Введение
Шумерская верховная жрица Инанны
Энхедуанна (Enḫéduanna, также транслитерируется как Enheduana, En he2 du7 an na, или варианты) была энту (высшей) жрицей бога луны Нанны (Sīn) в шумерском городе-государстве Ур во времена правления своего отца, Саргона Аккадского (до н.э.). Вероятно, её отец назначил её главой религиозной общины в Уре, чтобы укрепить связь между аккадской религией её отца и местной шумерской религией. Энхедуанна признана самым ранним известным автором в мировой истории, поскольку в ряде произведений шумерской литературы, таких как «Восхваление Инанны», она выступает как повествователь от первого лица, а другие произведения, такие как Шумерские храмовые гимны, могут указывать на неё как на их автора. Однако среди современных ассириологов существуют значительные дебаты, основанные на лингвистических и археологических данных, относительно того, действительно ли она написала или сочинила какие-либо из вновь открытых произведений, которые ей приписываются. Кроме того, единственные сохранившиеся рукописи произведений, приписываемых ей, были созданы писцами в Первой Вавилонской империи спустя шесть столетий после её жизни и написаны на более позднем диалекте шумерского языка, чем тот, на котором она говорила. Эти писцы могли приписать эти работы ей как часть легендарных повествований о династии Саргона Аккадского в более поздних вавилонских традициях. Культурная память об Энхедуанне и произведениях, приписываемых ей, была утрачена спустя некоторое время после падения Первой Вавилонской империи. Её существование было впервые заново открыто современной археологией в 1927 году, когда сэр Леонард Вулли раскопал Гипару в древнем городе Ур и обнаружил алебастровую пластину с её именем, связью с Саргоном Аккадским и указанием её профессии, выгравированными на обратной стороне. Ссылки на её имя были впоследствии обнаружены в раскопанных произведениях шумерской литературы, что послужило началом исследования её возможного авторства этих работ. Археологическое открытие Энхедуанны привлекло значительное внимание и вызвало широкие научные дискуссии в наше время, связанные с её возможным признанием первым известным автором по имени. Она также получила значительное внимание в феминистских исследованиях, а произведения, приписываемые ей, изучаются как ранний предшественник классической риторики. Английские переводы её работ вдохновили на создание ряда литературных адаптаций и интерпретаций.
Предыстория
Отцом Энхэдуанны был Саргон Аккадский, основатель Аккадской империи. В сохранившейся надписи Саргон именует себя "Саргоном, царем Аккада, надзирателем (машкимом) Инанны, царем Киша, помазанником (гудой) Ану, царем земли [Месопотамии], наместником (энси) Энлиля". Надпись воспевает завоевание Урука и поражение Лугальзагеси, которого Саргон привел "в ошейнике к вратам Энлиля". Затем Саргон завоевал Ур и "разорил" территорию от Лагаша до моря, в итоге покорив в общей сложности не менее 34 городов. Айрин Дж. Винтер утверждает, что, завоевав Ур, Саргон, вероятно, стремился "укрепить связь аккадской династии с традиционным шумерским прошлым в важном культовом и политическом центре Ура", назначив Энхэдуанну на важный пост в культе местного шумерского бога луны. Винтер полагает, что должность, на которую она была назначена, скорее всего, существовала и ранее, и что ее назначение на эту роль и посвящение Нанне помогли ей создать синкретизм между шумерской и семитской религиями. После Энхэдуанны должность верховной жрицы продолжала заниматься членами царской семьи. Джоан Гудник Вестенхольц предполагает, что статус верховной жрицы, по-видимому, был сопоставим со статусом царя; как верховная жрица Нанны, Энхэдуанна могла служить воплощением Нингаль, супруги Нанны, что придавало ее действиям божественный авторитет. Однако, хотя Гипару в Уре, где поклонялись жрицы Нанны, был тщательно изучен археологами, у нас нет достоверной информации об их обязанностях.
Восстание Лугаль-Ане
К концу правления внука Саргона, Нарам-Сина, многочисленные бывшие города-государства восстали против аккадской центральной власти. По намекам в песне Nin me šara («Возвышение Инанны»), события можно реконструировать с точки зрения Энхедуанны: некий Лугал-Ане пришел к власти в городе Ур и, как новый правитель, призвал к поддержке законность городского бога Нанны. Лугал-Ане, вероятно, тождественен Лугалу Анне или Лугалу Анне, упоминаемому в древних вавилонских литературных текстах о войне как царю Ура. По-видимому, Лугал-Ане потребовал, чтобы верховная жрица и супруга бога луны Энхедуанна подтвердила его восхождение к власти. Эн-Эдуанна, как представитель династии Саргонидов, отказалась, после чего была отстранена от должности и изгнана из города. Упоминание храма Э-ешдам-ку указывает на то, что затем она нашла убежище в городе Ĝирсу. В изгнании она сочинила песню Nin me šara, исполнение которой должно было убедить богиню Инанну (как Иштар, богиню-покровительницу ее династии) вмешаться в защиту аккадской империи. Король Нарам-Син сумел подавить восстание Лугал-Ане и других царей и восстановил аккадскую центральную власть на оставшиеся годы своего правления. Вероятно, Энхедуанна затем вернулась к своим обязанностям в городе Ур.
Археологический артефакт
В 1927 году, в ходе раскопок в Уре, британский археолог сэр Леонард Вулли обнаружил разбитый на несколько частей алебастровый диск, который впоследствии был восстановлен. На обратной стороне диска Энхедуанна идентифицируется как жена Нанны и дочь Саргона Аккадского. На лицевой стороне изображена верховная жрица, стоящая в поклонении, в то время как истолкованная как обнаженная мужская фигура совершает возлияние. Ирен Винтер отмечает, что "учитывая расположение и внимание к деталям" центральной фигуры, "ее идентифицировали как Энхедуанну". В Уре, в Гипару, были найдены две печати с ее именем, принадлежавшие ее слугам и датируемые периодом Саргона Аккадского. Две работы, приписываемые Энхедуанне – "Восхваление Инанны" и "Инанна и Эбих" – сохранились во множестве рукописей благодаря их включению в Декаду, продвинутую учебную программу для писцов в Первой Вавилонской империи XVIII и XVII веков до нашей эры. Блэк и др. предполагают, что "возможно, Энхедуанна сохранилась в писцовой литературе" благодаря "неугасающему интересу к династии ее отца, Саргона Аккадского".
Приписаны произведения
Первым, кто связал диск и печати с литературными произведениями, обнаруженными при раскопках в Ниппуре, был Адам Фалькенштейн, который отметил, что в Храмовых гимнах и двух гимнах Инанне – «Вознесение Инанны» и другом «Гимне Инанне» (на тот момент еще не восстановленном) – содержатся упоминания об Энхедуанне. Фалькенштейн предположил, что это может свидетельствовать об авторстве Энхедуанны, но признал, что гимны известны лишь по более поздним текстам из древневавилонского периода и что для получения каких-либо выводов необходимо провести дополнительную работу по составлению и анализу сохранившихся текстов. В 1989 году Вестенхольц предположил, что «Иннана и Эбих», а также два других гимна, посвященных Нанне в Уре, также могли быть написаны ею.
Храмовые гимны
Эти гимны были реконструированы на основе 37 табличек из Ура и Ниппура, большинство из которых датируются периодами Ур III и Древней Вавилонии. Каждый гимн посвящен конкретному божеству из шумерского пантеона и городу, с которым это божество было связано, и, возможно, способствовал синкретизму между местной шумерской религией и семитской религией Аккадской империи. Однако некоторые из этих стихотворений, такие как гимн 9, обращенный к храму обожествленного царя Сульги из поздней Третьей династии Ура, не могли быть написаны Энхедуанной или кем-либо из Аккадской империи, что указывает на то, что сборник мог пополняться новыми стихотворениями с течением времени. Первым переводом сборника на английский язык занимался Оке В. Шёберг, который также утверждал, что упоминание "подписи" или колофона из двух строк в конце композиции, по-видимому, приписывает ей авторство предшествующего текста. Однако Блэк показывает, что в большинстве рукописей строка, следующая за этим колофоном и содержащая подсчет строк 42-го и последнего гимна, демонстрирует, что предыдущие две строки являются частью 42-го гимна. Блэк заключает: "В лучшем случае можно обоснованно принять утверждение об авторстве или редакторстве (Энхедуанны) лишь в отношении 42-го гимна, последнего в сборнике".
Возвышение Инанны
Nin me šara ("Госпожа бесчисленного 'я'"; современный также The Exaltation of Inana / Inana B) – гимн богине Инане, состоящий из 154 строк. По словам Клауса Вилке, этот текст "относится к числу самых сложных, существующих в шумерской литературной традиции". Первое полное издание Nin me šara было подготовлено Hallo и ван Дейком в 1968 году. В 1997 году Анетт Зголл опубликовала принципиально новое издание, основанное на более широкой текстовой базе, а также на последних лингвистических исследованиях и текстологической критике, с последующими улучшениями в работах Зголл 2014 и 2021 годов. Произведение повествует о восстании Лугаль-Ане и изгнании Энхедуанны. Вероятно, созданное в изгнании в Ĝirsu, это песнопение призвано убедить богиню Инанну вмешаться в конфликт в пользу Энхедуанны и династии Саргонов. Для достижения этой цели текст конструирует миф: Ан, царь богов, наделяет богиню Инанну божественной властью и повелевает ей исполнить его суд над всеми городами Шумера, сделав её самой правительницей земли и самой могущественной из всех богов. Когда город Ур восстает против её власти, Инанна выносит ему приговор и повелевает своему отцу, Нанне, городскому богу Ура, исполнить его. Таким образом, Инанна становится госпожой и неба, и земли, и обретает силу навязывать свою волю даже первоначально более могущественным богам (Ану и Нанне), что приводит к разрушению Ура и гибели Лугаль-Ане.
Гимн для Инанны
Также известная как "Великая сердцем госпожа" или "Крепкосердечная госпожа" (инципит в nin ša gur ra), этот гимн, сохранившийся лишь частично во фрагментарном виде, описывается Блэком и др. как состоящий из трех частей: вводной части (строки 1–90), подчеркивающей "военное мастерство" Инанны; обширной средней части (строки 91–218), представляющей собой прямое обращение к Инанне, перечисляющей её многочисленные положительные и отрицательные силы и утверждающей её превосходство над другими божествами, и заключительной части (219–274), повествуемой Енхедуанной, которая существует в крайне фрагментированном виде. Блэк и др. предполагают, что фрагментарность заключительной части не позволяет однозначно установить, была ли она написана Енхедуанной, является ли заключительная часть более поздним дополнением, или же имя Енхедуанны было добавлено к поэме позднее, в древневавилонский период, "из желания приписать авторство ей". Они также отмечают, что заключительная часть, по-видимому, содержит отсылки к "некоторым историческим событиям, которые не поддаются прояснению". В этой поэме также содержится возможная ссылка на события, описанные в "Инанне и Эбихе", что побудило Вестенхольца предположить, что и эта поэма могла быть написана Енхедуанной. Первый английский перевод этого произведения был выполнен Сьёбергом в 1975 году.
Инанна и Эбих
Этот гимн (incipit in nin me huš a) характеризуется Блэком и др. как «Иннана в образе воительницы». Поэма начинается с гимна Инанне как «госпоже битвы» (строки 1–24), затем переходит к повествованию от первого лица самой Инанны (строки 25–52), где она описывает месть, которую желает обрушить на горы Эбиха за их отказ склониться перед ней. Затем Иннана посещает бога неба Ана и просит его о помощи (строки 53–111), но Ан сомневается в способности Инны отомстить (строки 112–130). Это приводит Инанну в ярость, и она нападает на Эбих (строки 131–159). После этого Иннана рассказывает о том, как она победила Эбих (строки 160–181), и поэма завершается восхвалением Инны (строки 182–184). «Мятежные земли» Эбиха, которые повергнуты в поэме, были отождествлены с горным массивом Джебель-Хамрин в современном Ираке. Блэк и др. описывают эти земли как «родина кочевых, варварских племен, которые предстают в шумерской литературе как силы разрушения и хаоса», нуждающиеся в том, чтобы быть «подчиненными божественному контролю».
Гимны, посвященные Нанне
Эти два гимна Вестенхольц определяет как "Гимн хвале Экиснугалу и Нанне при восшествии корабля Эн" (начало: e ugim e a) и "Гимн хвале Энхэдуанны" (начало утеряно). Второй гимн сохранился лишь в виде фрагментов.
Дебаты об авторстве
Вопрос об авторстве стихов Энхедуанны был предметом значительных дебатов. В то время как Халло и Эке Шёберг первыми однозначно заявили об авторстве Энхедуанны в произведениях, приписываемых ей, другие ассириологи, включая Мигеля Сивиля и Джереми Блэка, выдвинули аргументы, отвергающие или ставящие под сомнение авторство Энхедуанны. Сивиль предположил, что "Энхедуанна" относится не к имени, а к должности жрицы EN, которую занимала дочь Саргона Аккадского. Что касается стихов Инанны и Нанны, Блэк и другие утверждают, что в лучшем случае все сохранившиеся рукописные источники датируются как минимум шестью веками после жизни Энхедуанны, и были найдены в писцовых, а не в ритуальных условиях, а также что "сохранившиеся источники не содержат следов древнешумерского языка, что делает невозможным представить, как мог выглядеть предполагаемый оригинал". Несмотря на эти опасения, Халло считает, что по-прежнему нет серьезных оснований сомневаться в авторстве Энхедуанны этих произведений. В ответ на Мигеля Сивиля, Халло не только продолжает отстаивать авторство Энхедуанны во всех произведениях, приписываемых ей, но и отвергает "чрезмерный скептицизм" в ассириологии в целом, отмечая, что "вместо того, чтобы ограничивать выводы, которые они делают на основе этих данных", другим ученым следует учитывать, что "обильное количество текстовых свидетельств из Месопотамии предоставляет ценный ресурс для изучения происхождения и эволюции бесчисленных аспектов цивилизации". Подводя итог дискуссии, Пол А. Делнеро, профессор ассириологии в Университете Джона Хопкинса, отмечает, что "указание авторства является исключительным явлением, противоречащим практике анонимного авторства того периода; это почти наверняка служило для придания этим произведениям еще большего авторитета и значимости, чем они имели бы в противном случае, а не для фиксации исторической реальности".
Влияние и наследие
Энхэдуанна получила значительное внимание в феминистских исследованиях. В интервью для BBC Radio 4 ассириолог Элеонора Робсон связывает это с феминистским движением 1970-х годов, когда, спустя два года после посещения лекции Сайруса Г. Гордона в 1976 году, американский антрополог Марта Вейгл представила Энхэдуанну аудитории феминистских ученых как "первого известного автора в мировой литературе" в своем вводном эссе "Женщины как словесные художницы: возвращение сестер Энхэдуанны". Робсон отмечает, что после этой публикации "феминистский образ Энхэдуанны как воплощения желаний" получил широкое распространение. Вместо того чтобы рассматривать её как "пионера-поэтессу" феминизма, Робсон утверждает, что образ Энхэдуанны, вытекающий из сохранившихся произведений XVIII века до нашей эры, скорее представляет её как "политический и религиозный инструмент своего отца". Робсон также подчеркивает, что у нас нет ни "доступа к мыслям и действиям Энхэдуанны", ни "доказательств того, что (Энхэдуанна) умела писать", однако, будучи верховной жрицей и дочерью Саргона Аккадского, Энхэдуанна была "вероятно, самой привилегированной женщиной своего времени". Энхэдуанна также изучалась как ранний теоретик риторики. Роберта Бинкли обнаружила в "Восхвалении Инанны" свидетельства изобретательности и классических методов убеждения. Хэлло, опираясь на работы Бинкли, сравнивает последовательность "Гимна Инанне", "Инанны и Эбиха" и "Восхваления Инанны" с библейской Книгой Амоса и считает, что оба этих произведения свидетельствуют о "рождении риторики в Месопотамии".