Луций Корнелий Цинна: римский консул и политический деятель I века до н.э.

Введение

Римский консул Луций Корнелий Цинна (до 130 г. до н.э. – начало 84 г. до н.э.) был консулом Римской республики четыре раза. Выступая против похода Суллы на Рим в 88 г. до н.э., он был избран консулом в 87 г. до н.э., в течение которого участвовал в вооруженном конфликте – войне Октавиана (Bellum Octavianum) – со своим соконсулом Гнеем Октавием. Одержав победу, Цинна вместе со своим союзником Гаем Марием начал внесудебные расправы над своими личными врагами. После этого он доминировал в республике в течение следующих трех лет, непрерывно занимая должность консула. Хотя его власть не была абсолютной – он в основном ограничивался обеспечением консульства для себя и своих сторонников – его политическое правление установило "важный прецедент" для последующих сильных лидеров в республике. В 85 и 84 гг. до н.э. он готовился к гражданской войне с Суллой, который вскоре должен был вернуться из Первой Митридатовой войны. Но когда он пытался переправить своих солдат через Адриатическое море у Анконы в начале 84 г. до н.э., они взбунтовались, и Цинна был убит.

Ранняя жизнь и семья

Цинна родился за некоторое время до 130 года до н.э. в патрицианской семье, не прославившейся в последнее время. Теодор Моммсен считал род Корнелиев Цинн плебейским, однако большинство современных авторов относят их к патрициям. Его отец, возможно, был консулом в 127 году до н.э. Он женился на женщине по имени Анния, от которой у него было трое детей: две дочери и сын с тем же именем. Его старшая дочь вышла замуж за Гая Юлия Цезаря (диктатора и консула 59 года до н.э.), вероятно, во время второго консульства Цинны в 86 году до н.э.; младшая дочь вышла замуж за Гнея Домиция Аенобарба (умершего в 81 году до н.э.). Сын Цинны, носивший то же имя, избежал расправы Суллы, бежав к Квинту Серторию – одному из легатов Цинны – после гражданской войны Суллы, а затем получил амнистию по закону Плавтию и вернулся в Рим. Позже он стал претором в 44 году до н.э. Не позднее 90 года до н.э. Цинна, вероятно, занимал должность претора. Известно, что он также участвовал в Социальной войне; Т. Р. С. Браутон полагал, что Цинна был одним из легатов, руководивших успешным римским наступлением против марсов во время войны в 89 году до н.э. Однако о жизни и карьере Цинны до избрания консулом известно крайне мало.

Избирательный контекст

В 88 году до н.э. в римской политике существовало два основных вопроса. Первый касался Италии. Во время Социальной войны Римская республика предоставила римское гражданство практически всем итальянским союзникам. Публий Сулпиций Руф, плебейский трибун, стремился завоевать их расположение, добиваясь включения их во все тридцать пять племен (избирательных единиц); этому противились политики, которые хотели сосредоточить многочисленных итальянцев в ограниченном количестве существующих или восьми вновь созданных племен. Второй вопрос касался командования. Митридат VI Евпатор, царь Понта, недавно вторгся в провинцию Азия. Командующий римским войском получал прекрасную возможность разбогатеть и приобрести влияние благодаря военной добыче и славе. Сулпиций попытался связать эти два вопроса, добившись передачи командования против Митридата от действующего консула Луция Корнелия Суллы пожилому генералу Гаю Марию в обмен на поддержку Марием включения итальянцев в племена. Но после принятия закона о передаче командования Суллы Марию, Сулла подкупил свою армию, чтобы она двинулась на Рим и отменила действия Сулпиция. После этого он отменил законы Сулпиция и изгнал двенадцать человек, включая самого Сулпиция и Мария. Сулла оправдывал свои действия, утверждая, что как консул он обязан освободить государство от опасных демагогов. Он также мог принять законы в 88 году до н.э., чтобы изменить римскую конституцию, ограничив полномочия и право законодательной инициативы плебейских трибунов; однако некоторые ученые полагают, что эти реформы являются проекцией более поздних действий Суллы как диктатора. Несмотря на причины и предполагаемые реформы Суллы, его поход на Рим вызвал глубокое и всеобщее возмущение во время выборов. Одной из целей Цинны во время своего консульства было привлечение Суллы к ответственности за его поход на Рим; он обещал, что в случае избрания он будет добиваться суда над Суллой по истечении своего срока. Сулла не поддержал Цинну и вместо этого выдвинул Публия Сервилия Ватия Исаурика, союзника, недавно одержавшего триумф. Комиции, все еще негодуя по поводу похода Суллы и обращения с Сулпицием и Марием, отвергли кандидата Суллы и избрали Цинну вместе с Гнеем Октавием в качестве его коллеги. Возможно, два назначенных консула в то время были друзьями. Прежде чем результаты были официально объявлены, Сулла понял, что они будут для него неблагоприятными; стремясь не вмешиваться в выборы напрямую, он попытался найти религиозное решение для защиты своих действий. Прежде чем объявить победителей, он заставил Цинну и Октавия поклясться не отменять договоренности Суллы публично. Консулы-электы согласились, поскольку Сулла, как председательствующий консул, имел право отказаться объявить победителей и признать результаты недействительными. Октавий, казалось, воспринял клятву всерьез, а Цинна – нет.

In 88 BC, there were two major questions in Roman politics. The first was the Italian question. During the Social War, the Roman republic had granted basically all the Italian allies Roman citizenship. Publius Sulpicius Rufus, a plebeian tribune, sought to curry their favour by enrolling them equally into the thirty five tribes (voting units); in this, he was opposed by politicians who wished to pack the numerous Italians into a limited number of existing – or eight newly created – tribes. The other question was one of command. Mithridates VI Eupator, king of Pontus, had recently invaded the province of Asia. The commander of the Roman response would have a great opportunity to become wealthy and influential from the plunder and glory of the war. Sulpicius attempted to link the two matters by securing transfer of then consul Lucius Cornelius Sulla's command against Mithridates to the aged general Gaius Marius in exchange for Marius' support for Italian enrolment. But after he passed the legislation transferring Sulla's command to Marius, Sulla suborned his army into marching on Rome to overturn Sulpicius' actions. After doing so, he invalidated Sulpicius' laws and banished twelve men, Sulpicus and Marius included. Sulla justified his actions by claiming that as consul he had a duty to free the state from dangerous demagogues. He also may have passed legislation in 88 BC to change the Roman constitution by reducing the powers and legislative initiative of the plebeian tribunes; however, some scholars have suggested these reforms are retrojections of Sulla's later actions as dictator. Sulla's reasons and putative reforms notwithstanding, his march on Rome was the subject of deep and broad revulsion at the elections. One of Cinna's goals during his consulship was holding Sulla legally responsible for his march on Rome; he promised that if elected he would have Sulla prosecuted at the expiration of his term. Sulla did not support Cinna and instead put forward Publius Servilius Vatia Isauricus, an ally who had recently celebrated a triumph. The comitia, still indignant over Sulla's march and treatment of Sulpicius and Marius, rejected Sulla's candidate and elected Cinna with Gnaeus Octavius as his colleague instead. The two consules designati may have, at the time, been friends. Before the results were officially announced, Sulla realised they would be personally unfavourable; seeking not to interfere in the elections directly, he instead tried for a religious solution to protect his actions. Before he declared the winners, he first induced Cinna and Octavius to swear not to overturn Sulla's arrangements publicly. The consuls designate did so because Sulla as presiding consul had the power to refuse announcement of the winners and invalidate the results. While Octavius seemed to take the oath seriously, Cinna did not.

Выдворение

Первым действием Цинны в качестве консула было привлечение плебейского трибуна к суду за убийство Сульпиция, который в момент смерти являлся действующим и неприкосновенным плебейским трибуном. Это было предпринято, чтобы помешать Сулле покинуть Италию во главе армии, лишить его власти (imperium) и отстранить от командования в Митридатовой войне. Однако это оказалось неисполнимым: Сулла проигнорировал вызов трибуна и отбыл со своей армией в Грецию. Согласно Аппиану, Цинна принимал взятки в поддержку включения новых итальянских граждан в тридцать пять триб. Получил ли он взятку или нет, Цинна публично выразил поддержку такому включению, что немедленно привело к конфликту с его соконсулом Октавием. Сторонники Цинны и Октавия быстро взялись за оружие. Попытки Цинны инициировать принятие закона о распределении новых граждан по трибам наталкивались на вето трибунов, поддержанное Октавием, что вызвало бунт против трибунов. После этого сенат, возможно, издал ультиматум (senatus consultum ultimum) против бунтовщиков; Октавий быстро привел его в исполнение, поведя своих поспешно вооруженных сторонников по Виа Сакра и убив бунтовщиков. Цинна остался невредимым и покинул город вместе с некоторыми своими ключевыми сторонниками, включая Квинта Сертория, Гая Милония, Марка Мария Грацидиана и шестерых из десяти плебейских трибунов. После его отъезда в итальянские города для сбора людей и средств, сенат незаконно и неконституционно лишил Цинну консульства и объявил его врагом народа (hostis), избрав на его место Луция Корнелия Мерулу (также flamen Dialis). Ввиду священнических обязанностей и запретов, налагаемых на Мерулу, Октавий фактически осуществлял полномочия единственного консула.

Марш на Рим

Цинна достиг Нолы, итальянского города, все еще сопротивлявшегося римской осаде, где он предстал перед армией, расположенной там, в консульских регалиях. Он обратился к ним как к обделенному консулу, несправедливо лишенному дара от народа сенатом, который тем самым попирал народный суверенитет. Армия вознесла его и объявила о своей поддержке. Цинна затем заставил офицеров и солдат принести присягу верности. После этого он объезжал итальянские города, призывая к поддержке и заявляя, что на него напали за его поддержку итальянцев. Тем временем Октавий и Мерула укрепляли город. Гай Марий, один из изгнанников времен Суллы, вернулся в Италию и присягнул Цинне на верность. Цинна признал Мария проконсулом, но тот наотрез отказался от этого титула, прежде чем заручиться поддержкой среди итальянцев и вернуться в лагерь Цинны с примерно 6000 человек. Сенат и Октавий приказали Помпею Страбону – командующему на северном театре Социальной войны – вернуться в Рим и защитить город со своей армией. Расположившись лагерем за пределами города, он не был готов поддержать ни одну из сторон, пока не вступит в переговоры с обеими. Затем прибыли войска Цинны и осадили город. Он возглавил основные силы напротив Коллинских ворот, а два отряда под командованием Сертория и Мария были направлены на север и юг от города соответственно. Страбон в конечном итоге встал на сторону Октавия; Сенат, стремясь к поддержке, также приказал Квинту Цецилию Метэллу Пию, находившемуся в походе против самнитов, немедленно заключить почетный мир и вернуться для защиты города. Ведя переговоры с самнитами, они потребовали гражданства для себя и всех беженцев, освобождения всех военнопленных и неэквивалентного возврата всей добычи. Метэлл и Сенат отказались; однако Цинна и Марий воспользовались возможностью и предложили все необходимые уступки, привлекая самнитов в качестве союзников. После того, как один из военных трибунов в Риме дезертировал и открыл ворота на Яникул, войска Цинны и Мария двинулись на штурм города, но были остановлены шестью когортами из армии Страбона. Стремясь использовать свою армию для получения второго консульства, Страбон начал тайные переговоры с Цинной, но вскоре умер от чумы. Продлив осаду, войска Цинны распространились по окрестностям и успешно перекрыли поставки продовольствия в Рим. Сенат затем отправил послов к Цинне для переговоров о перемирии. Первоначально смущенные требованием Цинны, чтобы к нему обращались как к консулу, сенаторы согласились на это после отречения Мерулы от консульства.

Cinna reached Nola, an Italian town still holding against Roman siege, where he appeared before the army stationed there in consular regalia. He addressed them as a mistreated consul who had been unjustly deprived of a gift of the people by the senate, who thereby made a mockery of popular sovereignty. The army raised him up and declared their support. Cinna then administered an oath of loyalty for the officers and men. Following this, he travelled around Italian towns saying that he needed their support and that he had been attacked for his pro Italian advocacy. Meanwhile, Octavius and Merula acted to fortify the city. Gaius Marius, one of the Sullan exiles, returned to Italy and pledged his loyalty to Cinna. Cinna acknowledged Marius as proconsul, but Marius scrupulously refused the title before drumming up support among the Italians and returning to Cinna's camp with some 6,000 men. The Senate and Octavius had ordered Pompey Strabo – a commander in the northern theatre of the Social war – to return to Rome and defend the city with his army. Encamped outside the city, he was not prepared to commit for either side before treating with both of them. Cinna's forces then arrived and besieged the city. He led the main force opposite the Colline Gate, with two detachments under Sertorius and Marius on the north and south of the city, respectively. Strabo eventually sided with Octavius; the Senate, seeking support, also ordered Quintus Caecilius Metellus Pius, who was in the field against the Samnites, to make an honourable peace immediately and return to defend the city. When Metellus negotiated with the Samnites, they demanded citizenship for themselves and all those who had fled to them, release of all war prisoners, and non reciprocal return of all plunder. Metellus and the Senate refused; Cinna and Marius, however, seized the opportunity and offered all the necessary concessions, gaining the Samnites as allies. After one of the military tribunes in Rome defected and opened the gates to the Janiculum, Cinna and Marius' forces moved to storm the city; they were, however, stopped by six cohorts from Strabo's army. Strabo, seeking to leverage his military forces into a second consulship, initiated secret negotiations with Cinna, but soon died of plague. Extending the siege, Cinna's forces fanned out across the countryside and successfully cut Rome's food supply. The Senate then sent envoys to Cinna to negotiate a truce. Initially put off by Cinna's demand that they address him as consul, the Senate acquiesced on this point after Merula abdicated his consulship.

Внезаконные убийства

Посланцы получили от Цинны обещание не убивать никого по своей воле, но его союзник Мариус молча стоял за его креслом. Затем Цинна вошёл в город и издал закон о возвращении Мариуса и сулланских изгнанников. Отряд его кавалерии во главе с Гаем Марцием Цензорином убил консула Октавия, отказавшегося бежать. Цензорин преподнёс голову консула Цинне; это был первый случай, когда голова консула выставлялась в качестве трофея другому римлянину. Цинна и Мариус приступили к расправе над своими политическими противниками: Гай и Луций Юлии Цезари были убиты без суда, вместе с Публием Лицинием Крассом и Марком Антонием. Мерула – недавно сложивший с себя полномочия суффект-консул – и давний соперник Мариуса, Квинт Лутаций Катул, были преданы суду народа, предположительно за узурпацию консульства и государственную измену; они совершили самоубийство до вынесения приговора. Убийства не затронули широкие слои политической элиты и, вероятно, отражали личные счеты Мариуса; жертвы также не были связаны с Суллой. Нет свидетельств того, что преследования распространялись на семьи погибших. Более поздние источники – включая Диона, Веллея Патеркула, Ливия, Диодора и Плутарха – утверждают, что Цинна и Мариус в течение пяти дней грабили и разоряли город, однако эти утверждения, скорее всего, являются сулланской пропагандой, отражённой в мемуарах Суллы. Цицерон, современник событий и говоривший с людьми, жившими во времена режима Цинны, указывает, что Цинна и Мариус преследовали лишь политических врагов и не угрожали всем жителям Рима, а также не разграбили город.

Доминация и смерть

Вернувшись в город, он возобладал в государственных делах и предпринял меры против Суллы. Сулла был объявлен врагом народа и лишен жреческих полномочий. Его имущество было конфисковано, дом разрушен, а законы отменены. Его жена и дети бежали из города под защиту армии Суллы в Греции. На выборах в конце 87 г. до н.э. Цинна избрал себя и Мария консулами – в отличие от некоторых древних источников, вероятно, была проведена комиция, просто они были единственными кандидатами на 86 г. до н.э. Однако Марий умер всего через тринадцать дней после вступления в должность седьмого консульства, возможно, от пневмонии. На место Мария Цинна назначил Луция Валерия Флакка. В 86 г. до н.э. перепись населения провели Луций Марций Филипп и Марк Перперна. Хотя Цинна поддерживал регистрацию италийцев в качестве граждан, число зарегистрированных в том году – всего 463 000 – указывает на то, что большинство новоиспеченных граждан еще не были зарегистрированы. Флакк, соконсул Цинны, также внес и принял закон, сокративший все долги на три четверти. В конце года Флакк отправился в Грецию, якобы, чтобы принять командование над армией, оставшейся без вождя – командование Суллы было официально упразднено, поскольку он был объявлен вне закона, – но вскоре был убит одним из своих легатов, Гаем Флавием Фимбрией, который затем принял командование. В конечном итоге Сулла изгнал Митридата из Азии и заключил мир, Дарданский договор, на выгодных для Понта условиях к 85 г. до н.э. Он также подкупил армию Фимбрии на востоке, что привело Фимбрию к самоубийству. На 85 г. до н.э. Цинна выбрал Гнея Папирия Карбо своим консульским коллегой. Мир Суллы с Понтом, широко рассматриваемый как уступчивый, чтобы дать Сулле свободу действий против его врагов в Италии, и другие действия в Азии указывали на то, что он вернется с оружием в руках. Цинна и Карбо немедленно начали военные приготовления и пропагандистскую кампанию. Они накапливали деньги и продовольствие со всей Италии, одновременно набирали людей и предупреждали, что Сулла, в случае победы, отменит гражданские права италийцев. Эти предупреждения, учитывая жестокие действия Суллы против Сульпиция в 88 г. до н.э., казались обоснованными. В конце 85 г. до н.э. Сулла отправил письмо в Сенат в Риме, в котором перечислил свои достижения в Митридатовой войне и жаловался на режим в Риме. Затем он пообещал отомстить своим врагам во имя своих убитых друзей, своей семьи в изгнании и Рима. В противовес требованиям Цинны, он также заявил, что не намерен отменять гражданские права италийцев. Сенат ответил на письмо, отправив посольство к Сулле, чтобы попытаться примирить его с его политическими противниками. Сенат также поручил Цинне и Карбо прекратить военные приготовления; они согласились, но проигнорировали Сенат и продолжили набор войск. Стратегия Цинны, по-видимому, заключалась в том, чтобы пробиться на восток, в Грецию, и сразиться там с Суллой. Цинна и Карбо продолжали занимать должности консулов в течение 84 г. до н.э.; в начале этого года Цинна начал переправлять свои войска через Адриатическое море. Современные источники расходятся во мнениях относительно его конечного пункта назначения. Т. Р. С. Браутон указывает Эпир. Другие, такие как Эрнст Бадиан, утверждают, что Цинна направлялся в Либурнию, на север Адриатики, что означает, что Цинна не собирался бросать вызов Сулле в Греции. Первые корабли благополучно пересекли Адриатическое море. Но вторая группа столкнулась со штормом. Некоторые корабли затонули, и многие солдаты дезертировали, заявив, что не желают воевать с согражданами. Оставшиеся солдаты, ожидавшие отплытия в Анконе, отказались садиться на корабли. Аппиан сообщает, что, когда Цинна созвал собрание, он попытался навести дисциплину, что привело к мятежу его людей и его убийству. Плутарх рассказывает другую историю, в которой солдаты опасались, что Цинна убил тогда молодого Помпея; однако эта история неправдоподобна. После его смерти его соконсул Карбо был отозван в Рим для проведения выборов его преемника, но после двух неудачных попыток проведения выборов, сопровождавшихся плохими предзнаменованиями, выборы были отложены на неопределенный срок, и Карбо занимал должность без коллеги до конца года. Посланники Сената принесли Сулле известие о смерти Цинны. Сулла отверг предложения Сената, отказался распустить армию и потребовал, чтобы Сенат восстановил его законный статус, имущество и должности. Отказ Суллы от условий был воспринят негативно. В конечном итоге Сулла вторгся в Италию в 83 г. до н.э., что спровоцировало гражданскую войну, в которой он в конечном итоге одержал победу в следующем году.

When he returned to the city he dominated public affairs and took measures against Sulla. Sulla was declared hostis and stripped of his priesthood. His property was confiscated, his house demolished, and his legislation repealed. His wife and children fled the city for the protection of Sulla's army in Greece. At elections in late 87 BC, Cinna had himself and Marius elected as consuls – contrary to some ancient sources, an electoral comitia was likely held, just the two were the only candidates – for 86 BC. Marius, though, died just thirteen days after assuming his seventh consulship, possibly of pneumonia. In Marius' place, Cinna elevated Lucius Valerius Flaccus. During 86 BC, a census was conducted by Lucius Marcius Philippus and Marcus Perperna. Although Cinna supported the registration of the Italians as citizens, the number counted in that year – just 463,000 – indicates most of the newly enfranchised Italians were yet unregistered. Flaccus, Cinna's co consul, also brought and passed legislation reducing all outstanding debts by three quarters. At the close of the year, Flaccus departed for Greece, ostensibly to assume command over a leaderless army – Sulla's command had officially been vacated because he was declared an outlaw – but was soon assassinated by one of his legates, Gaius Flavius Fimbria, who then assumed command. Sulla eventually drove Mithridates from Asia and secured a peace, the Treaty of Dardanos, with generous terms for Pontus by 85 BC, He also suborned Fimbria's army in the east, causing Fimbria to commit suicide. For the year 85 BC, Cinna chose Gnaeus Papirius Carbo as his consular colleague. Sulla's peace with Pontus, widely regarded as generous so to give Sulla a free hand against his enemies in Italy, and other actions in Asia indicated that he would return in arms. Cinna and Carbo responded by immediately beginning military preparations and a propaganda campaign. They stockpiled money and provisions from all of Italy while levying men and giving warnings that Sulla would, if victorious, overturn Italian enfranchisement. The warnings, given Sulla's violent action against Sulpicius in 88 BC, seemed legitimate. Late in 85 BC, Sulla sent a letter to the Senate in Rome reciting his achievements in the Mithridatic war and complaining against the regime in Rome. He then promised that he would avenge himself upon those enemies in the name of his murdered friends, his exiled family, and Rome. Against Cinna's claims, he also asserted he had no intention to overturn Italian enfranchisement. The Senate responded to the letter by dispatching an embassy to Sulla to try to reconcile him with his political opponents. The Senate also instructed Cinna and Carbo stop military preparations; they agreed to do so but ignored the Senate and continued recruiting. Cinna's strategy seems to have been to force their way east into Greece and fight Sulla there. Cinna and Carbo continued in office as consuls for 84 BC; early in that year, Cinna started to embark his men across the Adriatic. Modern sources seem to differ about his final destination. T R S Broughton says Epirus. Others such as Ernst Badian claim Cinna was going for Liburnia, in the northern Adriatic, meaning that Cinna was not intending to challenge Sulla in Greece. When transiting the Adriatic, the first set of ships transited safely. But the second set encountered a storm. Some of the ships sank and many men deserted, saying they were unwilling to fight fellow citizens. The remaining men waiting to depart at Ancona then refused to embark. Appian reports that when Cinna called an assembly, he attempted to impose discipline, which culminated in his men mutinying and killing him. Plutarch delivers a different story centring around soldiers fearing that Cinna had assassinated the then young Pompey; this story, however, is not credible. After his death, his co consul Carbo was recalled to Rome hold elections for his replacement, but after two attempts to hold elections received bad omens, the elections were indefinitely postponed and Carbo held office without colleague for the rest of the year. The Senate's envoys brought news of Cinna's death to Sulla. Sulla then rejected the Senate's offers, refused to disband his army, and demanded that the Senate restore his legal status, property, and offices. Sulla's rejection of terms was met poorly. Eventually, Sulla invaded Italy in 83 BC, triggering a civil war, in which he was eventually victorious, the next year.

Оценка

Доминирование Цинны плохо задокументировано. По словам Робина Сигера в "Кембриджской древней истории", "оценка [этого периода] представляется чрезвычайно сложной из-за того, что наши немногочисленные источники пронизаны коварным влиянием собственной интерпретации событий Суллой, распространяемой без конкуренции после его победы" в гражданской войне. Однако именно Цинна и его сторонники первыми обратили силу в политическое господство. Их методы не соответствовали республиканским принципам, создав прецедент, которому впоследствии последовали Сулла, Цезарь и Октавиан. Небольшая продолжительность и неполнота его доминирования – Цинна, по-видимому, стремился быть консулом ежегодно – затрудняют формирование ясной оценки его политики или личности. Прежние исследования и античные повествования, представлявшие Цинну как приспешника Мария, в настоящее время в значительной степени отвергаются. Он был искусен в использовании риторики популяров, но не имел четкого понимания глубинных структурных проблем республики. Его поддержка предоставления гражданских прав итальянцам и распределения мест в тридцати пяти племенах была оппортунистической, и он лишь нерешительно выполнял свои обещания, данные итальянцам, укрепившись у власти. После первоначальной волны убийств вместе с Марием в 86 г. до н.э. не наблюдается признаков внесудебных преследований. Политическая жизнь в период его доминирования оставалась в целом традиционной, хотя консул и сенат действовали преимущественно независимо и были склонны игнорировать друг друга. Несмотря на недовольство монополизацией Цинной консульства, римская политическая элита в период его консульства в основном не чувствовала личной угрозы и оставалась в стороне.