Салары: Тюркский народ западного Китая

Введение

Туркская этническая группа в западном Китае.

Салары – тюркское этническое меньшинство в Китае, говорящее на саларском языке, относящемся к огузской подгруппе тюркских языков. По данным национальной переписи 2020 года, их численность составила 165 159 человек. Салары также проживают в некоторых районах провинций Хэнань и Шаньси, а также на севере Синьцзяна, в Илийской казахской автономной префектуре. Они представляют собой патриархальное аграрное общество, преимущественно исповедующее ислам.

Происхождение

Согласно саларской традиции и китайским хроникам, салары являются потомками племени салуров, принадлежащего к огузскому тюркскому племени Западного Тюркского каганата. Во время династии Тан племя салуров переселилось на территорию Китая и с тех пор проживает в приграничном регионе Цинхай-Ганьсу. На протяжении столетий они смешивались с соседними тибетцами, хуэйцами, ханьцами и дунсянами, что привело к формированию самобытного современного саларского языка и культуры.

Исламская легенда

Согласно легенде, два брата по имени Хараман и Ахман, предположительно, предки современного народа салар, жили в районе Самарканда. Они занимали высокое положение в местных исламских мечетях, что вызвало преследования со стороны местных правителей. Братья бежали вместе с восемнадцатью членами племени на белом верблюде, взяв с собой воду, землю и Коран, после чего направились на восток. Группа проследовала по северному маршруту через Тянь-Шань к перевалу Цзяю, пройдя через территории, которые сейчас являются провинциями Ганьсу (Джиукуан, Ганьчжоу, Чжанъе; Нинся, Цинчжоу, Тяньшуй и уезд Ганьгу), и в конечном итоге остановилась в современном округе Сяхэ. Позже к ним присоединились еще сорок человек из Самарканда. Группа прошла по южному маршруту Тянь-Шаня и вошла в провинцию Цинхай. Они прибыли в современный округ Гид, где двенадцать из них поселились. Коран, который братья взяли с собой в путешествие в Китай, до сих пор хранится в автономном округе Суньхуа Салар, в Большой мечети Цзези уезда Хайдун провинции Цинхай. Нанкинский музей отреставрировал Коран, чтобы предотвратить его дальнейшее разрушение.

Династия Мин

Вожди клана Салар добровольно капитулировали перед династией Мин около 1370 года. Вождем четырех верхних кланов в это время был Хан Баоюань, и правительство Мин предоставило ему должность центуриона. В это время люди из его четырех кланов стали называть себя Ханами. Другой вождь, Хан Шанба, из четырех нижних кланов Салар получил ту же должность от правительства Мин, и его кланы стали называть себя Ма. Этногенез салар начался с того момента, когда они принесли присягу на верность династии Мин под предводительством Хана Бао. Отцом Хана Бао был Омар, а отцом Омара – Хараман, который возглавил салар в их путешествии из Центральной Азии в Китай. Согласно саларскому устному преданию, первыми женами салар, прибывших в регион Цинхай, были тибетские женщины. Предположительно, им было разрешено выходить замуж только после компромисса между тибетским правителем долины Вимдо и новоприбывшими. Он потребовал, чтобы салары установили молитвенные флаги – практику тибетского буддизма – на четырех углах своих домов, молились с помощью молитвенных колес с мантрами и кланялись статуям Будд. Салары изначально отказались от этих требований, основываясь на своей религии, но в конечном итоге пошли на компромисс, разместив вместо флагов камни на углах своих домов, что практикуется и по сей день. По этой причине салары часто владеют тибетским языком Амдо, и обе группы часто используют термин «дядя по материнской линии» для обращения друг к другу, ссылаясь на тибетское происхождение салар. Многие саларские обычаи и практики испытали влияние тибетской культуры, и в саларском языке присутствует множество тибетских заимствований. В восточном Цинхае и Ганьсу встречались случаи, когда тибетские женщины, выйдя замуж за мужчин-хуэй, сохраняли буддизм; у них рождались сыновья, которые становились буддистами или мусульманами. Сыновья-буддисты становились ламами, а остальные – мусульманами. efn|The Tibet Journal, Volume 20, p. 101: "Центральноазиатские суфийские мастера, обучившие основателя китайской Кадирийи в начале его пути.25 Глэдни в своей книге «Китайские мусульмане» писал, что Афак Хваджа проповедовал северо-восточным тибетцам, но не указывает, откуда он черпал информацию. Города северо-западного Китая, посещенные Хваджей, – Синин (в Цинхае), Хэчжоу (старое название Линься, китайской Мекки) в Ганьсу и Суньхуа недалеко от границы Ганьсу и Цинхая, где саларские турки живут среди преимущественно тибетского буддийского населения. Ганьсу – это естественный коридор, соединяющий Китай с Восточным Туркестаном и Центральной Азией, путь, по которому Шелковый путь пролегал между Тибетским плато на западе и монгольскими степями на севере. Помимо китайцев и тибетцев, Ганьсу был домом для различных народов, таких как саларские турки и дунсянские или монгольские мусульмане, которым проповедовал Афак Хваджа. (на самом деле город Куна, согласно Низамуддину Хусайну.26 Хотя салары заключали браки с тибетцами, китайцами и хуэйцами, они сохранили свои обычаи до сих пор. Из отчетов миссии д’Оллоне, исследовавшей этот район в начале века, известно, что некоторые китайские мусульмане в этом районе женились на тибетских женщинах, сохранивших свою религию, то есть ламаизм, и их сыновья становились либо мусульманами, либо буддистами. Например, в одной из таких семей один сын стал мусульманином, а другой – ламой. Между монастырем Лха Бранг и городом Хэчжоу (Линься) также упоминается, что в большинстве китайских и тибетских районов проживали мусульмане. В результате салары сильно смешались с другими этническими группами. efn|Central Asiatic Journal, Volume 43–44, p. 212: "По отношению к посторонним саларский язык сохранился. Кроме того, эта этническая группа постоянно пополняется новыми людьми из других национальностей. В истории, за исключением хуэй, нет случаев, чтобы дочь салара выходила замуж за несалара. Напротив, многие женщины, не принадлежащие к саларскому племени, выходили замуж за саларские семьи. Как рассказывают народные предания и исторические записи, вскоре после прибытия предков салар в Суньхуа, они установили родственные связи с соседними тибетцами через браки. Тибетские женщины в основном выходили замуж за мужчин-салар, а впоследствии от невесток ожидалось обращение в ислам." Династии Мин и Цин часто мобилизовали салар в свои армии в качестве солдат, правительство Мин нанимало их 17 раз, а правительство Цин – 5 раз.

The Salar clan leaders voluntarily capitulated to the Ming dynasty around 1370. The chief of the four upper clans around this time was Han Baoyuan and the Ming government granted him office of centurion, it was at this time the people of his four clans took Han as their surname. The other chief, Han Shanba, of the four lower Salar clans got the same office from the Ming government and his clans were the ones who took Ma as their surname. The ethnogenesis of the Salar started from when they pledged allegiance to the Ming dynasty under their leader Han Bao. Han Bao's father was Omar and Omar's father was Haraman, who led the Salars on their journey from Central Asia to China. According to Salar oral history, Tibetan women were the original wives of the first Salars to arrive in the Qinghai region. Supposedly, they were only permitted to marry the women after a compromise between the Tibetan ruler of Wimdo Valley and the newcomers. He demanded that the Salars install prayer flags, which are a Tibetan Buddhist practice, on the four corners of their homes, that they pray with prayer wheels with mantras on them, and to bow before statues of Buddhas. The Salars initially refused the demands based on their religion but eventually compromised on the flags by placing stones on the corners of their houses instead, which is still practiced to this day. For this reason, Salars are often bilingual in Amdo Tibetan and the two groups often use the term "maternal uncle" to refer each other, referencing the Salars' Tibetan ancestry. Many Salar customs and practices have been influenced by Tibetan culture and there are numerous Tibetan loanwords in the Salar language. In eastern Qinghai and Gansu, there were cases of Tibetan women who remained Buddhists while marrying Hui men; they had sons who would be Buddhist or Muslim. The Buddhist sons became lamas while the other sons were Muslims. efn|The Tibet Journal, Volume 20, p. 101: "Central Asian Sufi Masters who gave to the founder of the Chinese Qādiriyya his early training.25 Gladney wrote in his book Chinese Muslims that Afāq Khvāja preached to the northeastern Tibetans but he does not tell us what are his sources. The cities of northwestern China visited by the khvāja are Xining (in Qinghai), Hezhou (the old name for Linxia, the Chinese Mecca) in Gansu and Xunhua near the Gansu Qinghai border where the Salar Turks live amidst a predominantly Tibetan Buddhist population. Gansu is a natural corridor linking China with Eastern Turkestan and Central Asia It is a passageway through which the silk road slipped between the Tibetan plateau to the west and the Mongolian grasslands to the north. In addition to the Chinese and the Tibetans, Gansu was also home to different people like the Salar Turks and the Dongxiang or Mongol Muslims, both preached to by Afāq Khvāja. (actually the city of Kuna according to Nizamüddin Hüsäyin.26 Although the Salars intermarried with the Tibetans, Chinese and Hui, they have maintained their customs until now. From the Mission d'Ollone who explored this area at the beginning of the century, we learn that some Chinese Muslims of this area married Tibetan women who had kept their religion, i. e. Lamaism, and that their sons were either Muslim or Buddhist. We are told for example that in one of these families, there was one son who was a Muslim and the other who became a Lama. Between the monastery of Lha brang and the city of Hezhou (Linxia, it is also indicated that there were Muslims living in most of the Chinese and Tibetan " As a result, Salars are heavily mixed with other ethnicities. efn|Central Asiatic Journal, Volume 43–44, p. 212: " towards outsiders, the Salar language has been retained. Additionally, the ethnic group has been continuously absorbing a great amount of new blood from other nationalities. In history, with the exception of Hui, there is no case of a Salar's daughter marrying a non Salar. On the contrary, many non Salar females married into Salar households. As folk accounts and historical records recount, shortly after Salar ancestors reached Xunhua, they had relationships with neighbouring Tibetans through marriage Tibetan women primarily married into Salar males ' households and , af terwards , brides were expected to convert to Islam" The Salars were permitted an enormous amount of autonomy and self rule by the Ming dynasty, which gave them command of taxes, military and the courts. The Ming and Qing dynasties often mobilized Salars into their militaries as soldiers, with the Ming government recruiting them at 17 different times for service and the Qing government at 5 different times.

Династия Цин

Император Канси разжигал антимусульманские настроения среди монголов Цинхая, чтобы заручиться поддержкой против монгольского лидера джунгарских ойратов Галдана. Канси утверждал, что китайские мусульмане внутри Китая, такие как тюркские мусульмане в Цинхае, сговорились с Галданом, который, по его словам, отвернулся от буддизма и Далай-ламы в пользу ислама. По мнению Канси, Галдан планировал вторжение в сговоре с китайскими мусульманами и намеревался установить мусульманина в качестве правителя Китая. В 1670-х годах кашгарский суфийский мастер Афак Ходжа (и, возможно, его отец Мухаммад Юсуф) проповедовал среди саларов и внедрил суфизм в их общину. В середине XVIII века один из духовных потомков Афака Ходжи, Ма Лайчи, начал распространять его учение, известное как Хуфийя, среди саларов, а также среди их китайскоязычных и тибетскоязычных соседей. В течение 1760-х и 1770-х годов другой китайский суфийский мастер Ма Мингсин распространял свою версию суфийского учения, известную как Джахрия, по всей провинции Ганьсу (которая тогда включала родину саларов в современном Цинхае). Многие салары стали последователями Джахрии или «Нового учения», как его называли чиновники правительства Цин (в противоположность «Старому учению», то есть как суфийскому порядку Хуфийя, так и немусульманскому исламу Гедиму). В то время как внешние различия между Хуфийей и Джахрией казались постороннему наблюдателю сравнительно незначительными (два ордена были наиболее известны, соответственно, молчаливым или громким зикром, то есть поминанием имени Бога), конфликт между их последователями часто становился насильственным. Сектантское насилие между джахриями и хуфиями вспыхивало неоднократно, пока в 1781 году не произошел крупный эпизод насилия. В 1781 году власти, обеспокоенные распространением «подрывного» «Нового учения» среди саларов, которых они (возможно, несправедливо) считали свирепым и беспокойным народом, арестовали Ма Мингсина и отправили экспедицию в общину саларов округа Суньхуа, чтобы собрать его сторонников. В восстании Джахрия сектантское насилие между двумя ветвями суфиев Накшбанди, мусульманами-суфиями Джахрия и их соперниками, мусульманами-суфиями Хафийя, привело к восстанию мусульман-суфиев Джахрия, которое династия Цин в Китае подавила с помощью мусульман-суфиев Хафийя. Джахрийские салары из Суньхуа, во главе с их ахоном (имамом) по прозвищу Су Сисисан («Су Сорок три», 苏四十三), ответили убийством правительственных чиновников и уничтожением их целевой группы в месте под названием Байчжуанцзы, а затем бросились через регион Хэчжоу к стенам Ланьчжоу, где был заключен Ма Мингсин. Когда осажденные чиновники привели Ма Мингсина, закованного в цепи, к городской стене Ланьчжоу, чтобы показать его повстанцам, салары Су немедленно проявили уважение и преданность своему заключенному лидеру. Испуганные чиновники сняли Ма со стены и немедленно обезглавили его. Салары Су попытались атаковать городские стены Ланьчжоу, но, не имея осадного снаряжения, не смогли проникнуть в город. Воины саларов (численность которых, по оценкам историков, составляла от 1000 до 2000 человек) создали укрепленный лагерь на холме к югу от Ланьчжоу. Некоторые ханьцы, хуэйцы и дунсянцы (санта) присоединились к саларам в восстании против Цин. Для подавления повстанцев в Ланьчжоу были отправлены имперские комиссары Агуй и Хэшэнь. Не сумев вытеснить саларов из их укрепленного лагеря своими регулярными войсками, Агуй отправил «некомпетентного» Хэшэня обратно в Пекин и набрал монголов алашан и южных тибетцев Ганьсу для помощи гарнизону Ланьчжоу. После трехмесячной осады лагеря повстанцев и перекрытия водоснабжения саларов объединенные силы Агуя уничтожили повстанцев Джахрии; Су и все его воины были убиты в последней битве. В целом, говорят, что в ходе восстания было убито до 40% всего их населения. Еще в 1937 году салары рассказывали народную балладу о восстании 1781 года и самоубийственном решении Су Сисисана пойти на войну против империи Цин. Правительство Цин депортировало некоторых мятежников саларов Джахрия в долину Или, которая находится в современном Синьцзяне. Сегодня там все еще живет община из нескольких тысяч саларов, говорящих на особом диалекте саларского языка. Саларские мигранты из Амдо (Цинхай) поселились в регионе в качестве религиозных изгнанников, мигрантов и солдат, призванных в армию Цин для борьбы с повстанцами в Или, часто следуя за хуэйцами. Отличительный диалект саларов Или отличается от других диалектов саларов, поскольку на него повлияли соседние казахский и уйгурский языки в Или. Население саларов Или насчитывает около 4000 человек. Бывали случаи непонимания между носителями диалекта саларов Или и саларов Цинхая из-за расхождения диалектов. Различия между двумя диалектами приводят к «четкой изоглоссе». В 1880-х – 1890-х годах сектантская вражда вновь разгорелась в общине саларов Суньхуа. На этот раз конфликт был между двумя фракциями ордена Хуа Си (Хуфийя), и в 1895 году местные чиновники Цин встали на сторону реформистской фракции внутри ордена. Хотя фракционный конфликт был очевиден не только в саларском Суньхуа, но и в хуэйском Хэчжоу, войска были сначала отправлены в Суньхуа, что вновь спровоцировало саларское восстание, которое распространилось на многие общины хуэй и дунсян в Ганьсу. Это переросло в восстание Дунган (1895), которое было подавлено лоялистской армией хуэй. Позднее саларский генерал династии Цин и Китайской Республики Хань Ювэнь родился от тибетской женщины по имени Цилиха (孜力哈) и саларского отца по имени Аема (阿額瑪). Хуэйцы, также известные как «белошапочные хуэй», использовали благовония во время богослужения, в то время как салары, также известные как «черношапочные хуэй», считали это языческим ритуалом и осуждали его.

The Kangxi Emperor incited anti Muslim sentiment among the Mongols of Qinghai in order to gain support against the Dzungar Oirat Mongol leader Galdan. Kangxi claimed that Chinese Muslims inside China, such as Turkic Muslims in Qinghai, were plotting with Galdan, who he claimed had turned his back on Buddhism and the Dalai Lama in favor of Islam. According to Kangxi, Galdan was plotting to invade in conspiracy with Chinese Muslims and wished to install a Muslim as ruler of China. In the 1670s, the Kashgarian Sufi master Āfāq Khoja (and possibly his father Muhammad Yūsuf) preached to the Salars and introduced Sufism into their community. In the mid 18th century, one of Āfāq Khoja's spiritual descendants, Ma Laichi, began to spread his teachings, known as Khufiyya among the Salars, as well among their Chinese speaking and Tibetan speaking neighbors. Throughout the 1760s and 1770s, another Chinese Sufi master, Ma Mingxin, was spreading his version of Sufi teaching, known as Jahriyya throughout the Gansu province (which then included Salar's homeland in today's Qinghai). Many Salars became adherents of Jahriyya or the "New Teaching", as the Qing government officials dubbed it (in opposition to the "Old Teaching", i. e. both the Khufiyya Sufi order and the non Sufi Gedimu Islam). While the external differences between the Khufiyya and the Jahriyya would look comparatively trivial to an outsider (the two orders were most known for, respectively, the silent or vocal dhikr, i. e. invocation of the name of God), the conflict between their adherents often became violent. Sectarian violence between the Jahriyya and Khufiyya broke out repeatedly until the major episode of violence in 1781. In 1781, the authorities, concerned with the spread of the "subversive" "New Teaching" among the Salars, whom they (perhaps unfairly) viewed as a fierce and troublesome lot, arrested Ma Mingxin and sent an expedition to the Salar community of Xunhua County to round up his supporters there. In the Jahriyya revolt sectarian violence between two suborders of the Naqshbandi Sufis, the Jahriyya Sufi Muslims and their rivals, the Khafiyya Sufi Muslims, led to a Jahriyya Sufi Muslim rebellion which the Qing dynasty in China crushed with the help of the Khafiyya Sufi Muslims. The Jahriyya Salars of Xunhua, led by their ahong (imam) nicknamed Su Sishisan ("Su Forty three", 苏四十三), responded by killing the government officials and destroying their task force at the place called Baizhuangzi and then rushed across the Hezhou region to the walls of Lanzhou, where Ma Mingxin was imprisoned. When the besieged officials brought Ma Mingxin, wearing chains, to the Lanzhou city wall, to show him to the rebels, Su's Salars at once showed respect and devotion to their imprisoned leaders. Scared officials took Ma down from the wall and beheaded him right away. Su's Salars tried attacking the Lanzhou city walls, but, not having any siege equipment, failed to penetrate into the walled city. The Salar fighters (whose strength at the time is estimated by historians to be in 1,000–2,000 range) then set up a fortified camp on a hill south of Lanzhou. Some Han Chinese, Hui and Dongxiang (Santa) joined the Salar in the rebellion against the Qing. To deal with the rebels, Imperial Commissioners Agui and Heshen were sent to Lanzhou. Unable to dislodge the Salars from their fortified camp with his regular troops, Agui sent the "incompetent" Heshen back to Beijing and recruited Alashan Mongols and Southern Gansu Tibetans to aid the Lanzhou garrison. After a three months' siege of the rebel camp and cutting off the Salars' water supply, Agui's joint forces destroyed the Jahriya rebels; Su and all his fighters were all killed in the final battle. Overall, it is said that as much as 40% of their entire population was killed in the revolt. As late as 1937, a folk ballad was still told by the Salars about the rebellion of 1781 and Su Sishisan's suicidal decision to go to war against the Qing Empire. The Qing government deported some of the Salar Jahriyya rebels to the Ili valley which is in modern day Xinjiang. Today, a community of a few thousand Salars speaking a distinct dialect of Salar still live there. Salar migrants from Amdo (Qinghai) came to settle the region as religious exiles, migrants and as soldiers enlisted in the Qing army to fight rebels in Ili, often following the Hui. The distinctive dialect of the Ili Salar differs from the other Salar dialects because the neighboring Kazakh and Uyghur languages in Ili influenced it. The Ili Salar population numbers around 4,000 people. There have been instances of misunderstanding between speakers of Ili Salar and Qinghai Salar due to the divergence of the dialects. The differences between the two dialect result in a "clear isogloss". In the 1880s–1890s, sectarian strife was rife in the Salar community of Xunhua again. This time, the conflict was among two factions of the Hua Si menhuan (order) of the Khufiyya and in 1895 the local Qing officials ended up siding with the reformist faction within the order. Although the factional conflict was evident not only in Salar Xunhua but in Hui Hezhou as well, the troops were first sent to Xunhua – which again precipitated a Salar rebellion, which spread to many Hui and Dongxiang communities of Gansu too. It turned into the Dungan Revolt (1895), which was crushed by a loyalist Hui army. The later Qing dynasty and Republic of China Salar General Han Youwen was born to a Tibetan woman named Ziliha (孜力哈) and a Salar father named Aema (阿額瑪). The Hui people, also known as the "white capped Hui", used incense during worship, while the Salar, also known as "black capped Hui", considered this to be a heathen ritual and denounced it.

Современная эпоха

Салары служили в армии генерала Дун Фусяна в войсках Кансу Брейвз против иностранных западных держав и японского Восьмистороннего альянса во время восстания боксеров. Другие мусульмане, такие как дунсян, бонань и хуэй, также служили в тибетских Кансу Брейвз. Как и другие мусульмане в Китае, салары широко служили в китайской армии. Говорили, что им и дунсянам полагалось "получать продовольственное довольствие", что было эвфемизмом для военной службы. Во время Второй китайско-японской войны саларские войска и офицеры служили в армии Цинхая под командованием мусульманского генерала Ма Бяо и участвовали в многочисленных кровопролитных сражениях против Императорской японской армии в провинции Хэнань. В 1937 году, во время битвы за Бэйпин-Тяньцзинь, китайское правительство получило уведомление от мусульманского генерала Ма Буфана из клики Ма, что он готов нанести удар по японцам, отправив телеграмму. Сразу после инцидента на мосту Марко Поло Ма Буфан организовал отправку на восток кавалерийской дивизии под командованием Ма Бяо для борьбы с японцами. Салары составляли большинство в первой кавалерийской дивизии, отправленной Ма Буфаном. Войска Цинхая, салары, китайские мусульмане, дунсян и тибетцы под командованием Ма Бяо сражались до смерти против японцев или совершали самоубийства, отказываясь попадать в плен. В сентябре 1940 года, когда японцы предприняли наступление против мусульманских войск Цинхая, они устроили им засаду и убили так много солдат, что были вынуждены отступить. Японцы не смогли забрать своих убитых, вместо этого они отрезали конечности от трупов для кремации и отправки в Японию. Японцы больше не решались на подобные наступления. Хан Ювэнь, саларский генерал Национально-революционной армии и член Гоминьдана (Националистической партии), руководил обороной города Синин во время воздушных налетов японской авиации. Хан пережил воздушную бомбардировку японскими самолетами в Синине, получая указания по телефону от Ма Буфана, который скрывался в бомбоубежище в казармах. В результате взрыва человеческие останки разлетелись по флагу "Голубое небо с белым солнцем", а Хана завалило обломками. Хана Ювэня извлекли из-под обломков истекающим кровью, и ему удалось схватить пулемет, хромая, и открыть огонь по японским самолетам. Позже он перешел в Коммунистическую армию освобождения народа, занимая различные военные должности и став вице-председателем Синьцзяна. Он возглавлял китайские мусульманские силы против советских и монгольских войск во время инцидента в Пэйташане.

Salars served in general Dong Fuxiang's Kansu Braves army against the foreign western and Japanese Eight Nation Alliance in the Boxer rebellion. Other Muslims like Dongxiang, Bonan and Hui also served in the Kansu Tibetan Braves. Like other Muslims in China, the Salars served extensively in the Chinese military. It was said that they and the Dongxiang were given to "eating rations", a reference to military service. During the Second Sino Japanese War, Salar troops and officers served in the Qinghai army of the Muslim general Ma Biao and they battled extensively in bloody battles against the Imperial Japanese Army in Henan province. In 1937, during the Battle of Beiping–Tianjin the Chinese government was notified by Muslim General Ma Bufang of the Ma clique that he was prepared to bring the fight to the Japanese in a telegram message. Immediately after the Marco Polo Bridge Incident, Ma Bufang arranged for a cavalry division under Ma Biao to be sent east to battle the Japanese. Salars made up the majority of the first cavalry division which was sent by Ma Bufang. The Qinghai Chinese, Salar, Chinese Muslim, Dongxiang and Tibetan troops Ma Biao led fought to the death against the Japanese or committed suicide refusing to be taken as prisoner. In September 1940, when the Japanese made an offensive against the Muslim Qinghai troops, they ambushed them and killed so many of them the Japanese soldiers that they were forced to retreat. The Japanese could not even pick up their dead, they instead cut an arm from their corpses limbs for cremation to send back to Japan. The Japanese did not dare make an offensive like that again. Han Youwen, a Salar general in the National Revolutionary Army and member of the Kuomintang (Nationalist Party), directed the defense of the city of Xining during air raids by Japanese planes. Han survived an aerial bombardment by Japanese planes in Xining while he was being directed via telephone from Ma Bufang, who hid in an air raid shelter in a military barracks. The bombing resulted in human flesh splattering a Blue Sky with a White Sun flag and Han being buried in rubble. Han Youwen was dragged out of the rubble while bleeding and he managed to grab a machine gun while he was limping and fired back at the Japanese warplanes. He later defected to the Communist People's Liberation Army, serving in numerous military positions and as vice chairman of Xinjiang. He had led Chinese Muslim forces against Soviet and Mongol forces in the Pei ta shan Incident.

Культура

У салар были свои уникальные системы родственных кланов. Сватовство и родители устраивали браки среди салар. Салар – предприимчивый народ, занимающийся различными видами бизнеса и отраслей. Они занимаются земледелием и садоводством, выращивая чили и перец в своих садах. Генерал хуэй Ма Фуцзян набирал салар в свою армию и утверждал, что они переселились в Китай ещё во времена династии Тан. Он разделил их на две группы: пять внутренних кланов и восемь внешних. Ма утверждал, что представители внешней группы говорят на тибетском языке и утратили свой родной язык. Салар заключали браки только с другими салар. Уйгуры отмечали, что не могут понимать саларский язык. Ма и Хань – две наиболее распространённые фамилии среди салар. Как и у хуэй, фамилия Ма часто заменяет имя Мухаммед, однако многие салар также носят фамилию Ма из-за браков с хуэй. Четыре высших клана салар приняли фамилию Хань и проживали к западу от Суньхуа. Одним из этих салар с фамилией Хань был Хань Иму, офицер салар, служивший под командованием генерала Ма Буфана. Он участвовал в исламском восстании Гоминьдана в Китае (1950–1958), возглавив салар в восстании в 1952 и 1958 годах. Ма Буфан набирал салар в качестве офицеров в свою армию, ориентируясь исключительно на Суньхуа и Хуалонг как на районы для комплектования офицерским составом. В 2000 году средний возраст вступления в первый брак у женщин-салар составлял 18,69 лет, в то время как у тибетских женщин в 1990 году – 23,8 года.

Одежда

Типичная одежда салар очень похожа на одежду народа хуэй в этом регионе. Мужчины обычно носят бороду и одеваются в белые рубашки и белые или черные тюбетейки. Традиционной мужской одеждой являются куртки и халаты. Молодые незамужние женщины обычно носят яркие китайские платья. Замужние женщины используют традиционную вуаль белого или черного цвета.

Музыка

Пение является частью культуры салар. Стиль пения, называемый Хуа'эр, распространен среди ханьцев, хуэйцев, салар и тибетцев в провинции Цинхай. У них есть музыкальный инструмент, называемый Коусюань. Это струнный инструмент, изготавливаемый из серебра или меди, на котором играют только женщины.

Язык

Китайцы и сами салары считают саларский язык туцзюэским (тюркским 突厥語言). Саларский язык имеет две крупные диалектные группы. Различия обусловлены тем, что одна ветвь, распространенная в уезде Суньхуа провинции Цинхай и провинции Ганьсу, подверглась влиянию тибетских языков и китайского языка, а другая ветвь, в Илийской казахской автономной префектуре – уйгурского и казахского языков. В конце 1990-х годов оценивалось, что из примерно 89 000 саларов около 60 000 владели саларским языком. Большинство саларов не используют письменность для саларского языка, предпочитая использовать китайские иероглифы в практических целях. Саларский язык служит для общения в быту, а китайский – как для устной, так и для письменной коммуникации. Многие представители нынешнего поколения саларов свободно владеют китайским и тибетским языками. Саларский язык, на котором говорят в Амдо-Тибете (Цинхай), испытывает сильное влияние китайского и тибетского языков. Хотя он имеет тюркское происхождение, сегодня это смешанный язык. Около 20% словарного запаса имеет китайское происхождение, а 10% – тибетское. Салары используют китайскую письменность, хотя у них есть и собственная письменность, которой, однако, пользуется очень небольшое число людей. Саларский язык заимствовал слова и подвергся влиянию соседних вариантов китайского языка. Именно соседние варианты китайского языка предоставили слова для заимствований в саларский язык. В провинции Цинхай многие мужчины-салары говорят как на цинхайском диалекте китайского языка, так и на саларском. Сельские салары свободно владеют саларским языком, в то время как городские салары часто ассимилируются с китайскоязычным населением хуэй. В илийском варианте саларского языка высокие передние гласные i и y, следующие за начальными скользящими, спирантизируются, при этом звук j превращается в ʝ. Цинхайский и илийский варианты саларского языка в основном имеют одинаковое развитие согласных.

Религия

Салары исповедуют суннитский ислам (ханафитские матуриды). Помимо своих традиционных мест проживания, они живут в городах, населённых преимущественно другими мусульманами – дунганами. Исламское образование получают в медресе Гайзи Мишит в деревне Цзези. Многие салары придерживаются суфийского тариката Накшбанди, распространившегося по региону в XVII и XVIII веках.

Генетика

Гаплогруппы Y-ДНК и, следовательно, отцовские генетические линии саларского народа демонстрируют сочетание западноевразйских и восточноазиатских гаплогрупп. Их материнские линии подавляющим образом относятся к восточноазиатским. Около 24–30% Y-хромосом саларов принадлежат к восточноазиатской гаплогруппе O3 M122, в то время как распространенная в Центральной, Южной Азии и Европе Y-хромосомная линия R M17 составляет лишь 17%. Другие гаплогруппы Y-ДНК, обнаруженные среди саларов, – D1 и C3. Автосомное генетическое исследование (Ma et al. 2021) оценило, что доля генетического вклада западноевразйского происхождения (представленного древними образцами андроновской культуры) среди саларов составляет примерно от 9,1% до 11,8%, а остальная часть приходится на преобладающее восточноазиатское происхождение, которое, вероятно, восходит к "фермерам бассейна Желтой реки" (YR LBIA) или "фермерам реки Ляо" (WLR LN) – от 88,2% до 90,9%. Исследование также показало тесную генетическую близость между этническими меньшинствами Северо-Западного Китая (уйгурами, хуэй, донсянами, бонанами, югурами и саларами), которые тесно связаны с другими народами Восточной Азии, особенно с другими тюркскими, монгольскими и тунгусскими народами Китая, что указывает на вероятность общего недавнего предка "алтайских народов".