Гейр Твейт: Жизнь и творчество норвежского композитора и пианиста

Введение

Норвежский композитор и пианист

Гейрр Твейтт (настоящее имя Нильс Твейт; 19 октября 1908 – 1 февраля 1981) — норвежский композитор и пианист. Твейтт был ключевой фигурой национального движения в норвежской культурной жизни 1930-х годов.

Ранние годы

Твейтт родился в Бергене, где его отец некоторое время работал учителем. Его родителями были Хоконсон Ларс Твейт (1878–1951) и Йоханна Нильсдоттер Херадствейт (1882–1966). Его семья происходила из крестьян, и они по-прежнему владели Твейт – их родовыми землями в Кваме, уединенной деревне на живописном Хардангерфьорде. Зимой семья Твейт переезжала в Драммен на заработки, но летом возвращалась в Хардангер, чтобы заниматься сельским хозяйством. Таким образом, Твейтт наслаждался и сельской жизнью, и городской. Первоначально Твейтта крестили Нильсом, но, проявляя все больший интерес к норвежскому наследию, он посчитал это имя «недостаточно норвежским» и изменил его на Гейр. Позже он добавил дополнительную «р» к своему имени и дополнительную «т» к фамилии Твейт, чтобы иностранцам было легче произносить его имя. Именно во время летних каникул в Хардангере в детстве Твейтт познакомился с богатыми традициями народной музыки этого края. Историческая изоляция Хардангера способствовала развитию уникальной музыкальной культуры, которой Твейтт был очарован. Твейтт не был вундеркиндом, но обнаружил в себе музыкальный талант и научился играть на скрипке и фортепиано. И, получив поддержку норвежского композитора Кристиана Синдинга, Твейтт решил попробовать себя в сочинении музыки.

Лейпциг

В 1928 году Твейт покинул Норвегию для получения образования. Он направился в Германию – в Лейпциг и его консерваторию, которая на протяжении долгого времени являлась центром европейского музыкального образования и культуры. Это было напряженное время для Твейта. Он изучал композицию у Германна Грэбнера и Леопольда Веннингера, а фортепиано у Отто Вайнрайха, достигая необычайных успехов в обеих областях. Радость от обучения у одних из лучших немецких педагогов того времени часто омрачалась его почти хронической нехваткой средств – Твейту приходилось зарабатывать на жизнь переводами и пожертвованиями. Норвежский композитор Давид Монрад Йохансен поддерживал его на протяжении студенческих лет. Возможно, именно жизнь вдали от Норвегии пробудила в Твейте сильное стремление полностью осознать и принять свое норвежское наследие. Глубокий интерес Твейта к модальным ладам (которые лежат в основе народной музыки многих стран) часто испытывал терпение Грэбнера. Однако тот, несомненно, испытывал гордость, когда в 1930 году издательство Breitkopf & Hartel приняло к публикации 12 двухчастных изобретений Твейта, написанных в лидийском, дорийском и фригийском ладах. В следующем году Лейпцигский радиооркестр впервые исполнил Первый фортепианный концерт Твейта – произведение, отражающее его поиски индивидуального и норвежского звучания.

Европейские исследования и гастроли

В 1932 году Твейт отправился в Париж. Твейт все больше разочаровывался в преподавании в Лейпциге, но обрел новую свободу и вдохновение. Здесь он брал уроки у одних из величайших и наиболее известных композиторов того времени: Артур Онеггер и Хейтор Вилла-Лобос оба согласились встретиться с Твейтом. Ему также удалось поступить в класс Нади Буланже. Твейт посетил и Вену, где некоторое время занимался у австрийского композитора Эгона Й. Веллеса, бывшего ученика Арнольда Шёнберга. В 1938 году Твейт совершил последнюю образовательную остановку в Париже, прежде чем вернуться домой, в Норвегию, чтобы работать. По сравнению с другими норвежскими композиторами его поколения, он, пожалуй, получил самое разностороннее образование – и уже начал завоевывать признание. Его произведения вызвали заметный резонанс в столичных кругах Осло. В годы, предшествовавшие Второй мировой войне, Твейт получал основной доход, работая музыкальным критиком в газете Sjofartstidende (The Naval Times). Его острые и категоричные рецензии принесли ему влиятельных противников, среди которых была норвежский композитор Полин Холл. Твейт сосредоточился на сочинении. Сразу после окончания Второй мировой войны Твейт повез свои партитуры в Европу и отправился в обширные гастроли, часто исполняя собственные фортепианные произведения вместе с произведениями других композиторов, таких как Григ и Шопен. Многие концерты стали для норвежского композитора большими личными и художественными успехами, особенно концерт 1947 года в Париже. Там Твейт представил премьеру своих фортепианных сонат № 1 и № 29, некоторые из своих обработок песен Хардангера, а также Четвертого концерта для фортепиано с оркестром – «Аврора Бореалис». Концерт для фортепиано был исполнен в четыре руки, в дуэте с французской пианисткой Женевьевой Жуайе. По отзывам, концерт поверг парижскую публику в экстатический восторг. Интенсивная, блистательная, пропитанная духом французского импрессионизма интерпретация танцующего и мистического северного зимнего неба принесла ему похвалу от его бывшей учительницы Нади Буланже в ее последующей рецензии.

In 1932 Tveitt headed on to Paris. Tveitt had become increasingly frustrated with the teaching in Leipzig, but found a new freedom & inspiration. Here he obtained lessons from some of the greatest and most well known composers of the times: Arthur Honegger and Heitor Villa Lobos both agreed to see Tveitt. He further managed to enroll in the classes of Nadia Boulanger. Tveitt also made a visit to Vienna, where he was able to study for some time with Austrian composer Egon J. Wellesz, a former pupil of Arnold Schoenberg. Tveitt made one last educational stopover in Paris in 1938 before heading home to Norway to work. Compared to other Norwegian composers contemporary with Tveitt, he had perhaps the most diverse education – and he had already started to make a name for himself. His writings and compositions made quite a stir amongst the establishment in Oslo. In the years leading up to World War II, Tveitt derived most of his income working as music critic to Sjofartstidende (The Naval Times). Tveitt's highly opinionated reviews contributed to his securing strong opponents – one of these were the Norwegian composer, Pauline Hall. Tveitt focused his energies on composing. As soon as the Second World War had ended, Tveitt brought his scores with him to Europe, touring extensively – often performing own piano works with similar works by other composers, i. e. Grieg and Chopin. Many of the concerts were great personal and artistic successes for the Norwegian composer, and especially so the 1947 concert in Paris. Here Tveitt premiered his Piano Sonatas nos 1 and 29, some of his adaptations of Hardanger Folk Songs and also the Fourth Concerto for Piano and Orchestra – Aurora Borealis. The piano concerto was performed in a two piano version, Tveitt assisted by the French pianist Genevieve Joy. According to reviews, the concerto had thrown the Parisian audience into a paroxysm of ecstasy. Tveitt's intense, glittering, French Impressionist flavoured rendition of the dancing and mystical northern winter sky, earned him the acclaim of his former teacher Nadia Boulanger in her following review.

Поздние годы и смерть

Несмотря на блестящие успехи Твеитта на международной арене, современная норвежская элита оставалась отстраненной. После потрясений Второй мировой войны все, что напоминало национализм или пуризм, было быстро отвергнуто правящими кругами. Эстетика и музыка Твеитта были принципиально несовременны. Твеитт испытывал финансовые трудности и все больше изолировался. Он проводил все больше времени на семейной ферме в Кваме, посвящая себя музыке – все рукописи аккуратно хранились в деревянных сундуках. Поэтому катастрофа, произошедшая в 1970 году, когда его дом сгорел дотла, едва ли могла быть хуже. Твеитт впал в отчаяние – оригинальные рукописи почти 300 произведений (включая шесть фортепианных концертов и два концерта для хардингер-фиддлы и оркестра) превратились в обгоревшие, деформированные и неразделимые комки бумаги. Норвежский музыкальный информационный центр согласился архивировать остатки, но на деле было утрачено 4/5 наследия Твеитта. Твеитту стало крайне трудно сочинять, и он постепенно пристрастился к алкоголю. Многие исследователи полагают, что его многочисленные лишения способствовали этому. Твеитт умер в Норхеймсунде, Хардангер, сломленным и глубоко ожесточенным человеком, с почти не имеющейся надеждой на признание его творческого наследия.

Противоречия

Одной из самых спорных областей карьеры Твейтта является его причастность к так называемому неоязыческому движению, которое сформировалось вокруг норвежского философа Ганса С. Якобсена (1901–1980) в 1930-х годах в Осло. Эта тема регулярно всплывает в норвежских общественных дискуссиях. Главный тезис Якобсена, вдохновленный теориями немецкого теолога Якоба Вильгельма Хауэра, заключался в полном опровержении христианства в пользу новой языческой системы, основанной на скандинавской мифологии и поэзии Эдд. Движение отвергало христианство и стремилось возродить норвежскую дохристианскую систему верований – поклонение Одину, Тору и Бальдру. Позже Якобсен вступил в «Nasjonal Samling» («Национальное собрание»), которое возглавляло временное, прогитлеровское марионеточное правительство во время немецкой оккупации Норвегии. Несмотря на глубокий интерес Твейтта к теориям движения, он так и не вступил в «Nasjonal Samling». Однако его увлечение идеями Якобсена проявилось весьма заметно; например, Твейтт разработал собственную нехристианскую хронологию, основанную на прибытии Лейфа Эрикссона в земли, ныне известные как Канада. В его переписке 1930-х годов часто встречаются следы антисемитизма. Неоязыческая система мышления проникла в музыку Твейтта; пожалуй, наиболее ярко это выражено в балете «Сны Бальдура». В нем, как утверждают, Твейтт стремится установить связь между этим миром – его созданием, циклом и обитателями – и вечной борьбой между благожелательными языческими скандинавскими богами и их противниками, злыми йотунами. Работу над балетом Твейтт начал во время учебы в Лейпциге, где он был впервые исполнен 24 февраля 1938 года. Там «Сны Бальдура» имели оглушительный успех, а затем были представлены в Берлине, Тюбингене, Бергене и Осло. Еще одним результатом норвежского пуризма Твейтта стала его теория о том, что модальные лады изначально были норвежскими, и он переименовал их в честь скандинавских богов. Он также разработал сложную диатоническую теорию, которая объединяла модальные лады посредством системы двойных ведущих тонов. Эти идеи были опубликованы в его работе 1937 года «Tonalitätstheorie des parallellen Leittonsystems». Хотя большинство музыковедов сходятся во мнении, что теории Твейтта окрашены его личными убеждениями, его тезисы интеллектуальны, сложны и заставляют задуматься. Вопрос о неоднозначных отношениях Твейтта с так называемыми «нацистскими идеологиями» настолько деликатен, что большинство исследователей стараются его обходить стороной. Некоторые отмечают, что один из ведущих норвежских специалистов по Твейтту, Холлгерд Акснес, профессор музыки в Университете Осло, не затронул этот вопрос в своей статье о Твейтте в «Гроувском словаре музыки и музыкантов». Связь Твейтта с крайне правыми немецкими идеями, возможно, станет предметом дальнейшего изучения, когда мир глубже поймет динамику сложного периода в европейской истории. Для Твейтта этот вопрос оказался губительным для его репутации и во многом способствовал тому, что он стал нежелательной персоной в послевоенном музыкальном сообществе Норвегии. Однако, по мере того как самые трагические годы европейской истории уходят в прошлое, новое поколение ученых и музыкантов по-новому взглянуло на Твейтта и его музыку. Большая часть сохранившегося музыкального наследия Твейтта теперь доступна в коммерческой записи.

One of the most controversial areas of Tveitt's career is his affiliation with the so called Neo Heathenistic movement, which centered around the Norwegian philosopher Hans S. Jacobsen (1901–1980) in the 1930s in Oslo. This is a topic that frequently returns in Norwegian public debate. Jacobsen's main thesis, inspired by the theories of the German theologist Jakob Wilhelm Hauer, was the total refutation of Christianity in favour of a new heathen system based upon Norse mythology and the Edda poetry. The movement rejected Christianity and sought to re introduce the Norse pre Christian system of belief – the adoration of Odin, Thor and Balder. Jacobsen later became a member of Nasjonal Samling ('National Assembly'), which led the interim, pro Hitler puppet government during the German occupation of Norway. Even though Geirr Tveitt displayed a deep interest in the theories of the movement, he never enrolled as a member of Nasjonal Samling. His preoccupation with Jacobsen's thinking however, materialised in conspicuous ways; for example Tveitt invented his own non Christian timeline based upon the arrival of Leif Erikson in what is now Canada. Traces of Antisemitism are often found in his correspondence from the 1930s. The Neo Heathen system of thought found its way into Tveitt's music; his perhaps most intensely such composition is the ballet Baldur's Dreams. In it, one could argue, Tveitt seeks to establish a link between this world – its creation, cycle and dwellers – and the eternal battle between the benevolent heathen Norse gods and their opponents, the evil jotuns. Tveitt began work on the ballet whilst studying in Leipzig, where it was first performed on 24 February 1938. There Baldur's Dreams became a remarkable success, and performances were later given in Berlin, Tübingen, Bergen and Oslo. Another result of Tveitt's Norse purism was his development of the theory that the modal scales originally were Norwegian, renaming them in honor of Norse gods. He also developed an intricate diatonic theory, which interconnected the modal scales through a system of double leading notes. These ideas were published in his 1937 argument Tonalitätstheorie des parallellen Leittonsystems. Even though most musicologists agree that Tveitt's theories are colored by his personal convictions – his thesis is intelligent, challenging and thought provoking. The issue of Tveitt's inglorious relationship with so called 'nazi ideologies' is so delicate that most scholars have avoided it altogether. Some commentators have noticed that one of the foremost Norwegian authorities on Tveitt, Hallgjerd Aksnes, Professor of Music at the University of Oslo, did not address this question in her article on Tveitt in Grove Dictionary of Music and Musicians. Tveitt's connection to far right German thinking is perhaps a question scholars will return to as the world understands the dynamics of a troubled period in European history more fully. For Tveitt, the question proved devastating to his reputation, and contributed significantly to his becoming a persona non grata in the post war musical establishment in Norway. However, as the most traumatic years of European history become more distant, a new generation of academics and musicians are approaching Tveitt and his music. Most of Tveitt's remaining music is now commercially available on records.

Стилистическое происхождение

Композиции Гирра Твейтта отличаются эклектичным влиянием, вдохновляясь широким спектром музыкальных стилей и традиций. В его произведениях ярко выражена агрессивная энергия ранних балетов Игоря Стравинского, а также характерные ритмы и фактуры, напоминающие музыку Белы Бартока. Помимо этого, музыка Твейтта часто включает в себя эфирные и мистические черты Клода Дебюсси и Мориса Равеля, при этом оставаясь глубоко укорененной в мотивах норвежского фольклора. К сожалению, значительная часть наследия Твейтта не была опубликована или систематически архивирована, а пожар 1970 года еще больше усугубил эту ситуацию. Стремясь спасти свои работы, Твейтт посетил ряд университетов Норвегии и обратился к друзьям в надежде найти сохранившиеся копии или партии своих композиций, однако эти усилия дали ограниченные результаты. Тем не менее, со временем несколько партитур Твейтта были заново открыты; некоторые из них были реконструированы по оркестровым партиям, а также по записям радиопередач и с магнитных лент.

Хардангерская народная музыка

Возможно, самым большим музыкальным проектом Тветта была коллекция и адаптация традиционных народных мелодий из района Хардангер. Многие композиторы и музыковеды (в том числе норвежский Эдвард Григ, признанный на международном уровне) успешно исследовали и собирали музыку Хардангера задолго до Твитта. Однако, начиная с 1940 года, когда Твейтт окончательно поселился в Харданджере, он стал одним из местных жителей и проводил много времени, работая и играя с народными музыкантами. Так он случайно наткнулся на сокровищницу неизвестных мелодий, утверждая, что обнаружил почти тысячу мелодий, и включил сто из них в свой каталог произведений: «Пятьдесят фолктунов из Хардангера для фортепиано» op. 150 и «Сто мелодий Хардангера» op. 151. Музыковед Дэвид Галлахер, возможно, выражает мнение многих, когда предполагает, что в этих двух опусах – их вселенной, музыке и истории – заключены лучшие качества Твитта как композитора. Мелодии отражают как глубокие (фактически) христианские ценности, так и параллельную вселенную, где царит мистика самой природы, а также не только мирские, но и потусторонние существа, населяющие её согласно традиционному фольклору. Большая часть мелодий непосредственно связана с жизнью Хардангера, частью которой был Твейтт. Поэтому в своих адаптациях он стремился передать не только саму мелодию, но и атмосферу, настроение и пейзаж, с которыми она была связана. Твейтт использовал свои глубокие знания традиционной и авангардной гармонии и инструментовки при создании партитур, достигнув индивидуальной и узнаваемой фактуры. Копии фортепианных версий и оркестровых сюит № 1, 2, 4 и 5 в момент трагического пожара 1970 года находились в другом месте, поэтому эти произведения сохранились. Норвежские музыковеды надеются восстановить сюиты № 3 и № 6 из обгоревших останков, хранящихся в архивах Осло.

Наследие в Норвегии

Произведения Твейтта долгое время оставались в значительной степени непонятыми и недооцененными норвежским музыкальным сообществом его современников. Однако в 1960-х и 1970-х годах Твейтт завоевал любовь всей нации благодаря своим радиопередачам о народной музыке на Норвежском радиовещании (NRK). Твейтт работал помощником продюсера на радио, где также впервые представил публике множество песен на стихи известных и уважаемых норвежских поэтов, таких как Кнут Хамсун, Арнульф Оверленд, Аслауг Ваа и Герман Вильденвей. Многие норвежцы, вероятно, больше всего помнят Твейтта по мелодии к стихотворению Аслауг Лёстад Лигре "Нам не следует спать летними ночами". В 1980 году Твейтт был удостоен премии Линдемана за вклад, внесенный им через NRK. Он также создавал музыкальные композиции на стихи Аслауг Ваа и Олава Х. Хауге.

Записи и исследования

Сегодня в Норвегии появляется новое поколение музыкантов и музыковедов, которые, кажется, в первую очередь интересуются музыкой Твейтта, а не столь сильно спорами, которые она вызвала. Начиная с конца 1990-х годов, норвежское правительство начало выделять финансирование на изучение и сохранение сохранившихся партитур Твейтта, и было сделано несколько удивительных открытий. Считавшиеся навсегда утраченными, "Сны Балдура" обнаружились среди поврежденных рукописей, и их судьба является показательной. Твейтт создал множество версий балета – в Париже он представил переработанную партитуру "Танцы из снов Балдура". Затем он отправил ее хореографу Сержу Лифару в Лондон, где, как сообщается, партитура была утеряна во время бомбардировок. Однако, после изучения обожженных рукописей, хранящихся в NMIC, в 1999 году стало ясно, что у Твейтта действительно была копия оригинальной партитуры 1938 года. Благодаря кропотливой реставрационной работе норвежского композитора Кааре Дивика Хусби и русского композитора Алексея Рыбникова, основанной на обожженных рукописях, записи и фортепианной версии, балет буквально возродился из пепла. Теперь он доступен на BIS CD 1337/1338, где Оле Кристиан Рууд дирижирует Симфоническим оркестром Ставангера. Телевизионный документальный фильм "Сны Балдура" о невероятной судьбе балета был показан в Норвегии 15 июня 2008 года и вызвал всеобщее внимание. Еще один заслуживающий упоминания проект реконструкции – восстановление сольного фортепианного произведения "Морильд". Название отсылает к таинственному явлению фосфоресценции моря, и оно было среди утраченных сокровищ в результате пожара 1970 года. К счастью, сохранилась запись этого произведения, сделанная Твейттом для французского национального радио в 1952 году. Она впервые была издана на Simax в 1994 году. Реконструкцию партитуры в 2005 году осуществил американский специалист по транскрипции Крис Эрик Дженсен в сотрудничестве с пианистом Ховардом Гимсом, который впервые исполнил это произведение в день 100-летия Твейтта, 19 октября 2008 года – впервые с тех пор, как оно было исполнено пианистом, отличным от самого композитора.

Today Norway is seeing the advent of a new generation of musicians and musicologists, who seem to be primarily concerned with Tveitt's music and not so much with the controversies he inspired. Starting in the late 1990s the Norwegian government began to provide some funding for the examination and preservation of the remains of Tveitt's scores, and several startling discoveries have been made. Thought to have been lost for all time, Baldur's Dreams appeared amongst the damaged manuscripts, and its fate is illustrative. Tveitt made numerous versions of the ballet – in Paris he presented a reworked score Dances from Baldur's Dreams. Tveitt then sent it to the choreographer Serge Lifar in London, where the score allegedly was lost in the Blitz. However, after the singed manuscripts held at the NMIC were examined in 1999, it became apparent that Tveitt indeed had a copy of the 1938 original score – and through tedious restoration work by Norwegian composer Kaare Dyvik Husby and Russian composer Alexej Rybnikov from the singed manuscripts, recording, and a piano version, the ballet literally rose from the ashes. It is now available on BIS CD 1337/1338, where Ole Kristian Ruud conducts the Stavanger Symphony Orchestra. A TV documentary program Baldur's Dreams on the incredible fate of the ballet, was broadcast in Norway on 15 June 2008 and attracted nationwide interest. Another reconstruction project worth mentioning is the reconstruction of the solo piano piece Morild. The title alludes to the mysterious phenomenon of phosphorescence of the sea, and it was amongst the treasures lost in the 1970 fire. Fortunately, a recording of the work made by Tveitt for French national radio in 1952 has survived. It was issued for the first time on Simax in 1994. A reconstruction of the score was undertaken by the American transcription specialist Chris Eric Jensen in 2005 in collaboration with the pianist Håvard Gimse who gave the piece its first performance on Tveitt's 100th birthday on 19 October 2008, the first time it had been played by a pianist other than the composer.

Избранные произведения

Многие произведения Твейта опубликованы Норвежским информационным центром музыки, а также доступны в архивах Общества норвежских композиторов.

Другие источники

Галлахер, Дэвид, «Сто мелодий Харденгера, соч. 151: Сюиты № 2 и 5», сопроводительная документация к компакт-диску NAXOS 8.555770, 2002, 3–4. Галлахер, Дэвид, «Концерт для фортепиано № 4 «Северное сияние»», сопроводительная документация к компакт-диску NAXOS 8.555761, 2002, 2–4. Storaas, Reidar, «Гейрр Твейтт и Бальдур», сопроводительная документация к компакт-диску BIS CD 1337/1338 DIGITAL, 2003, 3–6.