Регулирование финансирования избирательных кампаний в США: исторический обзор.

Финансирование выборов в США: законы, ограничения пожертвований, роль корпораций и профсоюзов. Обзор BCRA (McCain Feingold) и судебных решений.

25 мин чтения

100%

Источник: Campaign finance reform in the United States — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Попытки США регулировать сбор средств для демократических избирательных кампаний

Законы о финансировании избирательных кампаний в Соединенных Штатах являются предметом острых политических дебатов с первых дней существования страны. Последним крупным федеральным законом, повлиявшим на финансирование кампаний, был Закон о двухпартийной реформе избирательных кампаний (BCRA) 2002 года, также известный как "Маккейн — Фейнгольд". Ключевые положения закона запрещали нерегулируемые взносы (обычно называемые "мягкими деньгами") национальным политическим партиям и ограничивали использование корпоративных и профсоюзных средств для финансирования рекламы, посвященной политическим вопросам, в течение 60 дней до всеобщих выборов или 30 дней до праймериз. Однако положения BCRA, ограничивающие корпоративные и профсоюзные расходы на политическую рекламу, были отменены Верховным судом в деле *Федеральная избирательная комиссия против Висконсинского общества защиты права на жизнь*. Взносы, пожертвования или платежи политикам или политическим партиям, включая избирательные комитеты, фонды для рассылки информационных бюллетеней, рекламу в программках конференций, посещение обедов или мероприятий, приносящих пользу политической партии или кандидату, а также политическим акционным комитетам (PAC), не подлежат вычету из налогооблагаемой базы.

Первые попытки

Чтобы получить голоса недавно получивших избирательные права, не владеющих имуществом избирателей, Эндрю Джексон начал свою предвыборную кампанию на выборах 1828 года через сеть партийных газет по всей стране. После избрания Джексон учредил систему политического патронажа, вознаграждавшую функционеров политических партий, что оказало глубокое влияние на последующие выборы. В конечном итоге от назначенных лиц ожидалось, что они будут возвращать часть своей заработной платы политической партии. В эпоху Джексона корпорации предприняли первые попытки повлиять на политиков. Джексон утверждал, что его борьба против Второго банка Соединенных Штатов была одной из величайших битв между демократией и властью денег. Ходили слухи, что Банк Соединенных Штатов потратил более 40 000 долларов с 1830 по 1832 год, пытаясь помешать переизбранию Джексона, однако председатель банка Биддл потратил лишь «десятки тысяч долларов на распространение информации, благоприятной для банка». Эти расходы можно рассматривать как направленные «против» Джексона из-за противоречивых идеалов банка и антибанковской платформы Джексона. После Гражданской войны партии все больше полагались на поддержку богатых людей, включая Джея Кука, Вандербильтов и Асторов. В отсутствие системы государственной службы партии также продолжали в значительной степени зависеть от финансовой поддержки государственных служащих, включая отчисления части их федеральной заработной платы. Первый федеральный закон о финансировании избирательных кампаний, принятый в 1867 году, представлял собой законопроект о военно-морских ассигнованиях, который запрещал офицерам и государственным служащим собирать взносы с рабочих военно-морских верфей. Позже, Закон о реформе государственной службы Пендлтона 1883 года учредил государственную службу и распространил защиту Закона о военно-морских ассигнованиях на всех федеральных государственных служащих. Однако потеря этого основного источника финансирования усилила давление на партии с целью привлечения средств от корпораций и частных лиц. В кампании 1872 года группа богатых нью-йоркских демократов пообещала по 10 000 долларов каждый для покрытия расходов на продвижение выборов. На стороне республиканцев один сторонник Улисса Гранта внес четверть от общего объема финансирования. Один историк сказал, что никогда прежде кандидат не был в такой большой степени обязан богатству. В эту эпоху покупка голосов и принуждение избирателей были обычным явлением. После введения более стандартизированных бюллетеней эти практики продолжались, используя такие методы, как требование от избирателей использовать копировальную бумагу для публичной регистрации своего голоса в обмен на оплату. Бойс Пенроуз освоил корпоративное финансирование после принятия Закона Пендлтона с помощью вымогательства, например, посредством «законопроектов о сдавливании» (законодательства, угрожающего налогообложить или регулировать бизнес, если средства не будут внесены). Во время своей успешной кампании 1896 года в Сенат США он собрал четверть миллиона долларов в течение 48 часов. Он якобы сказал своим сторонникам, что они должны отправить его в Конгресс, чтобы они могли заработать еще больше денег. В 1896 году Марк Ханна, богатый промышленник из Огайо, судоходный магнат и политический деятель, стал председателем Национального комитета Республиканской партии. Ханна непосредственно внес 100 000 долларов в кампанию по выдвижению кандидата Уильяма Маккинли, но признал, что для финансирования кампании по всеобщим выборам потребуется больше. Ханна систематизировал сбор средств от делового сообщества. Он оценивал банки в размере 0,25% от их капитала, а корпорации оценивались в зависимости от их прибыльности и предполагаемой заинтересованности в процветании страны. Кампания Маккинли стала прототипом современной коммерческой рекламной кампании, помещая изображение будущего президента на кнопки, рекламные щиты, плакаты и т. д. Сторонники бизнеса, решившие победить демократического популиста Уильяма Дженнингса Брайана, были более чем рады внести свой вклад, и Ханна фактически возвращал или отклонял то, что он считал «чрезмерными» взносами, превышающими оценку бизнеса. В XX веке сторонники прогрессизма, вместе с журналистами и политическими сатириками, убеждали общественность в том, что политика покупки голосов и чрезмерное влияние корпораций и денег игнорируют интересы миллионов налогоплательщиков. Они выступали за строгие антимонопольные законы, ограничивающие корпоративное лоббирование и взносы в избирательные кампании, а также за большее участие и контроль граждан, включая стандартизированные тайные бюллетени, строгую регистрацию избирателей и избирательное право для женщин. В свой первый срок, президент Теодор Рузвельт, после убийства президента Маккинли в 1901 году, начал преследовать тресты и бороться с влиянием корпораций, но, опасаясь поражения, обратился за поддержкой к банкирам и промышленникам в своей победоносной кампании 1904 года. Рузвельт был смущен своим корпоративным финансированием и не смог развеять подозрения в quid pro quo обмене с Э. Х. Харриманом за номинацию посла, которая в конечном итоге не была выполнена. После этого последовал национальный призыв к реформам, но Рузвельт утверждал, что прием крупных взносов является законным, если нет никаких подразумеваемых обязательств. Однако в своем послании Конгрессу в 1905 году после выборов он предложил, чтобы «взносы корпораций в любой политический комитет или в любые политические цели должны быть запрещены законом». Однако в предложении не было ограничений на взносы в избирательные кампании от частных лиц, владеющих и управляющих корпорациями. Рузвельт также призвал к государственному финансированию федеральных кандидатов через их политические партии. Движение за национальный закон, требующий раскрытия информации о расходах на избирательные кампании, начатое Национальной ассоциацией по обеспечению гласности, было поддержано Рузвельтом, но отложено Конгрессом на десятилетие.

To gain votes from recently enfranchised, unpropertied voters, Andrew Jackson launched his campaign for the 1828 election through a network of partisan newspapers across the nation. After his election, Jackson began a political patronage system that rewarded political party operatives, which had a profound effect on future elections. Eventually, appointees were expected to contribute portions of their pay back to the political party. During the Jacksonian era, some of the first attempts were made by corporations to influence politicians. Jackson claimed that his charter battle against the Second Bank of the United States was one of the great struggles between democracy and the money power. While it was rumored that The Bank of the United States spent over $40,000 from 1830 to 1832 in an effort to stop Jackson's re election, Chairman Biddle of the BUS only spent "tens of thousands to distribute information favorable to the bank." This expenditure can be conceived as being spent "against" Jackson, because of the competing ideals of the Bank and Jackson's anti bank platform. After the Civil War, parties increasingly relied on wealthy individuals for support, including Jay Cooke, the Vanderbilts, and the Astors. In the absence of a civil service system, parties also continued to rely heavily on financial support from government employees, including assessments of a portion of their federal pay. The first federal campaign finance law, passed in 1867, was a Naval Appropriations Bill which prohibited officers and government employees from soliciting contributions from Navy yard workers. Later, the Pendleton Civil Service Reform Act of 1883 established the civil service and extended the protections of the Naval Appropriations Bill to all federal civil service workers. However, this loss of a major funding source increased pressure on parties to solicit funding from corporate and individual wealth. In the campaign of 1872, a group of wealthy New York Democrats pledged $10,000 each to pay for the costs of promoting the election. On the Republican side, one Ulysses S. Grant supporter alone contributed one fourth of the total finances. One historian said that never before was a candidate under such a great obligation to men of wealth. Vote buying and voter coercion were common in this era. After more standardized ballots were introduced, these practices continued, applying methods such as requiring voters to use carbon paper to record their vote publicly in order to be paid. Boies Penrose mastered post Pendleton Act corporate funding through extortionist tactics, such as squeeze bills (legislation threatening to tax or regulate business unless funds were contributed.) During his successful 1896 U. S. Senate campaign, he raised a quarter million dollars within 48 hours. He allegedly told supporters that they should send him to Congress to enable them to make even more money. In 1896, a wealthy Ohio industrialist, shipping magnate and political operative, Mark Hanna became Chairman of the Republican National Committee. Hanna directly contributed $100,000 to the nomination campaign of fellow Ohioan William McKinley, but recognized that more would be needed to fund the general election campaign. Hanna systematized fund raising from the business community. He assessed banks 0.25% of their capital, and corporations were assessed in relation to their profitability and perceived stake in the prosperity of the country. McKinley's run became the prototype of the modern commercial advertising campaign, putting the President to be's image on buttons, billboards, posters, and so on. Business supporters, determined to defeat the Democratic populist William Jennings Bryan, were more than happy to give, and Hanna actually refunded or turned down what he considered to be "excessive" contributions that exceeded a business's assessment. Twentieth century Progressive advocates, together with journalists and political satirists, argued to the general public that the policies of vote buying and excessive corporate and moneyed influence were abandoning the interests of millions of taxpayers. They advocated strong antitrust laws, restricting corporate lobbying and campaign contributions, and greater citizen participation and control, including standardized secret ballots, strict voter registration and women's suffrage. In his first term, President Theodore Roosevelt, following President McKinley's assassination of 1901, began trust busting and anti corporate influence activities, but fearing defeat, turned to bankers and industrialists for support in what turned out to be his 1904 landslide campaign. Roosevelt was embarrassed by his corporate financing and was unable to clear a suspicion of a quid pro quo exchange with E. H. Harriman for what was an eventually unfulfilled ambassador nomination. There was a resulting national call for reform, but Roosevelt claimed that it was legitimate to accept large contributions if there were no implied obligation. However, in his 1905 message to Congress following the election, he proposed that "contributions by corporations to any political committee or for any political purpose should be forbidden by law." The proposal, however, included no restrictions on campaign contributions from the private individuals who owned and ran corporations. Roosevelt also called for public financing of federal candidates via their political parties. The movement for a national law to require disclosure of campaign expenditures, begun by the National Publicity Law Association, was supported by Roosevelt but delayed by Congress for a decade.

Закон Тилмана 1907 года

Первой попыткой широкомасштабной реформы стал Закон Тиллмана 1907 года, который запрещал корпорациям и национально-учрежденным (межштатным) банкам делать прямые денежные взносы федеральным кандидатам. Однако слабые механизмы правоприменения сделали закон неэффективным. Требования к раскрытию информации и лимиты расходов для кандидатов в Палату представителей и Сенат последовали в 1910 и 1911 годах. Общие лимиты взносов были введены в Федеральном законе о борьбе с коррупцией (1925). Поправка к закону Хэтча 1939 года установила годовой потолок в 3 миллиона долларов для расходов политических партий на избирательные кампании и 5000 долларов для индивидуальных взносов на избирательные кампании. Закон Смита-Коннелли (1943) и Закон Тафта-Хартли (1947) распространили запрет, ранее действовавший в отношении корпораций, на профсоюзы.

Закон о федеральной избирательной кампании и поправки к Уотергейту

Все эти усилия были в основном неэффективными, их легко обходить и редко обеспечивалось их соблюдение. Однако в 1971 году Конгресс принял Федеральный закон о финансировании избирательных кампаний, известный как FECA, требующий широкого раскрытия информации о финансировании кампаний. В 1974 году, под влиянием общественной реакции на скандал Уотергейт, Конгресс принял поправки к закону, устанавливающие всеобъемлющую систему регулирования и обеспечения соблюдения, включая государственное финансирование президентских кампаний и создание центрального органа по обеспечению соблюдения – Федеральной избирательной комиссии. Другие положения включали ограничения на взносы в избирательные кампании и расходы избирательных кампаний, отдельных лиц, корпораций и других политических групп. Решение Верховного суда США 1976 года по делу Бакли против Валео отменило различные ограничения FECA на расходы как неконституционные нарушения свободы слова. В частности, это сняло ограничения на расходы кандидата, если кандидат не принимает государственное финансирование. В 1997 году сенаторы Маккейн (R-AZ) и Фейнгольд (D-WI) стремились ликвидировать «мягкие деньги» и расходы на телевизионную рекламу, но законодательство было заблокировано республиканским филибстером. В 1999 году обе партии выдвинули несколько различных предложений. Закон о честности избирательных кампаний (H.R. 1867), предложенный Асой Хатчинсоном (R-AR), запретил бы «мягкие деньги», которые еще не были регулируемы и могли быть потрачены на рекламу, не призывающую к избранию или поражению конкретного кандидата, и повысил бы лимиты на «твердые деньги». Закон о гражданском законодательстве и политике, спонсируемый конгрессменом Джоном Дулиттлом (R-CA), отменил бы все федеральные ограничения на взносы в избирательные кампании и ускорил и расширил раскрытие информации (H.R. 1922 в 1999 году, 106-й Конгресс, и повторно внесен с другими номерами до 2007 года, 110-й Конгресс). Закон о реформе избирательных кампаний Шейса-Михана (H.R. 417) превратился в Закон о реформе избирательных кампаний Маккейна-Фейнгольда 2002 года. Закон Маккейна-Фейнгольда имел неоднозначный эффект для тех, кто хотел убрать большие деньги из политики. Он отменил все пожертвования «мягких денег» национальным партийным комитетам, но также удвоил лимит взносов «твердых денег» с 1000 до 2000 долларов за избирательный цикл, с учетом индексации на инфляцию. Кроме того, законопроект был направлен на ограничение рекламы, финансируемой организациями, не связанными с партиями, путем запрета использования корпоративных или профсоюзных средств для оплаты «агитационных коммуникаций», определяемых как телевизионная реклама, идентифицирующая федерального кандидата в течение 30 дней после праймериз или партийного съезда, или 60 дней после всеобщих выборов. Это положение закона Маккейна-Фейнгольда, спонсируемое республиканкой от штата Мэн Олимпией Сноу и независимым сенатором от Вермонта Джеймсом Джеффордсом, первоначально распространялось только на коммерческие корпорации, но было расширено, чтобы включить некоммерческие организации, такие как Фонд защиты окружающей среды или Национальная стрелковая ассоциация (NRA), в рамках «Поправки Веллстона», спонсируемой сенатором Полом Веллстоном. Закон был оспорен как неконституционный группами и отдельными лицами, включая Демократическую партию штата Калифорния, Национальную стрелковую ассоциацию и сенатора-республиканца Митча Макконнелла (Кентукки), лидера большинства в Сенате. После рассмотрения в нижестоящих судах, в сентябре 2003 года Верховный суд США заслушал устные аргументы по делу Макконнелл против FEC. В среду, 10 декабря 2003 года, Верховный суд вынес решение 5 голосов против 4, подтвердив ключевые положения закона. С тех пор ограничения финансирования избирательных кампаний продолжали оспариваться в судах. В 2005 году в штате Вашингтон судья округа Турстон Кристофер Уикхэм постановил, что статьи и репортажи в СМИ следует рассматривать как взносы в натуральной форме в соответствии с законодательством штата. В центре внимания была кампания I-912 по отмене налога на топливо, и в частности два ведущих эфира консервативной радиостанции KVI в Сиэтле. Решение судьи Уикхэма было отменено апелляционным судом в апреле 2007 года, и Верховный суд штата Вашингтон постановил, что комментарии в эфире не подпадают под действие законов штата о финансировании избирательных кампаний (No New Gas Tax v. San Juan County). В 2006 году Верховный суд США вынес два решения по вопросам финансирования избирательных кампаний. В деле Федеральная избирательная комиссия против Wisconsin Right to Life, Inc. он постановил, что определенные виды рекламы могут иметь конституционное право на исключение из положений закона Маккейна-Фейнгольда об «агитационных коммуникациях», ограничивающих телевизионную рекламу, в которой просто упоминается федеральный кандидат в течение 60 дней до выборов. После пересмотра нижестоящий суд постановил, что определенная реклама, показанная Wisconsin Right to Life, фактически заслуживает такого исключения. Федеральная избирательная комиссия обжаловала это решение, и в июне 2007 года Верховный суд вынес решение в пользу Wisconsin Right to Life. В своем заключении председатель Верховного суда Джон Робертс отклонил возможность полной отмены ограничений на «агитационные коммуникации», но установил широкое исключение для любой рекламы, которая может иметь разумную интерпретацию как реклама по законодательным вопросам. Также в 2006 году Верховный суд постановил, что закон штата Вермонт, устанавливающий обязательные ограничения на расходы, является неконституционным, в соответствии с прецедентом, установленным делом Бакли против Валео. В этом деле, Randall v. Sorrell, Суд также признал ограничения на взносы штата Вермонт неконституционно низкими, что стало первым случаем, когда Суд отменил ограничения на взносы. В марте 2009 года Верховный суд США заслушал аргументы о том, может ли закон ограничивать рекламу документального фильма о Хиллари Клинтон. Дело Citizens United v. Federal Election Commission было рассмотрено в январе 2010 года, и Верховный суд постановил, что ограничения на расходы, установленные в §441b, являются недействительными и не могут применяться к фильму «Hillary: The Movie».

All of these efforts were largely ineffective, easily circumvented and rarely enforced. In 1971, however, Congress passed the Federal Election Campaign Act, known as FECA, requiring broad disclosure of campaign finance. In 1974, fueled by public reaction to the Watergate Scandal, Congress passed amendments to the Act establishing a comprehensive system of regulation and enforcement, including public financing of presidential campaigns and creation of a central enforcement agency, the Federal Election Commission. Other provisions included limits on contributions to campaigns and expenditures by campaigns, individuals, corporations and other political groups. The 1976 decision of the US Supreme Court in Buckley v. Valeo struck down various FECA limits on spending as unconstitutional violations of free speech. Among other changes, this removed limits on candidate expenditures unless the candidate accepts public financing. In 1997, Senators McCain (R AZ) and Feingold (D WI) sought to eliminate soft money and TV advertising expenditures, but the legislation was defeated by a Republican filibuster. Several different proposals were made in 1999 by both parties. The Campaign Integrity Act (H. R. 1867), proposed by Asa Hutchinson (R AR), would have banned soft money, which was not yet regulated and could be spent on ads that did not petition for the election or defeat of a specific candidate, and raised limits on hard money. The Citizen Legislature & Political Act sponsored by Rep. John Doolittle (R CA) would have repealed all federal freedom act contribution limits and expedited and expanded disclosure (H. R. 1922 in 1999, the 106th Congress, and reintroduced with different numbers through 2007, the 110th Congress). The Shays–Meehan Campaign Reform Act (H. R. 417) evolved into the McCain–Feingold Bipartisan Campaign Reform Act of 2002. The BCRA was a mixed bag for those who wanted to remove big money from politics. It eliminated all soft money donations to the national party committees, but it also doubled the contribution limit of hard money, from $1,000 to $2,000 per election cycle, with a built in increase for inflation. In addition, the bill aimed to curtail ads by non party organizations by banning the use of corporate or union money to pay for "electioneering communications", defined as broadcast advertising that identifies a federal candidate within 30 days of a primary or nominating convention, or 60 days of a general election. This provision of McCain–Feingold, sponsored by Maine Republican Olympia Snowe and Vermont Independent James Jeffords, as introduced applied only to for profit corporations, but was extended to incorporate non profit issue organizations, such as the Environmental Defense Fund or the National Rifle Association of America (NRA), as part of the "Wellstone Amendment", sponsored by Senator Paul Wellstone. The law was challenged as unconstitutional by groups and individuals including the California State Democratic Party, the National Rifle Association, and Republican Senator Mitch McConnell (Kentucky), the Senate Majority Whip. After moving through lower courts, in September 2003, the U. S. Supreme Court heard oral arguments in the case, McConnell v. FEC. On Wednesday, December 10, 2003, the Supreme Court issued a 5–4 ruling that upheld its key provisions. Since then, campaign finance limitations continued to be challenged in the Courts. In 2005 in Washington state, Thurston County Judge Christopher Wickham ruled that media articles and segments were considered in kind contributions under state law. The heart of the matter focused on the I 912 campaign to repeal a fuel tax, and specifically two broadcasters for Seattle conservative talker KVI. Judge Wickham's ruling was eventually overturned on appeal in April 2007, with the Washington Supreme Court holding that on air commentary was not covered by the State's campaign finance laws (No New Gas Tax v. San Juan County). In 2006, the United States Supreme Court issued two decisions on campaign finance. In Federal Election Commission v. Wisconsin Right to Life, Inc., it held that certain advertisements might be constitutionally entitled to an exception from the 'electioneering communications' provisions of McCain Feingold limiting broadcast ads that merely mention a federal candidate within 60 days of an election. On remand, a lower court then held that certain ads aired by Wisconsin Right to Life in fact merited such an exception. The Federal Election Commission appealed that decision, and in June 2007, the Supreme Court held in favor of Wisconsin Right to Life. In an opinion by Chief Justice John Roberts, the Court declined to overturn the electioneering communications limits in their entirety, but established a broad exemption for any ad that could have a reasonable interpretation as an ad about legislative issues. Also in 2006, the Supreme Court held that a Vermont law imposing mandatory limits on spending was unconstitutional, under the precedent of Buckley v. Valeo. In that case, Randall v. Sorrell, the Court also struck down Vermont's contribution limits as unconstitutionally low, the first time that the Court had ever struck down a contribution limit. In March 2009, the U. S. Supreme Court heard arguments about whether or not the law could restrict advertising of a documentary about Hillary Clinton. Citizens United v. Federal Election Commission was decided in January 2010, the Supreme Court finding that §441b's restrictions on expenditures were invalid and could not be applied to Hillary: The Movie.

Закон о раскрытии информации 2010 года

Закон DISCLOSE (S. 3628) был предложен в июле 2010 года. Законопроект должен был внести поправки в Федеральный закон об избирательных кампаниях 1971 года, чтобы запретить государственным подрядчикам осуществлять расходы, связанные с такими выборами, и установить дополнительные требования к раскрытию информации о финансировании выборов. Законопроект предусматривал новые требования к раскрытию информации о донорах и взносах для практически всех организаций, размещающих политическую рекламу независимо от кандидатов или политических партий. Законодательство обязывало бы спонсора рекламы появляться непосредственно в самой рекламе. Президент Обама утверждал, что законопроект снизит иностранное влияние на американские выборы. Демократам требовалась поддержка как минимум одного республиканца для получения 60 голосов, необходимых для преодоления процедурных препятствий, создаваемых Республиканской партией, но им это не удалось.

Голосование в долларах

План голосования долларами установит систему модифицированного государственного финансирования в сочетании с анонимным процессом взносов на кампанию. Изначально он был подробно описан профессорами Йельской юридической школы Брюсом Акерманом и Яном Айресом в их книге 2002 года «Голосование в долларах: новая парадигма для финансирования кампаний». Всем избирателям будет предоставлен ваучер на 50 долларов, финансируемый из государственных средств, для пожертвования на федеральные политические кампании. Все пожертвования, включая ваучер в 50 долларов и дополнительные частные взносы, должны быть сделаны анонимно через FEC. Акерман и Айрес включают в свою книгу примерный законодательный акт, а также подробное обсуждение того, как такая система может быть реализована и ее правовая основа. Из «долларов патриотов» (то есть 50 долларов на избирателя), предоставляемых избирателям для распределения, они предлагают направить 25 долларов на президентские кампании, 15 долларов – на сенатские кампании и 10 долларов – на кампании в Палату представителей. В рамках этих ограничений ваучер можно разделить между любым количеством кандидатов на любых федеральных выборах, а также между предварительными и основными выборами. По окончании текущего избирательного цикла неиспользованные части ваучера истекут и не будут переноситься на последующие выборы для данного избирателя. В контексте избирательного цикла 2004 года 50 долларов, умноженные на приблизительно 120 миллионов проголосовавших, дали бы около 6 миллиардов долларов «государственного финансирования» по сравнению с приблизительно 4 миллиардами долларов, потраченными в 2004 году на все федеральные выборы (в Палату представителей, Сенат и на президентские выборы) вместе взятые. Акерман и Айрес утверждают, что эта система объединит средства избирателей и заставит кандидатов учитывать вопросы, важные для широкого круга избирателей. Кроме того, они утверждают, что эта схема государственного финансирования решит обеспокоенность налогоплательщиков тем, что они «не имеют права голоса» в том, куда расходуются средства государственного финансирования, в то время как в системе «Голосование в долларах» каждый налогоплательщик, голосующий, имеет право выбора в отношении своего взноса. Лессиг (2011, с. 269) отмечает, что стоимость этого незначительна по сравнению со стоимостью корпоративного благосостояния, оцениваемой в 100 миллиардов долларов в федеральном бюджете США на 2012 год. Однако здесь рассматриваются только прямые субсидии, выявленные Институтом Катона. Она не учитывает налоговые лазейки и регуляторные и торговые решения, поощряющие слияния предприятий и другие виды деятельности, которые могут подавлять конкуренцию, творчество и экономический рост; прямые субсидии могут составлять лишь небольшую часть этих косвенных затрат. Второй аспект системы увеличивает некоторые лимиты частных пожертвований, но все взносы должны быть сделаны анонимно через FEC. В этой системе, когда жертвователь делает пожертвование на кампанию, он отправляет свои деньги в FEC, указывая, на какую кампанию он хочет, чтобы они были направлены. FEC маскирует средства и распределяет их непосредственно по кампаниям случайными частями в течение нескольких дней. Акерман и Айрес сравнивают эту систему с реформами, принятыми в конце XIX века, направленными на предотвращение подкупа избирателей, что привело к нашему нынешнему процессу тайного голосования. До этого голосование проводилось открыто, что позволяло кампаниям убедиться, что избиратели проголосовали за кандидатов, которым им платили за поддержку. Акерман и Айрес утверждают, что если кандидаты не знают наверняка, кто вносит вклад в их кампании, они вряд ли займут непопулярные позиции, чтобы привлечь крупных доноров, что может поставить под угрозу пожертвования, поступающие от избирательных ваучеров. И наоборот, крупные потенциальные доноры не смогут получить политический доступ или благоприятное законодательство в обмен на свои взносы, поскольку они не могут доказать кандидатам предполагаемый масштаб своей финансовой поддержки. В 2015 году избиратели Сиэтла одобрили программу «Ваучеры демократии», которая предоставляет горожанам четыре ваучера по 25 долларов для пожертвования участвующим кандидатам. Ваучеры были предложены в других городах и штатах как средство диверсификации донорской базы, помощи большему количеству кандидатов в баллотировании и повышения политической вовлеченности.

The voting with dollars plan would establish a system of modified public financing coupled with an anonymous campaign contribution process. It was originally described in detail by Yale Law School professors Bruce Ackerman and Ian Ayres in their 2002 book Voting with Dollars: A New Paradigm for Campaign Finance. All voters would be given a $50 publicly funded voucher to donate to federal political campaigns. All donations including both the $50 voucher and additional private contributions, must be made anonymously through the FEC. Ackerman and Ayres include model legislation in their book in addition to detailed discussion as to how such a system could be achieved and its legal basis. Of the Patriot dollars (i. e. $50 per voter) given to voters to allocate, they propose $25 going to presidential campaigns, $15 to Senate campaigns, and $10 to House campaigns. Within those restrictions the voucher can be split among any number of candidates for any federal race and between the primary and general elections. At the end of the current election cycle any unspent portions of this voucher would expire and could not be rolled over to subsequent elections for that voter. In the context of the 2004 election cycle $50 multiplied by the approximately 120 million people who voted would have yielded about $6 billion in "public financing" compared to the approximate $4 billion spent in 2004 for all federal elections (House, Senate and Presidential races) combined. Ackerman and Ayres argue that this system would pool voter money and force candidates to address issues of importance to a broad spectrum of voters. Additionally they argue this public finance scheme would address taxpayers' concerns that they have "no say" in where public financing monies are spent, whereas in the Voting with dollars system each taxpayer who votes has discretion over their contribution. Lessig (2011, p. 269) notes that the cost of this is tiny relative to the cost of corporate welfare, estimated at $100 billion in the 2012 US federal budget. However, this considers only direct subsidies identified by the Cato Institute. It ignores tax loopholes and regulatory and trade decisions, encouraging business mergers and other activities that can stifle competition, creativity and economic growth; the direct subsidies can be a tiny fraction of these indirect costs. The second aspect of the system increases some private donation limits, but all contributions must be made anonymously through the FEC. In this system, when a contributor makes a donation to a campaign, they send their money to the FEC, indicating to which campaign they want it to go. The FEC masks the money and distributes it directly to the campaigns in randomized chunks over a number of days. Ackerman and Ayres compare this system to the reforms adopted in the late 19th century aimed to prevent vote buying, which led to our current secret ballot process. Prior to that time voting was conducted openly, allowing campaigns to confirm that voters cast ballots for the candidates they had been paid to support. Ackerman and Ayres contend that if candidates do not know for sure who is contributing to their campaigns they are unlikely to take unpopular stances to court large donors which could jeopardize donations flowing from voter vouchers. Conversely, large potential donors will not be able to gain political access or favorable legislation in return for their contributions since they cannot prove to candidates the supposed extent of their financial support. In 2015, Seattle voters approved the Democracy Vouchers Program, which gives city residents four $25 vouchers to donate to participating candidates. Vouchers have been proposed in other cities and states as a means to diversify the donor pool, help more candidates run for office, and boost political engagement.

Сопоставимые фонды

Другой метод позволяет кандидатам привлекать средства от частных жертвователей, но предусматривает сопоставимые средства для первой части пожертвований. Например, правительство может "удваивать" первые 250 долларов каждого пожертвования. Это фактически повысит ценность небольших пожертвований для избирательной кампании, что может побудить кандидатов уделять больше внимания привлечению таких пожертвований, которые, как считается, оказывают меньшее коррумпирующее влияние, чем крупные взносы, и расширяют возможности менее обеспеченных граждан. Подобная система в настоящее время действует на первичных выборах президента в США. С февраля 2008 года высказывались опасения, что эта система служит своего рода "подушкой безопасности" для проигравших в этих гонках, что проявилось в кредите, взятом избирательной кампанией Джона Маккейна, который использовал обещание сопоставимых средств в качестве залога. Однако в феврале 2009 года Федеральная избирательная комиссия не выявила нарушений законодательства, поскольку Маккейн имел право выйти из программы сопоставимых платежей и, следовательно, был освобожден от своих обязательств. Комиссия также не обнаружила оснований полагать, что нарушение произошло из-за отчета Комитета о кредите Маккейна. Комиссия закрыла производство по делу.

Чистые выборы

Другой метод, который его сторонники называют «чистые деньги, честные выборы», предоставляет каждому кандидату, решившему участвовать, определенную, фиксированную сумму денег. Чтобы претендовать на эти средства, кандидаты должны собрать установленное количество подписей и небольшие (обычно 5 долларов) взносы. Кандидатам запрещено принимать пожертвования извне или использовать собственные средства, если они получают это государственное финансирование. Кандидаты получают сопоставимые средства, в пределах установленного лимита, когда их расходы превышают расходы кандидатов, финансируемых частным образом, когда на них нападают посредством независимых расходов, или когда их оппонент получает выгоду от независимых расходов. Это основное отличие между системами государственного финансирования «чистых денег» и президентской кампанией, которую многие называют «сломанной», поскольку она не предоставляет дополнительных средств, когда кандидаты подвергаются атакам со стороны организаций 527 или других групп независимых расходов. Сторонники утверждают, что сопоставимые средства системы «Чистые выборы» настолько эффективны в выравнивании условий конкуренции в Аризоне, что в течение первого полного года ее реализации непропорциональное финансирование между кандидатами было фактором лишь в 2% случаев. Однако решение Верховного суда США по делу Дэвис против Федеральной избирательной комиссии вызвало серьезные сомнения в конституционности этих положений, и в 2011 году Верховный суд постановил, что ключевые положения закона Аризоны, в частности положения о сопоставимом финансировании, были признаны неконституционными в деле Arizona Free Enterprise Club's Freedom Club PAC v. Bennett. Эта процедура действует в гонках за все должности на уровне штата и законодательные органы в Аризоне и Мэйне с 2000 года. Коннектикут принял закон о «Чистых выборах» в 2005 году, наряду с городами Портленд (Орегон) и Альбукерке (Нью-Мексико), хотя в Портленде он был отменен по инициативе избирателей в 2010 году. 69% избирателей в Альбукерке проголосовали за «Чистые выборы». Опрос 2006 года показал, что 85% жителей Аризоны, знакомых с их системой «Чистых выборов», считают ее важной для избирателей Аризоны. Однако инициатива по «Чистым выборам» в Калифорнии была разгромлена на выборах в ноябре 2006 года, получив поддержку лишь 25,7% голосов, при 74,3% против, а в 2008 году избиратели Аляски отклонили предложение о «Чистых выборах» с соотношением два к одному. Многие другие штаты (например, Нью-Джерси) предоставляют кандидатам определенную форму ограниченной финансовой помощи, но эксперимент Нью-Джерси с «Чистыми выборами» был прекращен в 2008 году, отчасти из-за ощущения, что программа не достигла своих целей. Висконсин и Миннесота имели частичное государственное финансирование с 1970-х годов, но эти системы в значительной степени вышли из употребления. Положение в Законе о реформе избирательных кампаний 2002 года («Маккейн — Фейнгольд») требовало, чтобы неполитизированное Главное контрольно-ревизионное управление провело исследование программ «Чистых выборов» в Аризоне и Мэйне. В отчете, опубликованном в мае 2003 года, не было выявлено достижения ни одной из целей этих систем, но было отмечено, что из-за относительно короткого периода действия программ «слишком рано определять, в какой степени достигаются цели программ государственного финансирования штатов Мэн и Аризона [и] мы не даем никаких рекомендаций в этом отчете». Исследование 2006 года, проведенное Центром государственных исследований (сторонником реформы финансирования избирательных кампаний), показало, что программы «Чистых выборов» привели к увеличению числа кандидатов, конкуренции, участия избирателей и снижению влияния лоббистов. Однако в 2008 году серия исследований, проведенных Центром конкурентной политики (который обычно выступает против регулирования и финансируемых налогоплательщиками политических кампаний), показала, что программы в штатах Мэн, Аризона и Нью-Джерси не достигли своих заявленных целей, включая избрание большего числа женщин, сокращение государственных расходов, снижение влияния специальных интересов на выборы, привлечение в законодательный орган людей из разных слоев населения или достижение большинства других заявленных целей, включая увеличение конкуренции или участия избирателей. Эти отчеты подтвердили результаты более раннего исследования консервативно-либертарианского Института Голдуотера по программе Аризоны.

Another method, which supporters call clean money, clean elections, gives each candidate who chooses to participate a certain, set amount of money. In order to qualify for this money, the candidates must collect a specified number of signatures and small (usually $5) contributions. The candidates are not allowed to accept outside donations or to use their own personal money if they receive this public funding. Candidates receive matching funds, up to a limit, when they are outspent by privately funded candidates, attacked by independent expenditures, or their opponent benefits from independent expenditures. This is the primary difference between clean money public financing systems and the presidential campaign system, which many have called "broken" because it provides no extra funds when candidates are attacked by 527s or other independent expenditure groups. Supporters claim that Clean Elections matching funds are so effective at leveling the playing field in Arizona that during the first full year of its implementation, disproportionate funding between candidates was a factor in only 2% of the races. The U. S. Supreme Court's decision in Davis v. Federal Election Commission, however, cast considerable doubt on the constitutionality of these provisions, and in 2011 the Supreme Court held that key provisions of the Arizona law – most notably its matching fund provisions – were unconstitutional in Arizona Free Enterprise Club's Freedom Club PAC v. Bennett. This procedure has been in place in races for all statewide and legislative offices in Arizona and Maine since 2000. Connecticut passed a Clean Elections law in 2005, along with the cities of Portland, Oregon and Albuquerque, New Mexico, although Portland's was repealed by voter initiative in 2010. Sixty nine percent of the voters in Albuquerque voted yes to Clean Elections. A 2006 poll showed that 85% of Arizonans familiar with their Clean Elections system thought it was important to Arizona voters. However, a clean elections initiative in California was defeated by a wide margin at the November 2006 election, with just 25.7% in favor, 74.3% opposed, and in 2008 Alaska voters rejected a clean elections proposal by a two to one margin. Many other states (such as New Jersey) have some form of limited financial assistance for candidates, but New Jersey's experiment with Clean Elections was ended in 2008, in part due to a sense that the program failed to accomplish its goals. Wisconsin and Minnesota have had partial public funding since the 1970s, but the systems have largely fallen into disuse. A clause in the Bipartisan Campaign Reform Act of 2002 ("McCain–Feingold") required the nonpartisan General Accounting Office to conduct a study of clean elections programs in Arizona and Maine. The report, issued in May 2003, found none of the objectives of the systems had yet been attained, but cautioned that because of the relatively short time the programs had been in place, "it is too soon to determine the extent to which the goals of Maine’s and Arizona’s public financing programs are being met [and] We are not making any recommendations in this report." A 2006 study by the Center for Governmental Studies (an advocate for campaign finance reform) found that Clean Elections programs resulted in more candidates, more competition, more voter participation, and less influence peddling. In 2008, however, a series of studies conducted by the Center for Competitive Politics (which generally opposes regulation and taxpayer funded political campaigns), found that the programs in Maine, Arizona, and New Jersey had failed to accomplish their stated goals, including electing more women, reducing government spending, reducing special interest influence on elections, bringing more diverse backgrounds into the legislature, or meeting most other stated objectives, including increasing competition or voter participation. These reports confirmed the results of an earlier study by the conservative/libertarian Goldwater Institute on Arizona's program.

CFR28

CFR28 – это предлагаемая конституционная поправка, разработанная для проведения реформы финансирования избирательных кампаний без ущемления свободы слова. Она заявляет, что достигает этого посредством двух основных положений. Во-первых, CFR28 ограничивает финансирование кандидатов небольшими взносами граждан и государственным финансированием. Эти лимиты взносов устанавливаются раз в два года в размере одного процента от медианного годового дохода всех американцев (в настоящее время менее 400 долларов), поэтому лимиты индексируются с учетом инфляции. Однако эти ограниченные взносы могут быть дополнены или заменены Конгрессом или законодательными собраниями штатов. Во-вторых, чтобы преодолеть решение суда по делу Citizens United v. FEC, которое приравняло денежные средства, потраченные на политическую речь, к самой речи (и, таким образом, предоставило таким расходам защиту Первой поправки), CFR28 специально нацелена на искоренение независимой политической рекламы. Это достигается путем определения рекламы как нежелательных медиаматериалов, стоимость которых превышает указанный выше лимит. Это определение по-прежнему допускает неограниченные расходы на новости, комментарии и развлекательные программы о кандидатах, но аудитория будет видеть такие материалы только по своему выбору, после того как ей будет сообщено, кто является спонсором. Любые другие высказывания о кандидатах не ограничены. CFR28 также утверждает, что предотвращает иностранное влияние на американские выборы, поскольку медиаматериалы, спонсируемые иностранными государствами, не смогут замаскироваться среди сообщений от отечественных супер-PAC, поскольку реклама супер-PAC будет упразднена. Занимая почти две страницы и являясь первой поправкой с подразделами, CFR28 длиннее других предлагаемых конституционных поправок, касающихся финансирования избирательных кампаний, поскольку стремится устранить лазейки и предусмотреть некоторые положения о реализации. В качестве примера лазейки, CFR28 запрещает любые источники финансирования, не санкционированные CFR28, чтобы исключить все корпоративные средства и отменить решение по делу Buckley v. Valeo, которое позволяет самим кандидатам тратить неограниченные личные средства на свои кампании. И, запрещая донорам делать взносы кандидатам за пределами их избирательного округа или штата (за исключением кандидатов в президенты), она также отменяет решение по делу McCutcheon v. FEC, которое разрешало гражданам вносить взносы неограниченному числу кандидатов по всей стране. Положения о реализации CFR28 включают предотвращение субсидий и вмешательства в выбор граждан в пользу кандидатов, а также разрешение на неограниченное волонтерство в поддержку кандидатов. Также предусмотрены требования к отчетности и предписания для Конгресса принять соответствующие законы «для обеспечения всесторонней приверженности целостности американской демократии», чтобы побудить теле- и радиовещательные сети, а также социальные сети к сотрудничеству. Помимо предоставления текста предлагаемой конституционной поправки, на веб-сайте CFR28.org она объясняется построчно как в письменной форме, так и посредством нескольких видеороликов. Также там есть блог на связанные темы.

CFR28 is a proposed constitutional amendment designed to deliver campaign finance reform without infringing on free speech. It claims to do this using two primary provisions. First, CFR28 restricts candidate funding to consist of small citizen contributions and public financing. These citizen contribution limits are set biannually at one percent of the median annual income of all Americans (currently less than $400), so limits adjust with inflation. However, these limited contributions can be supplemented or displaced by Congress or State Legislatures. Second, to overcome the Citizens United v. FEC decision that equated money spent on political speech with the speech itself (thus giving such spending First Amendment protection), CFR28 specifically targets independent political advertising for elimination. It does this by defining advertising as uninvited media that costs more than the limit mentioned above. This definition still allows unlimited spending on news, commentary and entertainment about candidates, but the audience will only see such media if they choose to after being told who is sponsoring it. All other speech about candidates is unlimited. CFR28 further claims to prevent foreign influence on American elections because foreign sponsored media will not be able to hide among messaging from domestic super PACs since super PAC advertising will be eliminated. At almost two pages and the first amendment with subsections, CFR28 is longer than other proposed constitutional amendments on campaign finances as it attempts to eliminate loopholes and provide some implementation provisions. As a loophole example, CFR28 disallows any funding source not authorized under CFR28 to eliminate all corporate funding and nullifying the Buckley v. Valeo decision, which allows candidates themselves to spend unlimited personal funds on their campaigns. And by preventing donors from giving to candidates outside their voting district or state (except for the President), it also voids the decision in McCutcheon v. FEC which allowed citizens to contribute to an unlimited number of candidates around the country. CFR28's implementing provisions include preventing subsidies and interference in citizen choices to help candidates, and allows unlimited volunteering for candidates. It also has reporting requirements and mandates that Congress enact relevant laws "to ensure manifold commitment to the integrity of American democracy" in order to compel networks and social media to cooperate. In addition to providing the text of the proposed constitutional amendment, the CFR28. org web site explains it line by line both in writing and through several videos. It also includes a blog on related topics.

Переопределение "квид про кво"

Другой подход позволил бы частные взносы оставаться в нынешнем виде; однако он бы строго наказывал тех, кто получает существенные материальные блага в обмен на свои взносы, и тех, кто предоставляет такие блага в обмен на получение взносов. Таким образом, новые ограничения не касались бы размера взносов, а скорее того, что можно получить взамен. (Само собой разумеется, что если бы такие дополнительные ограничения были введены, многие заинтересованные группы стали бы жертвовать гораздо меньше, чем сейчас, и влияние оставшихся взносов было бы значительно менее коррупционным). В настоящее время "quid pro quo" рассматривается как взятка только в том случае, если лицо, предоставившее материальные стимулы должностному лицу, прямо увязывало их с получением конкретной услуги взамен.

Citizens United против Федеральной избирательной комиссии

В деле "Граждане Объединенные против Федеральной избирательной комиссии", в январе 2010 года Верховный суд США постановил, что корпорациям и профсоюзам не может быть конституционно запрещено поддерживать избрание одного кандидата по сравнению с другим.

Решение

Большинство судей во главе с Кеннеди пришло к выводу, что запрет, установленный статьей 203 BCRA, на все независимые расходы корпораций и профсоюзов нарушает защиту свободы слова, гарантированную Первой поправкой к Конституции. Большинство заявило: "Если Первая поправка имеет какую-либо силу, она запрещает Конгрессу штрафовать или заключать в тюрьму граждан или объединения граждан лишь за участие в политической речи". В своем мнении, выраженном от имени большинства, судья Кеннеди также отметил, что поскольку Первая поправка (и Суд) не проводят различий между средствами массовой информации и другими корпорациями, эти ограничения позволят Конгрессу подавлять политическую речь в газетах, книгах, на телевидении и в блогах. Суд отменил решение по делу *Остин против Торговой палаты штата Мичиган*, 494 U.S. 652 (1990), в котором было установлено, что закон штата, запрещающий корпорациям использовать средства из казначейства для поддержки или противодействия кандидатам на выборах, не нарушает Первую и Четырнадцатую поправки. Суд также отменил ту часть решения по делу *Макконнелл против Федеральной избирательной комиссии*, 540 U.S. 93 (2003), которая поддерживала ограничение BCRA на корпоративные расходы на "агитационные сообщения". Решение Суда фактически позволило корпорациям и профсоюзам тратить средства как на "агитационные сообщения", так и на прямую поддержку избрания или поражения кандидатов (хотя и не на прямые взносы кандидатам или политическим партиям). Большинство утверждало, что Первая поправка защищает объединения отдельных лиц наряду с отдельными ораторами, и что Первая поправка не допускает запретов на речь, основанных на личности говорящего. Следовательно, корпорации, как объединения отдельных лиц, обладают правом на свободу слова в соответствии с Первой поправкой.

Не согласен

Судья Стивенс, Дж. написал в частичном несогласии:

В основе решения Суда лежит его повторение и постоянное подчеркивание тезиса о том, что Первая поправка запрещает проводить какие-либо нормативные различия, основанные на личности говорящего, включая его "идентичность" как корпорации. Хотя эта красивая общность обладает риторическим шармом, это неверное толкование закона. Она также не указывает, когда корпорация может вести предвыборную деятельность, против которой выступают некоторые из ее акционеров. Она даже не разрешает конкретный вопрос о том, обязана ли компания "Citizens United" финансировать часть своих сообщений из средств своего PAC. Претензия на то, что корпорации должны рассматриваться так же, как физические лица в политической сфере, не только неточна, но и недостаточна для оправдания решения Суда по этому делу. В контексте выборов на государственные должности различие между корпоративными и человеческими субъектами высказываний имеет существенное значение. Несмотря на огромный вклад, который корпорации вносят в наше общество, они фактически не являются его членами. Они не могут голосовать или баллотироваться на выборные должности. Поскольку ими могут управлять и контролировать лица, не являющиеся резидентами, их интересы могут в корне противоречить интересам имеющих право голоса избирателей. Финансовые ресурсы, правовая структура и целевая направленность корпораций вызывают обоснованные опасения по поводу их роли в избирательном процессе. Наши законодатели имеют веские конституционные основания, а возможно, и демократическую обязанность, принимать меры, направленные на предотвращение потенциально негативных последствий корпоративных расходов на местных и национальных выборах.

Влияние на расходы

Последствия решения видны по объему расходов и средств, привлеченных после него. Самый крупный взнос от организации до вынесения этого решения превысил 14 миллионов долларов только в 2008 году, при среднем показателе около 9 миллионов долларов в период с 2000 по 2010 год. Впоследствии, начиная с 2012 года, суммы пожертвований стали расти с каждым избирательным циклом, достигнув 167 миллионов долларов от одной организации к концу 2020 года.

Ответ общественности

Сенатор Маккейн, один из двух первоначальных спонсоров реформы финансирования избирательных кампаний, отметил после вынесения решения, что "реформа финансирования избирательных кампаний умерла", – но предсказал негативную реакцию избирателей, как только станет очевидным, сколько денег корпорации и профсоюзы теперь смогут и будут вкладывать в избирательные кампании. В опросе Washington Post и ABC News, проведенном в начале февраля 2010 года, выяснилось, что около 80% американцев выступают против решения Верховного суда, принятого в январе 2010 года. Опрос показал незначительные различия во мнениях по этому вопросу среди демократов (85% против решения), республиканцев (76%) и независимых избирателей (81%). В ответ на это решение была создана низовая, двухпартийная группа под названием "Движение за поправку", чтобы заручиться поддержкой конституционной поправки, отменяющей признание корпораций юридическими лицами и утверждающей, что деньги не являются речью.

МакКатчон и др. против Федеральной избирательной комиссии

2 апреля 2014 года Верховный суд вынес решение большинством голосов 5–4, признав, что совокупные ограничения, установленные FECA 1971 года, на общую сумму пожертвований, которые донор может сделать всем кандидатам и комитетам, нарушают Первую поправку к Конституции. Ведущее мнение было написано председателем Верховного суда Робертсом, к которому присоединились судьи Скалия, Алито и Кеннеди. Судья Томас поддержал решение, но высказал свою отдельную точку зрения, согласно которой любые ограничения на пожертвования являются неконституционными. Судья Брейер представил особое мнение, к которому присоединились судьи Гинзбург, Каган и Сотомайор.