Австралиец года: история и значение национальной премии.

Введение

Австралиец года – это национальная награда, вручаемая гражданину Австралии Национальным советом Дня Австралии, некоммерческой организацией, являющейся социальным предприятием, принадлежащим правительству Австралии. Аналогичные награды также вручаются на уровне штатов и территорий.

История

С 1960 года награда «Австралиец года» вручается в рамках празднования Дня Австралии, и за это время она неуклонно росла в значимости, став одной из самых престижных наград страны. Объявление победителя в номинации «Австралиец года» стало важной частью ежегодных торжеств, посвященных Дню Австралии. Официальная церемония объявления превратилась в публичное мероприятие, а канберрская церемония транслируется по всей стране. Эта награда позволяет лучше понять австралинскую идентичность, отражая меняющиеся отношения страны с миром, роль спорта в австралийской культуре, влияние мультикультурализма и особый статус коренных австралийцев. Она также послужила поводом для оживленных дискуссий о том, какие сферы деятельности наиболее достойны общественного признания. Программа награждения способствует развитию активной гражданской позиции и стремится представить определенных людей в качестве ролевых моделей. Были учреждены три дополнительных награды, отмечающие достижения молодых и пожилых австралийцев, а также признающие вклад тех, кто работает непосредственно с населением, благодаря награде «Герой Австралии».

Спонсорство

Премия «Австралиец года» получает существенную спонсорскую поддержку от частных компаний, включая партнерские отношения с Банком Содружества, продолжающиеся более тридцати лет. Тесное сотрудничество с правительством Австралии значительно повышает узнаваемость и репутацию премии.

1960-е годы

В 1960-х годах сеть государственных организаций активно работала над повышением значимости Дня Австралии. Самой активной и обеспеченной ресурсами из них была Викторианская организация Дня Австралии, выросшая из Ассоциации коренных австралийцев. В январе 1960 года председатель организации, убежденный патриот сэр Норман Мартин, объявил об учреждении новой ежегодной награды «Австралиец года». Он объяснил, что День Австралии – подходящий момент для достойного признания выдающегося гражданина, чей вклад в культуру, экономику, науку или искусство страны был особенно значительным. В течение первых двух десятилетий «Австралийца года» выбирала комиссия из пяти человек, в которую входили премьер штата Виктория, англиканский архиепископ Мельбурна, вице-канцлер Мельбурнского университета, лорд-мэр Мельбурна и президент Национального совета женщин. Хотя состав комиссии, безусловно, был авторитетным, со временем она стала слишком тесно связана с Мельбурном, чтобы быть уместной для национальной награды. Первый выбор комиссии – нобелевский лауреат, иммунолог сэр Макфарлейн Бернет – получил всеобщее одобрение. Редакция газеты The Age заявила, что новая награда является симптомом растущей уверенности Австралии как нации: «Мы начинаем что-то значить в мире, и мы должны гордиться этим». Международные достижения оставались ключевым критерием в течение первого десятилетия награды. Были отмечены несколько выдающихся спортсменов, от капитана команды Кубка Америки Джока Стеррока и пловчихи Доун Фрейзер, до чемпиона мира по автогонкам сэра Джека Брэбама и боксера Лайонела Роуза. Пионерский невролог сэр Джон Экклз последовал примеру Бернета, став вторым из пяти австралийцев, удостоенных одновременно Нобелевской премии и звания «Австралиец года». В числе лауреатов также были деятели искусства, в том числе оперная певица Джоан Сазерленд, известный танцор и хореограф Роберт Хелпманн и четыре участника популярной музыкальной группы The Seekers – Джудит Дурэм, Атол Гай, Кит Потгер и Брюс Вудли. Акцент на международные достижения отражал философию организаторов награды, которые определяли «Австралийца года» как «человека, который принес Австралии наибольшую славу за прошедший год».

During the 1960s, a network of state based organisations worked hard to increase the profile of Australia Day. The most active and best resourced of these was the Victorian Australia Day Council, which had grown out of the Australian Natives' Association. In January 1960 the council's chairman, the unabashed patriot Sir Norman Martin, announced the introduction of a new annual award for the 'Australian of the Year'. He explained that Australia Day was a fitting occasion on which to give proper recognition to a leading citizen, whose contribution to the nation's culture, economy, sciences or arts was particularly outstanding. For the first two decades the Australian of the Year was chosen by a panel of five, which included the Victorian Premier, the Anglican Archbishop of Melbourne, the vice chancellor of Melbourne University, the Lord Mayor of Melbourne and the president of the National Council for Women. Although the panel was certainly distinguished, it would in time become too closely associated with Melbourne to be appropriate for a national award. The panel's first choice of Nobel Prize winning immunologist Sir Macfarlane Burnet gained general approval. The editors of The Age proclaimed the new honour was symptomatic of Australia's growing confidence as a nation: 'We are beginning to count for something in the world and we should be intensely proud of this fact.' International achievement remained a key criterion during the award's first decade. Several sporting heroes were honoured, from America's Cup skipper Jock Sturrock and swimmer Dawn Fraser, to world champion motor racer Sir Jack Brabham and boxer Lionel Rose. The pioneering neurologist Sir John Eccles followed Burnet's example, becoming the second of five Australians to take out the Nobel Prize/Australian of the Year double. Achievers in the artistic realm were also well represented, including opera singer Joan Sutherland, renowned dancer and choreographer Robert Helpmann and the four members of the chart topping singing group The Seekers – Judith Durham, Athol Guy, Keith Potger and Bruce Woodley. The focus on international achievement reflected the philosophy of the award organisers, who described the Australian of the Year as 'the person who has brought the greatest honour to Australia in the year under review.'

1970-е и 1980-е годы

В течение первых двух десятилетий награда «Австралиец года» неуклонно росла в национальном масштабе, но все больше страдала от своей тесной связи с Советом по Дню Австралии в Виктории. Конкурирующая награда «Австралиец года» была учреждена газетой The Australian в 1971 году. В 1975 году вновь созданный Совет по празднованию Дня Австралии в Канберре также начал выбирать соперника – «Австралийца года». Советом Канберры управляла группа энергичных местных жителей, которые преследовали более прогрессивную повестку дня, чем их викторианские коллеги. В частности, совет Канберры сочувствовал зарождающемуся республиканскому движению, в то время как викторианский совет твердо придерживался конституционных связей с Великобританией. Викторианский совет также боролся с распространенным мнением, что это была закрытая организация, представляющая мельбурнский истеблишмент. Бурный политический климат Австралии способствовал этому расколу, и награда «Австралиец года» оказалась втянутой в более широкие дебаты об австралийском национализме. Между 1975 и 1979 годами Совет по празднованию Дня Австралии в Канберре назвал четырех «Австралийцев года». Премьер-министр Гоф Уитлэм оказал поддержку премии Канберры, когда вручил первую награду генерал-майору Алану Стреттону, командующему операцией экстренного реагирования на циклон Трейси. Совет Канберры также эффективно использовал пресс-боксы федерального парламента для продвижения своей награды в национальных СМИ. Викторианский совет был крайне недоволен тем, что конкурирующая организация Australia Day скопировала его идею – в 1977 году он описал свою победительницу, Дам Рей Роу, как «настоящего австралийца года». Этот тупик был разрешен только тогда, когда правительство Фрейзера создало Национальный совет по празднованию Дня Австралии (NADC) в 1979 году. Викторианский совет охотно передал ответственность за свою награду новому национальному органу, а совет Канберры согласился прекратить свою конкурирующую программу. В 1982 году викторианский совет был еще больше отодвинут на второй план, когда правительство Австралийской лейбористской партии штата Виктория во главе с Джоном Кейном создало новый Комитет по Дню Австралии в Виктории в рамках Департамента премьер-министра, который присоединился к официальной национальной сети NADC. NADC немедленно внесла изменения в процесс отбора, назначив независимую группу из десяти ведущих австралийцев из различных областей. Несмотря на этот строгий подход, первый выбор историка Мэннинга Кларка не понравился консервативным политикам, поскольку Кларк критиковал социальную политику правительства Фрейзера. По крайней мере, этот спор был явным признаком того, что награда стала заметной и ценной частью празднования Дня Австралии. Со временем выбор ежегодного победителя перешел к правлению NADC, члены которого назначаются премьер-министром. Бывший председатель NADC Филип Адамс вспоминает, что горячие споры были обычным явлением. Обычно «Австралийца года» выбирали на специальном двухдневном заседании правления, которое Адамс сравнивал с избранием Папы: «Мы уходили на конклав, было много пустых разговоров, а потом – облако дыма». Газета The Australian продолжает публиковать свою собственную ежегодную награду, которая иногда совпадает с выбором Национального совета по празднованию Дня Австралии. В 1980-х годах ожидалось, что корпоративное спонсорство заменит государственное финансирование и что NADC станет самодостаточной. Список бывших «Австралийцев года» предоставляет косвенные доказательства этого сдвига в сторону более популярных требований. Экономист сэр Джон Кроуфорд и судья сэр Эдвард Уильямс вполне заслужили свои награды, но, возможно, не были в лучшем положении, чтобы продвигать важность Дня Австралии для широкой австралийской общественности или обеспечить корпоративное спонсорство NADC. Последующие победители включали марафонца Роберта де Кастеллу, комика и актера Пола Хогана, певца Джона Фарнхэма и крикетера Аллана Бордера, которые с большей вероятностью привлекали внимание общественности. В 1988 году редактор газеты Sydney Morning Herald выразил обеспокоенность по поводу этого развития: «Одна тревожная тенденция в отношении премии – ее зависимость от рейтингов. Кандидаты в этом году, похоже, были людьми с высоким общественным статусом». Однако неуклонно растущее число номинаций указывало на то, что награда захватывает воображение общественности.

During its first two decades, the Australian of the Year award grew steadily in national prominence, but it increasingly suffered from its close association with the Victorian Australia Day Council. A competing Australian of the Year award was established by newspaper The Australian in 1971. In 1975 the newly formed Canberra Australia Day Council also began to name a rival Australian of the Year. The Canberra council was run by a vibrant group of local inhabitants, who pursued a more progressive agenda than their Victorian counterparts. In particular, the Canberra council was sympathetic to the emerging republican movement, while the Victorian council was staunchly committed to constitutional ties with Britain. The Victorian council also battled a common perception that it was an exclusive organisation that represented the Melbourne Establishment. Australia's turbulent political climate nourished this division, and the Australian of the Year award was embroiled in a wider debate about Australian nationalism. Between 1975 and 1979, the Canberra Australia Day Council named four Australians of the Year. Prime Minister Gough Whitlam lent his support to the Canberra award when he presented the inaugural honour to Major General Alan Stretton, the commander of the emergency response to Cyclone Tracy. The Canberra council also made good use of the federal parliamentary press boxes to promote its award to the national media. The Victorian council was singularly unimpressed that a rival Australia Day organisation had copied its idea – in 1977 it described its own winner, Dame Raigh Roe, as 'the real Australian of the Year'. The impasse was only resolved when the Fraser government created the National Australia Day Council (NADC) in 1979. The Victorian council willingly transferred responsibility for its award to the new national body, while the Canberra council agreed to discontinue its rival program. In 1982, the Victorian council was further sidelined when that state's Australian Labor Party government led by John Cain created a new Victorian Australia Day Committee within the Premier's Department, which joined the NADC's official national network. The NADC made immediate changes to the selection process, appointing an independent panel of ten leading Australians from diverse fields. Despite this rigorous approach, the panel's first choice of historian Manning Clark did not please conservative politicians, as Clark had been critical of the Fraser government's social policy. If nothing else, the controversy was a clear sign that the award had become a prominent and valued feature of the Australia Day celebrations. In time the selection of the annual winner fell to the board of the NADC itself, whose members are appointed by the Prime Minister of the day. Former NADC chairman Phillip Adams recalls that heated debates were common. Typically the Australian of the Year was chosen at a special two day board meeting, which Adams likened to the election of a Pope: 'We would go into conclave, there would be lots of hot air, then a puff of smoke.' The Australian has continued to publish its own annual award, which sometimes coincides with the choice of the National Australia Day Council. During the 1980s, there was an expectation that corporate sponsorship would replace Government funding and that the NADC would become self sufficient. The list of former Australians of the Year provides circumstantial evidence of this shift towards a more popular imperative. Economist Sir John Crawford and judge Sir Edward Williams thoroughly deserved their awards, but were perhaps not well placed to promote the importance of Australia Day to mainstream Australia, or to secure corporate sponsorship for the NADC. Subsequent winners included marathon runner Robert de Castella, comedian and actor Paul Hogan, singer John Farnham and cricketer Allan Border, who were far more likely to attract public attention. In 1988, the editor of the Sydney Morning Herald expressed concern at this development: 'One worrying trend with the award is its attachment to ratings. This year's candidates appear to have been people who held high public profiles.' Yet the steadily rising numbers of nominations indicated that the award was capturing the public imagination.

1990-е годы

В 1990-х годах награда «Австралиец года» тесно переплеталась с политикой национальной идентичности. Стремясь стимулировать единые национальные торжества, NADC активно продвигал как мультикультурализм, так и примирение. Совет также был связан с набирающим силу республиканским движением и кампанией по смене национального флага. Среди «Австралийцев года» в этот период были вокалист группы Yothu Yindi и видный представитель коренного населения Мандавуй Юнупингу; эколог и сторонник республики Иан Киернан; и китайско-австралийский педиатр Джон Ю. Награда Юнупингу продолжила устоявшуюся традицию чествования коренных австралийцев. Первым аборигеном-лауреатом стал боксер Лайонел Роуз, который остроумно заметил: «Сто восемьдесят два года назад один из моих соплеменников был бы уверен в получении этой награды». С тех пор еще семь представителей коренных народов были удостоены звания «Австралиец года» за достижения в спорте, музыке, политике, юриспруденции, государственной службе и академической сфере. Многие из них внесли вклад в защиту прав коренных народов, а некоторые выражали обеспокоенность по поводу празднования Дня Австралии 26 января, в частности, лауреат 1985 года Ловитья О’Донохью. До 1994 года награда присуждалась за выдающиеся заслуги австралийца за предыдущий год; то есть, «Австралиец года» за 1992 год объявлялся в День Австралии 1993 года. Начиная с 1994 года, награда стала присуждаться за текущий год, поэтому «Австралиец года» за 1994 год был объявлен в День Австралии 1994 года. В результате в 1993 году не было присуждено звание «Австралиец года».

2000-е годы и далее

Дебаты о награде «Австралиец года» часто сосредоточены на соотношении между спортом, наукой и искусством. Четырнадцать лауреатов преуспели в таких разнообразных видах спорта, как крикет, плавание, легкая атлетика, парусный спорт, теннис, бокс и автогонки. Повторяющаяся критика в отношении слишком частого признания заслуг спортсменов достигла пика в 2004 году, когда Стив Уо стал четвертым спортсменом-победителем за семь лет и третьим капитаном команды по тестовому крикету, удостоенным этой чести. Несмотря на восприятие чрезмерного внимания к спорту, список прошлых лауреатов демонстрирует высокую оценку научных достижений: по состоянию на 2009 год награду получили тринадцать австралийских ученых, в том числе десять из области медицинских наук. В долгосрочной перспективе также очевидно, что талантливые австралийские деятели искусства не были обойдены вниманием: десять лауреатов преуспели в творческой деятельности, включая шесть музыкантов, танцора, художника, комика и лауреата Нобелевской премии по литературе. Многие «Австралийцы года» не укладываются в четкие рамки категорий, таких как спорт, наука и искусство. Филип Адамс однажды описал прошлых лауреатов как «эклектичную коллекцию людей, отражающих разнообразие достижений в этой стране». «Австралийцы года» также добились успехов в государственном управлении, военной службе, социальной и общественной деятельности, предпринимательстве, академической сфере, религиозном лидерстве и благотворительности. Общественные дебаты о гендерном балансе среди прошлых лауреатов были относительно немногочисленны. В 1961 году несколько новостных изданий ошибочно называли сэра Макфарлена Бернета «Человеком года»; эта ошибка была немедленно исправлена, когда награду получила Джоан Сазерленд, но, безусловно, женщины по-прежнему недостаточно представлены. К 2009 году из 56 лауреатов 11 были женщинами. В 2016 году Миранда Девайн из The Daily Telegraph раскритиковала процесс отбора, при котором национальная отборочная комиссия должна была выбирать из восьми кандидатов, предложенных региональными отборочными комиссиями с различной структурой. Девайн также заявила, что «награда, которая должна отражать и объединять эту великую нацию, превратилась в игрушку социальных инженеров», отметив, что трое из восьми финалистов были связаны с одними и теми же событиями. Была выражена обеспокоенность по поводу того, как человек, который не прожил в штате «около сорока лет» (Кейт Макгрегор), мог быть выдвинут в качестве его представителя. После критики как процесса награждения, так и приоритетов лауреата 2016 года Дэвида Моррисона, в редакционной статье The Sydney Morning Herald говорилось: «The Herald знает, что отборочная комиссия внимательно изучит процесс 2016 года и приложит усилия для укрепления доверия общественности к наградам к следующему Дню Австралии в 2017 году». Хотя выбор одного «Австралийца года» неизбежно вызывает дискуссии, программа награждений в целом признает гораздо более широкий спектр достижений. В 1979 году NADC назвала свою первую «Молодую австралийку года» – волонтера Джули Сочакки. Двадцать лет спустя ветеран кантри-музыки Слим Дасти получил первую награду «Пожилой австралиец года». В 2003 году NADC учредила награду «Местный герой Австралии», которая отмечает выдающийся вклад в местные сообщества. Благодаря четырем категориям наград и системе региональных и национальных финалов, NADC ежегодно отмечает в общей сложности 128 вдохновляющих австралийских ролевых моделей.

Debates about the Australian of the Year award often revolve around the relative balance between sport, science and the arts. Fourteen winners have excelled in sports as diverse as cricket, swimming, athletics, sailing, tennis, boxing and motor racing. A recurring criticism that sport features too regularly peaked in 2004, when Steve Waugh was the fourth sporting winner in seven years and the third Test Cricket captain to be honoured. Despite the perception of an over emphasis on sport, the list of past winners reveals a strong endorsement for scientific achievement; as of 2009 thirteen Australian scientists have received the honour, including ten from the medical sciences. A long term view also reveals that Australia's talented artists have not been neglected; ten winners have excelled in creative pursuits, including six musicians, a dancer, a painter, a comedian and a Nobel Prize winning novelist. Many Australians of the Year do not fit neatly into categories such as sport, science and the arts. Phillip Adams once described the past winners as "an eclectic collection of people who reflect the diversity of achievement in this country". Australians of the Year have also excelled in public administration, the military, social and community work, business enterprise, academia, religious leadership and philanthropy. There has been relatively little public debate about the gender balance of past winners. In 1961 several news outlets incorrectly referred to Sir Macfarlane Burnet as 'Man of the Year'; the mistake was not allowed to continue, as Joan Sutherland took out the second award, but it is certainly true that women are under represented. By 2009, 11 winners out of a total of 56 were women. In 2016, Miranda Devine of The Daily Telegraph criticised the selection process, with the national selection panel having to choose from the eight candidates appointed by variously structured, state based selection panels. Devine also said, "the award, which ought to reflect and unite this great nation, has evolved into a mere plaything of social engineers", noting also that three of the eight finalists were jointly involved in the same events. Concern has also been raised as to how a person who has not lived in a state "for 40 something years" (Cate McGregor) could be nominated as that state's representative. Following criticism of both the award process and the priorities of the 2016 recipient David Morrison, an editorial in The Sydney Morning Herald said, "The Herald knows the selection board will look closely at the 2016 process and work to improve public confidence in the awards in time for a better Australia Day in 2017". While the selection of a single Australian of the Year is bound to stimulate debate, the awards program as a whole recognises a much wider range of achievement. In 1979 the NADC named its first 'Young Australian of the Year', community service volunteer Julie Sochacki. Twenty years later the veteran country music star Slim Dusty received the inaugural 'Senior Australian of the Year' award. In 2003 the NADC introduced an award for 'Australia's Local Hero', which honours outstanding contributions to local communities. With four award categories and a system of state and national finals, the NADC now recognises a total of 128 inspiring Australian role models every year.

Юный австралиец года

В течение первых двадцати лет премии «Австралиец года» не было отдельной награды, предназначенной для молодых австралийцев. За этот период несколько молодых спортсменов выиграли главную награду, среди них Доун Фрейзер, Шейн Гоулд, Лайонел Роуз и Эвонн Гулагонг. Гоулд остается самым молодым человеком, удостоенным звания «Австралиец года». Вскоре после создания NADC в октябре 1979 года представитель Северной территории Элла Стак убедила своих коллег по совету учредить новую награду, ориентированную специально на достижения молодых австралийцев. Первой победительницей, специалиста по трудоустройству молодежи Джули Сочакки, стала «Молодая австралийка года» в январе 1980 года. NADC координировал объявление совместно с Австралийским днём Совета штата Виктория, который в последний раз выбирал «Австралийца года». В следующем году NADC взял на себя ответственность за обе награды. В 1996 году по приглашению Филиппа Адамса, председателя NADC, организацию и координацию общенационального проведения церемонии вручения премии «Молодой австралиец года» осуществляла компания Awards Australia под руководством Джеффри Дж. Хоппа. Хопп и его команда проводили награждение на национальном уровне, тесно сотрудничая с Советами Австралийского дня во всех штатах, а также с председателями NADC Кевином Госпером и Лизой Карри, до тех пор, пока в 2003 году награды не были возвращены в NADC. За этот период награды были вручены Ребекке Чемберс, Нове Перис Книбоун, Тан Ле, Брайану Гэнслеру, Яну Торпу, Джеймсу Фицпатрику, Скотту Хокналлу и Ллейтону Хьюитту.

Старший австралиец года

Премия «Австралиец года в возрасте» изначально не была связана с NADC. Когда Организация Объединенных Наций объявила 1999 год «Международным годом пожилых людей», министр по вопросам ухода за пожилыми людьми Бронвин Бишоп обратилась к Национальной организации пожилых людей Австралии с предложением повысить престиж премии. Департамент здравоохранения и старения взял на себя ответственность за программу, и премьер-министр Джон Говард вручил награду ветерану кантри-музыки Слиму Дасти в октябре 1999 года. Бишоп договорилась с NADC о администрировании программы от имени Департамента здравоохранения и старения, но награда продолжала вручаться в октябре, без какой-либо очевидной связи с Днем Австралии. Три года спустя NADC оптимизировал свои программы награждения. Совет проводил три отдельные церемонии награждения, поскольку даже победитель в номинации «Молодой австралиец года» объявлялся ранее в январе и имел отдельный процесс выдвижения кандидатур. Объявление победителя в номинации «Австралиец года в возрасте» было перенесено с октября на январь (при этом 2002 год был пропущен) и объединено с двумя другими премиями. Интегрировав различные программы, NADC повысил значимость сопутствующих наград, объявляя их на той же церемонии, что и «Австралиец года». С тех пор многие выдающиеся австралийцы пожилого возраста были удостоены чести на национальной сцене в канун Дня Австралии.

Местный герой Австралии

В 2003 году NADC откликнулся на призывы отметить простых, менее известных людей, работающих на благо своих сограждан, учредив четвертую категорию награды, известную как "Премия «Местный герой»". Новая награда стала отражением изменившегося подхода NADC к ключевой цели – продвижению активной гражданской позиции.

Выбор победителей

Процесс выбора австралийца года значительно изменился за полвека, включая состав отборочной комиссии и систему выдвижения кандидатур. В 1960-х годах сэр Норман Мартин обычно настаивал на том, чтобы решение небольшой Викторианской комиссии по отбору было единогласным. Если это правда, то это резко контрастирует с процессом отбора в 1990-х годах, когда, как вспоминает Филип Адамс, горячие дебаты были обычным явлением. В 1980 году NADC сформировала независимую группу для определения лауреата, но в конечном итоге выбор остался за самим советом NADC. Обычно этот вопрос рассматривался на специальном двухдневном заседании, которое Адамс сравнил с избранием нового Папы: «Мы собирались в конклав, там было много пустых разговоров, а затем – облако дыма». Наиболее значительным изменением в процедуре отбора стало расширение процесса выдвижения кандидатов. В 1960-х и 1970-х годах комиссия обычно выбирала победителя из относительно небольшого списка номинантов; например, в 1971 году Эвонн Гулагонг опередила всего 18 других кандидатов. На заседании в 1982 году директора NADC и ее региональных филиалов отметили низкое количество номинантов как повод для беспокойства. Проблема сохранялась, и членов совета регулярно призывали распространять информацию и стимулировать выдвижение кандидатур. В отчете по связям с общественностью, подготовленном в 1989 году, рекомендовалось расширить участие общественности в процессе выдвижения кандидатов: «Предоставьте «обычным» гражданам Австралии возможность голосовать за того, кто должен стать Австралийцем года, или каким-либо образом влиять на выбор». В 1990-х годах глянцевые брошюры с призывом к выдвижению кандидатур распространялись задолго до окончания срока подачи заявок. В последнее время NADC осознала, что процесс выдвижения кандидатур важен не только для поддержания авторитета своих наград, но и является важным средством взаимодействия с австралийским сообществом. В 2004 году председатель NADC Лиза Карри Кенни с гордостью сообщила, что количество номинантов удвоилось по сравнению с предыдущим годом: «Это ключевой показатель того, что все больше австралийцев из разных слоев общества активно участвуют в программе награждений». Общественный интерес к наградам преследует гораздо более широкую цель, как объясняет генеральный директор NADC Уоррен Пирсон: «Программа награждений направлена прежде всего не на выбор четырех национальных лауреатов, а на вовлечение австралийцев в обсуждение вопросов гражданства». Введение награды «Местный герой» было направлено на достижение этой цели, как и другие изменения, внесенные в 2004 году. Самым важным было то, что NADC ввела новую процедуру отбора, основанную на региональных финалах. Этот подход обеспечил более заметную роль региональным советам и комитетам по празднованию Дня Австралии, которые теперь отвечают за отбор финалистов и организацию официальных мероприятий для объявления претендентов в ноябре каждого года. Совет NADC теперь выбирает только восьмерых финалистов от штатов и территорий в каждой категории и организует национальное объявление победителей в январе.

The process of choosing the Australian of the Year has evolved considerably over half a century, including both the make up of the selection committee and the system of nominations. In the 1960s Sir Norman Martin usually insisted that the decision of the small Victorian selection committee was unanimous. If this is true, then it is in stark contrast to the selection process in the 1990s, when Phillip Adams recalls that heated debates were common. In 1980 the NADC had formed an independent panel to decide the award, but eventually the selection fell to the NADC board itself. Typically the matter was considered at a special two day board meeting, which Adams likened to the election of a new Pope: 'We would go into conclave, there would be lots of hot air, then a puff of smoke.' The most significant change in the selection procedure has been expansion of the nomination process. In the 1960s and 1970s, the committee usually chose the winner from a relatively small list of nominees; for example, in 1971 Evonne Goolagong edged out only 18 other nominees. At a meeting in 1982, the directors of the NADC and its state based affiliates identified low nominee numbers as a cause for concern. The problem persisted and board members were regularly encouraged to spread the word and encourage nominations. A public relations report commissioned in 1989 recommended greater community involvement in the nominations process: 'Allow the "ordinary" citizens of Australia a chance to vote for, or in some way have a say in, who should be Australian of the Year.' During the 1990s glossy brochures calling for nominations were distributed well in advance of the awards deadline. More recently, the NADC has realised that the nominations process is important not only to the integrity of its various awards, but is also a crucial means of engaging with the Australian community. In 2004 NADC Chair Lisa Curry Kenny proudly reported that nominations had doubled from the previous year: 'This is a key indication that increasing numbers of Australians of all walks of life are actively engaging with the awards program.' Public interest in the awards serves a much broader purpose, as NADC Chief Executive Warren Pearson explains: 'The awards program is not primarily about choosing four national recipients; it is about engaging with Australians about citizenship.' The introduction of the Local Hero award was directed towards this goal, as were various other changes made in 2004. Most importantly, the NADC introduced a new selection process based around state finals. This approach meant a more prominent role for the state based Australia Day councils and committees, which now oversee the selection of the finalists and host official functions to announce the contenders in November each year. The NADC board now only chooses between the eight state and territory finalists in each category and organises the national announcement in January.

Объявления

В 1960-х и 1970-х годах награда «Австралиец года» вручалась на обеде в Мельбурне в День Австралии, который проводился либо в Ратуше, либо в бальном зале Royale. Обычно победителя объявляли примерно за две недели до этого на мероприятии, которое служило возможностью для продвижения предстоящих празднований Дня Австралии. Это мероприятие было пиар-акцией, призванной привлечь внимание СМИ и общественности, но в 1966 году журналист из The Age не стал следовать сценарию, предпочтя высмеять тщательно организованное представление:

С 1960-х годов ежегодное объявление становилось все более сложным и масштабным. После того, как в 1980 году управление перешло к NADC, награда обычно вручалась на концерте в День Австралии, который проходил в разных городах страны и часто транслировался по телевидению. В 1990-х годах местом проведения церемонии обычно был завтрак в День Австралии в резиденции Адмиралтейский дом в Сиднее, но в последнее время концерт был возрожден и теперь проводится в столице страны. Особенно запоминающейся стала церемония вручения награды «Австралиец года» в 1994 году, почетным гостем на которой был принц Уэльский Чарльз. Эколог Ян Кирнан, получивший награду, сидел на сцене, когда раздался выстрел, и на принца Чарльза бросился нападавший. Кирнан вскочил и, при помощи премьер-министра штата Новый Южный Уэльс Джона Фейи, скрутил нарушителя. Позже Кирнан вспоминал: «Мы с премьер-министром лежали на сцене, тяжело дыша, ощущая прилив адреналина и гадая, что делать дальше». Как оказалось, у нападавшего был лишь игрушечный пистолет, но инцидент стал серьезным нарушением безопасности и несколько затмил награду Кирнан. С 2004 года церемония вручения проходит в канун Дня Австралии в Канберре. 32 финалиста проводят насыщенный день, включающий чаепитие с премьер-министром в резиденции The Lodge и обед с генерал-губернатором в Ярралумле. Имена победителей объявляются на специально возведенной сцене перед зданием парламента в присутствии тысяч зрителей и телеаудитории. О каждом из четырех победителей демонстрируются специально подготовленные видеоролики. Масштаб мероприятия резко контрастирует со скромными пресс-конференциями, которые проводил сэр Норман Мартин в 1960-х годах.

Медальоны и трофеи

Различные медальоны и трофеи, которые вручались «Австралийцу года» на протяжении более пятидесяти лет, сами по себе представляют собой интересный взгляд на меняющееся понимание того, что значит быть австралийцем. Отражая свои высокие амбиции в отношении новой награды, сэр Норман Мартин объявил о проведении «всемирного конкурса» на разработку первого трофея в 1960 году. Сэр Норман надеялся привлечь лучших художников мира, но победителем стал Виктор Гринхал, руководитель школы искусств Королевского мельбурнского технологического института. Гринхал спроектировал бронзовый медальон, который отражал преобладающее в то время отношение к важности Дня Австралии: его наиболее заметной особенностью было изображение губернатора Артура Филиппа, который на медали был назван «Выдающимся австралийцем 1788 года». В 1961 году газета The Age сообщила, что сэр Макфарлейн Бернет забеспокоился, когда фотограф попросил его продемонстрировать медальон на церемонии награждения: «Нервный ученый, чья рука с пипеткой была столь же твердой, как камень, неуклюже выронил медаль под стол». В год двухсотлетия Трейси попросили отлить его трофей из бронзы вместо стали. В начале 1990-х годов NADC поручила стеклодуву Уоррену Лэнгли создать новый трофей на основе обновленного логотипа Дня Австралии. Председатель NADC Филип Адамс подвергся критике за удаление австралийского флага из логотипа и замену его рукой, тянущейся к звезде. После отставки Адамса в 1996 году NADC попросила Лэнгли создать альтернативный трофей с изображением карты Австралии. Художник из Мельбурна Кристин Макфарлейн разработала нынешний трофей «Австралиец года» в 2004 году. Как и Лэнгли, Макфарлейн работает со стеклом, но также имеет образование графического дизайнера; она сочетает текст и изображения, помещая их в обжигаемое стекло для создания эффектных произведений искусства. Задача разработки нового трофея заставила Макфарлейн глубже задуматься о национальной идентичности, чем раньше: «Это заставило меня взглянуть на австралийскую идентичность и подумать о том, кто такой австралиец? Кто является архетипичным австралийцем?» Она быстро поняла, что изображение одного человека или даже группы людей не подойдет, и что ее изображения должны быть обобщенными. Она решила использовать карту Австралии: «Это один из старейших континентов в мире, и его форма очень узнаваема для всех, кто здесь живет». Макфарлейн также выбрала текст австралийского национального гимна «Advance Australia Fair», но особенно выделила менее известный второй куплет.

The various medallions and trophies that have been presented to the Australians of the Year over fifty years are, in themselves, an interesting insight into changing understandings of what it means to be Australian. Reflecting his lofty ambitions for the new award, Sir Norman Martin announced a 'worldwide competition' to design the inaugural trophy in 1960. Sir Norman hoped to attract entries from the world's finest artists, but the eventual winner was Victor Greenhalgh, the head of the Arts School at the Royal Melbourne Institute of Technology. Greenhalgh designed a bronze medallion, which reflected the prevailing mood as to the importance of Australia Day: its most prominent feature was a likeness of Governor Arthur Phillip, who was described on the medal as 'The Outstanding Australian [of] 1788.' In 1961. The Age reported that Sir Macfarlane Burnet was anxious when a photographer asked him to display the medallion at the awards ceremony: 'The nervous scientist, whose hand with a pipette would be as steady as a rock, fumbled the medal and dropped it under the table.' In the bicentenary year Tracey was asked to cast his trophy in bronze instead of steel. In the early 1990s the NADC commissioned glass sculptor Warren Langley to create a new trophy based on the updated Australia Day logo. NADC chairman Phillip Adams had been criticised for removing the Australian flag from the logo and replacing it with a hand reaching for a star. After Adams resigned his position in 1996, the NADC asked Langley to produce an alternative trophy, which featured a map of Australia. Melbourne based artist Kristin McFarlane designed the current Australian of the Year trophy in 2004. Like Langley, McFarlane works with glass, but she is also trained as a graphic designer; she combines both text and images and sets them in kilned glass to produce striking works of art. The task of designing a new trophy prompted McFarlane to think more deeply about national identity than she had before: 'It made me look at Australian identity and think about what was an Australian? Who is the archetypal Australian?' She quickly realised that an image of one person, or even a group of people, would not work, and that her images needed to be generic. She decided to use a map of Australia: 'It is one of the oldest continents in the world and it is a very recognisable form for anyone who lives here.' McFarlane also chose to use the text of the Australian national anthem "Advance Australia Fair", but gave particularly prominence to the lesser known second verse.

Австралийцы года

"Променад «Австралийцы года» в Канберре был спроектирован Национальным управлением столицы и состоит из серии постаментов, скамеек и освещения. В дорожку встроены пять металлических полос, заподлицо с бетоном, символизирующих пять линий нотного стана. Постаменты расположены в соответствии с нотами национального гимна «Advance Australia Fair». К каждому постаменту прикреплена анодированная алюминиевая табличка с именами и изображениями «Австралийца года» – по одной табличке на каждый год вручения награды. Таблички расположены в хронологическом порядке, начиная с западного конца променада возле моста на проспекте Комонвелл. Со стороны озера променад окаймлен белыми камнями мостовой, со стороны суши – белой пешеходной дорожкой. Променад расположен вдоль прямого участка береговой линии озера Берли Гриффин между Национальной библиотекой Австралии и мостом на проспекте Комонвелл.

Открытие променада состоялось 26 января 2006 года, в День Австралии, в присутствии тогдашнего премьер-министра Австралии Джона Говарда. В декабре 2007 года журналист Марк Маккенна посетил променад «Австралийцы года» и расценил его как высокосимволичную форму национального мемориала. Особенно его заинтересовали пустые столбики, уходящие вдаль.

Премия "Австралиец года" в рамках австралийского общества

Премия «Австралиец года» – лишь один из множества способов выражения национальной идентичности, но за пятьдесят лет она стала важной частью продолжающегося диалога о прошлом, настоящем и будущем Австралии. Премия также привлекла внимание иностранцев, в том числе корреспондента BBC Ника Брайанта, который недавно отметил, что программа премии «предлагает увлекательный взгляд на австралийский национальный характер, одновременно укрепляя и раскрывая его суть». Постоянная проблема, с которой сталкивается NADC, заключается в сложности отражения разнообразия австралийских достижений, когда в каждой категории ежегодно определяется только один победитель. Доказательством этого служат продолжающиеся дебаты о количестве победителей в области науки, искусства и спорта. В будущем эти дебаты могут касаться и других вопросов, включая гендерный баланс и этническое разнообразие. Директор премии Тэм Джонстон считает, что ценность программы лучше всего оценивать, изучая полный список финалистов за каждый год. В своем годовом отчете за 2005 год NADC включил краткий обзор 111 финалистов, удостоенных национальной награды, что продемонстрировало замечательное разнообразие достижений и широкий спектр личных историй. Важно отметить, что NADC в последнее время уделяет внимание продвижению региональных финалов, подчеркивая тем самым широкое разнообразие достижений, отмечаемых ежегодно. Не все дебаты и обсуждения, вызванные программой наград, носили серьезный характер. Более легкий взгляд можно найти в телевизионной сатире «Мы можем быть героями: в поисках австралийца года» (2005), где актер Крис Лилли играет пять малоизвестных номинантов на премию «Австралиец года». Один из рецензентов предположил, что работа Лилли – это одновременно юмористическая мокьюментари и серьезная критика программы награждений: «Если вы хотите шоу, которое высмеивает национальные претензии и устремления, при этом даря взрыв смеха, то это именно то, что вам нужно». Все пять персонажей так или иначе вдохновляют людей в своих местных сообществах, но ни один из них даже отдаленно не подходит на роль «Австралийца года». Хотя в первую очередь это площадка для демонстрации комедийного таланта Лилли, «Мы можем быть героями» также является острой критикой того, кого мы считаем образцом для подражания. В отличие от этого, журнал Eureka Street выражает решительную поддержку потенциалу программы наград:

The Australian of the Year Awards represent only one of many ways in which national identity is expressed, but after fifty years they have become a significant part of the ongoing conversation about Australia's past, present and future. The awards have also attracted the interest of foreigners, including BBC correspondent Nick Bryant, who recently observed that the awards program "offers an intriguing perspective on the Australian national character, which is both reinforcing and revelatory." An ongoing challenge faced by the NADC is that it is hard to represent the diversity of Australian achievement when there is only one winner per category in each year. The ongoing debates about the numbers of winners from the sciences, arts and sport are evidence of this. In the future, these debates might revolve around other issues, including gender balance and ethnic diversity. Awards Director Tam Johnston suggests that the value of the awards program is best measured by consulting the complete list of finalists for each year. In its 2005 Annual Report the NADC included a summary of the 111 finalists honoured nationally, which revealed a remarkable variety of achievement and a diversity of personal backgrounds. Importantly, the NADC has recently devoted attention to promoting the state finals, which emphasises the wide variety of achievement that is recognised each year. Not all of the debate and discussion generated by the awards program has been of a serious nature. A more light hearted portrait can be found in the award winning television satire We Can Be Heroes: Finding The Australian of the Year (2005), in which actor Chris Lilley plays five obscure nominees for the Australian of the Year award. One reviewer suggested that Lilley's creation was both a humorous mockumentary and a serious critique of the awards program: 'if you want a show that skewers the nation's pretensions and aspirations, while providing laugh out loud comedy, this is the real deal.' All five characters have in one way or another inspired people in their local community, but none of them appears even a remotely suitable choice for Australian of the Year. Although primarily a vehicle for Lilley's comic talent, We Can Be Heroes is also a biting critique of what we look for in role models. In contrast, the magazine Eureka Street offers a strong endorsement of the awards program's potential:

Редакторы Eureka Street считают, что премия успешно реализует одну из ключевых целей Национального совета по празднованию Дня Австралии, заключающуюся в «продвижении гражданственности, ценностей и достижений путем признания выдающихся заслуг и вклада в развитие сообществ и нации».