Введение

Мифологическое существо, меняющее облик в Шотландии

Бубри – мифологическое существо, меняющее облик, обитающее в озерах западного побережья Шотландии. Чаще всего оно принимает вид гигантской водной птицы, похожей на баклана или чернозобую гагару, но также может материализоваться в облике различных других мифологических существ, таких как водяной бык. Бубри обычно является злонамеренным существом, которое охотится на скот, перевозимый на кораблях, но также питается выдрами, которых потребляет в большом количестве. В облике водяного коня существо способно галопировать по поверхности озер, словно по твердой земле. Летом его редко можно увидеть в виде крупного насекомого, высасывающего кровь лошадей. Фольклорист Кэмпбелл из Айлы предположил, что описания бубри могли быть основаны на наблюдениях за гагаркой. Рев, издаваемый бубри, больше напоминающий бычий, чем птичий, возможно, происходит от необычного крика большой выпи, которая редко посещала Шотландию.

Этимология

Бубри, возможно, происходит от слова boibhre, означающего «дающий коров» или «наделяющий коровами». Эдвард Дуэлли, шотландский лексикограф, приводит tarbh boidhre как «чудовище, демон» и «бог, способный превращаться во множество обличий», а tarbh aoidhre – как вариант, распространенный в северных округах. Более простая составляющая tarbh, как отдельное слово, определяется Дуэлли как «бык». Переписчики этой истории использовали различные написания второй части, некоторые даже прибегали к непоследовательным вариациям в собственных изложениях. Джордж Хендерсон, например, фольклорист и кельтский ученый, использовал пять альтернативных написаний: bo'eithre; boidhre; bo oibhre; eithre; и fhaire. Другие авторы использовали такие варианты написания, как: aoidhre; baoighre; baoidhre; boidhre; eighre; и oire.

Описание и общие признаки

Исследование фольклора, особенно кельтских устных традиций, началось в 19 веке, и было выявлено несколько "странных" и менее известных существ, включая бубри. Это, как правило, злонамеренная сущность, способная материализоваться в виде различных мифических созданий. Он обычно нападает на животных, перевозимых на кораблях, предпочитая телят, но также с удовольствием поедает ягнят и овец, унося свою добычу в самые глубокие воды, прежде чем ее съесть. Он также чрезвычайно любит выдр, которых потребляет в больших количествах. В своем любимом обличье птицы бубри напоминает гигантского гагара или баклана, но с белыми отметинами. По словам фольклориста Кэмпбелла из Айлэ, подробное описание его размеров, предоставленное авторитетным источником, утверждает, что он "больше, чем семнадцать самых крупных орлов, взятых вместе". У него мощный черный клюв шириной и длиной около 40 см, конец которого сужается, как у орла. Шея существа почти метр длиной и чуть менее метра в обхвате. Короткие, черные, сильные ноги ведут к перепончатым лапам с гигантскими когтями. Отпечаток лапы бубри, найденный в иле на берегу озера, был равен "размаху пары крупных, широко разветвленных рогов красного оленя". Он издает громкий рев, выражающий недовольство, звучащий скорее как бык, чем как птица. Конструкция его крыльев больше приспособлена для плавания, чем для полета. Его злые силы в форме птицы, по словам Кэмпбелла из Айлэ, "привели в ужас священника, заставив его потерять самообладание". Ненасытный аппетит бубри к скоту представлял угрозу для местных фермеров, которые зависели от своих животных как от источника дохода и пропитания. Хотя морские заливы и озера являются естественной средой обитания бубри, он укрывается на суше в зарослях вереска. Сведения о пределах ареала бубри противоречивы. Кэмпбелл из Айлэ утверждает, что он обитает исключительно в озерах Аргилшира, как и заслуженный профессор английского языка Джеймс Маккиллоп. Писатели Кэтрин Бриггс и Патрисия Монаган, с другой стороны, считают, что ареал обитания существа охватывает более широкие Шотландские горы, хотя Бриггс иногда уточняет, что речь идет об Аргилшире. В неопубликованных заметках Кэмпбелла из Айлэ говорится, что бубри не видели уже несколько лет, вероятно, из-за повсеместного выжигания вереска в его ареале обитания.

Альтернативные проявления

Когда проявляется в виде водного коня, существо способно галопировать по поверхности озёр; шум ударов копыт существа о воду такой же, как если бы оно галопировало по твёрдой земле. Хендерсон воспроизвёл части рукописей Кэмпбелла из Ислая при написании "Выживание верований среди кельтов" (1911). Среди них есть история, указанная как "бубри как тарбхи уси". Повествование начинается с подробного описания того, как человек по имени Эханн кормил колоссального чёрного быка, обнаружив его корчащимся от боли и, возможно, близким к смерти на берегу озера Лох-нан-Добхран, на западном побережье Аргилла. Спустя несколько месяцев Фемми, подруга Эханна, время от времени тревожится неуловимыми тенями, которые она ощущает на озере, заставляющими её думать о Мёрдоке, её бывшем возлюбленном. Однажды вечером, сидя и мечтая об Эханне в sheiling у озера, она почувствовала мерцание тени за спиной, но на этот раз это был Мёрдок. Он быстро одолел её, укутав одеялом и связав руки. В этот момент водяной бык пришёл на помощь Фемми, сбив Мёрдока с ног. Затем бык опустился на колени, позволив Фемми взобраться на спину, и перенёс её со скоростью света обратно в дом её матери. Бык исчез и больше никогда не появлялся, но "в воздухе был слышен громкий зов". Стихотворение было на гэльском языке и переводится как:

Затем утверждается, что сказка "раскрывает устойчивость в народных верованиях идеи трансформации, бубри являясь обителью духа". Бубри также может проявляться в виде крупного насекомого, сосущего кровь лошадей. Хендерсон описывает его как "большого полосатого коричневого гобхлахана или ухопряда" с "множеством щупалец или усиков". В таком виде его видели редко, обычно только в разгар лета, в августе и сентябре.

Ловля и охота

Фермер и его сын пахали поле на острове Малл с помощью запряжки из четырех лошадей у озера Фрейза, но работа остановилась, когда у одной из лошадей отвалилась подкова, и она не смогла продолжать. Заметив пасущуюся неподалеку лошадь, они решили попробовать использовать ее вместо той, что вышла из строя. Как только лошадь запрягли в деревянный плуг, она, казалось, была знакома с работой и поначалу работала ровно. Но когда она начала двигаться в сторону озера, стала беспокоиться, и фермер слегка подстегнул ее кнутом, чтобы побудить продолжать. В тот же миг она превратилась в гигантского бубри, издала громкий рев и нырнула в озеро, утащив за собой плуг и трех других лошадей. Испуганные фермер и его сын наблюдали, как существо поплыло к центру озера, а затем скрылось под водой, унося с собой лошадей и плуг. Спустя семь часов от трех лошадей не было никаких вестей. В рассказе, записанном Джоном Кэмпбеллом из Килберри, охотник попытался застрелить бубри, увидев его в облике птицы на морском озере в один промозглый февральский день. Он поплыл в озеро, пока вода не дошла ему до плеч, но когда он приблизился к существу, оно нырнуло под воду. Охотник простоял на месте сорок пять минут, прежде чем вернуться на берег, где прождал еще шесть часов, безуспешно ожидая, пока бубри снова появится на поверхности. Точное местоположение озера не указано.

Происхождение

Кемпбелл из Айлы предполагает, что бубри могли произойти от наблюдений за гагаркой. Он отметил, что ему рассказывали истории об этом существе разные люди, и считал, что оно имеет "реальное существование в народном сознании". Он полагал, что сказания о бубри в облике водяного коня напоминают скандинавский миф о "пахоте Асов". Ссылаясь на словарь Форбса 1905 года "Гельские названия зверей", где bubaire определяется как большая выпь, и на подробное описание, данное ученым Джеймсом Логи Робертсоном о "быке из болота" (альтернативное название выпи) в газете The Scotsman в 1908 году, Хендерсон выдвигает гипотезу, что бубри может происходить от выпи. Он указывает на "странный, жуткий звук" выпи и ее "жуткий, глухой крик" по ночам и в течение вечера, описывая его как тихий рев крупного рогатого скота, особенно в период размножения птицы. Записи свидетельствуют о том, что эта птица была редкой в Шотландии, но ее видели в первом десятилетии XX века, хотя встреча с выпью считалась предвестником смерти или беды.