых советом правителя, и применении "исправительных" дискционных наказаний за мелкие преступления. Однако при мамлюкском султанате суды, не возглавляемые кади, расширили свою юрисдикцию на коммерческое и семейное право, функционируя параллельно с шариатскими судами и отступая от некоторых формальностей, предписанных фикхом. Последующее развитие доктрины было направлено на разрешение этого противоречия между государственным управлением и юриспруденцией. В более поздние времена доктрина использовалась для оправдания законодательных изменений, вносимых государством с учетом общественных интересов, при условии, что они не противоречили шариату. Например, османские правители ссылались на неё при издании кодекса административных, уголовных и экономических законов, известного как канун.
Шиитская традиция
В шиитском исламе преобладали три основных подхода к правителям: политическое сотрудничество с властью, политическая активность, направленная на противодействие власти, и дистанцирование от политики. Во всех "трудах шиитских богословов на протяжении веков" проявлялись "элементы каждого из этих подходов".
Современный политический идеал исламского государства
В дополнение к легитимности, данной средневековой исламской мыслью, ностальгия по временам процветающих исламских империй тлела под влиянием более позднего западного колониализма. Эта ностальгия сыграла ключевую роль в исламистском политическом идеале исламского государства – государства, в котором шариат имеет первостепенное значение. Политическая программа исламистов обычно заключается в переформатировании правительств существующих мусульманских национальных государств, однако способы достижения этой цели значительно различаются в зависимости от движений и обстоятельств. Многие демократические исламистские движения, такие как «Джамаат-и Ислами» и «Братья-мусульмане», использовали демократические процессы, ориентируясь на выборы и создание коалиций с другими политическими партиями. Сайид Кутб, египетский исламистский идеолог и видный лидер «Братьев-мусульман» в Египте, оказал значительное влияние на продвижение панисламистской идеологии в 1960-х годах. После его казни египетским правительством при режиме Гамаля Абдель Насера, Айман аз-Завахири создал организацию «Египетский исламский джихад» с целью замены правительства исламским государством, отражающим кутбистское видение исламского возрождения, к которому он стремился. Идеология кутбистов оказала влияние на джихадистские движения и исламских террористов, стремящихся свергнуть светские правительства, в частности, Усаму бен Ладена и Аймана аз-Завахири из «Аль-Каиды», а также на салафитскую джихадистскую террористическую группировку ИГИЛ/ИГИЛ/ИГИЛ/Даиш. Саида Кутба можно считать основателем современного движения радикального ислама. Они также участвовали в терактах в Мадриде в 2004 году и в Лондоне в 2005 году. Вербовщики часто происходили из числа джихадистов из Египта, Алжира, Саудовской Аравии и Марокко. Термин «джихадистский глобализм» также часто используется в связи с исламским терроризмом как глобалистская идеология и в более широком контексте «Войны с террором». Австрийско-американский ученый Манфред Б. Штегер, профессор социологии в Университете Гавайев в Маноа, предложил расширить понятие «джихадистский глобализм», применив его ко всем крайне насильственным формам религиозно мотивированных идеологий, которые воплощают глобальное мировоззрение в конкретные политические программы и террористические стратегии; к ним относятся «Аль-Каида», «Джемаа Исламия», «Хамас» и «Хезболла», которые он считает «самым ярким проявлением религиозного глобализма в наши дни».
XX и XXI века
После Первой мировой войны, поражения и распада Османской империи и последовавшей за этим отменой халифата Мустафой Кемалем Ататюрком, основателем современной Турецкой Республики, правительства, основанные на арабском национализме, столкнулись с экономической стагнацией и беспорядками. Границы этих государств все чаще стали рассматриваться как искусственные колониальные образования – что они и были, буквально начертанные на карте европейскими колониальными державами. Сегодня во многих странах с преимущественно мусульманским населением существуют многочисленные исламские и исламско-демократические политические партии, наряду с множеством повстанческих исламистских экстремистских, воинствующих исламистских и террористических движений и организаций. Оба термина – «исламская демократия» и «исламский фундаментализм» – объединяют широкое разнообразие политических групп с различными целями, историей, идеологиями и происхождением.