Введение
Библиомантия – это практика гадания с использованием книг. Использование священных текстов (особенно определенных слов и отрывков) для "магической медицины", изгнания негативных сущностей или прорицания широко распространено во многих религиях мира.
Bibliomancy is the use of books in divination. The use of sacred books (especially specific words and verses) for "magical medicine", for removing negative entities, or for divination is widespread in many religions of the world.
Терминология
Согласно Оксфордскому словарю английского языка, слово библиомантия (этимологически от βιβλίον biblion «книга» и μαντεία manteía «гадание») определяется как «гадание по книгам или стихам Библии» и впервые зафиксировано в 1753 году (в «Циклопедии Чэмберса»). Иногда этот термин используется как синоним стихомантии (от στίχος stichos «строка, линия, стих») – «гадание по случайным строкам в книгах», впервые зафиксированное около 1693 года (в «Рабле» Уркхарта). Библиомантия сопоставима с рапсодомантией (от rhapsode «поэма, песня, ода») – «гадание путем случайного чтения отрывка из стихотворения». Историческим предшественником была древнеримская практика сортилегий («sortilege, гадание с помощью жребия»), которая развилась в *sortes Homericae*, *sortes Virgilianae* и *sortes Sanctorum*, использующие тексты Гомера, Вергилия и Библии.
Метод
Выбирается книга, в которой, как считается, заключена истина. Она балансируется на корешке и ей дают упасть, чтобы она открылась. Отрывок выбирается с закрытыми глазами. Среди христиан наиболее часто используется Библия (в практике Sortes Sanctorum), а в исламских культурах – Коран. В Средние века в Европе было распространено использование «Энеиды» Вергилия, известного как сорта Вирджилиана. В античном мире использовались сорта Вирджилиана и сорта Гомерика (с использованием «Илиады» и «Одиссеи»). В Иране наиболее популярным видом гадания такого рода является библиомантия с использованием Дивана Хафеза, но это далеко не единственный способ. Также могут использоваться Коран и «Маснави» Руми. Фаль-э Хафез может применяться для одного или нескольких человек. Поскольку владельцы книг часто имеют любимые отрывки, к которым книги открываются сами, некоторые практики используют кости или другие инструменты случайного выбора, чтобы определить страницу для открытия. Эта практика была формализована использованием монет или стеблей тысячелистника при обращении к «И Цзин». Гадание на картах Таро также можно рассматривать как форму библиомантии, с той разницей, что карты (страницы) не переплетены. Другой способ – разрезать страницу острым предметом, например, бритвой. Распространена практика среди некоторых, особенно мессиански настроенных, членов хасидского движения Хабад-Любавич использовать «Игрот Кодеш» – тридцатитомник писем, написанных их лидером Менахемом Менделем Шнеерсоном, для получения наставлений. Другой вариант предполагает выбор случайной книги из библиотеки, а затем случайного отрывка из этой книги. Это также справедливо, если книга упала с полки сама по себе. Английский поэт Роберт Браунинг использовал этот метод, чтобы узнать о судьбе своего увлечения Элизабет Баррет (впоследствии известной как Элизабет Баррет Браунинг). Сначала он был разочарован, выбрав книгу «Итальянская грамматика Серутти», но, случайно открыв ее, его взгляд упал на следующее предложение: «если мы будем любить в ином мире так же, как и в этом, я буду любить тебя вечно» (это было переводческое упражнение).
В исламе
Библиомантия имеет долгую историю в исламской культуре, используя как светские, так и религиозные книги, особенно Коран. Персидское слово Фалнама или Фалнама («Книга предзнаменований» или «Книга гаданий») охватывает две формы библиомантии, исторически использовавшиеся в Иране, Турции и Индии. Коранские фалнама представляли собой разделы в конце рукописей Корана, использовавшиеся для предсказаний на основе сетки. Для рукописей Корана, создаваемых в Индии и Иране, было обычным делом включать в конце специальные листы для гадания, начиная как минимум с конца XIV века и до XIX века. Рукописи Фалнама были необычно большими книгами; сохранившиеся экземпляры варьируются от одного до более чем двухсот сантиметров в высоту. К ним обращались, чтобы предсказать исход важных решений (например, предпринимательского проекта, брака или переезда) или узнать о состоянии отсутствующих родственников или друзей. Чтобы получить ответ на вопрос, читатели совершали омовение, читали молитвы из Корана, а затем открывали книгу на случайной странице. Текст объяснял, был ли прогноз благоприятным, неблагоприятным или умеренным. Например, изображение Солнца указывало на благоприятный исход, а изображение злодея обычно предвещало катастрофический исход. Чтобы избежать наихудших последствий, в тексте рекомендовались благочестивые поступки, такие как молитва, паломничество или проявление доброты к другим.
В художественной литературе
В романе Жюля Верна «Михаил Строгофф» (1876) Феофар Хан приговорил Михаила Строгоффа к слепоте, случайным образом указав в Коране на фразу: «И он больше не увидит вещей этого мира». В книге Дж. Н. Уильямсона «Книга Вебстера» (1993) социопатичный главный герой Делл использует словарь, чтобы направлять свои действия. В рассказе М. Р. Джеймса «Ясень» используется библиомантия для получения предупреждающего послания из Библии. Роман Барри МакКреа «Первый стих» рассказывает историю Ниала Ленихана, студента, который вступает в ‘культ’, члены которого используют сортилегии для принятия решений. В романе Филипа К. Дика «Человек в высоком замке» каждый главный герой практикует библиомантию, в основном, посредством бросания стеблей тысячелистника в сочетании с «И Цзин». Сам Дик, по сообщениям, использовал этот метод для определения ключевых моментов сюжета, даже обвиняя «И Цзин» в развитии событий, которые ему не особенно нравились. В романе Уилки Коллинза «Лунный камень» (1868) рассказчик Габриэль Бетерридж регулярно практикует библиомантию, используя страницы «Робинзона Крузо» Даниэля Дефо. Это хороший пример интертекстуальности, поскольку сам Крузо использует библиомантию в своем пути к искуплению. В книге Гарта Никса «Лираэль» упоминается фальшивая книга «Чёрная книга библиомантии». В книге Огюстена Берроуза «Бег с ножницами» библиомантия (именуемая «открытием Библии наугад») используется одним из главных героев. Рассказчик в «Путешествиях с моей тетей» Грэма Грина вспоминает, что его покойный отец практиковал библиомантию с произведениями Уолтера Скотта: «Однажды, когда он сильно страдал от запора, он случайно открыл «Роб Роя» и прочитал: «Вошел мистер Оуэн. Так регулярно были движения и привычки этого достойного человека». («Путешествия с моей тетей», глава 16.)