Введение

Шотландский государственный деятель и колониальный администратор (1812–1860)

Джеймс Эндрю Брун Рамсей, 1-й маркиз Далхаузи (22 апреля 1812 – 19 декабря 1860), известный как граф Далхаузи с 1838 по 1849 год, был шотландским государственным деятелем и колониальным администратором в Британской Индии. Он занимал должность генерал-губернатора Индии с 1848 по 1856 год. Он заложил основы колониальной системы образования в Индии, дополнив элитное высшее образование массовым образованием. Он внедрил пассажирские поезда на железных дорогах, электрический телеграф и единые почтовые тарифы, которые он назвал «тремя великими двигателями социального прогресса». Он также основал Департамент общественных работ в Индии. Он выделяется как прозорливый генерал-губернатор, укрепивший власть Ост-Индской компании в Индии, заложивший основы ее дальнейшего управления и благодаря своей разумной политике позволивший своим преемникам сдержать волну восстаний. Его период правления в Индии непосредственно предшествовал переходу к периоду викторианского Раджа в индийской администрации. Многие в Британии незадолго до его смерти обвинили его в том, что он не заметил признаков назревающего индийского восстания 1857 года, усугубив кризис своей надменной уверенностью, централизацией власти и экспансионистской политикой аннексий.

Ранние годы

Джеймс Эндрю Брун Рамзи был третьим и младшим сыном Джорджа Рамзи, 9-го графа Далхаузи (1770–1838), одного из генералов Веллингтона, который, после службы генерал-губернатором Канады, стал главнокомандующим в Индии, и его жены Кристиан (урождённой Брун) из Коулстоуна, Хаддингтоншир (Восточный Лотиан). В 1815 году 9-й граф был удостоен титула барона Далхаузи из замка Далхаузи в пэрстве Соединенного Королевства и имел трех сыновей, из которых двое старших умерли в юном возрасте. Джеймс Эндрю Брун Рамзи, его младший сын, описывался как невысокого роста, с твердым, четко очерченным ртом и высоким лбом. Несколько лет раннего детства он провел с отцом и матерью в Канаде. Вернувшись в Шотландию, он готовился к поступлению в школу Харроу, в которую и поступил в 1825 году. Два года спустя он и другой ученик, Роберт Адер, были исключены из школы за издевательства, чуть не приведшие к смерти Джорджа Рушута, племянника Джона Рушута, 2-го барона Нортвика. До поступления в университет все образование Далхаузи было поручено преподобному мистеру Темплу, священнику тихого прихода в Стаффордшире. В октябре 1829 года он поступил в Крайст-Черч, Оксфорд, где он усердно учился, добился определенных успехов и приобрел много друзей на всю жизнь. Однако его учеба была серьезно прервана продолжительной болезнью и смертью в 1832 году его единственного оставшегося брата, из-за чего лорд Рамзи, как он тогда стал называться, вынужден был ограничиться получением степени без отличия, хотя и был зачислен в четвертый класс почета в Michaelmas 1833 года. Затем он путешествовал по Италии и Швейцарии, обогащая свои многочисленные записи в дневнике, который он на протяжении всей жизни вел с особой тщательностью, и накапливая в уме ценные наблюдения.

Ранняя политическая карьера

Неудачная, но смелая попытка на всеобщих выборах 1835 года получить одно из парламентских мест за Эдинбург, где он соперничал с такими опытными политиками, как будущий спикер Джеймс Аберкромби, впоследствии лорд Данфермлайн, и Джон Кэмпбелл, будущий лорд-канцлер, была в 1837 году сменена возвращением Рамзи в Палату общин в качестве члена парламента от Хаддингтоншира. За год до этого он женился на леди Сьюзан Хей, дочери маркиза Твиддейла, чье общество было его главной поддержкой в Индии, а ее смерть в 1853 году оставила его безутешным. В 1838 году скончался его отец после продолжительной болезни, а менее чем через год он потерял и мать. Став новым графом, он вскоре проявил себя в речи, произнесенной 16 июня 1840 года в поддержку законопроекта лорда Абердина о церковных бенефициях Шотландии, вызванного спором по делу Аухтердердера, в котором он уже участвовал в Генеральной Ассамблее, выступая против доктора Чалмерса. В мае 1843 года он стал вице-президентом Совета торговли, а Гладстон – президентом, и был приведён к присяге в качестве тайного советника. В том же году ему также была присвоена почетная должность капитана замка Дил. Сменив Гладстона на посту президента Совета торговли в 1845 году, он с головой ушел в работу во время кризиса, вызванного «железнодорожной манией», и его здоровье пошатнулось от перенапряжения. В споре о законах о зерне он поддержал сэра Роберта Пила, и после неудачной попытки лорда Джона Рассела сформировать министерство вернулся на свой пост в Совет торговли, войдя в кабинет после отставки лорда Стэнли. Когда Пил ушел в отставку в июне 1846 года, лорд Джон предложил Далхаузи место в кабинете, от которого он отказался, опасаясь, что принятие предложения может привести к потере репутации. Еще одна попытка привлечь его к работе в качестве президента железнодорожного совета также не увенчалась успехом, но в 1847 году он принял должность генерал-губернатора Индии после лорда Хардинга, при условии, что за ним останется «полная и безоговорочная» «личная независимость в вопросах партийной политики».

Генеральный губернатор Индии

12 января 1848 года Далхаузи вступил в исполнение двойных обязанностей генерал-губернатора Индии и губернатора Бенгалии, и вскоре после этого был награжден зеленой лентой Ордена Чертополоха. В этот период он проявлял исключительную работоспособность, часто работая от шестнадцати до восемнадцати часов в день. Самый короткий рабочий день Далхаузи начинался в полвосьмого и продолжался до половины пятого, при этом он оставался за своим столом даже во время обеда. В это время он стремился расширить границы империи и преодолевал большие расстояния верхом, несмотря на проблемы со спиной. В отличие от многих предыдущих лидеров Британской империи в Индии, он считал себя монархом-ориенталистом и полагал, что его правление носит характер модернизации, стремясь привнести в Индию британскую интеллектуальную революцию. Будучи убежденным утилитаристом, он стремился улучшить индийское общество, руководствуясь господствующими в ту эпоху бентамитскими идеалами. Однако, стремясь к этому, он правил авторитарно, полагая, что именно такие методы с наибольшей вероятностью обеспечат материальное развитие и прогресс Индии. Его политика, особенно доктрина о присоединении, способствовала росту недовольства в различных слоях индийского общества и, следовательно, во многом предопределила Индийское восстание 1857 года, последовавшее сразу за его отъездом из Индии. В 1849 году под командованием Далхаузи британцы захватили княжеское государство Пенджаб. В ходе этой операции он захватил знаменитый алмаз Кох-и-Нур у двенадцатилетнего панджабского махараджи Дулипа Сингха. В соответствии с обычной практикой, сокровищница Дулипа Сингха рассматривалась как военная добыча, и его вынудили передать алмаз. Алмаз Кох-и-Нур был преподнесен королеве Виктории и демонстрировался в 1851 году, на выставке в Дублине в 1853 году и на Всемирной выставке в Лондоне в 1862 году. Он также командовал Второй бирманской войной в 1852 году, в результате которой были захвачены части Бирмы. Во время его правления британцы проводили политику «упадка и аннексии», согласно которой, если у правителя не было законных наследников мужского пола, королевство присоединялось к Британской империи. Используя эту политику, британцы аннексировали ряд княжеских государств. Аннексия Авадха сделала Далхаузи крайне непопулярным в этом регионе. Эти и другие бессердечные действия генерал-губернатора вызвали негодование среди индийских солдат в британской армии, что в конечном итоге привело к Индийскому восстанию 1857 года. Далхаузи и британцы назвали это восстание «мятежом сипаев» – сипаи были общепринятым термином для обозначения коренных индийских солдат, состоявших на британской службе. Далхаузи был способным администратором, хотя и властным и жестким. Его вклад в развитие коммуникаций – железных дорог, дорог, почтовой и телеграфной служб – способствовал модернизации и объединению Индии. Его заметным достижением стало создание современных, централизованных государств. Вскоре после вступления в должность, в письме президенту Контрольного совета сэру Джону Хобхаусу, он заверил его в том, что все спокойно. Однако это заявление было опровергнуто событиями почти сразу после отправки в Британию.

Вторая англо-сикхская война

19 апреля 1848 года Ванс Агню, чиновник государственной службы, и лейтенант Андерсон из Бомбейского европейского полка, направленные для принятия Мультана от Дивана Мулраджа, были там убиты, и вскоре войска и сардары перешли к открытому восстанию. Далхаузи согласился с главнокомандующим сэром Хью Гофом в том, что военные силы Британской Ост-Индской компании были недостаточно обеспечены транспортом и провиантом и не были готовы немедленно выступить в поход. Позже он решил, что адекватным ответом будет не только захват Мультана, но и полное подчинение Пенджаба. Поэтому он решительно отложил наступление, организовал сильную армию для операций в ноябре и сам отправился в Пенджаб. Имея доказательства распространения восстания, Далхаузи заявил: «Не опираясь на прецедент и не поддаваясь примеру, сикхская нация призвала к войне; и, клянусь вам, господа, они ее получат и с возмездием». Несмотря на успехи Герберта Эдвардса во Второй англо-сикхской войне с Мулраджем, а также на неопределенные победы Гофа при Рамнагаре в ноябре, при Садулпуре в декабре и при Чилианвале в следующем месяце, упорное сопротивление в Мультане показало, что для решения задачи необходимы все ресурсы правительства. Наконец, 22 января 1849 года крепость Мультан была взята генералом Уишем, что позволило ему присоединиться к Гофу в Гуджарате. Здесь 21 февраля была одержана полная победа в битве при Гуджарате, сикхская армия сдалась в Равалпинди, а их афганские союзники были изгнаны из Индии. Несмотря на значительные попытки сикхских и мусульманских сил поляризовать оппозицию, используя религиозные и антибританские настроения, военным командирам Далхаузи удалось сохранить верность войск, за исключением небольшого числа дезертиров-гуркхов. За свои заслуги лорд Далхаузи получил благодарность парламента и был возведен в титул маркиза. После окончания войны Далхаузи, не получив конкретных указаний от начальства, аннексировал Пенджаб. Веря в несомненное превосходство британского правления над «архаичной» индийской системой, Далхаузи попытался ликвидировать местное управление. Однако провинцией вскоре стали править группа «смелых, эксцентричных и часто евангельских пионеров». Чтобы минимизировать дальнейшие конфликты, он отстранил ряд этих чиновников, установив, по его мнению, более логичную и рациональную систему, в которой Пенджаб был систематически разделен на округа и дивизии, управляемые соответственно окружными офицерами и комиссарами. Эта устойчивая система управления установила правление через молодого махараджу под триумвиратом генерал-губернатора. Управление, осуществляемое в рамках созданной «Пенджабской школы» Генри и Джона Лоуренса, первоначально было успешным, отчасти благодаря системе уважения к местной культуре, при сохранении британских ценностей в отношении сожжения вдов, убийства девочек и захоронения прокаженных живыми небольшими группами населения Индии. Однако панджабское правление в конечном итоге стало считаться деспотичным, главным образом из-за расширения судебной системы. Хотя оно часто было непредсказуемым и деспотичным, многие индийцы в «рационализированных» провинциях предпочитали свое прежнее местное управление.

Вторая бирманская война

Еще одно дополнение к империи было сделано путем завоевания. Бирманский двор в Аве был связан Яндабуским договором 1826 года обязательством защищать британские корабли в бирманских водах. Однако возник спор между губернатором Рангуна и некоторыми британскими судоходными компаниями («Монарх» и «Чемпион»). Обстоятельства произошедшего были искажены из-за противоречий в докладах колониальных чиновников, подчинявшихся адмиралам флота, а не компании или гражданским властям. Суть спора была неверно представлена парламенту, и парламент также сыграл роль в дальнейшем «замалчивании» фактов, доводимых до общественности. Тем не менее, большинство фактов были установлены путем сопоставления противоречивых свидетельств, содержащихся в первоначально анонимной брошюре «Как развязывают войны в Индии». Этот отчет Ричарда Кобдена остается практически единственным современным свидетельством того, кто на самом деле принял решение о вторжении и аннексии Бирмы. В оправдание предлога для вторжения, уже после его совершения, Далхаузи процитировал изречение лорда Уэлсли о том, что любое оскорбление британскому флагу в устье Ганга должно быть встречено столь же быстро и решительно, как оскорбление в устье Темзы. Предпринимались попытки разрешить спор дипломатическим путем. Бирманцы в конечном итоге отстранили губернатора Рангуна, но этого сочли недостаточным. Комодор Ламберт, отправленный лично Далхаузи, намеренно спровоцировал инцидент и затем объявил войну. Бирманское королевство оказало незначительное сопротивление. Мартабан был взят 5 апреля 1852 года, а Рангун и Бассейн – вскоре после этого. Однако, поскольку двор Авы не желал уступать половину страны ради «мира», в октябре началась вторая кампания, и после захвата Проме и Пегу 20 декабря 1853 года была объявлена аннексия провинции Пегу. Далхаузи решительно выступал против дальнейшего вторжения в Бирманскую империю, довольствуясь тем, что аннексия отрезала Бирму от коммерческих и политических связей с внешним миром. Некоторые странно называли эту войну «объединением» территорий, но на практике Аракан, Теннасерим и новые территории были связаны между собой лишь морским путем. Он попытался умиротворить новую провинцию, что его сторонники считали мудрой политикой, назначив полковника Артура Файра единоличным управляющим, лично посетив ее и создав систему телеграфов и связи. Однако на практике новая провинция значительно отличалась от Индии по языку и культуре и не могла успешно интегрироваться в индийскую систему. Результатом войны стало присоединение дорогостоящей военной и политической зависимости, которая не приносила достаточных налогов для самообеспечения. Британское правление в Аракане и Теннасериме стало финансовой катастрофой для индийской администрации. Неоднократно в 1830-х годах поднимался вопрос о полном отказе от этих территорий. Почему Далхаузи так стремился увеличить размер территории, которая не приносила достаточного дохода для покрытия расходов на ее управление, так и осталось неясным. Одним из важных последствий этой войны стало продолжение Далхаузи политики принудительной отправки сипаев на службу за границу. Это вызвало большое недовольство среди индийских сипаев, поскольку противоречило индуистскому религиозному запрету на путешествия за море. Фактически, это привело к мятежу нескольких полков в Пенджабе. Когда это убеждение в том, что британцы намеренно нарушают кастовые ограничения, соединилось с широко распространенным убеждением в том, что британцы намеренно оскверняют законы чистоты индусов и мусульман новыми смазанными патронами, последствия (достигшие кульминации в 1857 году) оказались крайне разрушительными.

Доктрина о лапсе

Наиболее спорной и дискредитированной "реформой", разработанной и осуществленной при Далхаузи, стала политика использования всех законных (и часто незаконных) средств для установления контроля над "утратившими престолонаследие" государствами. Далхаузи, движимый убеждением в необходимости подчинить всю Индию британскому управлению, начал применять так называемую доктрину о провале. В соответствии с этой доктриной, британцы аннексировали любое государство, не находящееся под британским управлением, в котором отсутствовал прямой наследник мужского пола. В рамках этой политики он рекомендовал аннексию Сатары в январе 1849 года, Джайтпура и Самбалпура в том же году, а также Джанси и Нагпура в 1853 году. Его действия в этих случаях были одобрены правительством в метрополии, однако предложение аннексировать Караули в 1849 году было отклонено, а Багхат и незначительное владение Удайпур, аннексированные им в 1851 и 1852 годах соответственно, впоследствии были возвращены местным правителям. Критики считают, что эти аннексии в целом представляли собой неэффективную трату финансовых ресурсов Ост-Индской компании в Индии.

Реформы образования

Далхаузи проявлял искреннюю личную заинтересованность в создании общенациональной системы образования в Индии. Он обеспечил успешную реализацию положений, содержащихся в депеше 1854 года. Далхаузи утверждал, что ни одно изменение не принесет столь важных и благотворных последствий, как образование женщин. Образовательная депеша 1854 года отдавала приоритет женскому образованию. При нем в государственной политике произошел сдвиг от высшего образования для элиты к массовому образованию для всех. Далхаузи и Бетюн считаются инициаторами изменения политики в пользу женского образования. Далхаузи даже лично поддерживал Женскую школу Бетюна, финансируя ее из собственных средств, учрежденных Бетюном после его смерти. Перед отъездом в Англию он лично проявил интерес и инициировал принятие Закона о повторных браках индуистских вдов 1856 года, разрешающего повторные браки вдов, который вступил в силу после утверждения его преемником, лордом Кэннингом.

Развитие инфраструктуры

Другие меры с той же целью были осуществлены на собственных территориях Компании. Бенгалия, долгое время управляемая генерал-губернатором или его делегатом, была передана под управление собственного лейтенант-губернатора в мае 1854 года. Военные советы были упразднены; принцип назначения по заслугам заменил старшинство в высших командных должностях; были созданы ведомство снабжения армии и конный завод, а медицинская служба подверглась полной реорганизации. В каждом президентстве был учрежден департамент общественных работ и открыты инженерные колледжи. Вслед за этим была создана имперская система телеграфов. Первая железнодорожная линия была завершена в 1855 году, и были разработаны тщательно продуманные планы для строительства других линий и организации их управления. Далхаузи поощрял частную инициативу в развитии железных дорог в Индии на благо народа, а также для снижения чрезмерной зависимости от правительства. Однако, будучи авторитарным и утилитарным правителем, Далхаузи взял железные дороги под государственный контроль, стремясь извлечь максимальную выгоду для Индии из расширяющейся сети. Кроме того, был завершен Гангский канал; и, несмотря на расходы, связанные с войнами в Пенджабе и Бирме, были выделены значительные средства на строительство дорог с твердым покрытием и мостов. Строительство масштабных ирригационных сооружений, таких как 350-мильный Гангский канал с тысячами километров распределительных каналов, было крупным проектом, особенно полезным для преимущественно аграрной Индии. Несмотря на то, что отдельные сельскохозяйственные угодья пострадали из-за повышения засоленности почвы, в целом население, проживающее вдоль канала, было заметно лучше обеспечено продовольствием и одеждой, чем те, кто жил вдали от него. Увеличение орошаемых площадей привело к росту населения. Реформы, направленные на улучшение положения возросшего населения, такие как иммунизация и создание образовательных учреждений, так и не были реализованы. Это обрекало население на бедность и привязывало его к сельскохозяйственному труду, способствуя развитию кастовой зависимости. Европейзация и консолидация власти были краеугольным камнем его политики. За девять минут он предложил меры по укреплению европейских сил Компании, указав на угрозы, нависшие над британским сообществом – немногочисленной группой разбросанных чужаков; однако, помимо дополнительных полномочий по набору, предоставленных по его просьбе в последнем Хартии 1853 года, его предложения были отклонены центральными властями, поскольку они предполагали дополнительные расходы, увеличивающие стоимость содержания Индии. В период своего правления Далхаузи решительно контролировал даже незначительные военные вопросы, и когда сэр Чарльз Нейпир приказал выплатить сепоям определенные надбавки в качестве компенсации за дороговизну продовольствия, по системе, не санкционированной штабом, и пригрозил повторить это, генерал-губернатор подверг его такому порицанию, что Нейпир подал в отставку. Реформы Далхаузи не ограничивались департаментами общественных работ и военными делами. Он создал имперскую систему почтовых отделений, снизив тарифы на пересылку писем и введя почтовые марки. Он учредил департамент народного образования; улучшил систему инспекции тюрем, отменив практику клеймения заключенных; освободил перешедших в другие религии от потери гражданских прав; ввел систему административных отчетов; и расширил Законодательный совет Индии. Его широкий интерес ко всему, что касалось благосостояния британских экономических интересов в стране, проявился в поддержке развития чайной культуры, защите лесов и сохранении древних и исторических памятников. С целью сделать гражданскую администрацию более европейской, он закрыл, по его мнению, бесполезный колледж в Калькутте для подготовки молодых чиновников, заменив его европейской системой обучения на местах и проводя ведомственные экзамены. Он также заботился о благополучии европейских солдат, предоставляя им возможности для здорового отдыха и общественные сады.

Реформа государственной службы

Он улучшил правила отпусков и пенсионного обеспечения, а также укрепил моральные устои государственной службы, запретив участие в коммерческих предприятиях, строго наказывая за неплатежеспособность и демонстрируя личным примером тщательный подход к назначению на должности. Ни один генерал-губернатор не подготовил большего количества важных документов, касающихся государственных дел в Индии. Даже после отставки и во время возвращения домой он, будучи тяжело больным, заставил себя пересмотреть итоги своей деятельности, создав документ такой важности, что Палата общин распорядилась о его публикации (Голубая книга № 245 за 1856 год). Еще одним важным комплексом реформ стала модернизация системы землевладения и налогообложения. На протяжении всего срока пребывания в должности Далхаузи лишал крупных землевладельцев части их владений. Он также проводил политику, направленную на упразднение власти заминдаров – сборщиков налогов, которых он считал разрушительной "паразитической прослойкой". Однако тысячи мелких землевладельцев были полностью лишены своих угодий, равно как и относительно бедные крестьяне, арендовавшие небольшие участки земли и обрабатывавшие остальную землю. Это имело особое значение, поскольку сепои часто набирались из этих социальных слоев. Он ввел систему открытого конкурса как основу для приема на службу в Ост-Индскую компанию, тем самым лишив директоров компании их системы покровительства в соответствии с Законом об управлении Индией 1853 года.

Внешняя политика

Его внешняя политика руководствовалась стремлением уменьшить номинальную независимость крупных местных государств и избежать расширения политических отношений его правительства с иностранными державами за пределами Индии. Когда на него оказывали давление с целью вмешательства в Хайдарабад, он отказался, заявив, что вмешательство оправдано лишь в том случае, если управление местными князьями несомненно наносит ущерб подданным или союзникам британского правительства. В 1853 году он заключил договор с низамом, предусматривавший финансирование содержания контингента, поддерживаемого британцами для поддержания власти этого принца, путем передачи Бераров взамен ежегодных выплат за расходы и значительной задолженности. Договор о Берарах, как он сказал сэру Чарльзу Вуду, скорее всего, сохранит низама на троне, чем все, что с ним происходило за последние 50 лет, а приобретенный таким образом контроль над полосой территории между Бомбеем и Нагпуром способствовал его политике консолидации и планам расширения железных дорог. Тот же дух побудил его терпеть войну за престолонаследие в Бахавалпуре, пока претенденты не нарушали британскую территорию. Он воздержался от наказания Доста Мухаммеда за его участие в сикхской войне и решительно отказался вступать в переговоры, пока сам эмир не проявит инициативу. Затем он занял умеренную позицию между предложениями своего агента Герберта Эдвардса, выступавшего за наступательный союз, и Джона Лоуренса, который избегал бы любого рода обязательств. Он сам разработал краткий договор о мире и дружбе, который Лоуренс подписал в 1855 году, а в 1856 году этот офицер получил Орден Бани в качестве рыцаря-командора в знак признания его заслуг в этом деле. Однако, хотя Далхаузи был доволен взаимными обязательствами с афганским вождем, обязывающими каждую сторону уважать территории другой, он считал, что в Белуджистане необходимо более широкое вмешательство, и он уполномочил майора Джейкоба договориться с ханом Калата о договоре о подчиненном сотрудничестве 14 мая 1854 года. Хану была гарантирована ежегодная субсидия в размере 50 000 рупий в обмен на договор, полностью и исключительно связывающий его с британцами. Центральные власти выразили несогласие с этим, но соглашение было должным образом ратифицировано, а субсидия значительно увеличена преемниками Далхаузи. С другой стороны, он настаивал на том, чтобы все вопросы, касающиеся Персии и Средней Азии, решались советниками королевы. После завоевания Пенджаба он начал дорогостоящий процесс попыток наладить полицию и контроль над Северо-Западной пограничной областью. Горцы, как он писал, рассматривают равнины как свою пищу и добычу, и африди, мохманды, племена Черной горы, вазири и другие должны были понять, что их новые соседи не потерпят насилия. Но он объявил всем о своем желании мира и призвал их к племенной ответственности. Тем не менее, военное присутствие на северо-западной границе Индии, начатое им, ежегодно росло в стоимости и продолжалось без перерыва до ухода британцев из Пакистана. Аннексия Ауде была оставлена на потом. Центральные власти попросили Далхаузи продлить срок пребывания в должности во время Крымской войны, но трудности проблемы и осложнения в других местах побудили его отложить операции. В 1854 году он назначил Оутрема резидентом при дворе Лакхнау, поручив ему представить отчет о состоянии провинции. Этот отчет был представлен в марте 1855 года. Отчет предоставил британцам предлог для действий, основанный на "беспорядках и злоупотреблениях". Далхаузи, ссылаясь на договор 1801 года, решил, что он может делать с Аудом все, что захочет, при условии согласия короля. Затем он потребовал передачи Компании всей администрации Ауде, оставив за королем лишь его королевский титул, определенные привилегии в судах и щедрое содержание. В случае отказа от этого предложения, было бы организовано всеобщее восстание, после чего британское правительство вмешалось бы на своих условиях. 21 ноября 1855 года Совет директоров поручил Далхаузи взять под контроль Ауде и не предоставлять королю выбора, если он не будет уверен, что его величество предпочтет передать управление, а не рисковать революцией. Далхаузи был болен и собирался уйти в отставку, когда до него дошли запоздалые приказы, но он немедленно разработал инструкции для Оутрема в каждой детали, перебросил войска и разработал план управления с особыми указаниями относительно умиротворения местного населения. Король отказался подписать ультиматум (в форме "договора"), представленный ему, и поэтому 13 февраля 1856 года был издан прокламатор о присоединении провинции. В его сознании оставался лишь один важный вопрос, который необходимо было решить перед уходом в отставку. Восстание коларианских санталов в Бенгалии против вымогательств землевладельцев и ростовщиков было жестоко подавлено, но причины восстания все еще требовали изучения и принятия мер. Устранив эту территорию из-под местного управления, обеспечив пребывание британских офицеров и используя сантальских старост в местной полиции, он создал систему управления, которая оказалась успешной в поддержании порядка.

Возвращение в Британию

6 марта 1856 года Далхаузи отплыл в Англию на борту судна компании "Фироз", вызывая всеобщее сочувствие и глубокое уважение. В Александрии он был перевезен на HMS "Caradoc" на Мальту, а затем на "Tribune" в Спитхед, куда прибыл 13 мая. Его возвращение с нетерпением ждали государственные деятели, надеявшиеся на его возвращение к общественной деятельности, компания, предоставившая ему ежегодную пенсию в размере £10 000, и королева, искренне молившаяся о восстановлении его здоровья и сил. Однако вспышка "Восстания сипаев" привела к резкой критике его политики и к широким (справедливым и несправедливым) нападкам на его политические интересы и карьеру. Его здоровье ухудшалось на Мальте, в Малверне и Эдинбурге, где он проходил лечение. В своей переписке и публичных выступлениях он старался не возлагать вину на коллег по правительству и не ставить их в неловкое положение. В этот период Джон Лоуренс, 1-й барон Лоуренс, обращался к нему за советом и поддержкой. По его завещанию, его личный дневник и документы, представляющие личный интерес, были опечатаны и запрещены к публикации или изучению в течение полных 50 лет после его смерти. Поскольку у него не было сыновей, маркизат прекратился с его кончиной.

Наследие и память

Основанная в 1854 году Британской империей в Индии как летняя резиденция для войск и чиновников, горная станция Далхаузи была названа в честь лорда Далхаузи, занимавшего в то время пост генерал-губернатора Индии.