Ванневар Буш: Инженер, ученый и администратор науки.

Введение

Американский инженер-электрик и научный администратор (1890–1974)

Ванневар Буш (/v//æ/'/n//iː//v//ɑr/ vanNEEvar; 11 марта 1890 – 28 июня 1974) – американский инженер, изобретатель и научный администратор, который во время Второй мировой войны возглавлял Управление научных исследований и разработок США (OSRD), через которое осуществлялись почти все военные научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы военного времени, включая важные разработки в области радиолокации и инициирование, а также первоначальное администрирование Манхэттенского проекта. Он подчеркивал важность научных исследований для национальной безопасности и экономического благосостояния и был главным образом ответственен за движение, приведшее к созданию Национального научного фонда. В 1919 году Буш присоединился к кафедре электротехники Массачусетского технологического института (MIT) и основал компанию, которая в 1922 году стала компанией Raytheon. В 1932 году Буш стал вице-президентом MIT и деканом инженерной школы MIT, а в 1938 году – президентом Института Карнеги в Вашингтоне. За свою карьеру Буш запатентовал ряд собственных изобретений. Он особенно известен своими инженерными работами над аналоговыми компьютерами и мемексом. Начиная с 1927 года, Буш построил дифференциальный анализатор – механический аналоговый компьютер с некоторыми цифровыми компонентами, способный решать дифференциальные уравнения с числом до 18 независимых переменных. Побочным результатом работы Буша и других в MIT стало зарождение теории проектирования цифровых схем. Мемекс, разработку которого он начал в 1930-х годах (под сильным влиянием «Статистической машины» Эммануэля Голдберга 1928 года), представлял собой гипотетический регулируемый микрофильмовый просматриватель со структурой, аналогичной гипертексту. Мемекс и эссе Буша 1945 года «Как мы можем думать» оказали влияние на поколения учёных-компьютерщиков, которые черпали вдохновение из его видения будущего. В 1938 году Буш был назначен в Национальный консультативный комитет по аэронавтике (NACA) и вскоре стал его председателем. Будучи председателем Комитета по исследованиям национальной обороны (NDRC), а затем директором OSRD, Буш координировал деятельность около шести тысяч ведущих американских учёных в области применения науки к военным нуждам. Буш был известным политическим деятелем и общественным интеллектуалом во время Второй мировой войны, фактически став первым научным советником президента. Как глава NDRC и OSRD, он инициировал Манхэттенский проект и обеспечил ему приоритет на высшем уровне государственной власти. В своём докладе «Наука, бесконечный горизонт» 1945 года, адресованном президенту Соединенных Штатов, Буш призвал к расширению государственной поддержки науки и настоял на создании Национального научного фонда.

Vannevar Bush (/v//æ/'/n//iː//v//ɑr/ vanNEEvar; March 11, 1890 – June 28, 1974) was an American engineer, inventor and science administrator, who during World War II headed the U. S. Office of Scientific Research and Development (OSRD), through which almost all wartime military R&D was carried out, including important developments in radar and the initiation and early administration of the Manhattan Project. He emphasized the importance of scientific research to national security and economic well being, and was chiefly responsible for the movement that led to the creation of the National Science Foundation. Bush joined the Department of Electrical Engineering at Massachusetts Institute of Technology (MIT) in 1919, and founded the company that became the Raytheon Company in 1922. Bush became vice president of MIT and dean of the MIT School of Engineering in 1932, and president of the Carnegie Institution of Washington in 1938. During his career, Bush patented a string of his own inventions. He is known particularly for his engineering work on analog computers, and for the memex. Starting in 1927, Bush constructed a differential analyzer, a mechanical analog computer with some digital components that could solve differential equations with as many as 18 independent variables. An offshoot of the work at MIT by Bush and others was the beginning of digital circuit design theory. The memex, which he began developing in the 1930s (heavily influenced by Emanuel Goldberg's "Statistical Machine" from 1928) was a hypothetical adjustable microfilm viewer with a structure analogous to that of hypertext. The memex and Bush's 1945 essay "As We May Think" influenced generations of computer scientists, who drew inspiration from his vision of the future. Bush was appointed to the National Advisory Committee for Aeronautics (NACA) in 1938, and soon became its chairman. As chairman of the National Defense Research Committee (NDRC), and later director of OSRD, Bush coordinated the activities of some six thousand leading American scientists in the application of science to warfare. Bush was a well known policymaker and public intellectual during World War II, when he was in effect the first presidential science advisor. As head of NDRC and OSRD, he initiated the Manhattan Project, and ensured that it received top priority from the highest levels of government. In Science, The Endless Frontier, his 1945 report to the president of the United States, Bush called for an expansion of government support for science, and he pressed for the creation of the National Science Foundation.

Ранние годы и образование

Ванневар Буш родился в Эверетте, штат Массачусетс, 11 марта 1890 года. Он был третьим ребенком и единственным сыном Ричарда Перри Буша, местного пастора-универсалиста, и его жены Эммы Линвуд (урожденной Пейн), дочери известной семьи из Провинстауна. У него было две старшие сестры, Эдит и Реба. Он был назван в честь Джона Ванневара, старого друга семьи, который вместе с Перри учился в колледже Тафтса. Семья переехала в Челси, штат Массачусетс, в 1892 году, и Буш окончил Челсийскую среднюю школу в 1909 году. Затем он поступил в колледж Тафтс, как и его отец до него. Буш был популярным студентом, вице-президентом второго курса и президентом третьего курса. В последний год обучения он руководил футбольной командой. Он стал членом братства Альфа Тау Омега и встречался с Фиби Кларой Дэвис, которая также была родом из Челси. Колледж Тафтс позволял студентам получать степень магистра одновременно со степенью бакалавра в течение четырех лет. Для своей магистерской диссертации Буш изобрел и запатентовал "профильный трассировщик" – картографическое устройство, помогающее геодезистам, которое напоминало газонокосилку. Оно имело два велосипедных колеса и перо, которое наносило на карту местность, по которой оно двигалось. Это было первым из ряда его изобретений. После окончания учебы в 1913 году он получил степени бакалавра и магистра наук. После окончания университета Буш работал в General Electric (GE) в Шенектади, штат Нью-Йорк, за 14 долларов в неделю. В качестве "испытателя" он проверял оборудование на безопасность. Затем он перешел на завод GE в Питтсфилде, штат Массачусетс, чтобы работать с высоковольтными трансформаторами, но после пожара на заводе Буш и другие испытатели были временно отстранены от работы. В октябре 1914 года он вернулся в Тафтс преподавать математику, а летом 1915 года работал инспектором по электричеству на Бруклинской военно-морской верфи. Буш получил стипендию в размере 1500 долларов для обучения в Университете Кларка в качестве аспиранта под руководством Артура Гордона Вебстера, но Вебстер хотел, чтобы Буш изучал акустику – популярную в то время область, которая привела многих к компьютерным наукам. Буш предпочел отказаться от учебы, чем изучать предмет, который его не интересовал. Впоследствии Буш поступил в Массачусетский технологический институт (MIT) на программу по электротехнике. Подстегиваемый необходимостью в финансовой стабильности для женитьбы, он представил свою диссертацию под названием "Колеблющиеся цепи тока: расширение теории обобщенных угловых скоростей с применением к связанной цепи и искусственной линии передачи" в апреле 1916 года. Его научный руководитель, Артур Эдвин Кеннелли, потребовал от него дополнительной работы, но Буш отказался, и Кеннелли был пересмотрен заведующим кафедрой. Буш получил докторскую степень в области инженерии совместно с MIT и Гарвардским университетом. В августе 1916 года он женился на Фиби. У них было два сына: Ричард Дэвис Буш и Джон Хэтэуэй Буш.

Vannevar Bush was born in Everett, Massachusetts, on March 11, 1890. He was the third child and only son of Richard Perry Bush, the local Universalist pastor, and his wife Emma Linwood (née Paine), the daughter of a prominent Provincetown family. He had two older sisters, Edith and Reba. He was named after John Vannevar, an old friend of the family who had attended Tufts College with Perry. The family moved to Chelsea, Massachusetts, in 1892, and Bush graduated from Chelsea High School in 1909. He then attended Tufts College, like his father before him. A popular student, he was vice president of his sophomore class, and president of his junior class. During his senior year, he managed the football team. He became a member of the Alpha Tau Omega fraternity, and dated Phoebe Clara Davis, who also came from Chelsea. Tufts allowed students to gain a master's degree in four years simultaneously with a bachelor's degree. For his master's thesis, Bush invented and patented a "profile tracer". This was a mapping device for assisting surveyors that looked like a lawn mower. It had two bicycle wheels, and a pen that plotted the terrain over which it traveled. It was the first of a string of inventions. On graduation in 1913 he received both Bachelor of Science and Master of Science degrees. After graduation, Bush worked at General Electric (GE) in Schenectady, New York, for $14 a week. As a "test man," he assessed equipment to ensure that it was safe. He transferred to GE's plant in Pittsfield, Massachusetts, to work on high voltage transformers, but after a fire broke out at the plant, Bush and the other test men were suspended. He returned to Tufts in October 1914 to teach mathematics, and spent the 1915 summer break working at the Brooklyn Navy Yard as an electrical inspector. Bush was awarded a $1,500 scholarship to study at Clark University as a doctoral student of Arthur Gordon Webster, but Webster wanted Bush to study acoustics, a popular field at the time that led many to computer science. Bush preferred to quit rather than study a subject that did not interest him. Bush subsequently enrolled in the Massachusetts Institute of Technology (MIT) electrical engineering program. Spurred by the need for enough financial security to marry, he submitted his thesis, entitled Oscillating Current Circuits: An Extension of the Theory of Generalized Angular Velocities, with Applications to the Coupled Circuit and the Artificial Transmission Line, in April 1916. His adviser, Arthur Edwin Kennelly, demanded more work from him, but Bush refused, and Kennelly was overruled by the department chairman. Bush received his doctorate in engineering jointly from MIT and Harvard University. He married Phoebe in August 1916. They had two sons: Richard Davis Bush and John Hathaway Bush.

Ранняя инженерная деятельность

Буш принял работу в Тафтсе, где он стал участвовать в работе Американской радио- и исследовательской корпорации (AMRAD), которая начала транслировать музыку из кампуса 8 марта 1916 года. Владелец станции, Гарольд Пауэр, нанял его для управления лабораторией компании с зарплатой, превышающей ту, которую Буш получал в Тафтсе. В 1917 году, после вступления Соединенных Штатов в Первую мировую войну, он начал работать в Национальном исследовательском совете. Он попытался разработать способ обнаружения подводных лодок путем измерения возмущений в магнитном поле Земли. Его устройство работало по проекту, но только с деревянного корабля; попытки заставить его работать на металлическом корабле, таком как эсминец, не увенчались успехом. Буш покинул Тафтс в 1919 году, хотя остался сотрудником AMRAD, и присоединился к Департаменту электротехники в Массачусетском технологическом институте (MIT), где работал под руководством Дугальда С. Джексона. В 1922 году он сотрудничал с профессором МТИ Уильямом Х. Тимби над книгой «Принципы электротехники» – вводным учебником. Выгодные контракты AMRAD, заключенные во время Первой мировой войны, были отменены, и Буш попытался изменить положение компании, разработав термостатический переключатель, изобретенный Элом Спенсером, техником AMRAD, в свободное время. Руководство AMRAD не проявляло интереса к устройству, но не возражало против его продажи. Буш получил поддержку от Лоуренса К. Маршалла и Ричарда С. Олдрича для создания компании Spencer Thermostat, которая наняла Буша в качестве консультанта. Вскоре доходы новой компании превысили миллион долларов. В 1931 году она объединилась с General Plate Company, образовав Metals & Controls Corporation, а в 1959 году – с Texas Instruments. Texas Instruments продала ее Bain Capital в 2006 году, и в 2010 году она снова стала независимой компанией под названием Sensata Technologies. В 1924 году Буш и Маршалл объединились с физиком Чарльзом Г. Смитом, который изобрел трубку регулятора напряжения, известную как S-трубка. Это устройство позволило радиоприемникам, которым ранее требовались два разных типа батарей, работать от сети переменного тока. Маршалл привлек 25 000 долларов для создания American Appliance Company 7 июля 1922 года с целью производства бесшумных холодильников, при этом Буш и Смит вошли в число пяти директоров, но затем изменил курс и переименовал ее в Raytheon Company для производства и продажи S-трубки. Это предприятие сделало Буша состоятельным, а Raytheon в конечном итоге стала крупной компанией в области электроники и оборонным подрядчиком. Начиная с 1927 года, Буш построил дифференциальный анализатор – аналоговый компьютер, который мог решать дифференциальные уравнения с до 18 независимыми переменными. Это изобретение выросло из предыдущей работы, выполненной Гербертом Р. Стюартом, одним из студентов Буша, который по предложению Буша создал интеграф – устройство для решения дифференциальных уравнений первого порядка, в 1925 году. Другой студент, Гарольд Хейзен, предложил расширить устройство для обработки дифференциальных уравнений второго порядка. Буш сразу же осознал потенциал такого изобретения, поскольку их было гораздо сложнее решать, но они также часто встречались в физике. Под руководством Буша Хейзен смог построить дифференциальный анализатор – конструкцию, похожую на стол с множеством валов и ручек, которая механически моделировала и строила график желаемого уравнения. В отличие от более ранних конструкций, которые были чисто механическими, дифференциальный анализатор имел как электрические, так и механические компоненты. Среди инженеров, которые использовали дифференциальный анализатор, была Эдит Кларк из General Electric, которая использовала его для решения задач, связанных с передачей электроэнергии. За разработку дифференциального анализатора Буш был удостоен медали Луиса Э. Леви Института Франклина в 1928 году. Буш преподавал булеву алгебру, теорию цепей и операционное исчисление в соответствии с методами Оливера Хевисайда, когда Сэмюэл Уэсли Страттон был президентом MIT. Когда Гарольд Джеффрис в Кембридже, Англия, предложил свое математическое изложение в «Операционных методах в математической физике» (1927), Буш ответил своим основополагающим учебником «Операционный анализ цепей» (1929) для обучения студентов электротехники. В предисловии он написал: «Я пишу как инженер и не претендую на звание математика. Я полагаюсь на поддержку математика и всегда буду полагаться на него, как и на химика, врача или юриста». Норберт Винер терпеливо помог мне избежать многих математических ловушек – он написал приложение к этому тексту по некоторым математическим вопросам. Я не знал, что инженер и математик могут так хорошо проводить время вместе. Я просто хотел бы обладать тем же глубоким пониманием математики, которое он имеет в отношении основных принципов физики. Были отмечены заслуги Парри Муна и Страттона, а также М. С. Валларты, который «написал первый набор конспектов лекций, которые я использовал». Побочным продуктом работы в MIT было начало теории проектирования цифровых схем одним из аспирантов Буша, Клодом Шенноном. Работая над аналитической машиной, Шеннон описал применение булевой алгебры к электронным схемам в своей основополагающей магистерской диссертации «Символический анализ релейных и коммутационных схем». В 1935 году к Бушу обратился OP 20 G, который искал электронное устройство для помощи в дешифровке. Бушу заплатили гонорар в размере 10 000 долларов за разработку Rapid Analytical Machine (RAM). Проект превысил бюджет и был сдан только в 1938 году, когда выяснилось, что он ненадежен в эксплуатации. Тем не менее, это был важный шаг к созданию такого устройства. Реформа администрации MIT началась в 1930 году с назначения Карла Т. Комптона президентом. Буш и Комптон вскоре столкнулись из-за вопроса об ограничении объема внештатных консультаций профессорами, в битве, которую Буш быстро проиграл, но вскоре оба построили прочные профессиональные отношения. Комптон назначил Буша на вновь созданную должность вице-президента в 1932 году. В том же году Буш также стал деканом факультета инженерии MIT. Эти две должности сопровождались зарплатой в размере 12 000 долларов плюс 6 000 долларов на расходы в год. Компании, которые Буш помог основать, и технологии, которые он вывел на рынок, обеспечили ему финансовую стабильность, поэтому он смог заниматься академическими и научными исследованиями, которые, по его мнению, делали мир лучше в годы до и после Второй мировой войны.

Bush accepted a job with Tufts, where he became involved with the American Radio and Research Corporation (AMRAD), which began broadcasting music from the campus on March 8, 1916. The station owner, Harold Power, hired him to run the company's laboratory, at a salary greater than that which Bush drew from Tufts. In 1917, following the United States' entry into World War I, he went to work with the National Research Council. He attempted to develop a means of detecting submarines by measuring the disturbance in the Earth's magnetic field. His device worked as designed, but only from a wooden ship; attempts to get it to work on a metal ship such as a destroyer failed. Bush left Tufts in 1919, although he remained employed by AMRAD, and joined the Department of Electrical Engineering at Massachusetts Institute of Technology (MIT), where he worked under Dugald C. Jackson. In 1922, he collaborated with fellow MIT professor William H. Timbie on Principles of Electrical Engineering, an introductory textbook. AMRAD's lucrative contracts from World War I had been cancelled, and Bush attempted to reverse the company's fortunes by developing a thermostatic switch invented by Al Spencer, an AMRAD technician, on his own time. AMRAD's management was not interested in the device, but had no objection to its sale. Bush found backing from Laurence K. Marshall and Richard S. Aldrich to create the Spencer Thermostat Company, which hired Bush as a consultant. The new company soon had revenues in excess of a million dollars. It merged with General Plate Company to form Metals & Controls Corporation in 1931, and with Texas Instruments in 1959. Texas Instruments sold it to Bain Capital in 2006, and it became a separate company again as Sensata Technologies in 2010. In 1924, Bush and Marshall teamed up with physicist Charles G. Smith, who had invented a voltage regulator tube called the S tube. The device enabled radios, which had previously required two different types of batteries, to operate from mains power. Marshall had raised $25,000 to set up the American Appliance Company on July 7, 1922, to build silent refrigerators, with Bush and Smith among its five directors, but changed course and renamed it the Raytheon Company, to make and market the S tube. The venture made Bush wealthy, and Raytheon ultimately became a large electronics company and defense contractor. Starting in 1927, Bush constructed a differential analyzer, an analog computer that could solve differential equations with as many as 18 independent variables. This invention arose from previous work performed by Herbert R. Stewart, one of Bush's master's students, who at Bush's suggestion created the integraph, a device for solving first order differential equations, in 1925. Another student, Harold Hazen, proposed extending the device to handle second order differential equations. Bush immediately realized the potential of such an invention, for these were much more difficult to solve, but also quite common in physics. Under Bush's supervision, Hazen was able to construct the differential analyzer, a table like array of shafts and pens that mechanically simulated and plotted the desired equation. Unlike earlier designs that were purely mechanical, the differential analyzer had both electrical and mechanical components. Among the engineers who made use of the differential analyzer was General Electric's Edith Clarke, who used it to solve problems relating to electric power transmission. For developing the differential analyzer, Bush was awarded the Franklin Institute's Louis E. Levy Medal in 1928. Bush taught Boolean algebra, circuit theory, and operational calculus according to the methods of Oliver Heaviside while Samuel Wesley Stratton was President of MIT. When Harold Jeffreys in Cambridge, England, offered his mathematical treatment in Operational Methods in Mathematical Physics (1927), Bush responded with his seminal textbook Operational Circuit Analysis (1929) for instructing electrical engineering students. In the preface he wrote:

I write as an engineer and do not pretend to be a mathematician. I lean for support, and expect always to lean, upon the mathematician, just as I must lean upon the chemist, the physician, or the lawyer. Norbert Wiener has patiently guided me around many a mathematical pitfall he has written an appendix to this text on certain mathematical points. I did not know an engineer and a mathematician could have such good times together. I only wish that I could get the real vital grasp of mathematics that he has of the basic principles of physics. Parry Moon and Stratton were acknowledged, as was M. S. Vallarta who "wrote the first set of class notes which I used." An offshoot of the work at MIT was the beginning of digital circuit design theory by one of Bush's graduate students, Claude Shannon. Working on the analytical engine, Shannon described the application of Boolean algebra to electronic circuits in his landmark master's thesis, A Symbolic Analysis of Relay and Switching Circuits. In 1935, Bush was approached by OP 20 G, which was searching for an electronic device to aid in codebreaking. Bush was paid a $10,000 fee to design the Rapid Analytical Machine (RAM). The project went over budget and was not delivered until 1938, when it was found to be unreliable in service. Nonetheless, it was an important step toward creating such a device. The reform of MIT's administration began in 1930, with the appointment of Karl T. Compton as president. Bush and Compton soon clashed over the issue of limiting the amount of outside consultancy by professors, a battle Bush quickly lost, but the two men soon built a solid professional relationship. Compton appointed Bush to the newly created post of vice president in 1932. That year Bush also became the dean of the MIT School of Engineering. The two positions came with a salary of $12,000 plus $6,000 for expenses per annum. The companies Bush helped to found and the technologies he brought to the market made him financially secure, so he was able to pursue academic and scientific studies that he felt made the world better in the years before and after World War II.

Институт науки Карнеги

В мае 1938 года Буш принял престижную должность президента Института Карнеги в Вашингтоне (CIW), основанного в Вашингтоне, округ Колумбия. Также известный как Институт Карнеги для науки, он располагал капиталом в 33 миллиона долларов и ежегодно тратил 1,5 миллиона долларов на исследования, большая часть которых проводилась в его восьми основных лабораториях. Буш вступил в должность 1 января 1939 года с зарплатой 25 000 долларов. Теперь он мог влиять на исследовательскую политику в Соединенных Штатах на самом высоком уровне и неформально консультировать правительство по научным вопросам. Вскоре Буш обнаружил, что у CIW серьезные финансовые проблемы, и ему пришлось обратиться в Корпорацию Карнеги за дополнительным финансированием. Буш столкнулся в вопросах руководства институтом с Камероном Форбсом, председателем совета директоров CIW, и со своим предшественником Джоном Мерриамом, который продолжал давать непрошеные советы. Серьезным конфузом для всех был Гарри Х. Лафлин, руководитель Бюро евгенических записей, деятельность которого Мерриам безуспешно пытался ограничить. Буш поставил своей первоочередной задачей его отстранение, считая его научным мошенником, и одним из первых шагов было поручить провести проверку работы Лафлина. В июне 1938 года Буш предложил Лафлину выйти на пенсию, предоставив ему пожизненное пособие, которое Лафлин неохотно принял. Бюро евгеники было переименовано в Бюро генетики, его финансирование было значительно сокращено, и оно было окончательно закрыто в 1944 году. Сенатор Роберт Рейнольдс попытался добиться восстановления Лафлина в должности, но Буш сообщил попечителям, что расследование в отношении Лафлина "покажет его физическую неспособность руководить учреждением, а проверка его научной репутации будет столь же однозначной". Буш хотел, чтобы институт сосредоточился на фундаментальных науках. Он упразднил археологическую программу Карнеги, что отбросило эту область знаний на много лет назад в Соединенных Штатах. Он не видел ценности в гуманитарных и социальных науках и сократил финансирование журнала Isis, посвященного истории науки и техники и их культурному влиянию. Позже Буш объяснил: "Я испытываю большие сомнения по поводу подобных исследований, когда кто-то берет интервью у множества людей, читает множество материалов, пишет книгу и ставит ее на полку, где ее никто никогда не читает".

In May 1938, Bush accepted a prestigious appointment as president of the Carnegie Institution of Washington (CIW), which had been founded in Washington, D. C. Also known as the Carnegie Institution for Science, it had an endowment of $33 million, and annually spent $1.5 million in research, most of which was carried out at its eight major laboratories. Bush became its president on January 1, 1939, with a salary of $25,000. He was now able to influence research policy in the United States at the highest level, and could informally advise the government on scientific matters. Bush soon discovered that the CIW had serious financial problems, and he had to ask the Carnegie Corporation for additional funding. Bush clashed over leadership of the institute with Cameron Forbes, CIW's chairman of the board, and with his predecessor, John Merriam, who continued to offer unwanted advice. A major embarrassment to them all was Harry H. Laughlin, the head of the Eugenics Record Office, whose activities Merriam had attempted to curtail without success. Bush made it a priority to remove him, regarding him as a scientific fraud, and one of his first acts was to ask for a review of Laughlin's work. In June 1938, Bush asked Laughlin to retire, offering him an annuity, which Laughlin reluctantly accepted. The Eugenics Record Office was renamed the Genetics Record Office, its funding was drastically cut, and it was closed completely in 1944. Senator Robert Reynolds attempted to get Laughlin reinstated, but Bush informed the trustees that an inquiry into Laughlin would "show him to be physically incapable of directing an office, and an investigation of his scientific standing would be equally conclusive." Bush wanted the institute to concentrate on hard science. He gutted Carnegie's archeology program, setting the field back many years in the United States. He saw little value in the humanities and social sciences, and slashed funding for Isis, a journal dedicated to the history of science and technology and its cultural influence. Bush later explained that "I have a great reservation about these studies where somebody goes out and interviews a bunch of people and reads a lot of stuff and writes a book and puts it on a shelf and nobody ever reads it."

Национальный консультативный комитет по аэронавтике

23 августа 1938 года Буш был назначен в Национальный консультативный комитет по аэронавтике (NACA), предшественник NASA. Его председатель, Джозеф Свитман Эймс, заболел, и Бушу, как вице-председателю, вскоре пришлось исполнять его обязанности. В декабре 1938 года NACA запросила 11 миллионов долларов на создание новой аэронавтической исследовательской лаборатории в Саннивейле, штат Калифорния, в дополнение к существующей Лэнгли Мемориальной аэронавтической лаборатории. Калифорнийское местоположение было выбрано из-за близости к некоторым из крупнейших авиационных корпораций. Это решение поддержали начальник Военно-воздушных сил армии США генерал-майор Генри Х. Арнольд и глава Бюро аэронавтики ВМС контр-адмирал Артур Б. Кук, которые планировали потратить 225 миллионов долларов на новые самолеты в следующем году. Однако Конгресс не был убежден в целесообразности этого, и Бушу пришлось выступить перед Комитетом по ассигнованиям Сената 5 апреля 1939 года. Для Буша это был разочаровывающий опыт, поскольку он никогда раньше не выступал перед Конгрессом, и сенаторы не были впечатлены его аргументами. Потребовалось дальнейшее лоббирование, прежде чем было окончательно одобрено финансирование нового центра, ныне известного как Исследовательский центр Эймса. К этому времени в Европе началась война, и стало очевидным превосходство иностранных авиационных двигателей над американскими, в частности, двигатель Allison V-1710, который плохо работал на больших высотах и был заменен на самолете P-51 Mustang британским двигателем Rolls-Royce Merlin. NACA запросила финансирование для строительства третьего центра в Огайо, который стал Исследовательским центром Гленна. После выхода Эймса на пенсию в октябре 1939 года Буш стал председателем NACA, а Джордж Дж. Мид – его заместителем. Буш оставался членом NACA до ноября 1948 года.

Комитет по исследованиям национальной обороны

Во время Первой мировой войны Буш осознал плохое взаимодействие между гражданскими учеными и военными. Обеспокоенный отсутствием координации в научных исследованиях и потребностями мобилизации обороны, Буш предложил создать центральное директивное агентство при федеральном правительстве, что он обсудил со своими коллегами. Он попросил секретаря NACA подготовить проект предложенного Комитета по исследованиям национальной обороны (NDRC) для представления Конгрессу, но после вторжения Германии во Францию в мае 1940 года Буш решил, что важна скорость, и обратился непосредственно к президенту Франклину Д. Рузвельту. Через дядю президента, Фредерика Делано, Бушу удалось организовать встречу с Рузвельтом 12 июня 1940 года, на которую он принес один лист бумаги с описанием агентства. Рузвельт одобрил предложение за 15 минут, написав на листе "ОК – FDR". С Бушем в качестве председателя, NDRC приступил к работе еще до официального учреждения агентства приказом Совета национальной обороны от 27 июня 1940 года. Организация финансировалась по принципу "от случая к случаю" с денежной поддержкой из фонда экстренных президентских средств. Буш назначил четырех ведущих ученых в NDRC: Карла Тейлора Комптона (президента MIT), Джеймса Б. Конанта (президента Гарвардского университета), Фрэнка Б. Джуэтта (президента Национальной академии наук и председателя Совета директоров Bell Laboratories) и Ричарда С. Толмана (декана факультета Калифорнийского технологического института); контр-адмирал Гарольд Г. Боуэн, старший, и бригадный генерал Джордж В. Стронг представляли военные ведомства. Гражданские ученые уже хорошо знали друг друга, что позволило организации немедленно приступить к работе. NDRC разместился в административном здании Института Карнеги в Вашингтоне. Каждому члену комитета была назначена область ответственности, а Буш занимался координацией. Небольшое количество проектов, таких как секция S1, находились в его непосредственном подчинении. Заместитель Комптона, Альфред Лумис, сказал, что "из людей, чья смерть летом 1940 года стала бы величайшей утратой для Америки, президент был бы первым, а доктор Буш – вторым или третьим". Буш любил говорить, что "если он и внес какой-то важный вклад в военные усилия, то это было убеждение Армии и Флота сообщать друг другу о том, что они делают". Он установил хорошие отношения с военным министром Генри Л. Стимсоном и помощником Стимсона Харви Х. Банди, который находил Буша "нетерпеливым" и "самодовольным", но отмечал, что он был "одним из самых важных и способных людей, которых я когда-либо знал". Отношения Буша с флотом были более напряженными. Боуэн, директор Научно-исследовательской лаборатории ВМС (NRL), рассматривал NDRC как бюрократического конкурента и рекомендовал его упразднить. Серия бюрократических споров завершилась подчинением NRL Бюро кораблей, а министр ВМС Фрэнк Нокс поместил неудовлетворительную аттестацию в личное дело Боуэна. После войны Боуэн снова попытался создать соперника NDRC внутри флота. 31 августа 1940 года Буш встретился с Генри Тизардом и организовал серию встреч между NDRC и британской научной делегацией – миссией Тизарда. На встрече 19 сентября 1940 года американцы описали микроволновые исследования, проводимые Лумисом и Комптоном. У них был экспериментальный коротковолновый радар с длиной волны 10 см, но они признали, что его мощности недостаточно и что они зашли в тупик. Таффи Боуэн и Джон Кокрофт из миссии Тизарда представили магнетрон с полостью – устройство, превосходящее все, что видели американцы, с выходной мощностью около 10 кВт на 10 см, достаточной для обнаружения перископа подводной лодки, вышедшей на поверхность ночью, с самолета. Чтобы использовать это изобретение, Буш решил создать специальную лабораторию. NDRC выделил новой лаборатории бюджет в 455 000 долларов на первый год. Лумис предложил, чтобы лабораторией руководил Институт Карнеги, но Буш убедил его, что лучше всего будет, если ею будет руководить MIT. Лаборатория радиации, как она стала известна, проверила свой воздушный радар с армейского бомбардировщика B-18 27 марта 1941 года. К середине 1941 года был разработан радар SCR 584 – мобильная система управления огнем радиолокационных зенитных орудий. В сентябре 1940 года Норберт Винер обратился к Бушу с предложением построить цифровой компьютер. Буш отказался финансировать этот проект из NDRC, поскольку не верил, что его можно завершить до конца войны. Сторонники цифровых компьютеров были разочарованы этим решением, которое они приписали предпочтению устаревшей аналоговой технологии. В июне 1943 года Армия выделила 500 000 долларов на строительство компьютера, который стал ENIAC – первым универсальным электронным компьютером. Отложив его финансирование, Буш оказался прав: ENIAC был завершен только в декабре 1945 года, после окончания войны. Его критики расценили его позицию как недальновидность.

During World War I, Bush had become aware of poor cooperation between civilian scientists and the military. Concerned about the lack of coordination in scientific research and the requirements of defense mobilization, Bush proposed the creation of a general directive agency in the federal government, which he discussed with his colleagues. He had the secretary of NACA prepare a draft of the proposed National Defense Research Committee (NDRC) to be presented to Congress, but after the Germans invaded France in May 1940, Bush decided speed was important and approached President Franklin D. Roosevelt directly. Through the President's uncle, Frederic Delano, Bush managed to set up a meeting with Roosevelt on June 12, 1940, to which he brought a single sheet of paper describing the agency. Roosevelt approved the proposal in 15 minutes, writing "OK – FDR" on the sheet. With Bush as chairman, the NDRC was functioning even before the agency was officially established by order of the Council of National Defense on June 27, 1940. The organization operated financially on a hand to mouth basis with monetary support from the president's emergency fund. Bush appointed four leading scientists to the NDRC: Karl Taylor Compton (president of MIT), James B. Conant (president of Harvard University), Frank B. Jewett (president of the National Academy of Sciences and chairman of the Board of Directors of Bell Laboratories), and Richard C. Tolman (dean of the graduate school at Caltech); Rear Admiral Harold G. Bowen, Sr. and Brigadier General George V. Strong represented the military. The civilians already knew each other well, which allowed the organization to begin functioning immediately. The NDRC established itself in the administration building at the Carnegie Institution of Washington. Each member of the committee was assigned an area of responsibility, while Bush handled coordination. A small number of projects reported to him directly, such as the S 1 Section. Compton's deputy, Alfred Loomis, said that "of the men whose death in the Summer of 1940 would have been the greatest calamity for America, the President is first, and Dr. Bush would be second or third." Bush was fond of saying that "if he made any important contribution to the war effort at all, it would be to get the Army and Navy to tell each other what they were doing." He established a cordial relationship with Secretary of War Henry L. Stimson, and Stimson's assistant, Harvey H. Bundy, who found Bush "impatient" and "vain", but said he was "one of the most important, able men I ever knew". Bush's relationship with the navy was more turbulent. Bowen, the director of the Naval Research Laboratory (NRL), saw the NDRC as a bureaucratic rival, and recommended abolishing it. A series of bureaucratic battles ended with the NRL placed under the Bureau of Ships, and Secretary of the Navy Frank Knox placing an unsatisfactory fitness report in Bowen's personnel file. After the war, Bowen would again try to create a rival to the NDRC inside the navy. On August 31, 1940, Bush met with Henry Tizard, and arranged a series of meetings between the NDRC and the Tizard Mission, a British scientific delegation. At a meeting On September 19, 1940, the Americans described Loomis and Compton's microwave research. They had an experimental 10 cm wavelength short wave radar, but admitted that it did not have enough power and that they were at a dead end. Taffy Bowen and John Cockcroft of the Tizard Mission then produced a cavity magnetron, a device more advanced than anything the Americans had seen, with a power output of around 10 kW at 10 cm, enough to spot the periscope of a surfaced submarine at night from an aircraft. To exploit the invention, Bush decided to create a special laboratory. The NDRC allocated the new laboratory a budget of $455,000 for its first year. Loomis suggested that the lab should be run by the Carnegie Institution, but Bush convinced him that it would best be run by MIT. The Radiation Laboratory, as it came to be known, tested its airborne radar from an Army B 18 on March 27, 1941. By mid 1941, it had developed SCR 584 radar, a mobile radar fire control system for antiaircraft guns. In September 1940, Norbert Wiener approached Bush with a proposal to build a digital computer. Bush declined to provide NDRC funding for it on the grounds that he did not believe that it could be completed before the end of the war. The supporters of digital computers were disappointed at the decision, which they attributed to a preference for outmoded analog technology. In June 1943, the Army provided $500,000 to build the computer, which became ENIAC, the first general purpose electronic computer. Having delayed its funding, Bush's prediction proved correct as ENIAC was not completed until December 1945, after the war had ended. His critics saw his attitude as a failure of vision.

Управление научных исследований и разработок

28 июня 1941 года Рузвельт учредил Управление научных исследований и разработок (OSRD) подписанием исполнительного приказа № 8807. Буш стал директором OSRD, а Конант занял его место в качестве председателя NDRC, которое было включено в состав OSRD. OSRD обладало более прочной финансовой базой, чем NDRC, поскольку получало финансирование от Конгресса и располагало ресурсами и полномочиями для разработки вооружений и технологий как с привлечением военных, так и без. Кроме того, мандат OSRD был шире, чем у NDRC, охватывая дополнительные области, такие как медицинские исследования и массовое производство пенициллина и сульфаниламидных препаратов. Организация выросла до 850 штатных сотрудников и подготовила от 30 000 до 35 000 отчетов. OSRD участвовало в реализации около 2500 контрактов общей стоимостью более 536 миллионов долларов. Метод управления Буша в OSRD заключался в определении общей политики и делегировании руководства подразделениями компетентным коллегам, предоставляя им возможность работать без вмешательства. Он стремился максимально сузить мандат OSRD, чтобы избежать перегрузки своего аппарата и предотвратить дублирование усилий других ведомств. Буш часто спрашивал: «Поможет ли это выиграть войну, эту войну?». Другие задачи включали получение достаточного финансирования от президента и Конгресса, а также определение распределения исследований между государственными, академическими и промышленными учреждениями. Его самыми сложными проблемами, и одновременно величайшими успехами, были завоевание доверия военных, которые сомневались в способности гражданского персонала соблюдать правила безопасности и разрабатывать практические решения, и противодействие призыву молодых ученых в вооруженные силы. Это стало особенно актуальным, когда в 1944 году в армии разразился кризис с нехваткой кадров. В общей сложности OSRD запросило отсрочку для 9725 сотрудников компаний-подрядчиков, и в 9725 случаях, за исключением 63, отсрочка была предоставлена. В некрологе, опубликованном газетой The New York Times, Буш был описан как «мастер обхода препятствий, будь то технические, политические или упрямые генералы и адмиралы».

On June 28, 1941, Roosevelt established the Office of Scientific Research and Development (OSRD) with the signing of Executive Order 8807. Bush became director of the OSRD while Conant succeeded him as chairman of the NDRC, which was subsumed into the OSRD. The OSRD was on a firmer financial footing than the NDRC since it received funding from Congress, and had the resources and the authority to develop weapons and technologies with or without the military. Furthermore, the OSRD had a broader mandate than the NDRC, moving into additional areas such as medical research and the mass production of penicillin and sulfa drugs. The organization grew to 850 full time employees, and produced between 30,000 and 35,000 reports. The OSRD was involved in some 2,500 contracts, worth in excess of $536 million. Bush's method of management at the OSRD was to direct overall policy, while delegating supervision of divisions to qualified colleagues and letting them do their jobs without interference. He attempted to interpret the mandate of the OSRD as narrowly as possible to avoid overtaxing his office and to prevent duplicating the efforts of other agencies. Bush would often ask: "Will it help to win a war; this war?" Other challenges involved obtaining adequate funds from the president and Congress and determining apportionment of research among government, academic, and industrial facilities. His most difficult problems, and also greatest successes, were keeping the confidence of the military, which distrusted the ability of civilians to observe security regulations and devise practical solutions, and opposing conscription of young scientists into the armed forces. This became especially difficult as the army's manpower crisis really began to bite in 1944. In all, the OSRD requested deferments for some 9,725 employees of OSRD contractors, of which all but 63 were granted. In his obituary, The New York Times described Bush as "a master craftsman at steering around obstacles, whether they were technical or political or bull headed generals and admirals."

Огнетушитель

В августе 1940 года NDRC приступила к разработке взрывчатого устройства дистанционного действия – взрывателя внутри артиллерийского снаряда, который должен был срабатывать при приближении к цели. Радарная установка, вместе с питающими её батареями, была миниатюризирована для размещения внутри снаряда, а её стеклянные вакуумные лампы были спроектированы для выдерживания перегрузки в 20 000 g при выстреле из орудия и 500 оборотов в секунду в полёте. В отличие от обычных радаров, взрыватель дистанционного действия излучал непрерывный сигнал, а не короткие импульсы. NDRC создала специальный Отдел Т под председательством Мерла Туве из CIW, а командующий Уильям С. Парсонс был назначен специальным помощником Буша и связным звеном между NDRC и Бюро вооружений ВМС (BuOrd). Одним из сотрудников CIW, привлечённых Туве в Отдел Т в 1940 году, был Джеймс Ван Аллен. В апреле 1942 года Буш подчинил Отдел Т непосредственно OSRD, а руководителем назначил Парсонса. Научные исследования оставались под руководством Туве, но были перенесены в Лабораторию прикладной физики Университета Джонса Хопкинса (APL), где Парсонс представлял BuOrd. В августе 1942 года были проведены испытания боевым применением с участием недавно вступившего в строй крейсера «Кливленд»; три беспилотных летательных аппарата были сбиты один за другим. Чтобы сохранить секретность взрывателя дистанционного действия, его применение первоначально разрешалось только над водой, где неразорвавшийся снаряд не мог попасть в руки противника. В конце 1943 года армия получила разрешение использовать это оружие и над сушей. Взрыватель дистанционного действия оказался особенно эффективным против летающей бомбы V-1 над Англией, а затем над Антверпеном в 1944 году. Также была разработана версия для использования с гаубицами против наземных целей. В октябре 1944 года Буш встретился с Объединённым комитетом начальников штабов, чтобы настоять на его применении, утверждая, что немцы не смогут скопировать и начать производство до окончания войны. В конечном итоге Объединённый комитет согласился разрешить его использование с 25 декабря. В ответ на Арденнское наступление немецких войск 16 декабря 1944 года было санкционировано немедленное применение взрывателя дистанционного действия, и он был использован с разрушительными последствиями. К концу 1944 года взрыватели дистанционного действия производились со скоростью 40 000 штук в день. «Если рассматривать программу взрывателей дистанционного действия в целом, – писал историк Джеймс Финни Бакстер III, – то по масштабу и сложности она входит в число трёх или четырёх самых выдающихся научных достижений войны». Немецкая летающая бомба V-1 продемонстрировала серьёзный пробел в портфеле OSRD: управляемые ракеты. Хотя OSRD добилась некоторого успеха в разработке неуправляемых ракет, у неё не было ничего, сравнимого с V-1, V-2 или плавающей управляемой бомбой Henschel Hs 293. Хотя Соединённые Штаты отставали от немцев и японцев в нескольких областях, это представляло собой целую область, оставленную противнику. Буш не обращался за советом к Роберту Годдарду. Годдард впоследствии стал считаться пионером ракетостроения в Америке, но многие его современники считали его чудаком. До войны Буш публично заявил: «Я не понимаю, как серьёзный учёный или инженер может заниматься ракетами», но в мае 1944 года он был вынужден отправиться в Лондон, чтобы предупредить генерала Дуайта Эйзенхауэра об опасности, которую представляют V-1 и V-2. Буш мог лишь рекомендовать бомбардировку пусковых площадок, что и было сделано.

In August 1940, the NDRC began work on a proximity fuze, a fuze inside an artillery shell that would explode when it came close to its target. A radar set, along with the batteries to power it, was miniaturized to fit inside a shell, and its glass vacuum tubes designed to withstand the 20,000 g force of being fired from a gun and 500 rotations per second in flight. Unlike normal radar, the proximity fuze sent out a continuous signal rather than short pulses. The NDRC created a special Section T chaired by Merle Tuve of the CIW, with Commander William S. Parsons as special assistant to Bush and liaison between the NDRC and the Navy's Bureau of Ordnance (BuOrd). One of CIW staff members that Tuve recruited to Section T in 1940 was James Van Allen. In April 1942, Bush placed Section T directly under the OSRD, and Parsons in charge. The research effort remained under Tuve but moved to the Johns Hopkins University's Applied Physics Laboratory (APL), where Parsons was BuOrd's representative. In August 1942, a live firing test was conducted with the newly commissioned cruiser Cleveland; three pilotless drones were shot down in succession. To preserve the secret of the proximity fuze, its use was initially permitted only over water, where a dud round could not fall into enemy hands. In late 1943, the Army obtained permission to use the weapon over land. The proximity fuze proved particularly effective against the V 1 flying bomb over England, and later Antwerp, in 1944. A version was also developed for use with howitzers against ground targets. Bush met with the Joint Chiefs of Staff in October 1944 to press for its use, arguing that the Germans would be unable to copy and produce it before the war was over. Eventually, the Joint Chiefs agreed to allow its employment from December 25. In response to the German Ardennes Offensive on December 16, 1944, the immediate use of the proximity fuze was authorized, and it went into action with deadly effect. By the end of 1944, proximity fuzes were coming off the production lines at the rate of 40,000 per day. "If one looks at the proximity fuze program as a whole," historian James Phinney Baxter III wrote, "the magnitude and complexity of the effort rank it among the three or four most extraordinary scientific achievements of the war." The German V 1 flying bomb demonstrated a serious omission in OSRD's portfolio: guided missiles. While the OSRD had some success developing unguided rockets, it had nothing comparable to the V 1, the V 2 or the Henschel Hs 293 air to ship gliding guided bomb. Although the United States trailed the Germans and Japanese in several areas, this represented an entire field that had been left to the enemy. Bush did not seek the advice of Robert H. Goddard. Goddard would come to be regarded as America's pioneer of rocketry, but many contemporaries regarded him as a crank. Before the war, Bush had gone on the record as saying, "I don't understand how a serious scientist or engineer can play around with rockets", but in May 1944, he was forced to travel to London to warn General Dwight Eisenhower of the danger posed by the V 1 and V 2. Bush could only recommend that the launch sites be bombed, which was done.

Концепция Memex

Буш представил концепцию мемекса в 1930-х годах, которую он представлял как форму расширения памяти, включающую устройство на основе микрофильма, в котором человек хранит все свои книги, записи и сообщения, и которое механизировано для консультаций с исключительной скоростью и гибкостью. Это расширенное, интимное дополнение к его памяти. После размышлений о потенциале расширенной памяти в течение нескольких лет Буш подробно изложил свои мысли в работе «Как мы можем думать», предсказав, что «появятся совершенно новые формы энциклопедий, готовые с сетью ассоциативных связей, проходящих через них, готовые для загрузки в мемекс и там усиленные». Вскоре после первоначальной публикации «Как мы можем думать» Дуглас Энгельбарт прочитал ее и, вдохновленный видением Буша, начал работу, которая впоследствии привела к изобретению компьютерной мыши. Тед Нельсон, автор терминов «гипертекст» и «гипермедиа», также испытал сильное влияние эссе Буша. «Как мы можем думать» оказалось провидческим и влиятельным эссе. В своем введении к статье, посвященной информационной грамотности как дисциплине, Билл Джонстон и Шейла Уэббер написали в 2005 году:

Буш опасался, что перегрузка информацией может препятствовать исследовательским усилиям ученых. Заглядывая в будущее, он предсказал время, когда «будет расти гора исследований. Но появляется все больше свидетельств того, что мы уже сегодня сталкиваемся с трудностями по мере расширения специализации. Исследователь подавлен открытиями и выводами тысяч других работников». По мнению Буша, «чистейшими областями» были физические и медицинские науки; он не предлагал финансировать социальные науки. В книге «Наука, Бесконечный рубеж» историк науки Дэниел Кевлс позже писал, что Буш «настаивал на принципе федерального покровительства для развития знаний в Соединенных Штатах, что стало определяющим для федеральной научной политики после Второй мировой войны». В июле 1945 года в Конгресс был внесен законопроект Килгора, предлагающий назначение и отстранение от должности единого научного администратора президентом, с акцентом на прикладные исследования и пункт о патентах, благоприятствующий государственной монополии. В отличие от этого, конкурирующий законопроект Магнусона был аналогичен предложению Буша о передаче контроля группе ведущих ученых и гражданских администраторов с исполнительным директором, назначенным ими. Законопроект Магнусона подчеркивал фундаментальные исследования и защищал частные патентные права. Компромиссный законопроект Килгора-Магнусона от февраля 1946 года был принят Сенатом, но отклонен в Палате представителей, поскольку Буш поддерживал конкурирующий законопроект, фактически дублировавший первоначальный законопроект Магнусона. В феврале 1947 года был внесен законопроект Сената о создании Национального научного фонда (NSF) для замены OSRD. Этот законопроект поддерживал большинство положений, продвигаемых Бушем, включая спорную администрацию автономного научного совета. Законопроект был принят Сенатом и Палатой представителей, но 6 августа был наложен Труманом вето на него, поскольку административные должностные лица не несли должной ответственности ни перед президентом, ни перед Конгрессом. OSRD был упразднен без организации-преемника 31 декабря 1947 года. Без Национального научного фонда военные вмешались, и Управление военно-морских исследований (ONR) заполнило образовавшийся вакуум. Война приучила многих ученых работать без бюджетных ограничений, налагаемых довоенными университетами. Буш помог создать Совместный совет по исследованиям и разработкам (JRDB) армии и флота, председателем которого он был. С принятием Закона о национальной безопасности 26 июля 1947 года JRDB стал Советом по исследованиям и разработкам (RDB). Его роль заключалась в содействии исследованиям через военные ведомства до тех пор, пока законопроект о создании Национального научного фонда не стал законом. К 1953 году Министерство обороны тратило 1,6 миллиарда долларов в год на исследования; физики тратили 70 процентов своего времени на исследования, связанные с обороной, и 98 процентов средств, потраченных на физику, поступало либо из Министерства обороны, либо из Комиссии по атомной энергии (AEC), которая 1 января 1947 года сменила Манхэттенский проект. Законодательство о создании Национального научного фонда, наконец, прошло через Конгресс и было подписано Труманом в 1950 году. Власть, которой обладал Буш в качестве председателя RDB, сильно отличалась от власти и влияния, которыми он пользовался в качестве директора OSRD и которыми обладал бы в агентстве, которое он надеялся сделать независимым от исполнительной власти и Конгресса. Он никогда не был доволен этой должностью и подал в отставку с поста председателя RDB через год, но остался в надзорном комитете. Он продолжал скептически относиться к ракетам и баллистическим ракетам, написав в своей книге 1949 года «Современное оружие и свободные люди», что межконтинентальные баллистические ракеты не будут технически осуществимы «в обозримом будущем, если вообще когда-либо».

Bush was concerned that information overload might inhibit the research efforts of scientists. Looking to the future, he predicted a time when "there is a growing mountain of research. But there is increased evidence that we are being bogged down today as specialization extends. The investigator is staggered by the findings and conclusions of thousands of other workers." In Bush's view, the "purest realms" were the physical and medical sciences; he did not propose funding the social sciences. In Science, The Endless Frontier, science historian Daniel Kevles later wrote, Bush "insisted upon the principle of Federal patronage for the advancement of knowledge in the United States, a departure that came to govern Federal science policy after World War II." In July 1945, the Kilgore bill was introduced in Congress, proposing the appointment and removal of a single science administrator by the president, with emphasis on applied research, and a patent clause favoring a government monopoly. In contrast, the competing Magnuson bill was similar to Bush's proposal to vest control in a panel of top scientists and civilian administrators with the executive director appointed by them. The Magnuson bill emphasized basic research and protected private patent rights. A compromise Kilgore–Magnuson bill of February 1946 passed the Senate but expired in the House because Bush favored a competing bill that was a virtual duplicate of Magnuson's original bill. A Senate bill was introduced in February 1947 to create the National Science Foundation (NSF) to replace the OSRD. This bill favored most of the features advocated by Bush, including the controversial administration by an autonomous scientific board. The bill passed the Senate and the House, but was pocket vetoed by Truman on August 6, on the grounds that the administrative officers were not properly responsible to either the president or Congress. The OSRD was abolished without a successor organization on December 31, 1947. Without a National Science Foundation, the military stepped in, with the Office of Naval Research (ONR) filling the gap. The war had accustomed many scientists to working without the budgetary constraints imposed by pre war universities. Bush helped create the Joint Research and Development Board (JRDB) of the Army and Navy, of which he was chairman. With passage of the National Security Act on July 26, 1947, the JRDB became the Research and Development Board (RDB). Its role was to promote research through the military until a bill creating the National Science Foundation finally became law. By 1953, the Department of Defense was spending $1.6 billion a year on research; physicists were spending 70 percent of their time on defense related research, and 98 percent of the money spent on physics came from either the Department of Defense or the Atomic Energy Commission (AEC), which took over from the Manhattan Project on January 1, 1947. Legislation to create the National Science Foundation finally passed through Congress and was signed into law by Truman in 1950. The authority that Bush had as chairman of the RDB was much different from the power and influence he enjoyed as director of OSRD and would have enjoyed in the agency he had hoped would be independent of the Executive branch and Congress. He was never happy with the position and resigned as chairman of the RDB after a year, but remained on the oversight committee. He continued to be skeptical about rockets and missiles, writing in his 1949 book, Modern Arms and Free Men, that intercontinental ballistic missiles would not be technically feasible "for a long time to come if ever".

Панели и доски

С Труманом в качестве президента, такие люди, как Джон Р. Стилман, который был назначен председателем Президентского совета по научным исследованиям в октябре 1946 года, вышли на передний план. Авторитет Буша как среди ученых, так и среди политиков, быстро снизился, хотя он оставался почитаемой фигурой. В сентябре 1949 года он был назначен главой научной комиссии, в которую входил Оппенгеймер, для оценки данных о том, что Советский Союз испытал свою первую атомную бомбу. Комиссия пришла к выводу, что это имело место, и этот вывод был доведен до Трумена, который сделал публичное заявление. В 1952 году Буш был одним из пяти членов консультативной группы Госдепартамента по вопросам разоружения и возглавил группу, призывавшую Соединенные Штаты отложить первое запланированное испытание водородной бомбы и добиваться соглашения с Советским Союзом о запрете испытаний, поскольку отказ от испытаний мог предотвратить разработку нового катастрофического оружия и открыть путь к новым соглашениям о вооружениях между двумя странами. Буш был возмущен, когда в 1954 году слушание по вопросам безопасности лишило Оппенгеймера допуска к секретной информации; он опубликовал резкую критику обвинителей Оппенгеймера в The New York Times. Альфред Френдли выразил чувства многих ученых, заявив, что Буш стал «старейшиной американской науки». Буш продолжал работать в NACA до 1948 года и выражал недовольство авиастроительными компаниями за задержку с разработкой турбореактивного двигателя из-за огромных затрат на исследования и разработки, а также на переоборудование с устаревших поршневых двигателей. Он также был разочарован автомобильной промышленностью, которая не проявляла интереса к его предложениям по созданию более экономичных двигателей. Представители General Motors сообщили ему, что «даже если бы двигатель был лучше, [General Motors] не заинтересовались бы им». Буш также критиковал тенденции в рекламе. «Мэдисон-авеню считает, – сказал он, – что если достаточно часто повторять публике абсурдную ложь, то в конечном итоге она будет воспринята как истина». С 1947 по 1962 год Буш был членом совета директоров American Telephone and Telegraph. Он ушел в отставку с поста президента Института Карнеги и вернулся в Массачусетс в 1955 году, но оставался директором Metals and Controls Corporation с 1952 по 1959 год и Merck & Co. с 1949 по 1962 год. После смерти Джорджа У. Мерка Буш стал председателем совета директоров Merck и занимал эту должность до 1962 года. Он тесно сотрудничал с президентом компании Максом Тишлером, хотя его беспокоило нежелание Тишлера делегировать полномочия. Буш не доверял сбытовой организации компании, но поддерживал усилия Тишлера в области исследований и разработок. Он был попечителем колледжа Тафтс (1943–1962 гг.), Университета Джона Хопкинса (1943–1955 гг.), Корпорации Карнеги в Нью-Йорке (1939–1950 гг.), Института Карнеги в Вашингтоне (1958–1974 гг.), Фонда Джорджа Путнама в Бостоне (1956–1972 гг.), а также регентом Смитсоновского института (1943–1955 гг.).

With Truman as president, men like John R. Steelman, who was appointed chairman of the President's Scientific Research Board in October 1946, came to prominence. Bush's authority, both among scientists and politicians, suffered a rapid decline, though he remained a revered figure. In September 1949, he was appointed to head a scientific panel that included Oppenheimer to review the evidence that the Soviet Union had tested its first atomic bomb. The panel concluded that it had, and this finding was relayed to Truman, who made the public announcement. During 1952 Bush was one of five members of the State Department Panel of Consultants on Disarmament, and led the panel in urging that the United States postpone its planned first test of the hydrogen bomb and seek a test ban with the Soviet Union, on the grounds that avoiding a test might forestall development of a catastrophic new weapon and open the way for new arms agreements between the two nations. Bush was outraged when a security hearing stripped Oppenheimer of his security clearance in 1954; he issued a strident attack on Oppenheimer's accusers in The New York Times. Alfred Friendly summed up the feeling of many scientists in declaring that Bush had become "the Grand Old Man of American science". Bush continued to serve on the NACA through 1948 and expressed annoyance with aircraft companies for delaying development of a turbojet engine because of the huge expense of research and development as well as retooling from older piston engines. He was similarly disappointed with the automobile industry, which showed no interest in his proposals for more fuel efficient engines. General Motors told him that "even if it were a better engine, [General Motors] would not be interested in it." Bush likewise deplored trends in advertising. "Madison Avenue believes", he said, "that if you tell the public something absurd, but do it enough times, the public will ultimately register it in its stock of accepted verities." From 1947 to 1962, Bush was on the board of directors for American Telephone and Telegraph. He retired as president of the Carnegie Institution and returned to Massachusetts in 1955, but remained a director of Metals and Controls Corporation from 1952 to 1959, and of Merck & Co. 1949–1962. Bush became chairman of the board at Merck following the death of George W. Merck, serving until 1962. He worked closely with the company's president, Max Tishler, although Bush was concerned about Tishler's reluctance to delegate responsibility. Bush distrusted the company's sales organization, but supported Tishler's research and development efforts. He was a trustee of Tufts College 1943–1962, of Johns Hopkins University 1943–1955, of the Carnegie Corporation of New York 1939–1950, the Carnegie Institution of Washington 1958–1974, and the George Putnam Fund of Boston 1956–1972, and was a regent of the Smithsonian Institution 1943–1955.

Последние годы и смерть

После перенесенного инсульта Буш скончался 28 июня 1974 года в Белмонте, штат Массачусетс, в возрасте 84 лет от пневмонии. Его пережили сыновья Ричард (хирург) и Джон (президент корпорации Millipore), шесть внуков и сестра Эдит. Жена Буша умерла в 1969 году. Он был похоронен на кладбище Саут-Деннис в Саут-Деннисе, штат Массачусетс, после частной церемонии прощания. На последующем публичном мемориале, организованном MIT, Джером Виснер заявил: "Ни один американец не оказал большего влияния на развитие науки и технологий, чем Ванневар Буш".

Награды и почести

Буш был избран в Американскую академию искусств и наук в 1925 году. Буш был избран в Национальную академию наук США в 1934 году. Буш был избран в Американское философское общество в 1937 году. В 1943 году Буш получил медаль Эдисона от AIEE «за вклад в развитие электротехники, в особенности за разработку новых применений математики к инженерным задачам, и за выдающиеся заслуги перед страной в руководстве военной исследовательской программой». В 1945 году Буш был удостоен медали Общественного благосостояния Национальной академии наук. В 1949 году он получил медаль IRI от Института промышленных исследований в знак признания его вклада как лидера в области исследований и разработок. Президент Трумэн наградил Буша Медалью за заслуги с бронзовым дубовым листком в 1948 году. Президент Линдон Джонсон наградил его Национальной медалью в области науки в 1963 году. Президент Ричард Никсон вручил ему, а также Джеймсу Б. Конанту и генералу Лесли Р. Гроувсу уникальную награду «Пионеры атомной эры» от Комиссии по атомной энергии в феврале 1970 года. Буш был удостоен звания Командора Ордена Британской империи в 1948 году и степени Офицера ордена Почётного легиона во Франции в 1955 году. В 1980 году Национальный научный фонд учредил премию имени Ванневара Буша в знак признания его вклада в государственную службу. Документы Ванневара Буша хранятся в нескольких местах, при этом основная часть коллекции находится в Библиотеке Конгресса. Дополнительные документы хранятся в Архивах и специальных коллекциях MIT, Институте Карнеги и Национальном архиве и управлении документацией. По состоянию на 2023 год должность Ванневара Буша Distinguished Professor занимает Майкл Левин, американский биолог-разработчик и синтетический биолог из Университета Тафтса.

Портреты

В фильме 1947 года "Начало или конец" роль Буша исполняет Джонатан Хейл. В фильме Кристофера Нолана "Оппенгеймер" 2023 года Буша играет Мэтью Модин.