Венустиано Карранса: Президент Мексики в эпоху революции

Введение

Президент Мексики с 1917 по 1920 год.

Хосе Венустиано Карранса де ла Гарса (benusˈtjano kaˈransa ðe la ˈɣaɾsa; 29 декабря 1859 – 21 мая 1920) был мексиканским землевладельцем и политиком, занимавшим пост президента Мексики с 1917 года до своего убийства в 1920 году во время Мексиканской революции. Ранее он был фактическим главой государства Мексики в качестве Primer Jefe фракции конституционалистов с 1914 по 1917 год, а до этого – сенатором и губернатором Коауилы. Он сыграл ведущую роль в разработке Конституции 1917 года и поддерживал нейтралитет Мексики в Первой мировой войне. Родился в Коауиле в семье влиятельных землевладельцев и во время правления Порфирио Диаса был сенатором от своего штата, назначенным президентом и фактическим диктатором Порфирио Диасом. После охлаждения отношений с Диасом он поддержал вызов либерала Франсиско Мадеро на президентских выборах 1910 года. Мадеро потерпел поражение на сфальсифицированных выборах и был заключен в тюрьму. Мадеро отдал приказ о свержении правительства, что положило начало Мексиканской революции, и Диас ушел в отставку в мае 1911 года. Будучи президентом, Мадеро назначил Каррансу губернатором Коауилы. Когда Мадеро был убит во время контрреволюционного переворота «Десять трагических дней» в феврале 1913 года, Карранса разработал План Гвадалупе – политическую стратегию по свержению узурпатора Мадеро, генерала Викториано Уэрты. Карранса организовал ополчение, лояльное своему штату и союзным северным штатам Мексики, в профессиональную армию, Конституционную армию, для борьбы с Уэртой. Конституционалисты разгромили Федеральную армию Уэрты, и Уэрта был свергнут в июле 1914 года. Карранса не принял титул временного президента Мексики, как предусматривалось Планом Гвадалупе, поскольку это помешало бы ему баллотироваться на пост конституционного президента после проведения выборов. Более того, его правительство в этот период находилось в доконституционном, внезаконном статусе, что не устраивало его лучших генералов, Альваро Обрегона и Панчо Виллу, которые возражали против захвата Каррансой национального президентства. После поражения Уэрты победители начали конфликт между собой. Обрегон оставался верен Каррансе. Однако Вилла порвал с ним и объединился с крестьянским лидером Эмилиано Сапатой. И Сапата, и Вилла поощряли крестьянские восстания соответственно на юге и севере Мексики. Конституционная армия под командованием Обрегона нанесла военное поражение Вилле на севере и вела борьбу с партизанскими атаками Сапаты и его крестьянской армии в Морелосе. Политическое и военное положение Каррансы было достаточно стабильным, чтобы захватить власть в Мехико и в конечном итоге получить признание со стороны Соединенных Штатов. Армии Сапаты и Виллы сформировали свое правительство, Конвенционалистов, чтобы противостоять Каррансе. Чтобы противостоять их популярности среди крестьянства, Карранса и его союзники включили многие из их требований, особенно в отношении земельной реформы и трудовых прав, в мексиканскую Конституцию 1917 года, которая стала первой в мире конституцией, гарантирующей социальные права в рамках конституционных прав. В соответствии с этой новой конституцией Карранса был избран президентом в том же году. Конституция, разработанная и ратифицированная революционерами в 1917 году, дала мексиканскому государству возможность провести значительную земельную реформу, признать права трудящихся и ограничить власть и влияние католической церкви. Однако Карранса, консервативный либерал и мексиканский националист, не стал реализовывать эти реформы после вступления в должность. Вместо этого он сосредоточился на внутренней безопасности, устраняя своих политических соперников. Конституционалисты договорились с Виллой о признании нового правительства в обмен на землю и военную пенсию, а Карранса приказал убить Сапату в 1919 году. На выборах 1920 года, на которых он не мог баллотироваться на второй срок, Карранса попытался навязать практически неизвестного гражданского политика Игнасио Бонильяса в качестве президента Мексики. Сонорские революционные генералы Альваро Обрегон, Плутарко Элиас Кальес и Адольфо де ла Уэрта, обладавшие значительной властью, восстали против Каррансы в рамках Плана Агуа-Приета. Карранса бежал из Мехико вместе с тысячами своих сторонников и золотом из мексиканской казны, намереваясь создать соперничающее правительство в Веракрусе, но был убит в 1920 году. Его вклад долгое время не признавался в исторической памяти Мексики, поскольку он был свергнут своими соперниками. Исторические оценки его руководства менялись: его хвалили за попытки принести политическую стабильность в Мексику и свергнуть диктатуру Уэрты. Однако некоторые критикуют его за несоблюдение конституционных социальных и земельных реформ. Карранса похоронен вместе с другими выдающимися лидерами революции у Монумента к Революции в Мехико.

Ранняя жизнь и образование, 18591887

Хосе Венустиано Карранса де ла Гарса родился в городе Куатро-Сиенегас, в штате Коахуила, в 1859 году в зажиточной семье баскского происхождения, занимавшейся разведением скота. В Средние века его предки сражались на стороне кастильских королей против мусульманских сил. Семья прибыла в Коахуилу во времена колониальной Мексики, и в её числе были священники, архиепископы и епископ. Во время французской интервенции в Мексику (1861–1867), которая привела к установлению монархии, Хесус Карранса продолжал поддерживать президента Бенито Хуареса и присоединился к мексиканским защитникам в борьбе против французов, получив звание полковника. Он был основным связным Бенито Хуареса в Коахуиле. Между ними сложились тесные личные отношения: Карранса предоставлял Хуаресу денежные займы, когда республиканское правительство находилось в изгнании. После изгнания французов Хуарес наградил Каррансу землей, которая стала основой его состояния в Коахуиле. У супругов было две дочери.

Введение в политику, 18871909

Будучи образованным членом влиятельной и хорошо связанной семьи из Коахуилы, Карранса имел возможности для начала политической карьеры. В 1887 году, в возрасте 28 лет, он стал муниципальным президентом Куатро-Сьенегаса, где начал проводить реформы в сфере образования. Карранса оставался либералом, восхищавшимся Бенито Хуаресом, против которого Диас поднял неудачное восстание. В этот период Карранса все больше разочаровывался в растущем авторитаризме режима Диаса. В 1893 году 300 ранчеров из Коахуилы организовали вооруженное сопротивление против "переизбрания" Хосе Марии Гарса Галана, сторонника Порфирио Диаса, на пост губернатора Коахуилы. Венустиано Карранса и его брат Эмилио приняли участие в этом восстании. Восстание вынудило Диаса признать влияние Каррансы по всему штату. События 1893 года позволили Каррансе установить полезные связи, в том числе с Бернардо Рейесом. К президентским выборам 1910 года Бернардо Рейес рассматривался как один из кандидатов. Диас первоначально заявил в интервью Крильману, что не будет баллотироваться на пост президента, но затем изменил свое решение. Рейес открыто позиционировал себя как сильного кандидата, и теперь связь Каррансы с Рейесом привела к тому, что Диас отказался поддержать кандидатуру Каррансы на пост губернатора Коахуилы. Диас отправил Рейеса из страны, а Карранса установил союз с Франсиско И. Мадеро, состоятельным землевладельцем, бросившим вызов Диасу.

Сторонник Франсиско Мадеро, 1909-1911

Карранса с интересом следил за антипереизбирательным движением Франсиско Мадеро в 1910 году. После того как Мадеро бежал в США, а Диас был переизбран президентом, Карранса отправился в Мехико, чтобы присоединиться к Мадеро. Мадеро назначил Каррансу временным губернатором Коауилы. План Сан-Луис-Потоси, который Мадеро опубликовал в это время, призывал к революции, начавшейся 20 ноября 1910 года. Мадеро назначил Каррансу главнокомандующим Революции в Коауиле, Нуэво-Леоне и Тамаулипасе. Карранса не смог организовать восстание в этих штатах, что заставило некоторых сторонников Мадеро предположить, что Карранса все еще сохраняет верность Бернардо Рейесу. После того как революционеры под предводительством Паскуаля Ороско и Панчо Вильи одержали решающую победу над Федеральной армией в Сьюдад-Хуаресе, Карранса отправился туда. Мадеро назначил Каррансу своим министром войны 3 мая 1911 года, хотя Карранса не внес существенного вклада в восстание Мадеро. Он ввел правила, направленные на обеспечение безопасности на рабочем месте, предотвращение аварий на шахтах, ограничение злоупотреблений в магазинах компаний, разрушение коммерческих монополий, борьбу с алкоголизмом, а также ограничение азартных игр и проституции. Он также сделал значительные инвестиции в образование, которое считал ключом к развитию общества. Карранса уже выступал против подписания Мадеро Договора в Сьюдад-Хуаресе, чтобы установить временное президентство. После инаугурации Мадеро в качестве президента после октябрьских выборов, Карранса критиковал Мадеро за слабость и неэффективность. Мадеро, в свою очередь, обвинил Каррансу в злопамятстве и авторитарности. Карранса полагал, что вскоре против Мадеро вспыхнет восстание, поэтому он сформировал союзы с другими либеральными губернаторами: Пабло Гонсалесом Гарса, губернатором Сан-Луис-Потоси; Альберто Фуэнтесом Давила, губернатором Агуаскальентеса; и Авраамом Гонсалесом, губернатором Чиуауа. Карранса не удивился, когда в феврале 1913 года Рейес, Викториано Уэрта и Феликс Диас, племянник Порфирио Диаса, при поддержке посла США Генри Лейна Уилсона, свергли Мадеро во время La decena trágica (Десять трагических дней) боев в столице. Рейес был убит во время боев в Мехико. С гибелью своего наставника Карранса не был уверен в своих дальнейших действиях. Есть свидетельства того, что Карранса вел переговоры с Уэртой сразу после переворота, но соглашения достигнуто не было.

Первый начальник конституционалистской армии, 1913-1914

Карранса объявил себя в восстании против правительства, установленного путчем. Заявление Каррансы против Гуэрты было решительным шагом. Он обладал политической легитимностью как губернатор штата, скромным опытом государственных реформ, поддержкой населения в своем штате и был способным политиком, создававшим союзы для формирования широкой северной коалиции против Гуэрты. Они стали известны как конституционалисты, взяв название в честь защиты либеральной Конституции 1857 года. Он был как номинальным лидером движения, так и фактическим лидером во многих ситуациях. В конце февраля 1913 года Карранса попросил законодательное собрание Коауилы официально объявить о восстании против правительства Гуэрты. Он создал государственную милицию, финансируемую за счет новых налогов на предприятия, но она не смогла противостоять хорошо вооруженным и многочисленным силам Федеральной армии, находящейся под контролем генерала, а ныне президента, Гуэрты. Милиция Коауилы потерпела поражения при Анхело, Сальтильо и Монклове, что вынудило Каррансу бежать в Сонору, революционный оплот. Перед отъездом из Коауилы он вернулся в свою гасиенду в Гвадалупе, где обнаружил группу молодых людей – Франсиско Дж. Мугику, Хасинто Б. Тревиньо и Лусио Бланко – которые разработали план, основанный на Плане Сан-Луис-Потоси Мадеро. План Гваделупы отвергал Гуэрту, а также законодательные и судебные органы его правительства. В плане Карранса был назван Primer Jefe ("Первым начальником") Конституционной армии. План также предусматривал, что Карранса станет временным президентом Мексики, который затем назначит всеобщие выборы "и передаст свою власть тому, кто будет избран". В Плане Гваделупы не было обещаний реформ. Карранса считал, что ошибкой Мадеро было формализовать обещания социальных реформ в своем плане, которые так и не были выполнены. В Морелосе крестьяне, поддерживавшие Мадеро, восстали против него, когда он, будучи президентом, не провел земельную реформу. Он понимал, что план Мадеро объединил различные элементы для свержения Диаса, что ему и удалось. Впоследствии крестьяне разочаровались, как и правящие классы. Для Каррансы широкий, но четкий призыв к восстановлению конституции и свержению узурпатора Гуэрты сделал реформы возможными. После развала Федеральной армии летом 1914 года, когда революционеры одержали победу, Карранса обновил План Гваделупы, пообещав масштабные реформы, чтобы ослабить привлекательность более радикальных революционеров, особенно Виллы. Венустиано Карранса сам не был военным, но Конституционалистская армия, главнокомандующим которой он был, имела блестящих военачальников, таких как Альваро Обрегон, Панчо Вилла, Фелипе Анхелес, Бенджамин Г. Хилл и Пабло Гонсалес Гарса. Первоначально Карранса разделил страну на семь оперативных зон, хотя его революция фактически началась только в трех: (1) северо-востоке под командованием Гонсалеса Гарса; (2) в центре под командованием Панфило Натеры; и (3) на северо-западе под командованием Обрегона. За пределами своего родного округа Коахуила, находясь в изгнании в Соноре, Карранса должен был расширить свое движение, которое в Коахуиле опиралось на государственную элиту. В Соноре, который был географически более изолирован от Мехико из-за отсутствия прямой железнодорожной линии, революция развивалась быстрее, чем в Коахуиле. Регион во многом был автономен, поскольку федеральные войска не могли быть быстро переброшены, и там были природные ресурсы для вооруженной борьбы. Карранса встретился с сонорскими революционерами, происходившими из среднего и рабочего класса. Ему удалось привлечь в свое движение способных людей, не имевших военной подготовки. Среди них были Альваро Обрегон, который, будучи вдовцом с маленькими детьми, не присоединился к более раннему движению Мадеро; двоюродный брат Обрегона Бенджамин Г. Хилл и Плутарко Элиас Кальес. Также были Пабло Гонсалес, Мануэль Диегес, участвовавший в забастовке в Кананее, и Эриберто Хара, бывший текстильный рабочий, участвовавший в крупной забастовке в Рио-Бланко. Карранса также привлек к своему движению интеллектуалов, особенно Луиса Кабреру и Пастора Руэкса. Карранса также получил поддержку Франсиско Виллы из Чиуауа, который сыграл важную роль в свержении режима Диаса. Панчо Вилла командовал дивизией Севера и признал Каррансу главнокомандующим Конституционалистской армией. Вилла был умелым командиром, но его тактика в ходе кампании 1913–1914 годов создала ряд дипломатических инцидентов, которые стали серьезной проблемой для Каррансы в этот период. Вилла конфисковал собственность испанцев в Чиуауа и позволил своим войскам убить англичанина Бентона и гражданина США Бауха. Однажды Вилла арестовал Мануэля Чао, губернатора Чиуауа, что вынудило Каррансу лично отправиться в Чиуауа, чтобы приказать Вилле освободить Чао. Вилла расходился во мнениях с Каррансой относительно оккупации Веракруса США, произошедшей после ареста девяти моряков ВМС США войсками Федеральной армии из-за недоразумения, связанного с поставками топлива. В ответ на Тампикский инцидент правительство США направило 2300 военно-морских сотрудников для оккупации стратегического порта Веракрус. Карранса продемонстрировал твердые националистические убеждения и пригрозил войной с Соединенными Штатами. В своем спонтанном ответе президенту США Вудро Вильсону Карранса спросил "о том, чтобы президент вывел войска США из Мексики и представил свои претензии против Гуэрты конституционалистскому правительству". Ситуация стала настолько напряженной, что война казалась неизбежной. 22 апреля 1914 года по инициативе Феликса А. Зоммерфельда и Шерберна Хопкинса Панчо Вилла прибыл в приграничный город Сьюдад-Хуарес, столицу конституционалистов Каррансы, чтобы успокоить опасения вдоль границы и попросил посланника президента Вильсона Джорджа Каротерса сообщить "господину Вильсону", что он не возражает против оккупации Веракруса США. Каротерс написал секретарю Уильяму Дженнингсу Брайану: "Насколько он был обеспокоен, мы могли бы удерживать Веракрус и держать его так крепко, что даже вода не могла бы попасть к Гуэрте, и он не испытывал бы никакого возмущения". Революционные силы конституционалистов под командованием Каррансы и силы Эмилиано Сапаты в Морелосе привели к поражению Федеральной армии летом 1914 года. Гуэрта бежал из Мексики 15 июля 1914 года. Министр войны Франсиско С. Карбахаль предложил Каррансе войска федеральной армии для разгрома сапатистов, но Карранса потребовал роспуска Федеральной армии и их безоговорочной капитуляции. Он не попал в ловушку, в которую попал Мадеро, который разрешил существование Федеральной армии. Борьба против Гуэрты официально завершилась 13 августа 1914 года, когда Альваро Обрегон подписал ряд договоров в Теолоюкане, в результате чего последние силы Гуэрты сдались ему и признали конституционалистов. 20 августа 1914 года Карранса триумфально вошел в Мехико. Карранса (при поддержке Обрегона) теперь был самым сильным кандидатом на заполнение вакуума власти и занял пост главы нового правительства. Это правительство успешно печатало деньги и принимало законы. Карранса получил значительную помощь от США после падения режима Гуэрты. Хотя посол США Генри Лейн помог организовать переворот против президента Мадеро в феврале 1913 года, в марте 1913 года был инаугурирован президент Вудро Вильсон. Вильсон отказался признать режим Гуэрты. Уже в ноябре 1913 года президент США Вильсон начал рассматривать возможность снятия запрета на продажу оружия, чтобы конституционалисты могли лучше противостоять Гуэрте. Гуэрта оказался непреклонным в отношении призывов США к его отставке и проведению выборов. Правительство Гуэрты могло получать поставки оружия из-за границы по морю, в то время как база конституционалистов на севере означала, что они зависели от продажи оружия через границу США. Посланник США пытался…

Разделиться с Панчо Виллой

Напряженность между Каррансой и Панчо Виллой сохранялась на протяжении 1913–14 годов из-за губернатора Чао и дипломатических инцидентов, спровоцированных Виллой. До поражения Федеральной армии Уэрты в июле 1914 года Вилла ослушался приказов Каррансы и успешно захватил стратегический мексиканский город Закатекас, крупный центр добычи серебра, в кровопролитной битве, в которой потери Федеральной армии составили около 6000 человек. Карранса пытался предотвратить победу Виллы, отстранив его от командования, чтобы избежать необходимости платить Вилле политическую цену. Карранса неуклюже пытался переманить часть людей Виллы под командование других генералов, но те упрекнули Каррансу в авторитарности и зависти. Успешный захват города Закатекас подорвал режим Уэрты. 8 июля 1914 года виллисты и каррансисты подписали Торреонский договор, в котором договорились, что после поражения сил Уэрты 150 генералов Революции соберутся для определения политического будущего страны. Сразу после поражения Уэрты напряженность между различными группировками конституционалистских сил, особенно между Виллой, Обрегоном и Каррансой, достигла предела. Оба генерала были харизматичными лидерами революции, в то время как Карранса был гражданским политиком, не желавшим предоставлять им политическую власть, соизмеримую с их военными успехами. Вилла чувствовал себя униженным и опороченным Каррансой, а Обрегон стремился сохранить революционную коалицию как можно дольше. Несмотря на разногласия, Вилла и Обрегон выступали против продолжения Каррансой неконституционного, внеправового правления, поскольку План Гваделупе предусматривал, что Карранса станет временным президентом с последующим проведением выборов. Если бы Карранса поступил таким образом, он не имел бы права баллотироваться на пост президента. Обрегон предупредил Каррансу, что отказ от должности временного президента приведет к разрыву с Виллой, но Карранса пошел на этот риск. На двух встречах с Виллой Обрегон подвергал себя смертельной опасности, но считал, что усилия по сохранению революционной коалиции стоят того. Обрегон пришел к выводу, что Вилла опасен и ненадежен, и решил поддержать Каррансу, когда коалиция распалась. Карранса не полностью доверял лояльности Обрегона, но нуждался в его военной поддержке. Карранса опасался, что Вилла опередит его и захватит Мехико, поскольку контроль над столицей имел большое политическое значение. В августе Карранса отказался допустить Виллу в Мехико вместе с собой и отказался повысить его в звании до генерал-майора. 23 сентября 1914 года Вилла официально отказался от поддержки Каррансы.

Конвент Агуаскалиентеса, встреча революционных генералов, октябрь 1914 года

С отстранением Уэрты, широкая коалиция, созданная для достижения этой цели, распалась. Конституционалистские фракции собрались, чтобы определить дальнейший курс действий. Хотя Карранса формально считался первым начальником конституционалистов, на деле многие военные лидеры в различных регионах были полуавтономны от него и не отличались особой лояльностью. Национальная коалиция, которую Карранса надеялся сформировать, для многих, сражавшихся за выгоды на местном уровне, была второстепенной задачей. Пообещав созвать конвент, Карранса стремился контролировать его настолько, насколько это было возможно. Он назначил дату 1 октября 1914 года в Мехико, который уже заняли его войска. Карранса предложил делегатам свою отставку, но они отклонили этот жест, поскольку большинство из них были выбраны им лично. В любом случае, он ожидал, что конвент утвердит его лидерство. Радикалы в коалиции Каррансы согласились с переносом места проведения конвента в Агуаскальентес, расположенный к северо-западу от столицы. В преддверии конвента как сторонники Каррансы, так и все более независимый Вилла вербовали солдат, поскольку политические успехи обычно зависели от военной силы на местах. Вилла принимал в свои ряды солдат из разбитой федеральной армии, а каррансисты проводили набор в Веракрусе и на перешейке Техуантепек, предлагая подписные бонусы. Войска Каррансы получили военные материалы, которые Уэрта хранил в Техуантепеке. Встреча в Мехико, в которой участвовали некоторые политические лидеры, состоялась 1 октября, но более важная встреча была запланирована в Агуаскальентесе, якобы на нейтральной территории, и должна была включать только военных, что привело к тому, что ряд его наиболее красноречивых генералов не приняли в ней участие. Многие участники конвента стремились к компромиссу между Виллой, Запатой и Каррансой, считая Виллу и Запату слишком радикальными, а Каррансу – слишком консервативным. В поисках компромисса выступили Обрегон из Соноры, Эулалио Гутьеррес из Сан-Луис-Потоси и Лусио Бланко. Им удалось заручиться достаточной поддержкой, чтобы избрать Гутьерреса временным президентом Мексики, но лишь на 20 дней. Таким образом, конвент понизил Каррансу в должности, подчинив его Гутьерресу, и также отстранил Виллу от командования армией. Однако Карранса просто проигнорировал решения конвента и отозвал своих генералов из Агуаскальентеса. Когда стало ясно, что конвенту не удалось разрешить разногласия между революционными лидерами, фракции начали готовиться к вооруженному столкновению. Обрегон и соноранцы остались верны Каррансе, возможно, рассчитывая, что в его движении у них будет больший вес, чем в движении Виллы. Один из участников конвента в феврале 1915 года посетовал на то, что Карранса быстро решает этот ключевой вопрос. Карранса "понимал, что может приобрести определенный престиж, только решив земельный вопрос: поэтому он занимался решением этой проблемы больше, чем мы, аграрии". Хотя Карранса апеллировал непосредственно к интересам крестьян, он также заручился поддержкой своих коллег-землевладельцев (hacendados), чьи интересы прямо противоречили интересам крестьян. Он конфиденциально заверил хасиендадо, что конфискованные земли будут возвращены их владельцам. Карранса разрешил или не смог предотвратить такие конфискации в тяжелых военных обстоятельствах, но не подтвердил их как постоянные. Для землевладельцев, в том числе многих иностранных инвесторов, тихое обещание возврата земли привлекло на север многих сторонников Каррансы. Некоторые даже формировали ополчения из своих рабочих, чтобы сражаться с войсками Виллы. Историк Фридрих Кац предположил, что крестьяне стекались к Каррансе, потому что его широко освещенный и распространенный земельный закон был национальной политикой, а не ограничивался Морелосом (как в случае с Запатой) или частями севера (как в случае с Виллой), что привело к "первой политической мобилизации за пределами их территорий". Каррансисты провели земельную реформу на плантациях генекена на Юкатане, где работали должники. Крестьяне не были мобилизованы для революционной борьбы. Генерал каррансистов Сальвадор Альварадо отменил долговое рабство на плантациях. Плантации не были разделены в ходе земельной реформы, но генекен закупался государственной корпорацией, которая забирала часть прибыли для себя, помогая финансировать финансовое положение движения Каррансы. И Вилла, и Запата обращались к крестьянству, но не к городскому рабочему классу. Карранса обращался к нему и использовал это в своих интересах. Рабочие были склонны поддерживать Каррансу, поскольку он занял твердую позицию против оккупации Веракруса США, а его позиция в отношении предприятий, принадлежащих иностранцам, ставила его на сторону рабочих. Там, где армии каррансистов одерживали победы в городах, Карранса поощрял создание профсоюзов. Карранса вел переговоры с анархо-синдикалистской рабочей организацией Casa del Obrero Mundial, которая сформировала Красные батальоны для борьбы с войсками Запаты и Виллы в обмен на обещание Каррансы принять трудовое законодательство, благоприятное для рабочего класса. В их рядах были ремесленники, в том числе строители и наборщики, а не промышленные рабочие. Самым известным членом 6000-го Красного батальона был художник Хосе Клементе Ороско. Городские рабочие считали свои интересы полностью противоположными интересам крестьянства. Им требовалось стабильное и дешевое снабжение продовольствием, а не крестьянство, занимающееся натуральным хозяйством на небольших участках земли. С культурной точки зрения, городской рабочий класс считал сапатистов слишком религиозными, а виллистов – слишком радикальными и варварскими. Реальная победа над Виллой пришла с поражением Виллы в двух решающих битвах при Селае, где Обрегон одержал верх. Обрегон "оказался самым важным военным лидером Мексиканской революции". Фронтальные кавалерийские атаки Виллы против современного применения Обрегоном пулеметов и колючей проволоки привели к большим потерям в более многочисленной армии Виллы и незначительным потерям в армии Обрегона. Эти поражения положили конец эффективной боевой мощи Виллы и восстановили авторитет Каррансы как лидера. Военное поражение Виллы привело к дезертирству многих его последователей на сторону Каррансы. Победа Обрегона принесла ему славу, но на данный момент он оставался верен Каррансе. Он стал военным министром Каррансы. Другим важным генералом каррансистов был Пабло Гонсалес, который был направлен против Запаты в Морелосе. Хотя его победы не были такими впечатляющими, как победы Обрегона над Виллой, Гонсалес смог рассеять армии сапатистов, превратив их в партизанские отряды. Соединенные Штаты признали Каррансу президентом Мексики в октябре 1915 года, и к концу года Вилла был в бегах. На протяжении 1916 года Карранса выступал против рабочих, которые пытались реализовать свое право на забастовку. Карранса использовал армию против бастующих рабочих. Casa организовала всеобщую забастовку в Мехико и его окрестностях в мае 1916 года. Забастовка привела к отключению электроснабжения столицы, и большое количество рабочих собралось в парке Аламеда в центре Мехико. Кузен Обрегона, генерал Бенджамин Хилл, вел переговоры с рабочими, и непосредственная угроза была предотвращена. В августе 1916 года полиция насильственно распустила Casa del Obrero Mundial, и был восстановлен закон 1862 года, который делал забастовку уголовным преступлением. Карранса считал, что рабочие "отрицают священное признание родины [patria] принципа каждой системы правления". Историк Джон Мейсон Харт пишет, что "Конституционалистская армия, действуя в сговоре с иностранными и самыми богатыми владельцами и менеджерами частных предприятий, сломала Casa. Таким образом, они разгромили рабочую революцию и уничтожили независимость промышленного и городского рабочего движения". Земельная реформа. Хотя Карранса принял аграрный закон, который мог бы привести к земельной реформе в Мексике, ситуация на местах была сложной. Различные воюющие фракции конфисковали земельные владения. Конфискованное имущество (bienes intervenidos) первоначально находилось во владении революционных фракций, включая разбитого Виллу...

Конституционный съезд в Кверетаро, 1916-1917

В сентябре 1916 года Карранса созвал Конституционный съезд, который должен был состояться в Керетаро. Он заявил, что либеральная конституция Мексики 1857 года будет соблюдена, хотя и с устранением некоторых её недостатков. Когда Конституционный съезд собрался в декабре 1916 года, в его состав вошли лишь 85 консерваторов и центристов, близких к либеральным взглядам Каррансы – группа, известная как «блоке реновадор» (фракция обновления). Против них выступили 132 более радикальных делегата, настаивавших на включении земельной реформы в новую конституцию. Эти радикальные делегаты были вдохновлены идеями Андреса Молины Энрикеса, особенно его книгой 1909 года «Los Grandes Problemas Nacionales» (англ. «Великие национальные проблемы»). Молина Энрикес, хотя и не был делегатом съезда, являлся близким советником комитета, разработавшего статью 27 конституции: в ней провозглашалось, что частная собственность создана нацией и что нация имеет право регулировать частную собственность, чтобы обеспечить общины, «не имеющие или располагающие недостаточным количеством земли и воды», возможностью получить её из латифундий и гасиенд. Статья 27 пошла дальше доктрины Кальво, установив, что правом собственности в Мексике обладают только урожденные мексиканцы или коренные мексиканцы. В ней также говорилось, что хотя правительство может предоставлять права иностранцам, эти права всегда будут временными и не подлежат обжалованию в иностранных правительствах. Радикалы превзошли программу Каррансы и в вопросах трудовых отношений. В феврале 1917 года они разработали статью 123 Конституции, которая установила восьмичасовой рабочий день, отменила детский труд, содержала положения о защите женщин и подростков, предусматривала оплачиваемый отпуск, разумную заработную плату, выплачиваемую наличными и долю в прибыли, учредила арбитражные советы и предусмотрела компенсацию в случае увольнения. Радикалы также провели более масштабную реформу отношений между церковью и государством, чем та, которую поддерживал Карранса. Статьи 3 и 130 носили ярко выраженный антиклерикальный характер: Римско-католической церкви в Мексике было отказано в признании в качестве юридического лица; священникам были ограничены различные права и они подлежали обязательной государственной регистрации; религиозное образование было запрещено; публичные религиозные обряды вне церквей были запрещены; и все церкви были национализированы как собственность нации. Таким образом, несмотря на то, что Карранса был самым убежденным сторонником конституционализма и возглавлял Конституционалистскую армию, Конституция Мексики 1917 года оказалась более радикальной, чем либеральная конституция, которую он представлял. Каррансисты добились некоторых важных побед на Конституционном съезде: была усилена власть исполнительной власти и ослаблена власть законодательной. Пост вице-президента был упразднен. Судьи получили пожизненный срок, чтобы обеспечить независимость судебной системы.

Конституционный президент Мексики, 19171920

Новая конституция была провозглашена 5 февраля 1917 года. Карранса не сталкивался с серьезной оппозицией при избрании президентом. В мае 1917 года Карранса стал конституционным президентом Мексики. Находясь у власти, Карранса сознательно не добивался значительных перемен. Те, кто надеялся на новую, революционную Мексику после окончания боевых действий, были разочарованы. В 1917 году Мексика переживала глубокий кризис. Война разорила экономику, уничтожив продовольственные запасы страны, а социальные потрясения привели к распространению болезней. Карранса также противостоял множеству вооруженных политических врагов: Эмилиано Сапата продолжал восстание в горах Морелос; Феликс Диас, племянник Порфирио Диаса, вернулся в Мексику в мае 1916 года и создал армию, названную Ejército Reorganizador Nacional (Национальная армия реорганизаторов), которая оставалась активной в Веракрусе; бывшие порфиристы Гильермо Мейшюэро и Хосе Мария Давила действовали в Оахаке, называя себя Соберанстами (суверенистами) и требуя местной автономии; генерал Мануэль Пелаэс командовал войсками в Ла-Уастеке; братья Сатурнино Седильо, Клеофас Седильо и Магдалено Седильо организовали оппозицию в Сан-Луис-Потоси; Хосе Инес Чавес Гарсия возглавил сопротивление правительству Каррансы в Мичоакане; а Панчо Вилья продолжал действовать в Чиуауа, хотя и не имел значительных сил. После избрания Каррансы конституционным президентом в 1917 году Обрегон ушел в отставку и вернулся на свою ранчо в Соноре. Боевые действия продолжались, особенно против Сапаты в Морелосе, расположенном непосредственно к югу от Мехико. Единственными лидерами повстанцев, захваченными Каррансой, были сторонник Панчо Вильи Фелипе Анхелес, который был предан за вознаграждение за его голову. В 1919 году Карранса приказал убить Эмилиано Сапату. Карранса придерживался нейтралитета Мексики на протяжении всей Первой мировой войны. Он ненадолго рассматривал возможность союза с Германской империей после того, как германский министр иностранных дел Артур Циммерман в январе 1917 года направил в Мексику знаменитую телеграмму Циммермана, предлагая Мексике вступить в войну на стороне Германии. Циммерман обещал Германии помощь в возвращении территорий, утраченных Соединенными Штатами во время мексикано-американской войны, в частности штатов Техас, Нью-Мексико и Аризона. Карранса назначил генерала для изучения возможности отвоевания этих территорий у США, но в конечном итоге пришел к выводу, что война за эти земли невозможна. Он считал, что помощь Германии в этом деле не может быть гарантирована из-за блокады, установленной британским флотом. Карранса оставался равнодушным к антиклерикальным статьям 3 и 130 мексиканской конституции, обеим из которых он выступал против на Конституционном конвенте. Терпимость к Римско-католической церкви в Мексике как институту могла рассматриваться как прагматичный подход. "Обычаи народа не меняются в одночасье; для того чтобы народ перестал быть католическим, недостаточно триумфа Революции; мексиканский народ останется таким же невежественным, суеверным и привязанным к своим древним обычаям, пока его не просвещают". Он предложил поправку к этим конституционным положениям, но его предложение было отклонено законодательными собраниями штатов и 2/3 мексиканского Конгресса. Антиклерикальные статьи Конституции не применялись до президентства Плутарко Элиаса Кальеса (1924-1928), что спровоцировало прокатолическое вооруженное восстание, известное как война кристеров. Коррупция была серьезной проблемой президентства Каррансы. Популярная поговорка гласила: "Старик не ворует, но позволяет воровать", и появилось новое слово, carrancear, означающее "красть". Викториано Уэрта в феврале 1913 года вступил в сговор с послом США Генри Лейном Уилсоном, чтобы свергнуть демократически избранного президента Франсиско Мадеро и вице-президента Хосе Марию Пино Суареса в результате государственного переворота в период, известный как La decena trágica. Президент Вудро Вильсон также приказал вторгнуться в Веракрус в 1914 году, в результате чего погибли 170 мексиканских солдат и неизвестное число гражданских лиц. Убийство Мадеро и Хосе Марии Пино Суареса спровоцировало гражданскую войну, которая закончилась победой Конституционной армии над войсками бывшего союзника Панчо Вильи в битве при Селае в апреле 1915 года. Частичное перемирие позволило разработать новую либеральную конституцию в 1916 году, которая была провозглашена 5 февраля 1917 года. Отношения между Каррансой и Вильсоном часто были напряженными, особенно после провозглашения новой конституции, что ознаменовало участие Мексики в Первой мировой войне. Тем не менее, Каррансе удалось извлечь выгоду из сложной ситуации; его правительство было официально признано Германией в начале 1917 года, а Соединенными Штатами 31 августа 1917 года, последнее – как прямое следствие телеграммы Циммермана, в качестве меры по обеспечению продолжения нейтралитета Мексики в войне. После оккупации Веракруса Соединенными Штатами в 1914 году Мексика не будет участвовать с США в их военных операциях в Первой мировой войне, поэтому обеспечение мексиканской нейтральности было наилучшим решением. Карранса отказался от предложенного Германией военного союза, переданного через телеграмму Циммермана, и в то же время смог предотвратить еще одно военное вторжение со стороны своего северного соседа, который хотел взять под контроль перешеек Теуантепек и нефтяные месторождения Тампико. К 1917 году Мексика добывала более 55 миллионов баррелей сырой нефти, которая стала стратегически важной для британцев и, следовательно, для союзников; Карранса пригрозил поджечь нефтяные месторождения в случае вторжения США. Поскольку сторонники правительства подавляли и убивали сторонников Обрегона, генерал решил, что Карранса никогда не покинет свой пост мирным путем. Клаудио Ломниц утверждает, что Карранса был убит в перестрелке, специально спланированной "для обеспечения непричастности Обрегона". Телеграмма с приказом об убийстве была отправлена тогдашним полковником Ласаро Карденасом, документальные подтверждения которой появились только в 1990-х годах. Историк Агирре Берланга предположил, что Карранса покончил жизнь самоубийством, а не был убит. Критики теории об убийстве утверждают, что отверстия в рубашке Каррансы были слишком маленькими для пуль, выпущенных из карабинов, которые использовали нападавшие. Сообщалось, что Карранса получил пулевые ранения в грудь, а также пулевое ранение в два пальца левой руки. Сторонники теории самоубийства считают, что он ранил себя и застрелился в грудь после того, как его нога была сломана выстрелом из карабина. Историк Энрике Краусе проанализировал факты и пришел к выводу, что самоубийство является более вероятной причиной смерти, но эта точка зрения не получила согласия среди историков, и истина, вероятно, никогда не будет известна.

После его смерти

После смерти Каррансы Обрегон предал полковника Эрреро суду за убийство Каррансы, но полковник был оправдан. При жизни династия Соноры характеризовала Каррансу как "самого коррумпированного за всю историю мексиканского правительства". К концу президентства Альваро Обрегона (1920–1924) его аппарат связался с дочерью Каррансы, Хулией, сообщив, что ей полагается пенсия, поскольку "Венустиано Карранса оказал выдающиеся услуги Революции и стране". Она и её брат отказались от пенсии, ответив в резких выражениях на его письмо, что Обрегон несёт ответственность за смерть их отца и никакие деньги не смогут возместить эту потерю. Каррансы подписали письмо словами: "Ваши преданные враги, Хулия, Эмилио, Венустиано и Хесус Карранса".

В исторической памяти

В 1920 году Хосе Васкончелос, ставший министром образования Обрегона, написал, что "смерть Каррансы была подобна волне мира. Исчезновение Каррансы оказалось достаточным, чтобы вчерашние враги начали искать примирения; чтобы все мексиканцы, независимо от взглядов, вновь почувствовали себя братьями". Во время своего президентства Карранса стремился переосмыслить историческую память в свою пользу, отдавая приоритет дате своего Плана Гваделупе 1913 года перед памятными датами Плана Сан-Луис-Потоси 1910 года, провозглашенного Мадеро. Однако во время администрации Обрегона была сформирована официальная идеология Революции, исключавшая Каррансу из "Революционной семьи" и причислявшая его к Порфирио Диасу и Викториано Уэрте как воплощению реакции против Революции, даже не признавая его заслуги в принятии Конституции 1917 года. Репутация Мадеро, которую Карранса критиковал, напротив, росла среди жителей Соноры. Сторонники Каррансы продолжали поддерживать репутацию своего павшего лидера в 1920-х годах, но формирование исторической памяти отдавало предпочтение революционной славе Эмилиано Сапаты, убитого по приказу Каррансы в 1919 году, и Панчо Вильи, убитого в 1923 году по приказу Обрегона. При Обрегоне 20 ноября, день, когда Мадеро призвал мексиканцев к восстанию против Диаса, был объявлен официальным праздником. Высокий, седовласый, но энергичный Карранса был "стариком" Революции. Будучи действующим губернатором, он был проницательным и прагматичным политиком. Его ранняя оппозиция Уэрте помогла ему создать эффективную коалицию против узурпатора. В отличие от Обрегона и Вильи, его лучших генералов, он был известен своей отстраненностью и нехаризматичностью, и это отсутствие харизмы и народной любви уменьшило его значимость в исторической памяти. Не было популярных корридо (песен, посвященных событиям и личностям того времени) о Каррансе, как это было о Сапате и Вилье, чтобы сохранить его память. Вместо этого Карранса создавал проконституционалистскую пропаганду и заручался национальной поддержкой движения, а также поддерживал основание газет, симпатизирующих конституционалистам, подавляя при этом антиконституционалистские издания. Карранса считал Мадеро молодым и наивным мечтателем, лишенным практического опыта. Несмотря на поддержку движения Мадеро по свержению Диаса, он критиковал его умиротворяющую позицию по отношению к Диасу и старому порядку. Повстанцы силой оружия вынудили к переменам, но Мадеро решил придерживаться своего строгого понимания верховенства закона при передаче президентской власти. Повстанцы разгромили федеральную армию в Сьюдад-Хуаресе, но вместо того, чтобы воспользоваться победой и захватить президентство, как это сделал Диас в 1876 году, Мадеро предпринял сознательные шаги для сохранения большей части старого порядка и обеспечения мирной передачи власти. Мадеро сохранил старую федеральную армию и приказал распустить революционные силы, которые привели его к власти. Карранса не допустил бы такой ошибки. Когда конституционалистская армия Каррансы победила федеральную армию и вынудила Уэрту покинуть страну в 1914 году, федеральная армия была расформирована, а революционные армии остались на месте. Критика Каррансой президентства Мадеро означала, что он не был удивлен его падением. Во время борьбы с Уэртой Карранса был первым видным деятелем, выступившим против него, и первым, кто заявил, что противники будут казнены. Это соответствовало его убеждению, что "когда революция идет на уступки, она совершает самоубийство". События показали, что Карранса был прав в своей оценке ошибок Мадеро. Карранса поддерживал широкую антиуэртовскую северную коалицию в 1913–1914 годах, но серьезные трещины появились после свержения Уэрты и его изгнания в июле 1914 года. Карранса имел достаточную поддержку и помощь своего лучшего генерала, Альваро Обрегона, чтобы укрепить свою власть. Придя к власти, Карранса и каррансисты представили себя как продолжателей дела Мадеро, но с подразумеваемой критикой мученического президента. Карранса считал себя инициатором настоящей революции в Мексике, а не просто смены власти, а социальной революции. Вилья порвал с Каррансой в 1914 году и считал его предателем революционных идеалов демократического правительства, а также его бездействием в отношении реформ. Сапата никогда не присоединялся к северной коалиции во главе с Каррансой. В 1916 году Сапата охарактеризовал Каррансу как лжеца, "воплощающего предательство, обман, злонамеренную и скандальную дезинформацию. Он притворяется истинным представителем великих масс народа, и, как мы видели, он не только попирает каждый революционный принцип, но и с одинаковым деспотизмом вредит самым драгоценным правам и самым уважаемым свободам человека и общества". Его помнят как одного из "Большой четверки" Революции, наряду с Сапатой, Вильей и Обрегоном. Карранса возглавил широкое конституционалистское движение против режима Уэрты, объединив политические и вооруженные силы северной Мексики вокруг идеи восстановления конституционного строя в Мексике. Каррансе служили блестящие военные лидеры, в частности Обрегон, Плаutarко Элиас Кальес и Ласаро Карденас, чтобы назвать лишь трех, которые впоследствии стали президентами Мексики. Карранса проводил политику яростного национализма, противостоя огромному экономическому и политическому давлению со стороны США. Его призыв к новой конституции был реализован, и ключевые вопросы, за которые боролись революционеры, такие как земельная реформа, права трудящихся, контроль над иностранцами и национализм, стали законом. К 1942 году Монумент Революции был построен из скелета здания мексиканского парламента, которое было заброшено после начала революции против Диаса. К тому времени все основные фигуры Революции либо умерли, либо больше не были у власти. Генерал Ласаро Карденас, находившийся в орбите Соноранской династии и занимавший пост президента Мексики в 1934–1940 годах, назначил своего правой руки, Мануэля Авила Камачо (презрительно называемого "неизвестным солдатом" его противниками) своим преемником. В конце срока полномочий Авила Камачо правящая партия была переименована в Институционально-революционную партию. Этот сдвиг на национальной арене означал, что Монумент Революции мог вместить останки умерших членов "Революционной семьи". Прах Каррансы был извлечен из кладбища Долорес и с большой церемонией, с парадом по центру Мехико, доставлен для размещения в одной из четырех колонн монумента. Это событие было приурочено к 25-летию революционной Конституции 1917 года. Смерть Каррансы и других революционеров официально отмечается ежегодно.