Арабеска: Исламский орнамент и его европейское влияние.

Введение

Декоративный узор из стилизованной листвы, характерный для мусульманского искусства.

Арабеска – это форма художественного декора, состоящая из «поверхностных украшений, основанных на ритмичных линейных узорах из извивающихся и переплетающихся листьев и побегов» или простых линий, часто в сочетании с другими элементами. Другое определение – «орнамент из листьев, используемый в исламском мире, как правило, с использованием листьев, образованных из стилизованных полупальметт, объединенных со спиральными стеблями». Обычно арабеска представляет собой единый дизайн, который можно «плитковать» или бесшовно повторять любое количество раз. В рамках широкого спектра евразийского декоративного искусства, включающего мотивы, соответствующие этому базовому определению, термин «арабеска» последовательно используется искусствоведами как технический термин для обозначения только элементов декора, встречающихся в двух периодах: в исламском искусстве начиная с IX века и в европейском декоративном искусстве начиная с эпохи Возрождения. Термины «орнамент-плетенка» и «спиральный орнамент» используются для описания большинства других типов подобных узоров. Арабеска является фундаментальным элементом исламского искусства. Использование этого термина в отношении европейского искусства в прошлом и настоящем является запутанным и непоследовательным. Некоторые западные арабески происходят из исламского искусства, однако другие тесно основаны на древнеримских украшениях. В Европе они в основном встречаются в декоративно-прикладном искусстве, но из-за преимущественно нефигуративного характера исламского искусства арабеска часто является заметным элементом в наиболее значимых произведениях и играет важную роль в декоре архитектуры. Часто выдвигаются утверждения о теологическом значении арабески и ее происхождении из специфически исламского мировоззрения; однако они не подтверждаются письменными историческими источниками, поскольку, как и большинство средневековых культур, исламский мир не оставил нам документации о своих намерениях при использовании декоративных мотивов. На популярном уровне такие теории часто оказываются оторванными от более широкого контекста арабески. Аналогичным образом, предполагаемые связи между арабеской и арабскими знаниями геометрии остаются предметом дискуссий; не все искусствоведы убеждены, что такие знания были доступны или необходимы тем, кто создавал арабески, хотя в некоторых случаях есть свидетельства существования такой связи. Подтверждение связи с исламской математикой гораздо сильнее в отношении развития геометрических узоров, которые часто сочетаются с арабесками в искусстве. Геометрический декор часто использует узоры, состоящие из прямых линий и правильных углов, которые в некоторой степени напоминают криволинейные арабески; степень, в которой они также описываются как арабески, варьируется у разных авторов.

The arabesque is a form of artistic decoration consisting of "surface decorations based on rhythmic linear patterns of scrolling and interlacing foliage, tendrils" or plain lines, often combined with other elements. Another definition is "Foliate ornament, used in the Islamic world, typically using leaves, derived from stylised half palmettes, which were combined with spiralling stems". It usually consists of a single design which can be 'tiled' or seamlessly repeated as many times as desired. Within the very wide range of Eurasian decorative art that includes motifs matching this basic definition, the term "arabesque" is used consistently as a technical term by art historians to describe only elements of the decoration found in two phases: Islamic art from about the 9th century onwards, and European decorative art from the Renaissance onwards. Interlace and scroll decoration are terms used for most other types of similar patterns. Arabesques are a fundamental element of Islamic art. The past and current usage of the term in respect of European art is confused and inconsistent. Some Western arabesques derive from Islamic art, however others are closely based on ancient Roman decorations. In the West they are essentially found in the decorative arts, but because of the generally non figurative nature of Islamic art, arabesque decoration is often a very prominent element in the most significant works, and plays a large part in the decoration of architecture. Claims are often made regarding the theological significance of the arabesque and its origin in a specifically Islamic view of the world; however, these are without support from written historical sources since, like most medieval cultures, the Islamic world has not left us documentation of their intentions in using the decorative motifs they did. At the popular level such theories often appear uninformed as to the wider context of the arabesque. In similar fashion, proposed connections between the arabesque and Arabic knowledge of geometry remains a subject of debate; not all art historians are persuaded that such knowledge had reached, or was needed by, those creating arabesque designs, although in certain cases there is evidence that such a connection did exist. The case for a connection with Islamic mathematics is much stronger for the development of the geometric patterns with which arabesques are often combined in art. Geometric decoration often uses patterns that are made up of straight lines and regular angles that somewhat resemble curvilinear arabesque patterns; the extent to which these too are described as arabesque varies between different writers.

Исламская арабеска

Исламская арабеска, вероятно, была изобретена в Багдаде около X века. Впервые она появилась как отличительное и оригинальное развитие в исламском искусстве в резных мраморных панелях примерно в это же время. Уникальность и отличие исламской арабески от растительных орнаментов других культур заключается в её бесконечной взаимосвязанности и возможности расширения за пределы фактических границ. Арабеска развилась из устоявшихся традиций растительного орнамента, характерных для культур, завоеванных ранними исламскими завоеваниями. Раннее исламское искусство, например, знаменитая мозаика VIII века в Великой мечети Дамаска, часто содержала растительные узоры, выполненные в этом случае византийскими мастерами в их обычном стиле. Чаще всего использовались стилизованные изображения аканта, с акцентом на лиственные формы, и виноградной лозы, с не меньшим вниманием к извивающимся стеблям. Эволюция этих форм в самобытный исламский тип завершилась к XI веку, начавшись в VIII или IX веке в таких работах, как фасад Мшатта. В процессе развития формы растений становились все более упрощенными и стилизованными. Относительно многочисленные сохранившиеся рельефы из штукатурки со стен дворцов (но не мечетей) в Аббасидской Самарре, исламской столице между 836 и 892 годами, демонстрируют три стиля – A, B и C, хотя на одной стене могут присутствовать и более одного стиля, и их хронологическая последовательность не установлена окончательно. Хотя общие этапы этого процесса в целом признаны, специалисты придерживаются различных точек зрения на детали развития, классификации и значения арабески. Систематическое изучение форм исламской арабески начал Алоис Ригль в своем формалистическом исследовании «Stilfragen: Grundlegungen zu einer Geschichte der Ornamentik» (Проблемы стиля: основы истории орнамента) 1893 года, в ходе которого он разработал свою влиятельную концепцию *Kunstwollen*. Ригль проследил формалистическую преемственность и развитие декоративных растительных форм от древнеегипетского искусства и других цивилизаций Древнего Ближнего Востока через классический мир к исламской арабеске. Хотя концепция *Kunstwollen* сегодня имеет немного последователей, его основной анализ развития форм был подтвержден и дополнен более широким корпусом известных примеров. Джессика Роусон недавно расширила анализ, включив в него китайское искусство, которое Ригль не рассматривал, прослеживая многие элементы китайского декора к той же традиции, а общая основа способствовала гармоничной и продуктивной ассимиляции китайских мотивов в персидское искусство после монгольского нашествия. Многие узоры арабески исчезают на (или «под», как часто кажется зрителю) краю обрамления, не имея завершения, и, таким образом, могут рассматриваться как бесконечно расширяемые за пределы занимаемого ими пространства; это, безусловно, была отличительная черта исламского стиля, хотя и не лишенная прецедентов. Большинство, но не все, растительных орнаментов в предшествующих культурах заканчивались на краю занимаемого пространства, хотя бесконечно повторяющиеся растительные узоры широко распространены в современном мире в обоях и текстиле. Как правило, в более ранних формах отсутствует стремление к реализму; не имитируется какой-либо конкретный вид растения, а формы часто ботанически невозможны или маловероятны. «Лиственные» формы обычно отходят в стороны от стебля, образуя так называемую «полупальметту», названную в честь её далекого и совершенно отличного предка в древнеегипетском и греческом орнаменте. Новые стебли растут из кончиков листьев, часто называемые медоносом, а стебли часто не имеют концов, бесконечно извиваясь за пределы пространства. Ранний фасад Мшатта отчетливо изображает виноградную лозу с обычными листьями на концах коротких стеблей и гроздьями винограда или ягод, но более поздние формы обычно лишены их. Цветы редки примерно до 1500 года, после чего они появляются чаще, особенно в османском искусстве, и часто идентифицируются по видам. В османском искусстве большие и перистые листья, называемые саз, стали очень популярными и изображались на рисунках, показывающих один или несколько больших листьев. В конечном итоге цветочный орнамент, в основном заимствованный из китайских стилей, особенно из китайского фарфора, заменил арабеску во многих видах работ, таких как керамика, текстиль и миниатюры.

The Islamic arabesque was probably invented in Baghdad around the 10th century. It first appeared as a distinctive and original development in Islamic art in carved marble panels from around this time. What makes Islamic arabesque unique and distinct from vegetal decorations of other cultures is its infinite correspondence and the fact that it can be extended beyond its actual limits. The arabesque developed out of the long established traditions of plant based scroll ornament in the cultures taken over by the early Islamic conquests. Early Islamic art, for example in the famous 8th century mosaics of the Great Mosque of Damascus, often contained plant scroll patterns, in that case by Byzantine artists in their usual style. The plants most often used are stylized versions of the acanthus, with its emphasis on leafy forms, and the vine, with an equal emphasis on twining stems. The evolution of these forms into a distinctive Islamic type was complete by the 11th century, having begun in the 8th or 9th century in works like the Mshatta Facade. In the process of development the plant forms became increasingly simplified and stylized. The relatively abundant survivals of stucco reliefs from the walls of palaces (but not mosques) in Abbasid Samarra, the Islamic capital between 836 and 892, provide examples of three styles, Styles A, B, and C, though more than one of these may appear on the same wall, and their chronological sequence is not certain. Though the broad outline of the process is generally agreed, there is a considerable diversity of views held by specialist scholars on detailed issues concerning the development, categorization and meaning of the arabesque. The detailed study of Islamic arabesque forms was begun by Alois Riegl in his formalist study Stilfragen: Grundlegungen zu einer Geschichte der Ornamentik (Problems of style: foundations for a history of ornament) of 1893, who in the process developed his influential concept of the Kunstwollen. Riegl traced formalistic continuity and development in decorative plant forms from ancient Egyptian art and other ancient Near Eastern civilizations through the classical world to the Islamic arabesque. While the Kunstwollen has few followers today, his basic analysis of the development of forms has been confirmed and refined by the wider corpus of examples known today. Jessica Rawson has recently extended the analysis to cover Chinese art, which Riegl did not cover, tracing many elements of Chinese decoration back to the same tradition, the shared background helping make the assimilation of Chinese motifs into Persian art after the Mongol invasion harmonious and productive. Many arabesque patterns disappear at (or "under", as it often appears to a viewer) a framing edge without ending and thus can be regarded as infinitely extendable outside the space they actually occupy; this was certainly a distinctive feature of the Islamic form, though not without precedent. Most but not all foliage decoration in the preceding cultures terminated at the edge of the occupied space, although infinitely repeatable patterns in foliage are very common in the modern world in wallpaper and textiles. Typically, in earlier forms there is no attempt at realism; no particular species of plant is being imitated, and the forms are often botanically impossible or implausible. "Leaf" forms typically spring sideways from the stem, in what is often called a "half palmette" form, named after its distant and very different looking ancestor in ancient Egyptian and Greek ornament. New stems spring from leaf tips, a type often called honeysuckle, and the stems often have no tips, winding endlessly out of the space. The early Mshatta Facade is recognisably some sort of vine, with conventional leaves on the end of short stalks and bunches of grapes or berries, but later forms usually lack these. Flowers are rare until about 1500, after which they appear more often, especially in Ottoman art, and are often identifiable by species. In Ottoman art the large and feathery leaves called saz became very popular, and were elaborated in drawings showing just one or more large leaves. Eventually floral decoration mostly derived from Chinese styles, especially those of Chinese porcelain, replaces the arabesque in many types of work, such as pottery, textiles and miniatures.

Значение в исламе

Арабески и геометрические узоры исламского искусства часто рассматриваются как отражение исламного мировоззрения (см. выше). Изображение животных и людей обычно не приветствуется, что объясняет предпочтение абстрактным геометрическим формам. В искусстве арабески выделяют два основных направления. Первое отсылает к принципам, управляющим порядком мироздания. Эти принципы включают в себя базовые основы, обеспечивающие структурную прочность и, как следствие, красоту объектов (то есть углы и статические формы, которые они создают, в частности, ферменные конструкции). В этом направлении каждая повторяющаяся геометрическая форма несет в себе встроенную символику. Например, квадрат с четырьмя равносторонними сторонами символизирует равнозначные элементы природы: землю, воздух, огонь и воду. Без любого из этих четырех элементов физический мир, представленный кругом, охватывающим квадрат, рухнул бы и перестал существовать. Второе направление основано на текучести растительных форм, напоминая о животворящей женской природе жизни. Кроме того, при внимательном изучении многочисленных примеров искусства арабески некоторые утверждают о существовании третьего направления – направления исламской каллиграфии. Вместо того, чтобы отсылать к чему-либо, связанному с «Истинной Реальностью» (реальностью духовного мира), ислам считает каллиграфию видимым выражением высшего из всех искусств – искусства слова (передачи мыслей и истории). В исламе наиболее важным документом, передаваемым устно, является Коран. В искусстве арабески можно увидеть как пословицы, так и полные отрывки из Корана. Сочетание этих трех направлений создает арабеску, которая является отражением единства в многообразии – фундаментального принципа ислама. Арабеску можно рассматривать одновременно как искусство и как науку. Произведение искусства одновременно математически точно, эстетически приятно и символично. Благодаря этой двойственности, художественная составляющая может быть дополнительно разделена на светское и религиозное искусство. Однако для многих мусульман нет различий: все формы искусства, природный мир, математика и наука рассматриваются как творения Бога и, следовательно, как отражения единого – воли Бога, проявленной в его творении. Иными словами, человек может открыть геометрические формы, составляющие арабеску, но эти формы существовали всегда как часть Божьего творения, как показано на этом изображении. Существует большое сходство между арабесками из разных географических регионов. На самом деле, сходство настолько велико, что экспертам иногда бывает трудно определить происхождение конкретного стиля арабески. Это объясняется тем, что наука и математика, используемые для создания арабески, универсальны. Поэтому для большинства мусульман лучшее произведение искусства, которое человек может создать для мечети, – это произведение, демонстрирующее лежащий в основе порядок и единство природы. Порядок и единство материального мира, по их мнению, являются лишь бледным отражением духовного мира, который для многих мусульман является местом, где существует единственная истинная реальность. Обнаруженные геометрические формы, таким образом, воплощают эту совершенную реальность, поскольку творение Бога было омрачено грехами человечества. Ошибки в повторениях могут быть намеренно допущены в знак смирения художниками, верящими, что только Аллах способен на совершенство, хотя эта теория оспаривается. Арабеское искусство состоит из серии повторяющихся геометрических форм, которые иногда сопровождаются каллиграфией. Эттингхаузен и др. описывают арабеску как «растительный орнамент, состоящий из полных и полупальмет, представляющий собой бесконечный непрерывный узор, в котором каждый лист растет из кончика другого». Для последователей ислама арабеска символизирует их единую веру и взгляд традиционных исламских культур на мир.

The arabesques and geometric patterns of Islamic art are often said to arise from the Islamic view of the world (see above). The depiction of animals and people is generally discouraged, which explains the preference for abstract geometric patterns. There are two modes to arabesque art. The first mode recalls the principles that govern the order of the world. These principles include the bare basics of what makes objects structurally sound and, by extension, beautiful (i. e. the angle and the fixed/static shapes that it creates—esp. the truss). In the first mode, each repeating geometric form has a built in symbolism ascribed to it. For example, the square, with its four equilateral sides, is symbolic of the equally important elements of nature: earth, air, fire and water. Without any one of the four, the physical world, represented by a circle that inscribes the square, would collapse upon itself and cease to exist. The second mode is based upon the flowing nature of plant forms. This mode recalls the feminine nature of life giving. In addition, upon inspection of the many examples of Arabesque art, some would argue that there is in fact a third mode, the mode of Islamic calligraphy. Instead of recalling something related to the 'True Reality' (the reality of the spiritual world), Islam considers calligraphy a visible expression of the highest art of all; the art of the spoken word (the transmittal of thoughts and of history). In Islam, the most important document to be transmitted orally is the Qur'an. Proverbs and complete passages from the Qur'an can be seen today in Arabesque art. The coming together of these three forms creates the Arabesque, and this is a reflection of unity arising from diversity; a basic tenet of Islam. The arabesque may be equally thought of as both art and science. The artwork is at the same time mathematically precise, aesthetically pleasing, and symbolic. Due to this duality of creation, the artistic part of this equation may be further subdivided into both secular and religious artwork. However, for many Muslims there is no distinction; all forms of art, the natural world, mathematics and science are seen to be creations of God and therefore reflections of the same thing: God's will expressed through his creation. In other words, man can discover the geometric forms that constitute the arabesque, but these forms always existed before as part of God's creation, as shown in this picture. There is great similarity between arabesque artwork from very different geographic regions. In fact, the similarities are so pronounced that it is sometimes difficult for experts to tell where a given style of arabesque comes from. The reason for this is that the science and mathematics that are used to construct Arabesque artwork are universal. Therefore, for most Muslims, the best artwork that can be created by man for use in the Mosque is artwork that displays the underlying order and unity of nature. The order and unity of the material world, they believe, is a mere ghostly approximation of the spiritual world, which for many Muslims is the place where the only true reality exists. Discovered geometric forms, therefore, exemplify this perfect reality because God's creation has been obscured by the sins of man. Mistakes in repetitions may be intentionally introduced as a show of humility by artists who believe only Allah can produce perfection, although this theory is disputed. Arabesque art consists of a series of repeating geometric forms which are occasionally accompanied by calligraphy. Ettinghausen et al. describe the arabesque as a "vegetal design consisting of full and half palmettes [as] an unending continuous pattern in which each leaf grows out of the tip of another." To the adherents of Islam, the Arabesque is symbolic of their united faith and the way in which traditional Islamic cultures view the world.

Терминология и западный арабеск

Арабеска — французский термин, происходящий от итальянского слова arabesco, означающего «в арабском стиле». Термин впервые был использован в итальянском языке, где rabeschi использовалось в XVI веке для обозначения «пилястровых орнаментов с акантовым декором», в частности «бегущих свитков», которые шли вертикально по панели или пилястре, а не горизонтально вдоль фриза. По словам Ральфа Николсона Ворнума в 1882 году: «Западный арабеск, появившийся в XV веке, произошел от римских остатков раннего периода Империи, а не от какого-либо стиля, заимствованного из арабских или мавританских работ. Арабеска и мореска действительно различны; последняя происходит от арабского стиля орнамента, разработанного византийскими греками для своих новых господ после завоеваний последователей Магомета, а первая — термин, довольно четко ограниченный разновидностями декорации чинквеченто, которые не имеют ничего общего с арабскими образцами в деталях, но являются развитием, происходящим из греческих и римских гротескных мотивов, таких как мы видим их в руинах древних дворцов в Риме и в древних домах в Помпеях. Эти мотивы были воспроизведены Рафаэлем и его учениками в украшении некоторых коридоров Лоджи Ватикана в Риме: гротеск, таким образом, является более подходящим названием для этих украшений, чем арабеска. Этот технический арабеск, следовательно, намного древнее любого арабского или мавританского декора и на самом деле не имеет с ним ничего общего, кроме простых симметричных принципов его организации. Плиний и Витрувий не дают названия экстравагантной декоративной настенной живописи, популярной в их время, которую ранние итальянские возродители, по-видимому, назвали гротескной, поскольку она была впервые обнаружена в арочных или подземных камерах (гроттах) римских руин, как в Золотом доме Нерона или в банях Тита. В итальянском Возрождении в некоторой степени произошло вытеснение арабески классическим гротеском, при этом сохранилось первоначальное арабское обозначение, а подлинное арабское искусство, сарацинское, стало известно как мореска или мавританское». В книге Opera nuova che insegna a le donne a cuscire laqual e intitolata Esempio di raccammi (Новое произведение, которое учит женщин шитью под названием «Примеры вышивки»), изданной в Венеции в 1530 году, содержатся «groppi moreschi e rabeschi» — мавританские узлы и арабески. Оттуда оно распространилось в Англию, где, согласно инвентарю 1549 года, Генрих VIII владел агатовой чашей с «футом и куэром из серебра и золота, украшенной ребесками», а Уильям Херн или Херон, живописец при дворе с 1572 по 1580 год, был оплачен за роспись баржи Елизаветы I «ребесками». Стиль этих украшений можно только предполагать, хотя дизайн Ханса Гольбейна для покрытой чаши для Джейн Сеймур в 1536 году (см. галерею) уже содержит элементы как в исламском стиле арабеска/мореска (см. ниже), так и в классическом стиле акантовых завитков. Другой связанный термин — мореска, означающий «мавританский»; Рендл Котгрейв в своем «Dictionarie of the French and English Tongues» 1611 года определяет его как: «грубую или античную живопись или резьбу, в которой ноги и хвосты зверей и т. д. смешаны с или напоминают своего рода дикие листья и т. д.» и «арабеск», в его раннем употреблении, зафиксированном в OED (но как французское слово), как «работа Ребеске; небольшой и причудливый завиток». Во Франции «арабеска» впервые появляется в 1546 году и «впервые была применена в конце XVII века» к гротескным орнаментам, «несмотря на классическое происхождение последних», особенно если в них отсутствуют человеческие фигуры — различие, которое все еще часто делается, но не соблюдается последовательно. В течение последующих столетий три термина — «гротеск», «мореска» и «арабеска» — в основном использовались взаимозаменяемо в английском, французском и немецком языках для стилей декора, заимствованных по крайней мере настолько же из европейского прошлого, насколько и из исламского мира, при этом «гротеск» постепенно приобрел свое основное современное значение, связанное больше с готическими гаргульями и карикатурой, чем с римской живописью в стиле Помпеи или исламскими узорами. Между тем, слово «арабеска» теперь применялось к самому исламскому искусству, по крайней мере, к 1851 году, когда Джон Раскин использует его в «Камнях Венеции». Авторы за последние десятилетия пытались выделить значимые различия между этими словами из путаницы исторических источников. Петер Фюринг, специалист по истории орнамента, отмечает (также в французском контексте): «Орнамент, известный как мореска в XV и XVI веках (но теперь чаще называемый арабеской), характеризуется раздвоенными свитками, состоящими из ветвей, образующих переплетенные узоры из листвы. Эти основные мотивы дали начало многочисленным вариантам, например, когда ветви, обычно линейного характера, превращались в ремни или полосы. Характерной чертой морески, которая по сути является поверхностным орнаментом, является невозможность определить начало или конец узора. Зародившись на Ближнем Востоке, они были завезены в континентальную Европу через Италию и Испанию. Итальянские образцы этого орнамента, который часто использовался для переплетов книг и вышивки, известны уже с конца XV века». Фюринг отмечает, что гротески «путано назывались арабесками во Франции XVIII века», но в его терминологии «основные типы орнамента, которые появляются во французских гравюрах и офортах XVI века, можно разделить на две группы. Первая включает орнаменты, заимствованные из античности: гротески, архитектурные орнаменты, такие как ордера, свитки из листвы и самостоятельные элементы, такие как трофеи, термины и вазы. Вторая группа, значительно меньшая по размеру, включает современные орнаменты: морески, переплетенные полосы, ремни и элементы, такие как картуши» — категории, которые он затем подробно рассматривает. Стиль морески или арабески был особенно популярен и долговечен в европейском книжном искусстве: переплеты книг, украшенные золотым тиснением, рамки для иллюстраций и орнаменты для украшения пустых мест на странице. В этой области техника золотого тиснения также появилась в XV веке из исламского мира, и, действительно, большая часть кожи импортировалась оттуда. Небольшие мотивы в этом стиле продолжают использоваться консервативными книжными дизайнерами и по сей день. По словам Гарольда Осборна, во Франции «характерное развитие французской арабески сочетало ленты, происходящие из морески, с декоративной акантовой листвой, исходящей из С-образных завитков, соединенных короткими перекладинами». Более пышные арабескные дизайны Жана Берена Старшего являются ранним «предзнаменованием» рококо, который должен был перенести арабеску в трехмерные рельефы. Использование «арабески» в качестве английского существительного впервые появляется в связи с живописью в романе Уильяма Бекфорда «Ватек» в 1786 году, что противоречит определению 1888 года, которое до сих пор можно найти в Оксфордском английском словаре: «Вид настенного или поверхностного декора в цвете или низком рельефе, состоящий из текучих линий ветвей, листьев и завитушек, причудливо переплетенных. Также в переносном смысле. Как это используется в мавританском и арабском декоративном искусстве (из которого оно почти исключительно было известно в Средние века), изображения живых существ исключались; но в арабесках Рафаэля, основанных на древних греко-римских работах этого рода, и в арабесках эпохи Возрождения, человеческие и животные фигуры, как естественные, так и гротескные, а также вазы, доспехи и предметы искусства свободно вводятся; к этому термину сейчас обычно применяется, а другой называется мавританской арабеской или мореской».

Arabesque is a French term derived from the Italian word arabesco, meaning "in the Arabic style". The term was first used in Italian, where rabeschi was used in the 16th century as a term for "pilaster ornaments featuring acanthus decoration", specifically "running scrolls" that ran vertically up a panel or pilaster, rather than horizontally along a frieze. According to Ralph Nicholson Wornum in 1882: "The western arabesque which appeared in the 15th century derived from Roman remains of the early time of the empire, not to any style derived from Arabian or Moorish work. Arabesque and Moresque are really distinct; the latter is from the Arabian style of ornament, developed by the Byzantine Greeks for their new masters, after the conquests of the followers of Mahomet; and the former is a term pretty well restricted to varieties of cinquecento decoration, which have nothing in common with any Arabian examples in their details, but are a development derived from Greek and Roman grotesque designs, such as we find them in the remains of ancient palaces at Rome, and in ancient houses at Pompeii. These were reproduced by Raphael and his pupils in the decoration of some of the corridors of the Loggie of the Vatican at Rome: grotesque is thus a better name for these decorations than Arabesque. This technical Arabesque, therefore, is much more ancient than any Arabian or Moorish decoration, and has really nothing in common with it except the mere symmetrical principles of its arrangement. Pliny and Vitruvius give us no name for the extravagant decorative wall painting in vogue in their time, to which the early Italian revivers of it seem to have given the designation of grotesque, because it, was first discovered in the arched or underground chambers (grotte) of Roman ruins—as in the golden house of Nero, or the baths of Titus. What really took place in the Italian revival was in some measure a supplanting of the Arabesque for the classical grotesque, still retaining the original Arabian designation, while the genuine Arabian art, the Saracenic, was distinguished as Moresque or Moorish." The book Opera nuova che insegna a le donne a cuscire laqual e intitolata Esempio di raccammi (A New Work that Teaches Women how to Sew Entitled "Samples of Embroidery"), published in Venice in 1530, includes "groppi moreschi e rabeschi", Moorish knots and arabesques. From there it spread to England, where Henry VIII owned, according to an inventory of 1549, an agate cup with a "fote and Couer of siluer and guilt enbossed with Rebeske worke", and William Herne or Heron, Serjeant Painter from 1572 to 1580, was paid for painting Elizabeth I's barge with "rebeske work". The styles so described can only be guessed at, although the design by Hans Holbein for a covered cup for Jane Seymour in 1536 (see gallery) already has zones in both Islamic derived arabesque/moresque style (see below) and classically derived acanthus volutes. Another related term is moresque, meaning "Moorish"; Randle Cotgrave's A Dictionarie of the French and English Tongues of 1611 defines this as: "a rude or anticke painting, or carving, wherin the feet and tayles of beasts, &c, are intermingled with, or made to resemble, a kind of wild leaves, &c." and "arabesque", in its earliest use cited in the OED (but as a French word), as "Rebeske work; a small and curious flourishing". In France "arabesque" first appears in 1546, and "was first applied in the latter part of the 17th century" to grotesque ornament, "despite the classical origin of the latter", especially if without human figures in it—a distinction still often made, but not consistently observed. Over the following centuries, the three terms "grotesque", "moresque", and "arabesque" were used largely interchangeably in English, French, and German for styles of decoration derived at least as much from the European past as the Islamic world, with "grotesque" gradually acquiring its main modern meaning, related more to Gothic gargoyles and caricature than to either Pompeii style Roman painting or Islamic patterns. Meanwhile, the word "arabesque" was now being applied to Islamic art itself, by 1851 at the latest, when John Ruskin uses it in The Stones of Venice. Writers over the last decades have attempted to salvage meaningful distinctions between the words from the confused wreckage of historical sources. Peter Fuhring, a specialist in the history of ornament, says that (also in a French context): The ornament known as moresque in the fifteenth and sixteenth centuries (but now more commonly called arabesque) is characterized by bifurcated scrolls composed of branches forming interlaced foliage patterns. These basic motifs gave rise to numerous variants, for example, where the branches, generally of a linear character, were turned into straps or bands. It is characteristic of the moresque, which is essentially a surface ornament, that it is impossible to locate the pattern's beginning or end. Originating in the Middle East, they were introduced to continental Europe via Italy and Spain Italian examples of this ornament, which was often used for bookbindings and embroidery, are known from as early as the late fifteenth century. Fuhring notes that grotesques were "confusingly called arabesques in eighteenth century France", but in his terminology "the major types of ornament that appear in French sixteenth century etchings and engraving can be divided into two groups. The first includes ornaments adopted from antiquity: grotesques, architectural ornaments such as the orders, foliage scrolls and self contained elements such as trophies, terms and vases. A second group, far smaller than the first, comprises modern ornaments: moresques, interlaced bands, strapwork, and elements such as cartouches"—categories he goes on to discuss individually. The moresque or arabesque style was especially popular and long lived in the Western arts of the book: bookbindings decorated in gold tooling, borders for illustrations, and printer's ornaments for decorating empty spaces on the page. In this field the technique of gold tooling had also arrived in the 15th century from the Islamic world, and indeed much of the leather itself was imported from there. Small motifs in this style have continued to be used by conservative book designers up to the present day. According to Harold Osborne, in France, the "characteristic development of the French arabesque combined bandwork deriving from the moresque with decorative acanthus foliage radiating from C scrolls connected by short bars". More exuberant arabesque designs by Jean Bérain the Elder are an early "intimation" of the Rococo, which was to take the arabesque into three dimensions in reliefs. The use of "arabesque" as an English noun first appears, in relation to painting, in William Beckford's novel Vathek in 1786. so contradicting the definition of 1888 still found in the Oxford English Dictionary: "A species of mural or surface decoration in colour or low relief, composed in flowing lines of branches, leaves, and scroll work fancifully intertwined. Also fig[uratively]. As used in Moorish and Arabic decorative art (from which, almost exclusively, it was known in the Middle Ages), representations of living creatures were excluded; but in the arabesques of Raphael, founded on the ancient Græco Roman work of this kind, and in those of Renaissance decoration, human and animal figures, both natural and grotesque, as well as vases, armour, and objects of art, are freely introduced; to this the term is now usually applied, the other being distinguished as Moorish Arabesque, or Moresque."

Печать

Основным применением стиля арабески была художественная печать, например, для оформления обложек книг и декора страниц. Повторяющиеся геометрические узоры хорошо сочетались с традиционной печатью, поскольку их можно было отпечатывать из металлического набора, как буквы, если элементы набора размещались рядом; поскольку эти узоры не связаны с содержанием текста, набор можно было повторно использовать во многих различных изданиях разных произведений. Французскому печатнику XVI века Роберу Гранжону приписывают создание первой по-настоящему взаимосвязанной арабески в печати, хотя и другие печатники использовали различные орнаменты и ранее. Эта идея быстро получила распространение среди многих других типографий. После периода забвения в XIX веке, когда более минималистичный дизайн страниц стал популярен у таких печатников, как Бодони и Дидо, эта концепция вновь обрела популярность с появлением движения «Искусства и ремесла». Многие изысканные книги, изданные в период с 1890 по 1960 год, украшены арабесками, иногда на обложках книг в мягкой обложке. Многие цифровые шрифты с засечками включают элементы арабесковых узоров, которые, как считается, дополняют настроение шрифта; они также часто продаются как отдельные дизайнерские элементы.