Хосе Мария Морелос: Герой Независимости Мексики

Введение

Мексиканский священник и лидер повстанцев в Мексиканской войне за независимость

Хосе Мария Текло Морелос Перес и Павон (xoˈse maˈɾi.a ˈteklo moˈɾelos ˈpeɾes i paˈβon) (30 сентября 1765 – 22 декабря 1815) – мексиканский католический священник, государственный деятель и военачальник, возглавивший движение за мексиканскую независимость, приняв руководство после казни Мигеля Идальго и Костильи в 1811 году. Родился в Вальядолиде, штат Мичоакан. Морелос учился в Colegio de San Nicolás и был назначен священником в Каракуаро в 1799 году. Он присоединился к «Крику Долорес» Мигеля Идальго и вскоре стал лидером повстанческого движения. При поддержке местного населения, а также революционных лидеров Мариано Матамороса и Игнасио Лопеса Района, Морелос занял территории в южной и центральной частях Новой Испании, возглавив осаду Куатлы и захватив Акапулько – главный порт Новой Испании на Тихом океане. Его кампании спровоцировали региональные восстания против испанского правления, что сделало его главным противником роялистской армии. В 1813 году Морелос написал «Sentimientos de la Nación» – документ, испытавший влияние Конституции Кадиса, в котором он изложил свою программу для мексиканской нации. Под его руководством в Чильпансинго был создан Конгресс Анауака, который 6 ноября 1813 года провозгласил независимость Мексики. 22 октября 1814 года Конгресс принял Конституцию Апатсингана, объявившую Мексику республикой. После ряда поражений Морелос был захвачен роялистской армией в Темалаке, штат Пуэбла. Он был судим инквизицией, лишён сана и казнён гражданскими властями в Сан-Кристобале Экатепеке 22 декабря 1815 года. Морелос считается национальным героем Мексики, который, несмотря на отсутствие военной подготовки, стал успешным лидером повстанцев, которому приписывают организацию и укрепление Войны за независимость. В его честь названы мексиканский штат Морелос и город Морелия.

Ранние годы

Морелос родился в Вальядолиде, впоследствии переименованном в Морелию. Хотя его часто изображают как человека "смешанного" или "коренного" происхождения, в церковной книге крещения он был зарегистрирован как испанец (español) – в то время Католическая церковь вела отдельные записи по этнической принадлежности. Несмотря на то, что этническая принадлежность в колониальной Испанской Америке была достаточно гибкой, его семья считалась испанской в соответствии с социальными категориями того времени. По отцовской линии в его семье были как испанцы, так и метисы (потомки коренных жителей и африканцев), а по материнской – исключительно испанцы. Его отцом был Хосе Мануэль Морелос-и-Роблес, плотник родом из Зиндурио, деревни к западу от Вальядолида. Его матерью была Хуана Мария Гвадалупа Перес-Павон, родом из Сан-Хуан-Баутиста-де-Апасео, также расположенной неподалеку от Вальядолида. Вальядолид был резиденцией епископа и правительства колониальной интенденции Вальядолида и благодаря своему процветанию известен как "Сад вице-королевства Новой Испании". По отцовской линии Морелос был родственником Мигеля Идальго-и-Костильи. Оба повстанца имели общего предка – Диего Руиса де Кортеса, потомка конкистадора Эрнан Кортеса. Рассказывают, что он около десяти лет работал на ранчо, арендованном его дядей. Морелос стремился к большему, чем просто физический труд, и усердно занимался самообразованием; его дед по материнской линии был учителем. В 1789 году он поступил в Colegio de San Nicolás Obispo в Вальядолиде, где ректором был отец Мигель Идальго-и-Костилья. Лукас Аламан, ярый противник восстания в XIX веке, а после обретения независимости – консервативный политик и историк, утверждал, что Морелос "имел множество детей от безымянных женщин из простонародья". Это обвинение в распущенности вполне могло быть необоснованной клеветой, направленной против повстанческого священника. На суде Морелоса инквизиция обвинила его в том, что он отправил своего сына в Соединенные Штаты. На суде он свидетельствовал, что "хотя он и не был безупречен для священника, он не совершал скандальных поступков" и что отправил сына за границу для получения образования и в целях его безопасности, признавая свое отцовство.

Morelos was born in Valladolid, since renamed Morelia. Although often portrayed as being of "mixed" or "indigenous" descent, Morelos was classified as a Spaniard (español) in his baptismal register, a system in which the Catholic Church kept separate registers for ethnic affiliation. Although ethnic affiliation was fluid in colonial Spanish America, his family was considered as Spaniard according to the social categories of the time. His paternal family had both Spaniards and Mestizos (Indigenous and African) whereas his maternal family was fully Spanish. His father was José Manuel Morelos y Robles, a carpenter originally from Zindurio, a village west of Valladolid. His mother was Juana María Guadalupe Pérez Pavón, originally from San Juan Bautista de Apaseo, also near Valladolid. Valladolid was the seat of a bishop and of the government of the colonial Intendency of Valladolid. It was known as the "Garden of the Viceroyalty of New Spain" because of its prosperity. Through his paternal line, Morelos was related to Miguel Hidalgo y Costilla. Both insurgents shared a common ancestor, Diego Ruiz de Cortés, who was a descendant of the conquistador Hernán Cortés. He is also said to have worked on a ranch rented by his uncle for nearly ten years. Morelos had ambitions for something more than working with his hands, and assiduously studied; his maternal grandfather was a school teacher. In 1789, he enrolled in the Colegio de San Nicolás Obispo in Valladolid, where Father Miguel Hidalgo y Costilla was rector. Lucas Alamán, a fierce nineteenth century opponent of the insurgency and after independence a conservative politician and historian, asserted that Morelos "fathered various children with anonymous women of the people." This charge of promiscuity might simply be a slur without foundation on the insurgent priest. At Morelos's trial, the Inquisition accused him of sending his son to the United States. He testified at his trial that "while he had not been completely pristine for a priest, he had not acted in a scandalous manner" and that he had sent his son away for education and for his safety, acknowledging his paternity.

Восстание против испанской монархии

Бывший ректор Колледжа Сан-Николас-Обиспо (где Морелос учился в семинарии), Мигель Идальго-и-Костилья вместе с другими планировал независимость Новой Испании от испанской империи. Около 6 часов утра 16 сентября 1810 года Идальго, в то время приходской священник Долорес, Гуанахуато (с тех пор переименованного в Долорес-Идальго в его честь), приказал звонить в церковные колокола и собрал свою паству. В сопровождении Игнасио Альенде и Хуана Алдамы, Идальго обратился к народу перед своей церковью, призывая их взяться за оружие, с «Криком Долорес» (El Grito de Dolores, который ежегодно отмечается 15 сентября в 23:00), призывавшим к вооруженному восстанию после того, как испанские колониальные власти раскрыли заговор Керетаро – тайное движение, стремившееся к мексиканской независимости. Как и Альенде и Алдама, Хосефа Ортис де Домингес, известная как Ла Коррегидора, была одной из знаменитых первых сторонниц восстания. Мигель Идальго и его последователи подняли открытое восстание против испанских колониальных властей, положив начало Мексиканской войне за независимость. Застигнутое врасплох имперское правительство, позволило оперативникам захватить важные города региона Бахио без организованного сопротивления. 21 сентября повстанцы провозгласили Идальго генерал-капитаном Мексики в Селайе. Идальго-и-Костилья двинулся к Гуанахуато; и 28 сентября повстанцы захватили Альхондигу де Гранадитас в бою, убив не менее 400 испанцев, нашедших там убежище. Среди погибших был высший представитель короны в Гуанахуато, интендант Хуан Антонио Риано, старый друг Идальго-и-Костилья. Епископ Мичоакана Мануэль Абад-и-Кейпо отлучил повстанцев от церкви. Идальго-и-Костилья и его армия двинулись в Вальядолид, где местные жители опасались повторения резни в Гуанахуато, что заставило многих покинуть регион, особенно представителей элиты. Вальядолид был взят без боя 17 октября 1810 года. В Такамбаро Идальго-и-Костилья был провозглашен генералом, а Альенде – генерал-капитаном. Идальго приказал своим войскам отдохнуть в Индапарапео, где за несколько минут до их отъезда его нашел Морелос, прочитавший о его отлучении и победах. Морелос узнал о восстании в октябре 1810 года и решил присоединиться к нему. Идальго попросил своего бывшего ученика набрать войска на юге колонии и захватить порт Акапулько – западный порт для тихоокеанской торговли с Филиппинами, также испанской колонией. В отличие от Идальго, который был неважным тактиком, возглавляя огромную и недисциплинированную армию, Морелос быстро проявил военные способности, собрав и обучив небольшое ядро бойцов. Он искал союзников в регионе и получил пушки и другие военные материалы.

The former rector of the Colegio de San Nicolás Obispo (where Morelos attended seminary), Miguel Hidalgo y Costilla was planning with others for the independence of New Spain from the Spanish empire. About 6:00 a. m. on 16 September 1810, Hidalgo, then the parish priest of Dolores, Guanajuato (since renamed Dolores Hidalgo in his honor), ordered the church bells to be rung, and gathered his congregation. Flanked by Ignacio Allende and Juan Aldama, Hidalgo addressed the people in front of his church, urging them to take up arms, with the Cry of Dolores (El Grito de Dolores, now celebrated every year on 15 September at 11:00 p. m.) that called for armed revolt after the Spanish colonial authorities had discovered the Conspiracy of Querétaro, a clandestine movement seeking Mexican independence. Like Allende and Aldama, Josefa Ortiz de Domínguez, popularly known as La Corregidora, was one of the famous initial supporters of the revolt. Miguel Hidalgo and his followers rose in open rebellion against the Spanish colonial authorities launching what became the Mexican War of Independence. With the imperial government taken by surprise, operatives took important cities of the Bajío region without an organized response. The insurgency proclaimed Hidalgo captain general of Mexico in Celaya on 21 September. Hidalgo y Costilla advanced to Guanajuato; and on 28 September, the rebels captured the Alhóndiga de Granaditas in battle, killing at least 400 Spaniards who had taken shelter. Among the dead was the crown's highest official in Guanajuato, Intendant Juan Antonio Riaño, an old friend of Hidalgo y Costilla. The bishop of Michoacán, Manuel Abad y Queipo, excommunicated the insurgents. Hidalgo y Costilla and his army marched on to Valladolid, where the locals feared that the slaughter of Guanajuato would be repeated, prompting many people to abandon the region, particularly elites. Valladolid was taken peacefully on 17 October 1810. In Tacámbaro, Hidalgo y Costilla was proclaimed general, and Allende captain general. Hidalgo ordered a rest for his troops in Indaparapeo, where a few minutes before their departure, Morelos, who had read about his excommunication and his triumphs, found him. Morelos had heard of the revolt in October 1810 and determined to join it. Hidalgo asked his former student to recruit troops in the south of the colony and capture the port of Acapulco, the west coast port for the Pacific trade to the Philippines, also a Spanish colony. Unlike Hidalgo, who was a poor tactician leading a huge and undisciplined following, Morelos quickly demonstrated military skills, gathering and training a small core of fighters. He sought allies in the region, and obtained cannons and other war materiel.

Кампании

Морелос вскоре проявил себя как талантливый стратег и стал одним из величайших революционных военных командиров войны. За первые девять месяцев он одержал 22 победы, разгромив армии трех испанских роялистских вождей и захватив почти всю территорию нынешнего штата Герреро. В декабре он впервые захватил Акапулько, за исключением форта Сан-Диего. Испанские подкрепления вынудили его снять осаду в январе. Быстрыми маршами он смог захватить большую часть испанских владений на тихоокеанском побережье современных Мичоакана и Герреро. 24 мая 1811 года он занял Чильпансинго, а 26 мая – Тикстлу. Во время второго похода Морелос разделил свою армию на три группы. Самым важным сражением этой кампании было сражение при Куатле. В канун Рождества 1811 года жители города приветствовали Морелоса. В следующем году его войска были осаждены испанской армией под командованием генерала Феликса Марии Кальехи дель Рей. 2 мая 1812 года, после 58 дней, Морелос прорвал осаду и начал свою третью кампанию. Крупные победы в этой третьей кампании были одержаны при Ситлалли 8 июня 1812 года, Теуакане 10 августа 1812 года, в Оризабе, Оахаке и Акапулько. Морелос прибыл в Оризабу с 10 000 солдат 28 октября 1812 года. Город защищали 600 испанских солдат. Переговоры привели к капитуляции без кровопролития. 25 ноября 1812 года он триумфально вошёл в Оахаку. Акапулько пал 12 апреля 1813 года, вынудив испанскую армию укрыться в форте Сан-Диего.

Конгресс Чильпансинго

В 1813 году Морелос созвал Национальный учредительный конгресс Чильпансинго, состоящий из представителей провинций, находящихся под его контролем, для рассмотрения политической и социальной программы, которую он изложил в документе под названием Sentimientos de la Nación (Чувства Нации). Конгресс называл себя Конгрессом Анауака, в честь ацтеков. 31 сентября 1813 года Конгресс, в присутствии Морелоса, одобрил Sentimientos de la Nación. Этот документ провозгласил независимость Мексики от Испании, установил католицизм в качестве официальной религии и создал законодательную, исполнительную и судебную ветви власти. Он подтвердил уважение к собственности и конфисковал имущество испанского колониального правительства. Были отменены рабство и расовые категории в пользу единого наименования "американец" для всех уроженцев. Также были упразднены пытки, колониальные монополии и система взыскания дани. Морелосу предложили титул "Генералиссимус" с обращением "Ваше Высочество", но он отказался от них и попросил называть себя "Siervo de la Nación" (Слуга Нации). 6 ноября 1813 года Конгресс провозгласил независимость в торжественном акте Декларации независимости Северной Америки. После ряда военных поражений Конгресс организовал совещание в Апатцингане и 22 октября обнародовал "Конституционный декрет о свободе Мексиканской Америки" (Конституция Апатцингана). Этот документ учредил ограниченную исполнительную власть и сильную законодательную власть, что противоречило предложениям Морелоса. Тем не менее, он признал, что в сложившихся обстоятельствах это был наилучший возможный результат.

Похищение и казнь

Вскоре после этого Морелос начал свою четвертую военную кампанию, которая ознаменовалась серией поражений, начиная с Вальядолида в конце 1813 года. В ноябре 1815 года, сопровождая новообразованный повстанческий Конгресс, он потерпел поражение в Темалаке от роялистских войск. Морелос и его охрана были окружены; чтобы избежать пленения всех, Морелос приказал своим людям спасаться поодиночке. Это оставило Морелоса один на один с судьбой. Как католический священник, церковные власти имели юрисдикцию над его заключением и судом; он был заключен в здание Инквизиции в Мехико. Несмотря на то, что Морелос представлял огромную ценность для королевского правительства, вице-король решил не устраивать публичной демонстрации во время его этапа в тюрьму, а тайно доставил его в столицу до рассвета. Его обвинили в измене, неверности короне и проступках в личной жизни, в частности, в отправке своих внебрачных сыновей в Соединенные Штаты для получения образования. Он был признан виновным и приговорен к смерти за измену. Морелос был расстрелян 22 декабря 1815 года в Сан-Кристобале-Экатепеке, к северу от Мехико, чтобы его казнь не спровоцировала опасную общественную реакцию. Позднее он был посмертно примирен с церковью, и его отлучение было снято, так как его видели молящимся по дороге на казнь. После его смерти его лейтенант, Висенте Герреро, продолжил войну за независимость.

Наследие

Морелос считается национальным героем Мексики; штат Морелос и город Морелия названы в его честь. Морелос изображён на банкноте достоинством 50 песо с 1997 года и на монетах в 1 песо в 1940-х, 1970-х и 1980-х годах. В его честь также названы стадион «Морелос» в Морелии, Пуэрто-Морелос в штате Кинтана-Роо, станция «Морелос» в Мехико, город Экатепек-де-Морелос в штате Мексика, где он был казнён, Национальный парк имени Инсургенте Хосе Марии Морелоса и Павона в Мичоакане и спутник «Morelos» компании Satmex Communications. Его останки были перенесены в Монумент Независимости «Эль-Анхель» в Мехико вместе с останками других героев восстания. Президентский самолёт Boeing 787 TP 01 был назван «Хосе Мария Морелос и Павон».