Синагога Раввина Иуды Хасида в Иерусалиме: История восстановления

Введение

Синагога в Старом городе Иерусалима.

Иуда и Хасиды и последствия: 1700-е годы

Зимой 1700 года из Польши прибыла группа из около 500 ашкеназов во главе с Иудой Хасидом. Спустя несколько дней после прибытия в город, Иуда Хасид скончался, и без лидера их мессианские надежды рассеялись, и община начала распадаться. В конце 1720 года, когда долги оставались непогашенными, арабские кредиторы потеряли терпение и подожгли синагогу вместе со всем ее содержимым. Лидеры общины были заключены в тюрьму, а вскоре после этого не только эта группа, но и все остальные ашкеназы были изгнаны из города – запрет, который сохранялся до истечения срока давности по займам синагоги, примерно через столетие. Со временем во дворе были построены лавки, а синагога осталась заброшенной, в груде развалин. В результате она стала известна как «Руины раввина Иуды Хасида». Тем не менее, в конце 1815 года в Иерусалим с группой последователей прибыл лидер сафедских перушимов, раввин Менахем Мендель из Шклова. Они сосредоточили свои усилия на восстановлении синагоги Хасида, которая символизировала изгнание ашкеназов из Иерусалима. Таким образом, они намеревались продемонстрировать восстановление ашкеназского присутствия в городе. Восстановление одной из иерусалимских руин также имело символическое каббалистическое значение. «Восстановление» прежнего разрушения представляло собой первый шаг к восстановлению всего города, необходимое условие для прихода Мессии. Группа приобрела юридический документ, определяющий всю территорию, приобретенную Хасидом в 1700 году. Эта территория теперь включала в себя ветхие дома и лавки, построенные наследниками кредиторов на части участка. Затем им потребовалось получить еще один фирман, разрешающий строительство на этом месте, включая возведение большой синагоги. Две последовательные миссии в 1820 и 1821 годах с целью получения фирмана от султанского двора не увенчались успехом. В 1825 году, столкнувшись с трудностями, Шапира вновь отправился в Европу. Он надеялся получить необходимый фирман, который бы прочно закрепил двор за перушимами, а также собрать средства для покрытия расходов, понесенных при попытке выкупить двор. Однако его миссия оказалась безуспешной, как и более поздняя миссия, предпринятая Зорефом в 1829 году. 23 июня 1836 года, после поездки в Египет, Зореф, при поддержке австрийского и русского консулов в Александрии, получил долгожданный фирман. Ему удалось заручиться поддержкой австрийского консула и Мухаммеда Али, упомянув имя барона Соломона Майера фон Ротшильда из Вены. Мухаммед Али надеялся, что, дав разрешение на восстановление Руин, Ротшильд будет склонен установить с ним финансовые и политические связи, что, в свою очередь, обеспечит политическую поддержку Австрии и Франции. Однако участие Ротшильда было обманом. Как только Зореф получил фирман, он связался с Цви Хиршем Лехреном из организации клерков в Амстердаме, попросив направить средства, которые его брат обещал на строительство синагог в Палестине, на восстановление Руин. Но у Лехрена возникли сомнения относительно того, что именно разрешает фирман. Явного разрешения на строительство большой синагоги не было. (Письмо лидеров амстердамской общины Моше Монтефиоре в 1849 году подтверждает, что разрешение на синагогу в Ашкеназском комплексе не было санкционировано; им было разрешено только строить жилые дома на этой территории.)

In the winter of 1700, a group of around 500 Ashkenazim led by Judah HeHasid arrived from Poland. A few days after their arrival in the city, heHasid died, and without a leader, their messianic hopes dissipated and the community began to disintegrate. In late 1720, with the debts still outstanding, the Arab lenders lost patience and set the synagogue and its contents alight. The leaders of the community were imprisoned and shortly after, not only this group but all other Ashkenazim were banished from the city, an interdiction which remained until statute of limitations on the synagogue loans expired roughly a century later. Over the course of time, shops were built in the courtyard and the synagogue was left desolate, in a pile of rubble. It thus became known as the "Ruin of Rabbi Judah heHasid". Nevertheless, in late 1815, leader of the Safed Perushim, Rabbi Menachem Mendel of Shklov, arrived in Jerusalem with a group of followers. They directed their main efforts to rebuilding he Hasid's synagogue, which had symbolised the expulsion of the Ashkenazim from Jerusalem. By this, they intended to demonstrate the re establishment of Ashkenazic presence in the city. Rebuilding one of Jerusalem's ruins would also have symbolic kabbalistic significance. The "repairing" of an earlier destruction would represent the first step of rebuilding the entire city, a prerequisite for the arrival of the Messiah. The group acquired a legal document delineating the entire site acquired by he Hasid in 1700. The area now included dilapidated dwellings and shops built by the creditors' heirs on part of the site. Next, they had to secure another firman that would permit construction at the site, including the building of a large synagogue. Two successive missions in 1820 and 1821 to obtain the firman from the sultan's court failed. In 1825, following the disruption the group were experiencing, Shapira travelled to Europe once again. He hoped to secure the necessary firman, which would place the courtyard firmly in the Perushim's possession, and also to raise funds to cover the costs incurred trying to redeem the courtyard. His mission, however, was unsuccessful, as was a later mission attempted in 1829 by Zoref. On June 23, 1836, after traveling to Egypt, Zoref, together with the backing of the Austrian and Russian consuls in Alexandria, obtained the long awaited firman. It seems he was successful in gaining support of the Austrian consul and Muhammad Ali by invoking the name of Baron Salomon Mayer von Rothschild of Vienna. Muhammad Ali was hopeful that by giving his permission to rebuild the Ruin, Rothschild would be inclined to forge financial and political ties with him, which would in turn secure political support of Austria and France. In fact, Rothschild's involvement was a ruse. As soon as Zoref received the firman, he contacted Zvi Hirsch Lehren of the Clerks' Organisation in Amsterdam, requesting that funds his brother had pledged towards the building of synagogues in Palestine be applied to the Ruin. But Lehren had doubts as to what exactly the firman permitted. Explicit authorisation for construction of a large synagogue was absent. (A letter from the leaders of the Amsterdam community to Moses Montefiore in 1849 confirms that permission for a synagogue in the Ashkenasic Compound had not been sanctioned; they had only been allowed to build dwellings in the area.)

Синагога Сиона Менахема

Несмотря на сомнения, высказанные относительно строительства синагоги, перушимы, уверенно располагая двусмысленным ферманом, начали расчищать завалы во дворе Руин в сентябре 1836 года. По мере того, как обнажались фундаменты первоначальной синагоги хасидов, они обнаружили несколько старых документов 1579 года, подписанных Израилем бен Моисеем Наджарой. После долгих дебатов они решили не восстанавливать Руины, а первоначально возвести небольшое сооружение на краю ашкеназского комплекса, утверждая, что турецкий срок исковой давности аннулировал долги последователей Иуды Хасида. Однако к январю 1837 года перушимы освятили скромную синагогу «Менахем Цион» в северо-западном углу двора. Сам участок земли, на котором 130 лет назад стояла синагога хасидов, однако, оставался в руинах.

Восстановление Хасидской руины: 18571864

В начале 1850-х годов перушим почувствовали себя готовыми предпринять попытку построить более крупную синагогу на первоначальном месте, где находилась синагога хасидов. Итогом Крымской войны стала готовность британского правительства использовать возросшее влияние в Константинополе для вмешательства в дела своих еврейских подданных, проживавших в Иерусалиме. 13 июля 1854 года Джеймс Финн из британского консульства в Иерусалиме написал британскому послу в Константинополе, описывая стремление 2000 членов ашкеназской общины построить новую синагогу. Он отметил, что средства на строительство были собраны Моисеем Монтефиоре двенадцать лет назад. Он также приложил ферман, датированный 150-летним сроком давности, который разрешал ашкеназским евреям восстановить разрушенную синагогу. Поскольку право собственности на участок земли принадлежало семье Амзалаг, являвшейся британскими подданными, они назначили раввина Хиршелла, уроженца Лондона и сына главного раввина Великобритании Соломона Хиршелла, для ведения переговоров о передаче. Британское консульство согласилось санкционировать сделку, чтобы избежать возможного вмешательства турок. Суть вопроса заключалась в том, рассматривается ли строительство синагоги на этом месте как ремонт старого дома немусульманского культа или как создание новой синагоги. Для последнего требовалась бы специальная лицензия от турецких властей. В июле 1855 года, находясь в Константинополе, Монтефиоре получил ферман, который он лично передал во время своего четвертого визита в Иерусалим в 1857 году. 22 апреля 1856 года в присутствии главного раввина Иерусалима Шмуэля Саланта был заложен краеугольный камень. 7 мая 1856 года консул Финн осмотрел место после получения жалоб от мусульман, которые подозревали открытие окон в сторону мечети. Хотя первоначально они располагали единовременной суммой, которая, как они надеялись, покроет расходы на запланированное здание, расходы возросли. Строительные работы шли медленно из-за нехватки средств, и обнищавшая община вскоре вынуждена была организовывать сборы по всей диаспоре. Один из известных эмиссаров, Яаков Сафир, отправился в Египет в 1857 году и вернулся в 1863 году, посетив Йемен, Аден, Индию, Яву, Австралию, Новую Зеландию и Цейлон. Самый крупный единовременный взнос поступил от Иезекииля Рубена, богатого сефардского еврея из Багдада, который пожертвовал 100 000 из миллиона необходимых пиастров. Позднее его сыновья, Менаше и Сассон, дополнили его пожертвование. Совокупные пожертвования семьи Рубен в конечном итоге покрыли более половины стоимости строительства. Это стало важным шагом на пути к единству сефардской и ашкеназской общин города. Другим жертвователем был Фридрих Вильгельм IV Прусский, чье имя было высечено над входом вместе с именами других благотворителей. Он также разрешил собирать средства у своих еврейских подданных. По всей Западной Европе эмиссары искали пожертвования под лозунгом: "Заслужи вечную жизнь одним камнем". Через два года, в 1864 году, новая синагога была освящена. Присутствовал барон Альфонс Джеймс де Ротшильд, которому восемь лет назад была оказана честь заложить первый камень. В знак благодарности британскому правительству за его участие, британский консул Джеймс Финн был приглашен на церемонию освящения, которая включала в себя благодарственную службу. Он описал "прекрасные песнопения и гимны на иврите", последующие угощения и исполнение русской и австрийской музыки. Построенная в стиле византийского возрождения, она опиралась на четыре массивных пилястры по углам, над которыми возвышался большой купол. Строительство завершено было только для одной из этих башен. Остальные три не имели верхнего уровня и небольшого купола, который его завершал. Фрески с религиозными мотивами, такими как звезда Давида, менора, гора Синай и Десять заповедей, украшали каждую стену. В четырех углах были изображены четыре животных в соответствии с высказыванием в Пиркей Авот: "Будь сильным, как леопард, и быстрым, как орел, стремительным, как олень, и храбрым, как лев, чтобы исполнять волю Отца твоего Небесного". Ее описывали как "славу Старого города" и "самое впечатляющее сооружение во всей Палестине". В ней также размещалась часть ешивы Эц-Хаим, крупнейшей ешивы в Иерусалиме. Она была центром еврейской духовной жизни в городе и местом инсталляции ашкеназских главных раввинов Палестины и Иерусалима. 3 февраля 1901 года в синагоге состоялась мемориальная служба в память королевы Виктории в знак благодарности за защиту, которую Великобритания оказывала евреям Иерусалима. Службой руководил ашкеназский главный раввин Шмуэль Салант. Согласно отчету в The Jewish Chronicle, большое здание было "заполнено до предела, и полицейским пришлось силой сдерживать толпу, которая безуспешно пыталась попасть внутрь". Около 1919 года Бенджамин Ли Гордон писал, что "синагога представляла собой очень приятное и достойное зрелище. Она была хорошо освещена художественными лампами, подаренными неким господином Лихтенштейном из Филадельфии". В 1921 году Авраам Ицхак Кук был назначен первым главным раввином Палестины в этой синагоге. Синагога также принимала Герберта Сэмюэля, первого виконта Сэмюэля, которому была оказана честь прочитать часть Торы.

In the early 1850s, the Perushim felt ready to attempt the building a larger synagogue on he Hasid's original site. An outcome of the Crimean War was the British government's willingness to use its increased influence at Constantinople to intervene on behalf of its Jewish subjects who resided in Jerusalem. On July 13, 1854, James Finn of the British consulate in Jerusalem wrote to the British ambassador in Constantinople describing the wishes of the 2,000 strong Ashkenazic community to build a new synagogue. He noted that funds for construction had been collected by Moses Montefiore twelve years earlier. He also enclosed a 150 year old firman, which authorised the Ashkenazic Jews to rebuild their ruined synagogue. As the title to the plot of land was held by the Amzalag family, who were British subjects, they designated London born Rabbi Hirschell, son of Chief Rabbi of Great Britain Solomon Hirschell, to negotiate the transfer. The British consulate agreed to lend its sanction to the contract in order to avoid possible intrusion by the Turks. At issue was the question of whether the building of a synagogue at the site constituted the repair of an old house of non Muslim worship or the establishment of a new synagogue. The Turks would have to grant a special license for the latter. In July 1855, while in Constantinople, Montefiore was handed the firman, which he hand delivered during his fourth visit to Jerusalem in 1857. On April 22, 1856, the cornerstone was laid in the presence of Chief Rabbi of Jerusalem, Shmuel Salant. On May 7, 1856 Consul Finn inspected the site after receiving complaints from Muslims who suspected the opening of windows towards a mosque. Although originally in possession of a lump sum they hoped would pay for the planned edifice, expenses increased. Construction work progressed slowly for lack of funds and the impoverished community soon found themselves having to arrange collections throughout the diaspora. One notable emissary, Jacob Saphir, set off for Egypt in 1857 and returned in 1863 having visited Yemen, Aden, India, Java, Australia, New Zealand and Ceylon. The largest single gift came from Ezekiel Reuben, a wealthy Sephardi Jew from Baghdad, who gave 100,000 of the million piasters needed. His sons, Menashe and Sasson, later supplemented his donation. The combined donations from the Reuben family eventually covered more than half the cost. It marked an important step in the unity of the Sephardic and Ashkenazic communities of the city. Another contributor was Frederick William IV of Prussia, whose name was inscribed above the entrance together with those of other benefactors. He also gave permission for funds to be collected from his Jewish subjects. Throughout Western Europe, emissaries sought donations with the slogan "Merit Eternal Life with one stone". Two years later in 1864, the new synagogue was dedicated. Present was Baron Alphonse James de Rothschild, who 8 years earlier had been given the honour of laying the first stone. As a token of gratitude to the British government for their involvement, the British Consul James Finn, was invited to the dedication ceremony, which included a thanksgiving service. He described the "beautiful chants and anthems in Hebrew", the subsequent refreshments provided and the playing of Russian and Austrian music. Built in Byzantine Revival style, it was supported by four massive pilasters at each corner over which soared a large dome. The construction of only one of these towers was completed. The other three were missing the upper level and the small dome that capped it. Frescoes with religious motifs, such as stars of David, the menorah, Mount Sinai and the Ten Commandments, adorned every wall. In the four corners were drawings of four animals in accordance with the statement in Pirkei Avot: "Be strong as the leopard and swift as the eagle, fleet as the deer and brave as the lion to do the will of your Father in Heaven." It was described as "the glory of the Old City" and the "most striking edifice in all of Palestine". It also housed part of the Etz Chaim Yeshiva, the largest yeshiva in Jerusalem. It was a focal point of Jewish spiritual life in the city and was the site of the installation of the Ashkenazic chief rabbis of both Palestine and Jerusalem. On February 3, 1901 a memorial service for Queen Victoria took place inside the synagogue in gratitude for the protection afforded to the Jews of Jerusalem by Britain. The service was presided over by the Ashkenazic Chief Rabbi, Shmuel Salant. According to a report in The Jewish Chronicle, the large building was "filled to its utmost capacity and policemen had to keep off the crowds, who vainly sought admission, by force". In around 1919, Benjamin Lee Gordon wrote that the "synagogue presented a very pleasant and dignified appearance. It was well illuminated with artistic lamps presented by a certain Mr. Lichtenstein, of Philadelphia". In 1921 Abraham Isaac Kook was appointed first Chief Rabbi of Palestine at the synagogue. The synagogue also hosted Herbert Samuel, 1st Viscount Samuel, who was honoured with reciting a portion of the Torah.

Разрушение во время арабо-израильской войны 1948 года

25 мая 1948 года, во время битвы за Старый город, командующий Иорданским арабским легионом, майор Абдулла эль Телл, написал Отто Лехнеру из Международного движения Красного Креста и Красного Полумесяца, чтобы предупредить, что если Хагана не оставит свои позиции в синагоге и прилегающем дворе, он будет вынужден атаковать. Моше Руснак, командующий Хаганой в Старом городе, проигнорировал его требование, понимая, что падение Хуравы повлечет за собой скорую потерю еврейского квартала. 27 мая, не получив ответа на свое предложение, эль Телл приказал своим солдатам: "Захватить синагогу Хурва к полудню". Фаузи эль Кутуб выполнил приказ, установив 200-литровую бочку, наполненную взрывчаткой, у стены синагоги. Взрыв образовал огромную брешь, и бойцы Хаганы в течение сорока пяти минут безуспешно пытались помешать легионерам войти внутрь. Когда те, наконец, прорвались, они попытались подняться на купол, чтобы водрузить арабский флаг. Трое были застрелены снайперами, но четвертому это удалось. Арабский флаг над горизонтом Старого города ознаменовал триумф Легиона. Фотографии свидетельствуют о серьезных повреждениях купола синагоги в ходе боев. После захвата синагоги арабский легион взорвал ее остатки. На следующий день еврейские защитники Старого города капитулировали.

После 1967 года: планируется новый дизайн

После Шестидневной войны обсуждались планы и заказывались проекты для строительства новой синагоги на этом месте, в рамках общей реконструкции еврейского квартала. Многие религиозные и политические деятели поддержали предложение восстановить исходную синагогу "на том же месте, в том же виде", в соответствии с традиционным религиозным характером района. Однако компания по развитию еврейского квартала, ответственная за восстановление еврейского квартала, категорически возражала против этого. В период с 1968 по 1973 год Кан представил три плана реконструкции. Руины были включены в мемориальный сад, рядом с которым планировалось возвести новое здание и променад, "Путь пророков", ведущий к Западной стене. Кан предложил концепцию "здания в здании", монументальные "пилоны из иерусалимского камня по обеим сторонам, окружающие четыре огромных центральных столба из железобетона, так что пилоны выполняли бы функцию оболочки, а столбы – содержание". В духе традиции Beaux-Arts, архитектурные элементы были задуманы как полые, создавая тем самым ниши внутри обеих конструкций. Внешняя структура состояла из 16 опор, облицованных золотистым иерусалимским камнем, вырезанным в блоки тех же пропорций и с той же фактурой, что и камни Западной стены. В основании четырех углов двухэтажного, высокого здания, очерченного опорами, предусматривались небольшие ниши для медитации или индивидуальной молитвы. Эти ниши могли использоваться для ежедневных богослужений, а также вмещать большие толпы в субботу или во время праздников. Израильско-канадский архитектор Моше Сафди, базировавшийся в Бостоне, который много строил в Иерусалиме и учился у Кана в Филадельфии, также выступал за восстановление с использованием современного дизайна: "Нелепо восстанавливать Хуру, будто ничего не случилось. Если мы хотим его восстановить, давайте проявим смелость и доверим это великому архитектору". Коллек также опасался, какое влияние может оказать столь монументальное сооружение на Старый город. Модель Кана была выставлена в Израильском музее, но его план был отложен после его смерти в 1974 году.

Following the Six Day War, plans were mooted and designs sought for a new synagogue to be built at the site, part of the overall rehabilitation of the Jewish Quarter. Many religious and political figures supported the proposal to rebuild the original synagogue "where it was, as it was" in line with the traditional religious character of the area. However, the Jewish Quarter Development Company, in charge of the restoration of the Jewish Quarter, strongly opposed it. Between 1968 and 1973, Kahn presented three plans for the reconstruction. The ruins were incorporated in a memorial garden, with a new structure on an adjacent lot and a promenade, the "Route of the Prophets", leading to the Western Wall. Kahn proposed a structure within a structure, monumental "pylons of Jerusalem stone on each side enclosing four huge central pillars of reinforced concrete, so that the pylons function[ed] as a container and the pillars as its content". Following the Beaux Arts tradition, the elements of architecture were conceived as hollow, thus creating pocketing spaces within both structures. The outer structure was composed of 16 piers covered in golden Jerusalem stone cut in blocks of the same proportions and same course finish as those of the Western Wall. In the bases of the four corners of the two story, high structure delineated by the piers, there would be small alcoves for meditation or individual prayer. Such alcoves would be used for daily prayer services, allowing larger crowds on Sabbath or festivals. Boston based Israeli Canadian architect Moshe Safdie, who had built extensively in Jerusalem and trained with Kahn in Philadelphia, was also in favour of rebuilding using contemporary design: "It's absurd to reconstruct the Hurva as if nothing had happened. If we have the desire to rebuild it, let's have the courage to have a great architect do it." Kollek was also concerned with the impact such a monumental temple may have in the Old City. Kahn's model was displayed in the Israel Museum, but his plan was shelved when he died in 1974.

Памятная арка и последующие предложения

Поскольку не удалось договориться о постоянном решении, было найдено временное, символическое решение. В 1977 году была воссоздана одна из четырех каменных арок, которые первоначально поддерживали монументальный купол синагоги. В связи с продолжавшимися спорами относительно современного фасада планируемого нового здания, который, по мнению некоторых, не гармонировал с эстетикой еврейского квартала, англичанин по имени Чарльз Клор проявил инициативу и выделил средства на разработку новых проектов. Однако к 1996 году эта, изначально задуманная как временная, арка Хурвы существовала уже почти тридцать лет и фактически стала постоянной. Этот факт был публично отмечен и получил следующее толкование:

Это указывало на то, что единственная восстановленная арка Хурвы больше не могла рассматриваться как адекватное выражение намерения восстановить утраченную синагогу или как удовлетворительный официальный ответ на её намеренное разрушение в 1948 году.

Реконструкция (20052010)

План восстановления синагоги в оригинальном стиле XIX века получил одобрение правительства Израиля в 2000 году. Заказ на выполнение работ был отдан иерусалимскому архитектору Нахуму Мельцеру, который предложил восстановить синагогу в ее первоначальном османском облике. Мельцер заявил, что "из уважения к исторической памяти еврейского народа и к сложившейся застройке Старого города, нам надлежит вернуть утраченную славу и восстановить синагогу Хурва в том виде, в котором она была". В 2002 году Израильский монетный двор выпустил серию медалей с изображением синагоги в ознаменование начала проекта реконструкции. После проведения всесторонних исторических исследований работы по реконструкции начались в 2005 году, а 15 февраля 2007 года Симха Хакоэн Кук из Реховота был назначен ее раввином, что было одобрено ведущими раввинами, включая Йосефа Шалома Элиашива. 15 апреля 2008 года праздничным мероприятием было отмечено завершение установки завершающего камня в куполе синагоги.

Переосвящение и ответ

Реконструированная Хурава была официально открыта 15 марта 2010 года в присутствии израильских политиков и главных раввинов. Накануне сотни людей сопроводили новый свиток Торы в синагогу. Несколько палестинских лидеров заявили, что повторное освящение стало сигналом о намерении Израиля разрушить мусульманские святыни на Храмовой горе и заменить их Третьим Храмом. Представитель ФАТХ Хатем Абд эль Хадер назвал реконструкцию Хурвы "провокацией", предупредил Израиль, что он "играет с огнем", и призвал палестинцев "стекаться к Аль-Акса, чтобы спасти его". Халед Машаль из ХАМАСа назвал открытие синагоги "объявлением войны" и "фальсификацией истории и религиозных и исторических памятников Иерусалима". Опасаясь беспорядков со стороны арабских протестующих, перед церемонией освящения было развернуто более 3000 полицейских. Правительство Иордании также осудило этот шаг, заявив, что оно "категорически отвергает повторное освящение синагоги Хурва и все другие односторонние израильские меры в оккупированном Восточном Иерусалиме, поскольку они противоречат международной законности". Министерство иностранных дел Ирана призвал международное сообщество отреагировать на открытие, назвав его "катастрофой, вызвавшей возмущение в исламском мире". Израильские официальные лица возразили, что арабские опасения по поводу захвата Храмовой горы основаны на слухах, а премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху призвал к сосуществованию. Государственный департамент США раскритиковал палестинцев за разжигание напряженности во время повторного освящения исторической синагоги. На следующий день арабы столкнулись с израильской полицией в Восточном Иерусалиме после того, как палестинские группировки призвали к "дню гнева" в связи с повторным открытием. В сентябре 2010 года ХАМАС опубликовал пропагандистское видео, на котором различные израильские достопримечательности, включая синагогу Хурва, были показаны объятыми пламенем после ракетного обстрела. Эти изображения были созданы с помощью специальных эффектов, поскольку подобных атак не происходило.

Культурные изображения

Синагога Хурва, как символ Иерусалима и его еврейского наследия, на протяжении многих лет изображалась на многочисленных картинах и упоминалась в литературе и культуре. Синагога была изображена, например, в работах художников Йосефа Гайгера, Джонатана Киса Лева и в произведениях художника Мотке Блума, пережившего Холокост. На протяжении десятилетий арка синагоги служила символом еврейского квартала в работах художников, изображающих старый город. Компьютерная графическая реконструкция незавершенного проекта Луи Кана была выполнена Кентом Ларсоном (MIT, начало 1990-х годов) и впоследствии доработана в плане анимации Франческо Сербеллой и Федерико Капони (Флорентийский университет, ноябрь 2013 года).

Газеты, журналы и СМИ

Акерман, Луис Мариано. "La Sinagoga Hurva en el proyecto de Louis Kahn" (1996), "Идеи в архитектуре", под ред. Альфонсо Корона Мартинес, т. 1, № 1, Буэнос-Айрес: Fundación Universidad de Begrano, март 1997, с. 6–9, ил. Балинт, Бенджамин. "В Святой земле: восстановление для поколений", The Wall Street Journal, 10 марта 2010 года. Просмотрено 21 мая 2014 года. Грин, Дэвид. "Восстание из руин?", The Jerusalem Report, 12 декабря 1996, с. 40–41. Грин, Дэвид. "Из руин: попытка выдающегося архитектора восстановить священное место", The Boston Globe, 29 февраля 2004 года. Просмотрено 25 июля 2007 года. Хассон, Нир. "Если Вильненский Гаон был прав, Третий Храм не за горами", Haaretz, 30 ноября 2009 года. Просмотрено 10 марта 2010 года. "Хурва возвращается к жизни", Chadrei Charedim, 20 февраля 2007 года. Просмотрено 11 марта 2010 года. Кемпински, Йони. "Первое посещение восстановленной синагоги Хурва", Arutz Sheva, 3 августа 2010 года. Просмотрено 21 мая 2014 года. Лефковиц, Этгар. Jerusalem Post, 28 марта 2008 года. Просмотрено 25 октября 2008 года. Лис, Джонатан. "Разрушенной синагоге предстоит новая арка", Haaretz, 15 апреля 2008 года. Просмотрено 25 октября 2008 года. Риглер, Сара Йохевед. "Снова разрушают синагоги", Aish.com, 13 сентября 2005 года. Просмотрено 2 ноября 2008 года. Розенфельд, Гавриил. "Новая руина: последнее воплощение синагоги Хурва", The Forward, 9 ноября 2007, с. B1. Просмотрено 21 мая 2014 года. Россофф, Довид. "Синагога Хурва", Jewish Magazine, декабрь 1997 года. Просмотрено 25 октября 2008 года. Шрагай, Надав. "Из руин", Haaretz, 20 декабря 2005 года. Просмотрено 8 января 2007 года. Шрагай, Надав. "Обнаружена византийская арка на месте отреставрированной иерусалимской синагоги", Haaretz, 28 ноября 2006 года. Просмотрено 25 июля 2007 года. Шрагай, Надав. "Первая официальная жертва террора", Haaretz, 5 мая 2008 года. Просмотрено 11 августа 2008 года.