Римские всадники: социальный класс и эволюция статуса

Введение

Социальный класс в Древнем Риме

Эквиты (лат. equites, хотя иногда их называют "рыцарями" в английском языке) составляли второй по положению имущественный класс в Древнем Риме, уступавший сенаторскому классу. Член конного сословия назывался эквестр.

Описание

Во время Римского царства и первого века Римской республики легионная конница набиралась исключительно из рядов патрициев, которые должны были предоставить шесть центурий конницы (300 лошадей для каждого консульского легиона). Около 400 г. до н.э. было создано еще 12 центурий конницы, в состав которых вошли и непатриции (плебеи). Около 300 г. до н.э. Самнитские войны заставили Рим удвоить обычный ежегодный военный призыв с двух до четырех легионов, что удвоило и призыв в конницу – с 600 до 1200 лошадей. Легионная конница начала привлекать более состоятельных граждан, не входивших в состав первых 18 центурий. Эти новобранцы происходили из первого класса граждан в организации центурийных комиций и не получали тех же привилегий. К моменту Второй Пунической войны (218–202 гг. до н.э.) все члены первого класса граждан были обязаны служить в кавалерии. Присутствие всадников (эквитов) в римской коннице постепенно уменьшалось в период 200–88 гг. до н.э., поскольку только эквиты могли занимать высшие офицерские должности в армии; с ростом числа легионов их становилось меньше для обычной кавалерийской службы. После 88 г. до н.э. эквиты больше не призывались в легионную конницу, хотя формально оставались обязанными к такой службе на протяжении всей эпохи принципата (до 284 г. н.э.). Они продолжали обеспечивать армию старшими офицерами на протяжении всего принципата. За исключением чисто наследственных патрициев, эквиты изначально определялись имущественным цензом. Звание передавалось от отца к сыну, однако члены ордена, которые при регулярной пятилетней переписи (каждые пять лет) переставали соответствовать имущественному требованию, обычно исключались из списков ордена римскими цензорами. В период поздней республики имущественный ценз составлял 50 000 динариев, а император Август удвоил его до 100 000 (правление 30 г. до н.э. – 14 г. н.э.) – примерно эквивалент годовой зарплаты 450 современных легионеров. В поздний республиканский период римские сенаторы и их потомки стали неофициальной элитой внутри всаднического ордена. При Августе сенаторской элите был присвоен официальный статус (как *ordo senatorius*) с более высоким имущественным цензом (250 000 динариев, или зарплата 1100 легионеров) и более высоким рангом и привилегиями, чем у обычных эквитов. В эпоху принципата эквиты занимали высшие административные и военные должности имперского правительства. Существовало четкое разделение между должностями, зарезервированными для сенаторов (самых высоких), и должностями, зарезервированными для несенаторских эквитов. Однако структура карьеры обеих групп была в целом схожей: период младших административных должностей в Риме или Римской Италии, за которым следовал период (обычно десятилетие) военной службы в качестве старшего офицера, а затем высшие административные или военные должности в провинциях. Сенаторы и эквиты составляли крошечную элиту, насчитывающую менее 10 000 человек, которые монополизировали политическую, военную и экономическую власть в империи с населением около 60 миллионов человек. В III веке н.э. власть перешла от итальянской аристократии к классу эквитов, которые заслужили свое членство выдающейся военной службой, часто поднимаясь из рядовых: карьерным военным офицерам из провинций (особенно балканских), которые вытеснили итальянских аристократов с высших военных должностей, а при Диоклетиане (правил 284–305 гг.) – также с высших гражданских должностей. Это фактически превратило итальянскую аристократию в праздную, но чрезвычайно богатую группу землевладельцев. В IV веке статус эквитов был доведен до ничтожности чрезмерными пожалованиями этого звания. В то же время численность сенаторов увеличилась до более чем 4000 за счет создания Византийского Сената (второго сената в Константинополе) и утроения состава обоих сенатов. Таким образом, сенаторский орден IV века был эквивалентен всадническому ордену эпохи принципата.

During the Roman Kingdom and the first century of the Roman Republic, legionary cavalry was recruited exclusively from the ranks of the patricians, who were expected to provide six centuriae of cavalry (300 horses for each consular legion). Around 400BC, 12 more centuriae of cavalry were established and these included non patricians (plebeians). Around 300 BC the Samnite Wars obliged Rome to double the normal annual military levy from two to four legions, doubling the cavalry levy from 600 to 1,200 horses. Legionary cavalry started to recruit wealthier citizens from outside the 18 centuriae. These new recruits came from the first class of commoners in the Centuriate Assembly organisation, and were not granted the same privileges. By the time of the Second Punic War (218–202 BC), all the members of the first class of commoners were required to serve as cavalrymen. The presence of equites in the Roman cavalry diminished steadily in the period 200–88 BC as only equites could serve as the army's senior officers; as the number of legions proliferated fewer were available for ordinary cavalry service. After 88 BC, equites were no longer drafted into the legionary cavalry, although they remained technically liable to such service throughout the Principate era (to 284 AD). They continued to supply the senior officers of the army throughout the Principate. With the exception of the purely hereditary patricians, the equites were originally defined by a property threshold. The rank was passed from father to son, although members of the order who at the regular quinquennial (every five years) census no longer met the property requirement were usually removed from the order's rolls by the Roman censors. In the late republic, the property threshold stood at 50,000 denarii and was doubled to 100,000 by the emperor Augustus (sole rule 30 BC – 14 AD) – roughly the equivalent to the annual salaries of 450 contemporary legionaries. In the later republican period, Roman senators and their offspring became an unofficial elite within the equestrian order. Under Augustus, the senatorial elite was given formal status (as the ordo senatorius) with a higher wealth threshold (250,000 denarii, or the pay of 1,100 legionaries) and superior rank and privileges to ordinary equites. During the Principate, equites filled the senior administrative and military posts of the imperial government. There was a clear division between jobs reserved for senators (the most senior) and those reserved for non senatorial equites. But the career structure of both groups was broadly similar: a period of junior administrative posts in Rome or Roman Italy, followed by a period (normally a decade) of military service as a senior army officer, followed by senior administrative or military posts in the provinces. Senators and equites formed a tiny elite of under 10,000 members who monopolised political, military and economic power in an empire of about 60 million inhabitants. During the 3rd century AD, power shifted from the Italian aristocracy to a class of equites who had earned their membership by distinguished military service, often rising from the ranks: career military officers from the provinces (especially the Balkan provinces) who displaced the Italian aristocrats in the top military posts, and under Diocletian (ruled 284–305) from the top civilian positions also. This effectively reduced the Italian aristocracy to an idle, but immensely wealthy, group of landowners. During the 4th century, the status of equites was debased to insignificance by excessive grants of the rank. At the same time the ranks of senators were swollen to over 4,000 by the establishment of the Byzantine Senate (a second senate in Constantinople) and the tripling of the membership of both senates. The senatorial order of the 4th century was thus the equivalent of the equestrian order of the Principate.

Королевская эра (753509 до н. э.)

Согласно римской легенде, Рим был основан его первым королем, Ромулом, в 753 году до н.э. Однако археологические свидетельства указывают на то, что Рим не приобрел черты единого городского государства (в отличие от ряда отдельных поселений на холмах) до 625 года до н.э. Римская традиция утверждает, что Орден рыцарей был основан Ромулом, который, как считается, создал кавалерийский отряд из 300 человек, известный как Целеры ("Быстрый отряд"), для выполнения функций его личной охраны, причем каждое из трех римских "племен" (фактически, избирательных округов) предоставляло по 100 лошадей. Предположительно, этот кавалерийский отряд был увеличен до 600 человек королем Луцием Тарквинием Приском (традиционные даты правления 616–578 гг. до н.э.). Увеличение численности кавалерии до 600 человек в период царствования представляется правдоподобным, поскольку в ранней республике кавалерия сохраняла численность в 600 человек (два легиона по 300 всадников в каждом). Однако, согласно Ливию, король Сервий Туллий (традиционные даты правления 578–535 гг. до н.э.) учредил еще 12 центурий всадников, что в три раза увеличило численность кавалерии. Очевидно, что изначально государство предоставляло всадникам денежную сумму для приобретения лошади для военной службы и ее содержания. Это называлось equus publicus. Теодор Моммзен утверждает, что королевская кавалерия комплектовалась исключительно из числа патрициев (patricii), аристократии раннего Рима, которая передавалась по наследству. Помимо традиционной связи аристократии с конницей, доказательством этой точки зрения служит тот факт, что в республиканский период шесть центурий (избирательных округов) в комициях центуриатах (избирательном собрании) сохранили названия первоначальных шести центурий королевской кавалерии.

Ранняя республика (509338 до н. э.)

Широко принято считать, что римская монархия была свергнута путчем патрициев, вероятно спровоцированным популистской политикой династии Тарквиниев в пользу плебейского сословия. Альфольди предполагает, что переворот был осуществлен самими целерами. Согласно интерпретации Фракаро, когда римская монархия была заменена двумя ежегодно избираемыми преторами (позднее названными консулами), королевская армия была разделена между ними поровну для ведения военных кампаний, что, если это правда, объясняет, почему Полибий позже утверждал, что конница в легионе насчитывала 300 всадников. 12 дополнительных центурий, приписываемых Ливием Сервию Туллию, в действительности, вероятно, были сформированы около 400 года до н.э. В 403 году до н.э., по словам Ливия, в критической ситуации во время осады Вейи, армия срочно нуждалась в усилении кавалерии, и "те, кто имел право на конный ранг, но еще не были обеспечены государственной лошадью", добровольно заплатили за лошадей из собственных средств. В качестве компенсации была введена оплата за кавалерийскую службу, как это уже было для пехоты (в 406 году до н.э.). Лица, упомянутые в этом отрывке, вероятно, были членами 12 новых центурий, которые имели право на государственную лошадь, но временно отказались от этой привилегии. Моммзен, однако, утверждает, что в этом отрывке речь идет о представителях первого класса простолюдинов, впервые допущенных к кавалерийской службе в 403 году до н.э. в качестве экстренной меры. Если это так, то эта группа могла быть первоначальными так называемыми *equites equo privato* – рангом, который засвидетельствован на протяжении всей истории республики (в отличие от *equites equo publico*). Однако из-за недостатка доказательств происхождение и определение *equo privato equites* остаются неясными. Широко распространено мнение, что 12 новых центурий были открыты для не-патрициев. Таким образом, начиная с этой даты, если не раньше, не все эквиты были патрициями. Патриции, как закрытая наследственная каста, неуклонно сокращались в численности на протяжении веков по мере вымирания родов. Около 450 года до н.э. было зарегистрировано около 50 патрицианских родов (кланов), в то время как ко времени Юлия Цезаря (диктатора Рима 48–44 гг. до н.э.) осталось всего 14, к одному из которых принадлежал и сам Юлий. В отличие от этого, в ряды эквитов, хотя и наследственные (по мужской линии), были открыты для новых членов, отвечающих имущественному цензу и удовлетворяющих римских цензоров в своей пригодности для членства. В результате патриции быстро стали лишь небольшим меньшинством в конном ордене. Однако патриции сохранили политическое влияние, несоразмерно большое по сравнению с их численностью. Вплоть до 172 года до н.э. один из двух консулов, избираемых ежегодно, должен был быть патрицием.

It is widely accepted that the Roman monarchy was overthrown by a patrician coup, probably provoked by the Tarquin dynasty's populist policies in favour of the plebeian class. Alfoldi suggests that the coup was carried out by the celeres themselves. According to the Fraccaro interpretation, when the Roman monarchy was replaced with two annually elected praetores (later called "consuls"), the royal army was divided equally between them for campaigning purposes, which, if true, explains why Polybius later said that a legion's cavalry contingent was 300 strong. The 12 additional centuriae ascribed by Livy to Servius Tullius were, in reality, probably formed around 400 BC. In 403 BC, according to Livy, in a crisis during the siege of Veii, the army urgently needed to deploy more cavalry, and "those who possessed equestrian rating but had not yet been assigned public horses" volunteered to pay for their horses out of their own pockets. By way of compensation, pay was introduced for cavalry service, as it had already been for the infantry (in 406 BC). The persons referred to in this passage were probably members of the 12 new centuriae who were entitled to public horses, but temporarily waived that privilege. Mommsen, however, argues that the passage refers to members of the first class of commoners being admitted to cavalry service in 403 BC for the first time as an emergency measure. If so, this group may be the original so called equites equo privato, a rank that is attested throughout the history of the republic (in contrast to equites equo publico). However, due to a lack of evidence, the origins and definition of equo privato equites remain obscure. It is widely agreed that the 12 new centuriae were open to non patricians. Thus, from this date if not earlier, not all equites were patricians. The patricians, as a closed hereditary caste, steadily diminished in numbers over the centuries, as families died out. Around 450 BC, there are some 50 patrician gentes (clans) recorded, whereas just 14 remained at the time of Julius Caesar (dictator of Rome 48–44 BC), whose own Iulii clan was patrician. In contrast, the ranks of equites, although also hereditary (in the male line), were open to new entrants who met the property requirement and who satisfied the Roman censors that they were suitable for membership. As a consequence, patricians rapidly became only a small minority of the equestrian order. However, patricians retained political influence greatly out of proportion with their numbers. Until 172 BC, one of the two consuls elected each year had to be a patrician.

Трансформация государства и армии (338290)

В период после окончания Латинской войны (340–338 гг. до н.э.) и Самнитских войн (343–290 гг. до н.э.) Римская республика превратилась из могущественного, но осажденного города-государства в гегемонирующую силу на Итальянском полуострове. Это сопровождалось глубокими изменениями в ее конституции и армии. Внутри страны важнейшим развитием стало возвышение Сената как всемогущего органа власти. К 280 г. до н.э. Сенат взял под полный контроль государственные налоги, расходы, объявление войны, заключение договоров, формирование легионов, основание колоний и религиозные дела, то есть практически всю политическую власть. Из первоначально временной группы советников, назначаемых консулами, Сенат превратился в постоянный орган, состоящий примерно из 300 пожизненных сенаторов, которые, будучи в основном бывшими римскими магистратами, обладали огромным опытом и влиянием. Тяжелая борьба за гегемонию в Италии, которую Рим вел против Самнитского союза, привела к преобразованию римской армии из греческой фаланги, существовавшей в ранний период, в манипулярную армию итальянского образца, описанную Полибием. Считается, что римляне заимствовали манипулярную структуру у своих врагов – самнитов, и на собственном опыте убедились в ее большей гибкости и эффективности в гористой местности центральной Италии. Именно с этого периода каждая римская армия, выходившая в поход, регулярно сопровождалась как минимум таким же количеством войск, предоставляемых социями (итальянскими военными союзниками Рима, часто называемыми «латинскими союзниками»). Каждый легион дополнялся союзнической алой (буквально: «крылом») – формированием, которое содержало примерно столько же пехоты, сколько легион, но в три раза больше конницы (900 человек). Легионная кавалерия также, вероятно, претерпела изменения в этот период, от легких, небронированных всадников раннего периода до греческого типа бронированных курасиров, описанных Полибием. В результате потребностей, вызванных Самнитскими войнами, обычная консульская армия была увеличена до двух легионов, что в сумме составляло четыре легиона, набираемых ежегодно. Таким образом, численность римской конницы в полевых армиях возросла примерно до 1200 лошадей.

The period following the end of the Latin War (340–338 BC) and of the Samnite Wars (343–290) saw the transformation of the Roman Republic from a powerful but beleaguered city state into the hegemonic power of the Italian peninsula. This was accompanied by profound changes in its constitution and army. Internally, the critical development was the emergence of the Senate as the all powerful organ of state. By 280 BC, the Senate had assumed total control of state taxation, expenditure, declarations of war, treaties, raising of legions, establishing colonies and religious affairs, in other words, of virtually all political power. From an ad hoc group of advisors appointed by the consuls, the Senate had become a permanent body of around 300 life peers who, as largely former Roman magistrates, boasted enormous experience and influence. The gruelling contest for Italian hegemony that Rome fought against the Samnite League led to the transformation of the Roman army from the Greek style hoplite phalanx that it was in the early period, to the Italian style manipular army described by Polybius. It is believed that the Romans copied the manipular structure from their enemies the Samnites, learning through hard experience its greater flexibility and effectiveness in the mountainous terrain of central Italy. It is also from this period that every Roman army that took the field was regularly accompanied by at least as many troops supplied by the socii (Rome's Italian military confederates, often referred to as "Latin allies"). Each legion would be matched by a confederate ala (literally: "wing"), a formation that contained roughly the same number of infantry as a legion, but three times the number of horses (900). Legionary cavalry also probably underwent a transformation during this period, from the light, unarmoured horsemen of the early period to the Greek style armoured cuirassiers described by Polybius. As a result of the demands of the Samnite hostilities, a normal consular army was doubled in size to two legions, making four legions raised annually overall. Roman cavalry in the field thus increased to approximately 1,200 horses.

Роль военного офицера

В "полибийской" армии средней республики (338 – 88 до н. э.) эквиты обладали исключительным правом занимать должности старших офицеров в армии. Это были шесть трибунов легиона в каждом легионе, избираемых комициями в начале каждого походного сезона и сменяющих друг друга в командовании легионом попарно; префекты союзников (praefecti sociorum), командиры итальянских союзных ал (alae), назначаемых консулами; и три декауриона, возглавлявших каждую турму легионской кавалерии (в общей сложности 30 декаурионов на легион).

Роль кавалерии

Как следует из их названия, эквиты были обязаны нести кавалерийскую службу в легионах средней Республики. Изначально они предоставляли весь кавалерийский контингент легиона, однако с раннего периода (вероятно, около 400 г. до н.э. и не позднее 300 г. до н.э.), когда количество эквитов стало недостаточным, значительное число молодых людей из первого класса плебеев регулярно записывались на службу добровольцами, поскольку она считалась более престижной, чем служба в пехоте. Кавалерийская роль эквитов уменьшилась после Второй Пунической войны (218–201 гг. до н.э.), поскольку их числа стало недостаточно для обеспечения как высшего командного состава армии, так и рядовых кавалеристов. Эквиты превратились исключительно в офицерский класс, а кавалерию в легионах стали комплектовать из первого класса плебеев.

Этос

С древнейших времен и на протяжении всего республиканского периода римские всадники, исполняя роль римской кавалерии, придерживались этики личного героизма и славы. Это было обусловлено стремлением оправдать свой привилегированный статус перед низшими сословиями, поставлявшими ряды пехоты, возвысить репутацию своего рода и увеличить свои шансы на дальнейшее политическое продвижение в воинственном обществе. Для всадников важной частью героического идеала был поиск *spolia opima* – доспехов и оружия поверженного в поединке врага. Зафиксировано множество подобных случаев. Например, Сервилий Гемин Пулекс, впоследствии ставший консулом в 202 г. до н.э., был известен тем, что добыл *spolia* 23 раза. Чем выше было звание убитого в бою противника, тем более престижной считалась добыча, и ничто не могло сравниться с *spolia duci hostium detracta* – трофеями, взятыми у самого вражеского вождя. Многие всадники стремились к такой чести, но лишь немногим это удавалось, поскольку вражеские вожди всегда были окружены многочисленной охраной из элитных телохранителей. Одной из успешных попыток, однако с трагическим исходом, стал подвиг декуриона Тита Манлия Торквата в 340 г. до н.э. во время Латинской войны. Несмотря на строгий приказ консулов (одним из которых был его собственный отец) не вступать в бой с врагом, Манлий не смог устоять перед личным вызовом командира тускуланской кавалерии, с которым его эскадрон столкнулся во время разведки. Завязался ожесточенный поединок, за которым наблюдали противоборствующие эскадроны. Манлий одержал победу, пронзив копьем противника после того, как тот был сброшен с лошади. Но когда победитель представил трофеи своему отцу, тот приказал немедленно казнить сына за неповиновение. "Приказы Манлия" (*Manliana imperia*) стали пословицей в армии, обозначающей приказы, которые ни при каких обстоятельствах нельзя игнорировать.

Деловая деятельность

В 218 году до н.э. lex Claudia ограничила коммерческую деятельность сенаторов и их сыновей, поскольку она считалась несовместимой с их статусом. Сенаторам было запрещено владеть кораблями вместимостью более 300 амфор (около семи тонн) – этого считалось достаточным для перевозки продукции с их собственных земельных владений, но недостаточно для осуществления крупномасштабных морских перевозок. С этого времени сенаторские семьи в основном инвестировали свой капитал в землю. Все остальные всадники (equites) оставались свободными инвестировать свое богатство, значительно возросшее благодаря расширению заморской империи Рима после Второй Пунической войны, в крупномасштабные коммерческие предприятия, включая добычу полезных ископаемых и промышленность, а также землю. Всадники особенно проявили себя в откупных операциях и к 100 году до н.э. владели практически всеми компаниями, занимавшимися откупом налогов (publicani). В конце республиканского периода сбор большинства налогов передавался частным лицам или компаниям на конкурсной основе, при этом контракт на каждую провинцию присуждался публикану, предложившему наибольший аванс в государственную казну в обмен на право сбора налогов в этой провинции. Публикан затем стремился возместить свой аванс, имея право оставлять себе излишек, собранный сверх аванса, в качестве прибыли. Эта система часто приводила к вымогательству у простого народа провинций, поскольку недобросовестные публиканы стремились максимизировать свою прибыль, завышая налоговые ставки по сравнению с установленными правительством. Провинциальные наместники, обязанные пресекать незаконные требования, часто подкупались публиканами, чтобы закрывать на это глаза. Эта система также привела к политическому конфликту между всадниками-публиканами (equites publicani) и большинством их сословий, особенно сенаторами, которые, будучи крупными землевладельцами, стремились минимизировать налог на землю за пределами Италии (tributum solis) – основной источник государственных доходов. Эта система была упразднена первым римским императором Августом (единовластным правлением с 30 г. до н.э. по 14 г. н.э.), который передал ответственность за сбор налогов от публиканов местным органам власти провинций (civitates peregrinae). Хотя последние также часто использовали частные компании для сбора налоговых квот, в их интересах было пресекать вымогательство. В имперский период сборщикам налогов обычно выплачивался согласованный процент от собранной суммы. Всадники-публиканы стали заметными в банковской деятельности, такой как ростовщичество и обмен денег. Всадники носили титул экус Романус, имели право носить золотое кольцо (anulus aureus) на левой руке и, начиная с 67 г. до н.э., пользовались привилегированными местами на играх и общественных мероприятиях (непосредственно за местами, зарезервированными для сенаторов).

In 218 BC, the lex Claudia restricted the commercial activity of senators and their sons, on the grounds that it was incompatible with their status. Senators were prohibited from owning ships of greater capacity than 300 amphorae (about seven tonnes) – this being judged sufficient to carry the produce of their own landed estates but too small to conduct large scale sea transportation. From this time onwards, senatorial families mostly invested their capital in land. All other equestrians remained free to invest their wealth, greatly increased by the growth of Rome's overseas empire after the Second Punic War, in large scale commercial enterprises including mining and industry, as well as land. Equestrians became especially prominent in tax farming and, by 100 BC, owned virtually all tax farming companies (publicani). During the late Republican era, the collection of most taxes was contracted out to private individuals or companies by competitive tender, with the contract for each province awarded to the publicanus who bid the highest advance to the state treasury on the estimated tax take of the province. The publicanus would then attempt to recoup his advance, with the right to retain any surplus collected as his profit. This system frequently resulted in extortion from the common people of the provinces, as unscrupulous publicani often sought to maximise their profit by demanding a much higher rates of tax than originally set by the government. The provincial governors whose duty it was to curb illegal demands were often bribed into acquiescence by the publicani. The system also led to political conflict between equites publicani and the majority of their fellow equites, especially senators, who as large landowners wanted to minimise the tax on land outside Italy (tributum solis), which was the main source of state revenue. This system was terminated by the first Roman emperor, Augustus (sole rule 30 BC – 14 AD), who transferred responsibility for tax collection from the publicani to provincial local authorities (civitates peregrinae). Although the latter also frequently employed private companies to collect their tax quotas, it was in their own interests to curb extortion. During the imperial era, tax collectors were generally paid an agreed percentage of the amount collected. equites publicani became prominent in banking activities such as money lending and money changing.) equites bore the title eques Romanus, were entitled to wear an anulus aureus (gold ring) on their left hand, and, from 67 BC, enjoyed privileged seats at games and public functions (just behind those reserved for senators).

Различия в сенаторском порядке

Сенат как институт формировался из действующих сенаторов, число которых около 600 поддерживалось основателем Принципата, Августом (единовластное правление 30–14 гг. до н.э.) и его преемниками вплоть до 312 года. Сыновья сенаторов и их потомки формально сохраняли всаднический ранг до тех пор, пока не получали место в Сенате. Однако Талберт утверждает, что Август впервые оформил существовавшую сенаторскую элиту как отдельный и высший орден (ordo senatorius) по отношению к всадникам. Сыновья сенаторов проходили особый cursus honorum (карьерный путь), отличный от пути других всадников, прежде чем войти в Сенат: сначала назначались в число вигинтивиров ("Коллегия двадцати", орган, включавший чиновников с различными мелкими административными обязанностями), или в агуры (жрецы), после чего проходили как минимум год военной службы в качестве трибуна легиона с широкой полосой (tribunus militum laticlavius). Эту должность обычно занимали до поступления в Сенат. Закон о браке 18 г. до н.э. (lex Julia), по-видимому, определял как сенаторов, так и их потомков до третьего поколения (по мужской линии) как обособленную группу. Таким образом, сформировалась группа лиц с сенаторским статусом (senatorii), более широкая, чем просто действующие сенаторы (senatores). Сенаторский статус семьи зависел не только от соответствия более высокому имущественному цензу, но и от того, занимал ли её глава место в Сенате. При несоблюдении любого из этих условий семья возвращалась к обычному всадническому статусу. Хотя сыновья действующих сенаторов часто добивались мест в Сенате, это ни в коем случае не было гарантировано, поскольку количество кандидатов зачастую превышало 20 доступных мест ежегодно, что приводило к острой конкуренции.

Ордо эквестера при Августе

Что касается конного сословия, Август, по-видимому, упразднил ранг *equo privato*, предоставив всем его членам статус *equo publico*. Кроме того, Август организовал сословие в квази-военном порядке, распределив его членов по шести турмам (условным кавалерийским отрядам). Управляющим органом сословия были севиры ("Комитет шести"), состоявший из "командиров" турма. В попытке укрепить корпоративный дух среди всадников Август возродил отмершую республиканскую церемонию – *recognitio equitum* (инспекцию всадников), во время которой всадники каждые пять лет демонстрировали своих лошадей консулам. В сословие принимались только те, кому император даровал *equus publicus* (или кто унаследовал этот статус от отца). Имперские всадники делились на два уровня: несколько тысяч, преимущественно итальянских всадников *equo publico*, членов сословия, имевших право занимать государственные должности, зарезервированные для всадников, и гораздо более многочисленная группа богатых итальянцев и провинциалов (по оценкам, 25 000 человек во II веке), имевших всаднический статус, но не входивших в сословие. Исключительным путем было прямое назначение в Сенат императором (*adlectio*), формально осуществляемое на основании полномочий римского цензора (который также имел право исключать членов). Однако *adlectio* обычно использовалось умеренно, чтобы не превысить лимит в 600 членов. К нему прибегали главным образом в периоды значительного сокращения числа сенаторов, например, во время гражданской войны 68–69 годов, после которой император Веспасиан провел масштабные *adlectiones*.

Публичная карьера в конной спорте

В государственной службе у equites equo publico была своя версия сенатского cursus honorum, или обычного карьерного пути, который обычно сочетал военные и административные должности. После первоначального периода в течение нескольких лет на службе в местном самоуправлении в своих родных регионах в качестве администраторов (местные эдилы или дуумвиры) или жрецов (авгуры), эквиты должны были служить военными офицерами около 10 лет, прежде чем их назначали на высшие административные или военные должности. Конники исключительно предоставляли praefecti (командующих) вспомогательных полков императорской армии и пять из шести tribuni militum (старших штабных офицеров) в каждом легионе. Стандартная карьера конного офицера была известна как "tres militiae" ("три службы"): префект когорты (вспомогательного пехотного полка), затем трибун милитум в легионе и, наконец, префект алы (вспомогательного кавалерийского полка). Со времен Адриана для исключительно одаренных офицеров была добавлена четвертая служба – командование ала миллиария (усиленной алой). Каждая должность занималась в течение трех-четырех лет. Большинство высших постов в имперской администрации были зарезервированы для сенаторов, которые назначались губернаторами крупных провинций (за исключением Египта), легатами легионов (командующими легионами) всех легионов за пределами Египта и префектом города Рима (praefectus urbi), который контролировал городские когорты (батальоны общественного порядка) – единственное полностью вооруженное формирование в городе, помимо преторианской гвардии. Тем не менее, Август учредил широкий спектр высших административных и военных должностей, зарезервированных для всадников, хотя большинство из них были ниже сенаторских по рангу. В имперской администрации к конным должностям относился пост губернатора (praefectus Augusti) провинции Египет, который считался самой престижной должностью, доступной для эквитов, часто являясь кульминацией долгой и выдающейся карьеры на государственной службе. Кроме того, эквиты назначались губернаторами (procurator Augusti) некоторых небольших провинций и субпровинций, например, Иудеи, губернатор которой подчинялся губернатору Сирии. Конники также занимали должности главных финансовых чиновников (также называемых procuratores Augusti) имперских провинций и заместителей финансовых чиновников сенаторских провинций. В Риме конники занимали многочисленные высшие административные должности, такие как государственные секретари императора (с времен Клавдия, например, по переписке и казначейству) и префекты анноны (директор по зерновым поставкам). В то же время многие эквиты становились профессиональными военными, оставаясь в армии значительно дольше 10 лет. После завершения "tres militiae" некоторые продолжали командовать вспомогательными полками, переходя из одного подразделения в другое и из провинции в провинцию. Изначально уже состоятельные, equites equo publico накапливали еще большее богатство, занимая зарезервированные высшие должности в администрации, которые приносили огромные доходы (хотя они, как правило, были меньше, чем сенаторские).

In public service, equites equo publico had their own version of the senatorial cursus honorum, or conventional career path, which typically combined military and administrative posts. After an initial period of a few years in local government in their home regions as administrators (local aediles or duumviri) or as priests (augures), equites were required to serve as military officers for about 10 years before they would be appointed to senior administrative or military posts. Equestrians exclusively provided the praefecti (commanders) of the imperial army's auxiliary regiments and five of the six tribuni militum (senior staff officers) in each legion. The standard equestrian officer progression was known as the "tres militiae" ("three services"): praefectus of a cohors (auxiliary infantry regiment), followed by tribunus militum in a legion, and finally praefectus of an ala (auxiliary cavalry regiment). From the time of Hadrian, a fourth militia was added for exceptionally gifted officers, commander of an ala milliaria (double strength ala). Each post was held for three to four years. Most of the top posts in the imperial administration were reserved for senators, who provided the governors of the larger provinces (except Egypt), the legati legionis (legion commanders) of all legions outside Egypt, and the praefectus urbi (prefect of the city of Rome), who controlled the cohortes urbanae (public order battalions), the only fully armed force in the city apart from the Praetorian Guard. Nevertheless, a wide range of senior administrative and military posts were created and reserved for equestrians by Augustus, though most ranked below the senatorial posts. In the imperial administration, equestrian posts included that of the governorship (praefectus Augusti) of the province of Egypt, which was considered the most prestigious of all the posts open to equites, often the culmination of a long and distinguished career serving the state. In addition, equites were appointed to the governorship (procurator Augusti) of some smaller provinces and sub provinces e. g. Judaea, whose governor was subordinate to the governor of Syria. Equestrians were also the chief financial officers (also called procuratores Augusti) of the imperial provinces, and the deputy financial officers of senatorial provinces. At Rome, equestrians filled numerous senior administrative posts such as the emperor's secretaries of state (from the time of Claudius, e. g. correspondence and treasury) and the praefecti annonae (director of grain supplies). At the same time, many equites became career military officers, remaining in the army for much longer than 10 years. After completing their tres militiae, some would continue to command auxiliary regiments, moving across units and provinces. Already wealthy to start with, equites equo publico accumulated even greater riches through holding their reserved senior posts in the administration, which carried enormous salaries (although they were generally smaller than senatorial salaries).

Отношения с императором

Древние писатели и многие современные историки полагают, что римские императоры больше доверяли всадникам, чем сенаторам, и использовали их как политический противовес сенату. Согласно этой точке зрения, императоры часто считали сенаторов потенциально менее верными и честными, поскольку те, командуя провинциальными легионами, могли обрести достаточную силу для организации переворотов. Кроме того, занимая должности провинциальных наместников, они имели больше возможностей для злоупотреблений и хищений. Отсюда и практика назначения всадников на самые ответственные военные посты. В Египте, обеспечивавшем значительную часть поставок зерна в Италию, наместник и командиры обоих провинциальных легионов набирались из всаднического сословия, поскольку назначение сенатора на должность, позволяющую поставить под угрозу снабжение Италии, считалось слишком рискованным. Например, около 26 г. до н.э. всаднический наместник Египта Корнелий Галл был отозван за подозрительное политическое поведение и различные проступки. Сенат счел его действия достаточно серьезными, чтобы приговорить к высшей мере наказания – изгнанию и конфискации имущества. При Тиберии и сенаторский наместник, и всаднический фискальный прокурор провинции Азия были осуждены за коррупцию. Существуют свидетельства того, что императоры опасались как влиятельных всадников, так и сенаторов. Август ввел негласное правило, согласно которому сенаторы и видные всадники должны были получать его личное разрешение на въезд в провинцию Египет, и его преемники придерживались этой политики. Кроме того, командование преторианской гвардией обычно разделялось между двумя всадниками, чтобы снизить риск успешного переворота. В то же время командование вторым военным формированием в Риме, когортами урбана, было поручено сенатору.

Олигархическое правление в раннем Принципате (до 197 г. н.э.)

Поскольку Сенат был ограничен 600 членами, всадники, имевшие государственного коня (equites equo publico), числом в несколько тысяч, значительно превосходили по численности лиц сенаторского достоинства. Эта чрезвычайно богатая элита монополизировала политическую, военную и экономическую власть в империи. Она контролировала важнейшие государственные должности, командование всеми военными частями, владение значительной долей пахотных земель империи (например, во времена Нерона половина всех земель в провинции Африка Проконсульская принадлежала всего шести сенаторам) и большинство крупных коммерческих предприятий. В целом, сенаторы и всадники эффективно сотрудничали в управлении империей. В отличие от хаотичных гражданских войн периода Поздней Республики, правление этой немногочисленной олигархии достигло удивительной степени политической стабильности. За первые 250 лет существования Принципата (30 г. до н.э. – 218 г. н.э.) произошел лишь один эпизод крупных внутренних распрей: гражданская война 68–69 годов.

Иерархия в конной спорте

Похоже, что изначально конники на имперской службе были организованы иерархически, в соответствии с их должностными окладами. Согласно Светонию, писавшему в начале II века н.э., конные прокураторы, которые "выполняли различные административные обязанности по всей империи", со времен императора Клавдия I были разделены на четыре разряда оплаты: треценарии, дуценарии, центенарии и сексенарии, получавшие соответственно 300 000, 200 000, 100 000 и 60 000 сестерциев в год. Кассий Дион, писавший столетие спустя, приписывал начало этой практике самому первому императору Августу. Литературных или эпиграфических свидетельств использования этих разрядов до конца II века почти не сохранилось. Однако, по-видимому, расширение использования конников императорами в гражданских и военных должностях имело социальные последствия, поскольку именно тогда появляются первые упоминания о более широкой иерархии, состоящей из трех четко определенных классов, охватывающих весь орден: Viri Egregii (Выдающиеся мужи); Viri Perfectissimi ("Совершеннейшие мужи"); и Viri Eminentissimi ("Превосходнейшие мужи"). Механизмы, по которым конники распределялись по этим классам и поддерживались различия между ними, неизвестны. Однако обычно считается, что высший класс, Viri Eminentissimi, был ограничен преторианскими префектами, в то время как Viri Perfectissimi возглавляли основные государственные ведомства и крупные префектуры, включая Египет, городскую стражу (вигилы), управление зерновыми поставками (аннона) и т.д., а также лиц, которым император поручал выполнение конкретных задач, таких как военные дуксы. Определяющей характеристикой перфектиссимов, по-видимому, было то, что их члены принадлежали или были социально связаны (то есть как клиенты – см. Патронаж в Древнем Риме у великих людей) с императорским двором и были должностными лицами, известными императору и назначенными по его милости. Возможно также, что эта система была предназначена для обозначения иерархии должностных лиц в ситуациях, когда она могла быть оспорена. В Viri Egregii входили все остальные члены Конного ордена, состоявшие на службе у императоров. В Viri Egregii входили чиновники всех четырех разрядов оплаты. Прокураторы-дуценарии, управлявшие провинциями, не зарезервированными для сенаторов, относились к этой категории, как и префекты легионов после того, как Галлиен открыл все командования легионами для конников. Однако, по-видимому, после 270 года н.э. прокураторы-дуценарии были повышены до ранга Viri Perfectissimi.

It seems that from the start the equestrians in the imperial service were organised on a hierarchical basis reflecting their pay grades. According to Suetonius, writing in the early part of the second century AD, the equestrian procurators who "performed various administrative duties throughout the empire" were from the time of Emperor Claudius I organised into four pay grades, the trecenarii the ducenarii, the centenarii, and the sexagenarii, receiving 300,000, 200,000, 100,000, and 60,000 sesterces per annum respectively. Cassius Dio, writing a century later, attributed the beginnings of this process to the first emperor, Augustus, himself. There is almost no literary or epigraphic evidence for the use of these ranks until towards the end of the 2nd century. However, it would seem that the increasing employment of equestrians by the emperors in civil and military roles had had social ramifications for it is then that there begin to appear the first references to a more far reaching hierarchy with three distinct classes covering the whole of the order: the Viri Egregii (Select Men); the Viri Perfectissimi ("Best of Men"); and the Viri Eminentissimi ("Most Eminent of Men"). The mechanisms by which the equestrians were organised into these classes and the distinctions enforced is not known. However, it is generally assumed that the highest class, the Viri Eminentissimi, was confined to the Praetorian prefects, while the Viri Perfectissimi were the heads of the main departments of state, and the great prefectures, including Egypt, the city watch (vigiles), the corn supply (annona) etc. and men commissioned to carry out specific tasks by the emperor himself such as the military duces. The defining characteristic of the perfectissimate seems to have been that its members were of or associated socially (i. e. as clientes see Patronage in ancient Rome of Great Men) with the imperial court circle and were office holders known to the emperor and appointed by his favour. It is also possible that system was intended to indicate the hierarchy of office holders in situations where this might be disputed. The Viri Egregii comprehended the rest of the Equestrian Order, in the service of the emperors. The Viri Egregii included officials of all four pay grades. Ducenariate procurators governing provinces not reserved for senators were of this category as were the praefecti legionum, after Gallienus opened all legionary commands to equestrians. However, it seems that after 270 AD the procuratores ducenarii were elevated into the ranks of the Viri Perfectissimi.

Возникновение военных всадников (3 век)

В III веке в развитии римской аристократии наблюдалось две основные тенденции: постепенное захват высших должностей в администрации и армии империи военными конниками и сопутствующее исключение итальянской аристократии, как сенаторов, так и конников, а также рост иерархии внутри аристократических сословий. Август установил политику, которой последовали его преемники, – возвышение в ордо эквестер примуса пилуса (главного центуриона) каждого легиона по окончании его годичного срока службы. В результате около 30 солдат, часто поднимавшихся из рядовых, ежегодно вступали в орден. Эти эквиты-примипиляры и их потомки сформировали часть ордена, существенно отличавшуюся от итальянских аристократов, которые почти не различались со своими сенаторскими коллегами. Их профессионализм заставлял императоров все больше полагаться на них, особенно в сложных конфликтах, таких как Маркоманские войны (166–180 гг.). Однако, будучи лишь конниками, они не могли быть назначены на высшие военные командования – легата Августа про преторе (губернатора имперской провинции, где дислоцировались практически все воинские части) и легата легиона (командира легиона). В конце II века императоры пытались обойти эту проблему, возводя большое число примипиляров в сенаторское достоинство посредством адлекцио. Это встретило сопротивление в Сенате, поэтому в III веке императоры стали напрямую назначать конников на высшие командования, формально представляя их как временных заместителей (praeses pro legato). Септимий Север назначил примипиляров командовать тремя новыми легионами, набранными им в 197 году для Парфянской войны – Legio I, II и III Parthica. Эти назначения в основном получили провинциальные солдаты-конники, а не итальянские аристократы. При императоре-реформаторе Диоклетиане, самом являвшемся иллирийским конным офицером, военный захват власти конниками был доведен до следующей стадии – наследственные сенаторы были отстранены от большинства административных и военных должностей. Наследственным сенаторам были оставлены административные должности в Италии и нескольких соседних провинциях (Сицилия, Африка, Ахея и Азия), несмотря на то, что число высших административных должностей значительно возросло в связи с утроением числа провинций и учреждением диоцезов (суперпровинций). Таким образом, было завершено полное исключение старой итальянской аристократии, как сенаторской, так и конной, из политической и военной власти, которой она монополизировала на протяжении многих веков. Сенат утратил политическое влияние, хотя и сохранил значительный престиж. В III и IV веках наблюдалось распространение иерархических рангов внутри аристократических сословий, что соответствовало большей стратификации общества в целом, которое разделилось на два широких класса с неравными правами и привилегиями: гонориоры (более знатные) и умилиоры (более низкие). Среди гонориоров конники делились на пять степеней в зависимости от уровня заработной платы, получаемой ими за занимаемые должности. Эти степени варьировались от эгрегиев или сексагенариев (зарплата 60 000 сестерциев = 15 000 динариев) до эминентиссимов (самых выдающихся), число которых ограничивалось двумя командирами преторианской гвардии и, с установлением тетрархии Диоклетиана, четырьмя префектами преториев (не следует путать с командирами преторианской гвардии в Риме), которые помогали тетрархам, каждый из которых управлял четвертью империи.

The 3rd century saw two major trends in the development of the Roman aristocracy: the progressive takeover of the top positions in the empire's administration and army by military equestrians and the concomitant exclusion of the Italian aristocracy, both senators and equites and the growth in hierarchy within the aristocratic orders. Augustus instituted a policy, followed by his successors, of elevating to the ordo equester the primus pilus (chief centurion) of each legion, at the end of his single year in the post. This resulted in about 30 career soldiers, often risen from the ranks, joining the order every year. These equites primipilares and their descendants formed a section of the order that was quite distinct from the Italian aristocrats who had become nearly indistinguishable from their senatorial counterparts. Their professionalism led emperors to rely on them ever more heavily, especially in difficult conflicts such as the Marcomannic Wars (166–180). But because they were only equestrians, they could not be appointed to the top military commands, those of legatus Augusti pro praetore (governor of an imperial province, where virtually all military units were deployed) and legatus legionis (commander of a legion). In the later 2nd century, emperors tried to circumvent the problem by elevating large numbers of primipilares to senatorial rank by adlectio. This met resistance in the Senate, so that in the 3rd century, emperors simply appointed equestrians directly to the top commands, under the fiction that they were only temporary substitutes (praeses pro legato). Septimius Severus appointed primipilares to command the three new legions that he raised in 197 for his Parthian War, Legio I, II & III Parthica These appointees were mostly provincial soldier equestrians, not Italian aristocrats. Under the reforming emperor Diocletian , himself an Illyrian equestrian officer, the military equestrian "takeover" was brought a stage further, with the removal of hereditary senators from most administrative, as well as military posts. Hereditary senators were limited to administrative jobs in Italy and a few neighbouring provinces (Sicily, Africa, Achaea and Asia), despite the fact that senior administrative posts had been greatly multiplied by the tripling of the number of provinces and the establishment of dioceses (super provinces). The exclusion of the old Italian aristocracy, both senatorial and equestrian, from the political and military power that they had monopolised for many centuries was thus complete. The senate became politically insignificant, although it retained great prestige. The 3rd and 4th centuries saw the proliferation of hierarchical ranks within the aristocratic orders, in line with the greater stratification of society as a whole, which became divided into two broad classes, with discriminatory rights and privileges: the honestiores (more noble) and humiliores (more base). Among the honestiores, equestrians were divided into five grades, depending on the salary levels of the offices they held. These ranged from egregii or sexagenarii (salary of 60,000 sesterces = 15,000 denarii) to the eminentissimi (most exalted), limited to the two commanders of the Praetorian Guard and, with the establishment of Diocletian's Tetrarchy, the four praefecti praetorio (not to be confused with the commanders of the Praetorian Guard in Rome) that assisted the tetrarchs, each ruling over a quarter of the empire.

Неработающая аристократия (4 век)

С правления Константина Великого и далее наблюдался взрывной рост числа членов обоих аристократических сословий. При Диоклетиане число действующих сенаторов оставалось около 600, на уровне, который сохранялся на протяжении всего периода Принципата. К этому времени даже некоторым командирам воинских частей предоставлялся сенаторский статус. Одновременно орден всадников также значительно расширился за счет увеличения числа государственных должностей в поздней империи, большинство из которых теперь занимали всадники. Принципат отличался удивительно компактной администрацией: около 250 высших должностных лиц управляли огромной империей, полагаясь на местное самоуправление и частных подрядчиков для сбора необходимых налогов и оказания услуг. В течение III века имперская бюрократия, все должности и чины расширились. К моменту составления «Notitia Dignitatum» (датированной 395 годом н.э.) сопоставимые высшие должности выросли примерно до 6000, что в 24 раза больше. Общая численность лиц, зачисленных на имперскую гражданскую службу, в милицию *inermata* («невооруженную службу»), оценивается в 30–40 тысяч человек: служба была профессионализирована, штат почти полностью состоял из свободных людей, получавших жалованье, и был приписан к фиктивному легиону I Audiutrix. Кроме того, большое количество декурионов (местных советников) получали всаднический чин, часто приобретая его посредством взяток. Чиновникам более низкого ранга в качестве награды за хорошую службу присваивался всаднический чин, например, в 365 году – актуариям (бухгалтерам) военных частей. Это увеличение числа всадников неизбежно привело к снижению престижа сословия. К 400 году н.э. всадники перестали быть эшелоном дворянства, а стали лишь титулом, связанным с административными должностями среднего звена. Тем не менее, сенаторы сохранили значительное влияние благодаря огромному унаследованному богатству и своей роли хранителей римских традиций и культуры. Века накопления капитала в форме обширных земельных владений (латифундий) во многих провинциях привели к огромному богатству большинства сенаторов. Многие получали годовой доход в виде арендной платы наличными и натуральным продуктом в размере более 5000 фунтов золота, что эквивалентно 360 000 солидов (или 5 миллионам динариев эпохи Августа), в то время как обычный солдат (miles) зарабатывал не более четырех солидов в год наличными. Даже сенаторы среднего достатка могли рассчитывать на доход в 1000–1500 фунтов золота. Историк IV века Аммиан Марцеллин, бывший высокопоставленный офицер штаба, проведший свои пенсионные годы в Риме, резко критиковал итальянскую аристократию, осуждая их роскошные дворцы, одежду, игры и пиры, и прежде всего – жизнь, полную праздности и легкомыслия. В его словах слышится презрение к сенаторскому классу со стороны профессионального военного, всю жизнь посвятившего защите империи, – мнение, которое явно разделяли Диоклетиан и его илирийские преемники. Однако именно они довели аристократию до такого состояния, отстранив ее от традиционной роли управления империей и командования армией.

From the reign of Constantine the Great onwards, there was an explosive increase in the membership of both aristocratic orders. Under Diocletian, the number of sitting members of the Senate remained at around 600, the level it had retained for the whole duration of the Principate. By this time, even some commanders of military regiments were accorded senatorial status. At the same time the order of equites was also expanded vastly by the proliferation of public posts in the late empire, most of which were now filled by equestrians. The Principate had been a remarkably slim line administration, with about 250 senior officials running the vast empire, relying on local government and private contractors to deliver the necessary taxes and services. During the 3rd century the imperial bureaucracy, all officials and ranks expanded. By the time of the Notitia Dignitatum, dated to 395 AD, comparable senior positions had grown to approximately 6,000, a 24 fold increase. The total number enrolled in the imperial civilian service, the militia inermata ('unarmed service') is estimated to have been 30–40,000: the service was professionalized with a staff made up almost entirely of free men on salary, and enrolled in a fictional legion, I Audiutrix. In addition, large numbers of decuriones (local councillors) were granted equestrian rank, often obtaining it by bribery. Officials of ever lower rank were granted equestrian rank as reward for good service, e. g. in 365, the actuarii (accountants) of military regiments. This inflation in the number of equites inevitably led to the debasement of the order's prestige. By 400 AD, equites were no longer an echelon of nobility, but just a title associated with mid level administrative posts. Nevertheless, senators retained great influence due to their enormous inherited wealth and their role as the guardians of Roman tradition and culture. Centuries of capital accumulation, in the form of vast landed estates (latifundia) across many provinces resulted in enormous wealth for most senators. Many received annual rents in cash and in kind of over 5,000 lbs of gold, equivalent to 360,000 solidi (or 5 million Augustan era denarii), at a time when a miles (common soldier) would earn no more than four solidi a year in cash. Even senators of middling wealth could expect an income 1,000–1,500 lbs of gold. The 4th century historian Ammianus Marcellinus, a former high ranking military staff officer who spent his retirement years in Rome, bitterly attacked the Italian aristocracy, denouncing their extravagant palaces, clothes, games and banquets and above all their lives of total idleness and frivolity. In his words can be heard the contempt for the senatorial class of a career soldier who had spent his lifetime defending the empire, a view clearly shared by Diocletian and his Illyrian successors. But it was the latter who reduced the aristocracy to that state, by displacing them from their traditional role of governing the empire and leading the army.

Древние

Аммиан Марцеллин, Res Gestae (ок. 390 г. н.э.)
Дион Кассий, Римская история (ок. 250 г. н.э.)
Ливий, От основания города (ок. 15 г. н.э.)
Плутарх, Сравнительные жизнеописания (ок. 100 г. н.э.)
Полибий, Истории (ок. 150 г. до н.э.)
Светоний, Двенадцать цезарей (ок. 100 г. н.э.)
Тацит, Анналы (ок. 100 г. н.э.)
Тацит, Истории (ок. 100 г. н.э.)