Введение

Английский поэт и политик XVI века Барнабе Гуг (11 июня 1540 – 7 февраля 1594), также писался как Барнаб Гоч и Барнаби Гудж, был поэтом и переводчиком, одним из первых английских поэтов, писавших в жанре пасторали.

Ранние годы

Барнаб Гуг, родившийся 11 июня 1540 года (в день святого Варнавы) в Алвингхэме, Линкольншир, был сыном Роберта Гуга (умер 5 мая 1557 года) из Чилвелла, Ноттингемшир, регистратора Линкольна во время правления королевы Марии, сыном Джона Гоуча из Лондона и Ньюленда, Глостершир, в лесу Дин, от Джейн Бриджес, дочери и наследницы Джеймса Бриджеса из леса Дин. Его матерью была Маргарет Мантелл (умерла в 1540 году), дочь сэра Уолтера Мантелла (умер в 1529 году) из Нетер-Хейфорда, Нортгемптоншир, от Маргарет Вуд (умерла в 1577 году), одной из дочерей и сонаследниц Оливера Вуда, эсквайра. Маргарет Вуд вышла замуж дважды после смерти сэра Уолтера Мантелла (умер в 1529 году). Ее вторым мужем был сэр Уильям Хоут (умер в 1539 году) из Бишопсборна, Кент, чья дочь, Джейн Хоут (умерла в 1595 году или после), была женой мятежника Томаса Уайта. Третьим мужем Маргарет Вуд был сэр Джеймс Хейлс. Мать Гуга умерла, когда ему было шесть недель, и, по словам Лайна, он «вероятно, был воспитан в Кенте своей бабушкой, леди Хейлс». От второго брака его отца с Эллен Гадбери, вдовой мужа по фамилии Паррис, и дочерью лондонского ювелира, у него был сводный брат, Роберт Гуг. По лицензии от 21 мая 1563 года Эллен (урождённая Гадбери) вышла замуж за Уильяма Бернелла (умер в 1570 году), эсквайра из Винкберна, Ноттингемшир, аудитора Генриха VIII. Говорят, что Гуг «начал сильно не любить свою мачеху». После смерти отца 5 мая 1557 года Гуг унаследовал поместье Хоркстоу и земли приората Альвингхэм в Линкольншире, а также дом в Лондоне, ранее принадлежавший его деду. Он учился в Крайст-колледже, Кембридж, и в Нью-колледже, Оксфорд, но, по-видимому, не окончил ни один из них. Он стал подопечным королевы, и, по-видимому, его опека оставалась непроданной до января 1561 года, когда его родственник, Уильям Сесил, стал мастером суда опекунов и ливрей, и Гугу было разрешено выкупить свою опеку за 80 фунтов стерлингов, выплачиваемых в течение восьмилетнего срока. 26 июня 1563 года ему была предоставлена лицензия на владение его землями. В своем завещании отец Гуга попросил своих душеприказчиков обеспечить образование Гуга в юридических школах (Inns of Court), где его двоюродный брат, Уильям Лавлейс, занимал должность ридера в 1562 и 1567 годах. Другим из соратников Гуга в юридических школах был его двоюродный брат, Александр Невилл из Грейс-Инн. В письме от 1 октября 1563 года Сесил назвал Гуга своим «слугой» и «близким родственником». По словам Барретта, нет записей о должности, которую он занимал в доме Сесила, кроме упоминания о нем как о слуге и о том, что он присутствовал на особых случаях, таких как визит королевы в Теобальдс-Хаус в Хартфордшире в 1572 году, когда он был «на высоком месте в списке слуг» и упоминался как первый подающий за первый прием пищи. Ранее утверждалось, что он стал джентльменом-пенсионером королевы Елизаветы, но это было опровергнуто. Тем не менее, Гуг поддерживал тесные связи с двором благодаря своим отношениям с Сесилом. Он использовал эту важную связь в последующие годы, и Сесил оказывал покровительство своему молодому протеже. Возможно, именно поощрением Сесила Гуг сопровождал элизаветинского гуманиста сэра Томаса Челлонера в дипломатическом посольстве в Испанию в 1562 году. Гуг начал писать стихи и оказался в интересной творческой среде с другими молодыми писателями, такими как Джаспер Хейвуд и Джордж Тербервилл. Во время его отсутствия в Испании юношеские стихи Гуга были отправлены в типографию другом, Лоуренсом Бландестоном. По возвращении Гуг узнал о действиях Бландестона и неохотно дал согласие на их публикацию, когда обнаружил, что типограф уже заплатил за бумагу для тиража и набор текста был в процессе. Книга вышла в 1563 году под названием «Эглоги, эпитафии и сонеты» с посвящением Уильяму Лавлейсу. До появления его книги ни один писатель в Англии никогда не публиковал свои стихи под своим именем; в этом Гуг был случайным пионером.

Брак и поздняя жизнь

Гуг женился на Мэри Даррелл, одной из девяти дочерей Томаса Даррелла, эсквайра, из Скотни-Кэсла, графство Кент, от его второй жены, Мэри Ройдон, дочери Томаса Ройдона, эсквайра, из Ройдон-Холла (или Фортуна) в Ист-Пекхэме, графство Кент. Сохранилась переписка, касающаяся брака Гуга с Мэри Даррелл, чей отец, Томас Даррелл, отклонил его предложение, поскольку она была связана предварительным соглашением с Сэмпсоном Леннардом (1545 – 20 сентября 1615), сыном Джона Леннарда из Шевенинга, графство Кент. Более того, недавние исследования показали, что Томас Даррелл был рекузантом, укрывавшим иезуитских священников в своем поместье Скотни, близ Ламберхерста в графстве Кент. Когда Томас Даррелл отверг его ухаживания, Гуг обратился к своим влиятельным связям, и после вмешательства его «близкого родственника», сэра Уильяма Сесила, брак состоялся в 1564 или 1565 году. Гуг поселился с женой в Ламберхерсте, в усадьбе Чингли. У них было семь сыновей: Мэтью (ок. 1566 – ок. 1624), Томас (ок. 1568), Барнаб, Уильям, Генрих, Роберт и Франциск, а также дочь Мэри. В 1569 году Гуг посвятил своим невесткам длинную аллегорическую поэму с морализаторским морским сюжетом – «Корабль безопасности». К тому времени Гуг служил Сесилу в военной экспедиции в Ирландию, где заразился дизентерией и едва не умер. В 1571 году он был избран членом парламента от Олдборо, Йоркшир. В Государственном архиве сохранилось около двадцати его писем, написанных в качестве депутата. Гуг считал эту должность тягостной. Он писал Бергли, что «здесь живу среди сродни скифам людей, лишенных удобств моей родины, моей бедной жены и детей». Гуг неоднократно просил влиятельных лиц в Лондоне разрешить ему вернуться домой. После смерти мачехи Эллен (урожденной Гадбери) в 1587 году он получил наследство. К концу 1580-х годов ему удалось продать свой пост. Последнее известное письмо Гуга, датированное 19 июня 1587 года, было написано из кабинета лорда Бергли при дворе. В нем Гуг упоминал о своем новом доме в Альвингхэме. Считается, что он провел там остаток своей жизни. Он умер в Альвингхэме примерно 7 февраля 1594 года и был похоронен в церкви Кокерингтона.

Поэзия

Стихи Гуджа написаны в простом или народном стиле, который предшествовал и впоследствии соперничал со стилем Петрарки. Петрархическая любовная поэзия (значительная часть творчества Генри Говарда, графа Суррея, сэра Филиппа Сиднея, Томаса Кэмпиона и других) была декоративной, метафоричной и часто преувеличенной; она также демонстрировала более свободное владение иамбической английской поэзией, чем аллитеративный народный стиль: тонические ударения у Гуджа сильные, безударные – легкие; в результате получается порой нарочито грубый и тяжеловесный слог. Стихи Джорджа Турбервилла, Томаса Мора, Джорджа Гаскойна и Уолтера Рэли представляют собой примеры аналогичного стиля. "Простой стиль" серьезно относился к серьезным темам: его целью была не декоративная красота, а истина. Поэма Гуджа о деньгах ("Дайте мне денег, дружбу пусть возьмет кто хочет / Ибо друзья исчезают, как только приходит беда") – хорошо известный пример этой традиции. Гудж был убежденным протестантом, и его поэзия отражает его религиозные и политические взгляды. В третьем "Эклоге", например, он оплакивает упадок старой знати и возвышение нового аристократического сословия, основанного на богатстве, и с негодованием описывает страдания единоверцев во время правления Марии I Английской. Другие эклоги посвящены печалям земной любви, кульминацией которой является диалог между Коридоном и Корниксом, в котором воспевается небесная любовь. В сборник включены эпитафии Николасу Гримальду, Джону Бейлу и Томасу Фэру, чьи переводы Вергилия Гудж высоко ценил. Английская пасторальная поэма "Phyllida was a fayer maid" (из "Сборника" Тоттеля 1558 года) сомнительно приписывается Гуджу, несмотря на небольшое сходство со стилем его общепризнанных произведений. Однако важный вклад Гуджа в английскую пасторальную поэзию заключается в его цикле эклогов, которые синтезируют тенденции классической пасторальной поэзии, творчество Мантуанского и пасторальные элементы испанского романа, и он был первым английским писателем, отразившим влияние "Дианы влюбленной" Монтемайора.