Введение

Британский политический реформатор, государственный служащий и натуралист (1829–1912)

Аллан Октавиан Юм, CB ICS (4 июня 1829 г.) – выдающийся орнитолог, которого называют «отцом индийской орнитологии», а те, кто считал его догматичным, – «папой индийской орнитологии». Будучи администратором Этава, он рассматривал Индийское восстание 1857 года как результат плохого управления и приложил значительные усилия для улучшения жизни простых людей. Округ Этава был одним из первых, вернувшихся к нормальной жизни, и в последующие годы реформы Юма сделали его образцовым районом развития. Юм продвигался по службе в Индийской государственной службе, но, как и его отец, Джозеф Юм, радикальный член парламента, он был смелым и прямолинейным в критике британской политики в Индии. В 1871 году он стал секретарем Департамента доходов, сельского хозяйства и торговли при лорде Мейо, который был убит годом позже. У него не сложились хорошие отношения со следующими вице-королями, и его критика политики лорда Литона привела к его отстранению от Секретариата в 1879 году. Он основал журнал Stray Feathers, в котором он и его подписчики записывали наблюдения за птицами со всей Индии. Он создал обширную коллекцию образцов птиц в своем доме в Шимле, организуя экспедиции и получая экземпляры через свою сеть корреспондентов. После потери рукописей, над которыми он долго работал в надежде создать фундаментальный труд о птицах Индии, он оставил орнитологию и передал свою коллекцию Музею естественной истории в Лондоне, где она до сих пор является крупнейшей коллекцией индийских птичьих шкур. Он некоторое время был последователем теософского движения, основанного мадам Блаватской. Он работал над достижением самоуправления Индии через Индийский национальный конгресс, который он основал. В 1894 году он покинул Индию и переехал в Лондон, откуда продолжал интересоваться деятельностью Индийского национального конгресса. Он сохранил интерес к английской ботанике и основал Ботанический институт Южного Лондона в конце своей жизни.

Ранние годы

Юм родился в Вестминстере, Лондоне, и был крещен в церкви Святой Марии, Брайанстон-сквер, как младший сын (и восьмой ребенок в семье из девяти) Джозефа Юма, радикального шотландского члена парламента, от брака с Марией Бернли. Там он изучал медицину и хирургию, после чего был направлен на индийскую гражданскую службу, что привело его к обучению в Колледже Ост-Индской компании в Хейлибери. Среди ранних влияний были его друг Джон Стюарт Милль и Герберт Спенсер. В следующем году он поступил на службу в Бенгальскую гражданскую службу в Этавах, в Северо-Западных провинциях, ныне Уттар-Прадеш. Его карьера в Индии включала службу в качестве районного офицера с 1849 по 1867 год, главы центрального департамента с 1867 по 1870 год и секретаря правительства с 1870 по 1879 год. В 1853 году он женился на Мэри Энн (26 мая 1824 года, Меерут – 30 марта 1890 года, Симла), дочери Риверса Фрэнсиса Гриндола (1786–1832). В 1853 году у него был дом, возможно, использовавшийся летом, в Муссори. Лишь девять лет спустя после прибытия в Индию Юм столкнулся с Индийским восстанием 1857 года, в ходе которого он участвовал в нескольких военных действиях, за которые в 1860 году был удостоен звания Компаньона Ордена Бани. Поначалу казалось, что он в безопасности в Этавахе, недалеко от Меерута, где началось восстание, но ситуация изменилась, и Юму пришлось укрыться в форте Агра на шесть месяцев. Тем не менее, все, кроме одного индийского чиновника, остались верны, и Юм вернулся к своим обязанностям в Этавахе в январе 1858 года. Он сформировал нерегулярные силы из 650 верных индийских солдат и участвовал в столкновениях с ними. Юм возложил вину за восстание на британскую некомпетентность и проводил политику "милосердия и снисходительности" по отношению к захваченным повстанцам. По его приказу было казнено всего семь человек. В районе Этава в течение года был восстановлен мир и порядок, чего не удалось добиться в большинстве других районов. Вскоре после 1857 года он приступил к ряду реформ. Будучи районным офицером в Индийской гражданской службе, он начал вводить бесплатное начальное образование и проводить общественные собрания в его поддержку. Он внес изменения в работу полиции и отделил судебную функцию. Отметив, что в стране очень мало учебных материалов с образовательным содержанием, он вместе с Куором Лучманом Сингхом в 1859 году начал издавать периодический журнал на хинди "Локмитра" ("Друг народа"). Первоначально предназначенный только для Этаваха, он быстро приобрел известность. Юм также организовал и руководил журналом на урду "Мухиб и рияя". Система ведомственных экзаменов, введенная вскоре после того, как Юм поступил на гражданскую службу, позволила ему значительно опередить своих старших по службе, и когда вспыхнуло восстание, он был исполняющим обязанности коллектора Этаваха, расположенного между Агрой и Канпуром. Повстанческие войска постоянно проходили через район, и некоторое время пришлось покинуть штаб-квартиру; но как до, так и после перемещения женщин и детей в Агру, Юм действовал энергично и рассудительно. Непоколебимая верность многих местных чиновников и землевладельцев, а также населения в целом, во многом была обусловлена его влиянием, что позволило ему создать местную конную бригаду. В дерзкой атаке на повстанцев в Джасвантнагаре он вынес раненого магистрата, мистера Клермонта Дэниела, под сильным огнем, а спустя много месяцев участвовал в ожесточенном сражении против Фироза Шаха и его разбойников из Ауде в Хурчандпуре. Правление Компании подошло к концу до того, как овраги Джумны и Чамбуля в районе были очищены от беглых повстанцев. Юм по достоинству получил награду C.B. (гражданское отделение) в 1860 году. Он оставался во главе района около десяти лет и проделал большую работу. Некролог в The Times от 1 августа 1912 года.

Он взялся за дело образования и основал стипендии для высшего образования. В 1859 году он писал, что образование играет ключевую роль в предотвращении восстаний, подобных тому, что произошло в 1857 году: "даже если оно утверждает свое превосходство на острие штыка, свободное и цивилизованное правительство должно искать стабильности и постоянства в просвещении народа и его моральной и интеллектуальной способности ценить его блага". Школа, которую он помог построить на собственные средства, до сих пор функционирует, теперь как младший колледж, и, по слухам, имеет план, напоминающий букву "H". Некоторые считали это признаком имперского эго Юма. Юм считал идею получения дохода от торговли спиртными напитками отвратительной и называл ее "платой за грех". Своими прогрессивными идеями в области социальных реформ он выступал за образование женщин, был против инфантицида и принудительного вдовства. Юм спроектировал в Этавахе аккуратный, размеченный по сетке торговый район, который сейчас известен как Humeganj, но часто произносится как Homeganj. Это привело к его повышению лордом Майо, который наградил его должностью секретаря и перевел в 1871 году в Департамент доходов и сельского хозяйства. Юм был назначен секретарем этого департамента в июле 1871 года, что привело к его переезду в Симлу.) и статистикой по возделыванию земли и урожайности. Юм предложил идею создания экспериментальных ферм для демонстрации передовых методов, которые должны были быть созданы в каждом районе. Он предложил развивать посадки древесного топлива "в каждой деревне в более засушливых районах страны", тем самым обеспечив альтернативное топливо для отопления и приготовления пищи, чтобы навоз (высушенный коровий навоз использовался в качестве топлива бедными) можно было вернуть в землю. Такие посадки, писал он, "полностью соответствуют традициям страны – это то, что люди поймут, оценят и, при небольшой разумной настойчивости, будут сотрудничать". Он хотел, чтобы в каждом районе были созданы образцовые фермы. Он отметил, что сельская задолженность в основном вызвана использованием земли в качестве залога, практики, введенной британцами. Юм осудил это как еще одну из "жестоких ошибок, в которые нас, с нашей узколобостью, но вполне благонамеренным желанием воспроизвести Англию в Индии, завели". Юм также хотел создания государственных банков, по крайней мере, до тех пор, пока не будут созданы кооперативные банки. Департамент также поддерживал публикацию нескольких руководств по различным аспектам земледелия, список которых Юм включил в приложение к своей работе "Сельскохозяйственная реформа в Индии". Юм поддержал внедрение хинного дерева и проект, управляемый Джорджем Кингом, по производству хинина в Индии и доставке противомалярийных препаратов по всей Индии через почтовое отделение по низкой цене. Юм был очень откровенным и никогда не боялся критиковать, когда считал, что правительство неправо. Еще в 1861 году он возражал против концентрации полицейских и судебных функций в руках начальников полиции. В марте 1861 года он ушел в отпуск по болезни из-за переутомления и отбыл в Великобританию. Перед отъездом он осудил порку и карательные меры, предпринятые провинциальным правительством, как "варварские пытки". Ему разрешили вернуться в Этавах только после принесения извинений за тон своей критики. Юм отметил, что свободное и честное выражение мнений не только допускалось, но и поощрялось при лорде Майо, и что эта свобода была ограничена при лорде Нортбруке, который сменил лорда Майо. Когда лорд Литтон сменил лорда Нортбрука, ситуация для Юма ухудшилась. В 1879 году Юм выступил против властей. Его понизили в должности, он покинул Симлу и в октябре 1879 года вернулся в Северо-Западные провинции в качестве члена Совета по доходам. призывая их сформировать свое собственное национальное политическое движение. Это привело в 1885 году к первой сессии Индийского национального конгресса, состоявшейся в Бомбее. В 1887 году, выступая перед Государственной комиссией Индии, он сделал заявление, которое тогда было неожиданным для государственного служащего: "Я считаю себя уроженцем Индии". Их единственная дочь Мария Джейн Бернли ("Минни") (1854–1927) вышла замуж за Росса Скотта в Симле 28 декабря 1881 года. Мария стала членом Герметического ордена Золотой зари, другого оккультного движения, после переезда в Англию. Росс Скотт был основателем Симлаского эклектического теософского общества и некоторое время был...

Вклад в орнитологию и естествознание

С ранних лет Юм проявлял особый интерес к науке. Науку он писал, а о естественной истории – в 1867 году: Его наиболее систематическая работа, однако, началась после переезда в Шимлу. Позже он стал комиссаром внутренней таможни, что возложило на него ответственность за контроль над 2500 миль (4023 км) побережья от Пешавара на северо-западе до Каттака в Бенгальском заливе. Он путешествовал верхом и на верблюдах по районам Раджастана, ведя переговоры с местными махараджами о договорах, регулирующих экспорт соли, и во время этих поездок обращал внимание на птиц. Около 1870 года Юм, по-видимому, планировал всеобъемлющую работу о птицах Индии, и о "предстоящей всеобъемлющей работе" упоминается во втором издании "Циклопедии Индии" (1871) его кузена Эдварда Бальфура. Его систематический план по исследованию и документированию птиц Индийского субконтинента начал осуществляться всерьез после того, как он начал собирать крупнейшую коллекцию азиатских птиц в своем личном музее и библиотеке в замке Ротни на холме Джакко, в Симле. Замок Ротни, изначально Ротни-хаус, был построен полковником Октавиусом Эдвардом Ротни (1824–1881) и позже принадлежал П. Митчеллу, у которого Юм его купил и превратил в роскошный дом, надеясь, что правительство приобретет его в качестве резиденции вице-короля, поскольку генерал-губернатор в то время занимал Петерхофф, здание, слишком маленькое для больших приемов. Юм потратил более двухсот тысяч фунтов стерлингов на землю и здания. Он добавил огромные приемные, подходящие для больших обедов и балов, а также великолепную оранжерею и просторный зал со стенами, украшенными его выдающейся коллекцией индийских рогов. Для своего музея птиц он использовал большую комнату. Он нанял европейского садовника и превратил территорию и оранжерею в постоянную садоводческую выставку, на которую он учтиво допускал всех посетителей. До замка Ротни можно было добраться только по крутой дороге, и британское правительство его так и не приобрело. Юм совершил несколько экспедиций, почти исключительно посвященных изучению орнитологии, самой масштабной из которых была экспедиция в район реки Инд, начатая в конце ноября 1871 года и продолжавшаяся до конца февраля 1872 года. Ему помогали сэр У. Меревезер и Фрэнсис Дэй. В марте 1873 года он посетил Андаманские и Никобарские острова в Бенгальском заливе вместе с геологами доктором Фердинандом Столицкой и Валентином Баллом из Геологической службы Индии и Джеймсом Вуд Мейсоном из Индийского музея в Калькутте. Их сопровождали также хирург-майор Джозеф Дугалл, медицинский суперинтендант в Порт-Блэре, шесть местных охотников-кожевенников и другие, такие как Джеремиа Нельсон Хомфрей, инспектор Андаманского приюта. В 1875 году он совершил экспедицию на Лаккадивские острова на борту морского исследовательского судна IGS Clyde под командованием штаб-командующего Эллиса и в сопровождении хирурга-натуралиста Джеймса Армстронга из Морской службы. Официальной целью визита, якобы, было изучение предлагаемых мест для маяков. Во время этой экспедиции Юм собрал множество образцов птиц, а также провел батиметрическое исследование, чтобы определить, отделена ли островная цепь от континентальной Индии глубоким каньоном. В 1881 году он совершил свою последнюю орнитологическую экспедицию в Манипур, в ходе которой собрал и описал манипурскую перепелку (Perdicula manipurensis), птицу, которая с тех пор осталась малоизученной, и о которой поступает мало достоверных сообщений. Юм провел дополнительный день со своими помощниками, скашивая большой участок травы, чтобы получить образцы этого вида. Эта экспедиция была предпринята по специальному отпуску после его понижения в центральном правительстве до младшей должности в Совете по доходам Северо-Западных провинций. Около 1878 года он тратил около 1500 фунтов стерлингов в год на свои орнитологические исследования и был принят в члены Линнеевского общества 3 ноября 1904 года. После возвращения в Англию в 1890 году он также стал президентом Дульвичской либеральной и радикальной ассоциации. Шарп посетил частный орнитологический музей Юма и проконтролировал упаковку образцов для отправки в Англию. Кроме того, его пожертвования включали 223 охотничьих трофея и 371 шкуру млекопитающих. Коллекция яиц состояла из тщательно проверенных вкладов от знающих людей, и Э. У. Оутс отметил в Каталоге коллекции птичьих яиц в Британском музее (Том 1) 1901 года, что коллекция состояла из образцов с известным происхождением и не была собрана путем случайных покупок, как это часто случалось у других коллекционеров. Юм и его коллекционер Дэвисон также интересовались растениями. Образцы, собранные даже во время первой экспедиции на Лакшадвипы в 1875 году, были изучены Джорджем Кингом, а затем Дэвидом Прейном. Гербарные образцы Юма были переданы в коллекцию Ботанической службы Индии в Калькутте.

Мой скреп-бук: или грубые заметки по индийской оологии и орнитологии (1869)

Это была первая крупная работа Юма о птицах. Она насчитывала 422 страницы и содержала описания 81 вида. Книга была посвящена Эдварду Блайту и доктору Томасу С. Джердону, о которых он писал, что они "[сделали] больше для индийской орнитологии, чем все остальные современные наблюдатели вместе взятые", и он называл себя "их другом и учеником". Он надеялся, что его компиляция, качество которой он сам признавал недостаточным, станет "ядром, вокруг которого смогут кристаллизоваться будущие наблюдения", и что другие исследователи по всей стране помогут ему "восполнить многочисленные зияющие пробелы в данных". Он предлагал предоставить всем желающим список видов, по которым требовалась дополнительная информация, и отмечал, что Цейлон и Бирма представляли собой значительные географические пробелы, поскольку у него не было корреспондентов из этих регионов. Юм внимательно изучал орнитологическую литературу и регулярно обменивался мнениями по ней. В 1875 году он отметил, что Фридрих Вильгельм Мевес подтвердил с помощью химического анализа, что коричневая окраска ламергейеров обусловлена внешним отложением оксида железа. Юм писал в "Скрап-буке" и комментировал теорию Мевеса о том, что источником могла быть кровь, а не купание в богатых железом водах. Юм повторил химический анализ и подтвердил наличие железа.

Оставшиеся перья

Юм начал издавать ежеквартальный журнал "Отшельчивые перья" в 1872 году. В то время единственным журналом для индийского региона, публиковавшим работы по орнитологии, был журнал Азиатского общества Бенгалии, и Юм опубликовал лишь два письма в 1870 году, в основном представлявшие собой список ошибок в списке Годвина Остина, сведенный к краткому изложению. Несколько других его статей, представленных в журнал Ibis, остались неопубликованными, а задержки в почтовой доставке были обычным явлением. В предисловии он также рассматривал целесообразность создания нового журнала, и эту идею поддержал Столицка, который также был редактором журнала Азиатского общества. Он писал: "Представление о том, что "Отшельчивые перья" могут как-либо помешать нашему научному оплоту, журналу Азиатского общества Бенгалии, во многом напоминает то, что обсуждалось в Англии, когда я был мальчиком, относительно вероятного влияния железных дорог на транспорт по суше и по каналам." Мы в то же время сердечно приветствуем выпуск "Отшельчивых перьев". Он обещает стать полезным каталогом обширной коллекции индийских птиц редактора и средством быстрой публикации новых находок или исправлений, что всегда ценно для орнитологов. Юм использовал журнал для публикации описаний своих новых открытий. Он много писал о своих собственных наблюдениях, а также о критических обзорах всех орнитологических работ того времени и заслужил прозвище Папы индийской орнитологии. Он критиковал монографию о попугаях, "Die Papageien" Фридриха Германна Отто Финша, предполагая, что изменения в названиях (со стороны "кабинетных натуралистов") были направлены на присвоение себе прав на виды, не прибегая к их фактическому открытию. Он писал: "Давайте относиться к нашему автору так же, как он относится к чужим видам. "Финш!" Вопреки всем правилам орфографии! Что это за "s" там делает? "Финч!" Доктор Фрингилла, MIHI! Классически образованное слово!" Юма, в свою очередь, критиковали, например, виконт Уолден, но Финш стал его другом, и Юм назвал один вид – Psittacula finschii – в его честь. В юности Юм изучал геологию у таких ученых, как Гидеон Мантелл, и ценил синтез идей из других областей в орнитологии. В 1872 году Юм включил подробную статью об остеологии птиц в связи с их классификацией, написанную Ричардом Лайдеккером, который в то время работал в Геологической службе Индии. Ранние метеорологические исследования в Индии проводились в ведомстве, возглавляемом Юмом, и он осознавал важность метеорологии для изучения распространения птиц. В работе, сравнивающей зоны осадков, он отметил, что зоны с высоким уровнем осадков указывают на сходство с малайской фауной. Юм иногда смешивал личные убеждения в своих публикациях в журнале "Отшельчивые перья". Например, он верил, что стервятники парят, изменяя физику ("изменяя полярность") своего тела и отталкивая силу гравитации. Он также отметил, что эта способность нормальна для птиц и может быть приобретена людьми путем поддержания духовной чистоты, утверждая, что он знает по крайней мере трех индийских йогов и множество святых в прошлом, обладающих этой способностью "аэтробации".

Коллекционный ваде-мекум (1874)

Обширная коллекция Юма из всей Индии стала возможной благодаря тому, что он начал переписываться с помощниками по всей Индии. Он следил за тем, чтобы эти сотрудники делали точные записи и тщательно получали и обрабатывали образцы. "Вад Мекум" был опубликован, чтобы избавить его от необходимости отправлять заметки потенциальным коллегам, обращавшимся за советом. Материалы для сохранения тщательно подобраны для условий Индии, с указанием местных названий ингредиентов и способов приготовления клеев и консервантов из легкодоступных материалов. Помимо снятия шкур и сохранения, книга также охватывает вопросы наблюдения, ведения записей, привлечения местных жителей к отлову птиц и сбору яиц, а также осторожность при получении другой информации, помимо аккуратной маркировки.

Теософия

Интерес Хьюма к теософии проявился примерно в 1879 году. Газета 1880 года сообщает о посвящении его дочери и жены в это движение. Хьюм не питал большого уважения к институциональному христианству, но верил в бессмертие души и в идею Высшего Начала. Он также частным образом издал несколько теософских памфлетов под названием «Намеки на эзотерическую теософию». Поздние выпуски «Фрагментов», в ответ на тот же вопрос, были написаны А. П. Синнеттом и подписаны им по уполномочению Махатмы К. Х., светского челы. Хьюм также писал под псевдонимом «Алетия». Мадам Блаватская регулярно посещала замок Хьюма в Ротни, близ Симлы, и отчет об этом визите можно найти в книге Эдварда Джона Бака «Симла, прошлое и настоящее» (чей отец, сэр Эдвард Чарльз Бак, сменил Хьюма на посту секретаря Департамента доходов и сельского хозяйства). Длинная история о Хьюме и его жене появилась в книге А. П. Синнетта «Оккультный мир», а краткое изложение было опубликовано в одной из местных индийских газет. В ней рассказывается о том, как на званом ужине мадам Блаватская спросила миссис Хьюм, не желает ли она чего-нибудь. Та ответила, что ей бы хотелось вернуть брошь, которую ей подарила мать, и которая некоторое время назад пропала. Блаватская сказала, что попытается вернуть ее оккультным путем. Через некоторое время, позже вечером, брошь была найдена в саду, куда гостей направила Блаватская. По словам Джона Мэрдока (1894), миссис Хьюм подарила брошь своей дочери, которая, в свою очередь, подарила ее молодому человеку, которым восхищалась. Блаватская случайно встретила этого молодого человека в Бомбее и выкупила брошь за деньги. Предположительно, Блаватская спрятала ее в саду, прежде чем указать людям на место, используя то, что она называла оккультными техниками. После этого инцидента Хьюм и сам выразил серьезные сомнения в силах, приписываемых мадам Блаватской. Впоследствии он созвал встречу с некоторыми индийскими членами Теософского общества и предложил им объединиться с ним, чтобы добиться отставки Блаватской и шестнадцати других членов за их роль в мошенничестве. Однако присутствующие не согласились с идеей добиваться отставки основательницы. Хьюм также пытался написать книгу о философских основах теософии. Его черновики вызвали резкое неодобрение многих ключевых теософов. Один из них («К. Х.» = Кут Хуми) написал: blockquote Я опасаюсь публикации нашей философии в изложении г-на Х. Я прочитал его три эссе или главы о Боге (?) космогонии и проблесках происхождения вещей в целом и вынужден был вычеркнуть почти все. Он делает из нас агностиков! Мы не верим в Бога, потому что у нас пока нет доказательств и т. д. Это нелепо: если он опубликует то, что я прочитал, я заставлю Г. П. Б. или Джуал Кхула опровергнуть все это, поскольку я не могу допустить, чтобы наша священная философия была так искажена. | «К. Х.» (с. 304) Интерес Хьюма к теософии свел его с многими независимыми индийскими мыслителями, такими как Гопал Кришна Гокхале, придерживавшимися также националистических взглядов, что привело к идее создания Индийского национального конгресса. Погружение Хьюма в теософское движение привело к тому, что он стал вегетарианцем и отказался от охоты на птиц ради коллекционирования образцов. Хьюм интересовался дикорастущими растениями, особенно инвазивными видами, хотя его ботанические публикации были немногочисленны – всего три короткие заметки между 1901 и 1902 годами, в том числе одна о разновидности Scirpus maritimus и другая о цветении Impatiens roylei. В 1901 году Хьюм обратился к У. Г. Гриффину с просьбой помочь в создании гербария ботанических образцов. Хьюм художественно располагал растения на листах гербария перед их прессованием. Они совершили множество ботанических поездок, в том числе в Даун, графство Кент, в поисках редких орхидей, собранных Дарвином. В 1910 году Хьюм приобрел помещение по адресу 323 Норвуд-роуд и переоборудовал его под гербарий и библиотеку. Он назвал это учреждение Южно-Лондонским ботаническим институтом (SLBI) с целью «продвижения, поощрения и содействия изучению ботаники среди жителей Южного Лондона». Одной из целей института было содействие ботанике как средству умственного развития и отдыха, идея, которой не разделял Генри Гроувс, один из попечителей института. Хьюм возражал против рекламы и отказался от проведения торжественной церемонии открытия института. Первым куратором был У. Г. Гриффин, а Хьюм выделил институту 10 000 фунтов стерлингов. Фредерик Таунсенд, F. L. S., выдающийся ботаник, умерший в 1905 году, оставил указание, что его гербарий и коллекция должны быть переданы институту, который тогда только планировался. Хьюм завещал 15 000 фунтов стерлингов на содержание ботанического института. В годы, предшествовавшие созданию института, Хьюм установил связи со многими ведущими ботаниками своего времени. Он работал с Ф. Х. Дэйви и во «Флоре Корнуолла» (1909) Дэйви благодарит Хьюма за его компанию во время экскурсий в Корнуолле и Девоне, а также за помощь в составлении «Флоры», публикация которой финансировалась Хьюмом. С тех пор SLBI вырос и располагает гербарием, насчитывающим около 100 000 образцов, в основном цветковых растений из Европы, в том числе многие, собранные Хьюмом. Коллекция была впоследствии пополнена за счет других гербариев и содержит значительные коллекции видов Rubus (ежевики) и флоры Шетландских островов.