Хасан Фатхи: Египетский архитектор и пионер традиционной архитектуры

Введение

Египетский архитектор (1900–1989)

Хасан Фати (23 марта 1900 – 30 ноября 1989) – известный египетский архитектор, который стал пионером в области применения подходящих технологий для строительства в Египте, особенно в части возрождения использования саманного кирпича и традиционных глинобитных конструкций, в противовес западным архитектурным проектам, материалам и планировкам. В 1980 году Фати был удостоен премии Ага Хана в области архитектуры.

Личная жизнь

Хасан Фати родился в Александрии в семье из среднего класса Верхнего Египта. Он изучал и практиковал архитектуру в Египте, окончив Университет короля Фуада (ныне Каирский университет) в 1926 году. Фати женился на Азизе Хассанайн, сестре Ахмеда Хассанайна. На него оказали влияние архитектура Верхнего Египта и простая сельская архитектура; он спроектировал для своей жены виллу в южном стиле вдоль Нила в Маади, которая впоследствии была снесена для строительства новой набережной. Он также спроектировал мавзолей её брата (1947) на улице Салах Салем в стиле неомамлюк.

Карьера

Хасан Фати был космополитичным трехязычным профессором, инженером, архитектором, музыкантом-любителем, драматургом и изобретателем. Он спроектировал почти 160 отдельных проектов – от скромных загородных резиденций до полностью спланированных поселений с полицией, пожарной и медицинской службами, рынками, школами, театрами и местами для отправления религиозных обрядов и отдыха. Эти поселения включали множество функциональных зданий, таких как прачечные, пекарни и колодцы. Он использовал древние методы и материалы проектирования, а также глубокое знание социально-экономической ситуации в сельском Египте и обширные знания древних архитектурных и градостроительных техник. Он обучал местных жителей самостоятельно изготавливать материалы и строить здания.

Ранняя карьера / Новая Гоурна

Он начал преподавать в Колледже изящных искусств в 1930 году и спроектировал свои первые здания из саманного кирпича в конце 1930-х годов. Фати получил международное признание за участие в строительстве Новой Гурны, расположенной на Западном берегу Луксора, построенной для переселения деревни Гурна, которая находилась в пределах археологических зон Долины царей и Долины цариц. План Фати разработал новаторские подходы к экономическим, социальным и эстетическим вопросам, которые обычно влияют на строительство доступного жилья. Что касается экономических вопросов, Фати отметил, что конструкционная сталь не подходит для бедной страны, и даже такие материалы, как цемент, древесина и стекло, не имели экономического смысла. Чтобы решить эту проблему, Фати разработал план, включающий использование подходящих технологий, в частности строительство из глиняного кирпича. Отмечая, что традиционная деревня, хотя и страдала от перенаселенности и плохой санитарии, также являлась выражением «живого общества во всей его сложности», Фати стремился спроектировать Новую Гурну таким образом, чтобы учесть социальные проблемы, включая попытки напрямую консультироваться с «каждой семьей в Гурне» и выступать за участие социальных этнографов в процессе планирования. Несмотря на это, жители бывшей деревни не были рады переезду, что фактически лишило их существующего источника дохода – торговли археологическими находками. Что касается эстетических вопросов, Фати делал акцент на традиционных нубийских архитектурных решениях, которые он наблюдал во время поездки в регион в 1941 году (внутренние дворы; сводчатые крыши), что, по словам Фати, привело к созданию «просторных, красивых, чистых и гармоничных домов». Он также использовал традиционные нубийские орнаментальные техники (клаустра – форма глиняной решетки), а также местные архитектурные традиции региона Гурна. Однако некоторые критики отмечают, что проект Фати для Гурны не является лучшим примером приоритета местной архитектуры в городском плане, учитывая, что купольная архитектура, которую продвигал Фати, традиционно использовалась для погребальной архитектуры, а не для жилых помещений. Несмотря на приложенные усилия и поднятые проблемы при строительстве Новой Гурны, в своей публикации «Архитектура для бедных» он описывает «Гурненский эксперимент» как неудачу. Он упоминает в «Архитектуре для бедных»: «Гурненский эксперимент провалился». Он далее описывает чувство неудачи, вызванное тем, что деревня не была завершена и строительство было остановлено, что сделало теорию строительства из глиняного кирпича еще более причудливой и непрактичной. Несмотря на то, что теория была полностью дискредитирована, никто не пытался найти другие практические способы эффективного строительства крестьянских домов. Было и множество других проблем, с которыми он столкнулся, например, он утверждал: «Это потому, что ни один архитектор не знает реальной стоимости строительства». Он углубляется в эту мысль, говоря о том, что никто реально не знает цену или стоимость, поскольку мы зависим от экономики. Несмотря на пессимистичный взгляд, выраженный в этих книгах, ему удалось создать в Гурне общину, которая до сих пор сохраняется, потеряв лишь 40% оригинальных зданий. Она все еще стоит благодаря включению в список Всемирных памятников 2010 года, а также благодаря сотрудничеству ЮНЕСКО и Всемирного фонда памятников.

He began teaching at the College of Fine Arts in 1930 and designed his first adobe buildings in the late 1930s. Fathy gained international critical acclaim for his involvement in the construction of New Gourna, located on Luxor's West Bank, built to resettle the village of Gourna, which fell within the archaeological areas of the Valley of the Kings and the Valley of the Queens. Fathy's plan devised groundbreaking approaches to economic, social, and aesthetic issues that typically impact the construction of low cost housing. With regard to the economic issues, Fathy noted that structural steel was not an apt choice for a poor country, and that even materials such as cement, timber, and glass did not make good economic sense. To address this issue, Fathy instead devised a plan that included the use of appropriate technology, notably mud brick construction. Noting that the traditional village, although afflicted with issues of overcrowding and poor sanitation was also an expression of “a living society in all its complexity,” Fathy strived to design New Gourna in a manner that addressed the social concerns, including attempting to consult directly with "every family in Gourna" and advocating for the involvement of social ethnographers in the planning process. Despite this, inhabitants of the former village were not enthusiastic about relocating, which effectively cut them off from their existing livelihood of trading in archaeological finds. With regard to aesthetic issues, Fathy placed emphasis on traditional Nubian architectural designs which he observed in a 1941 trip to the region (enclosed courtyards; vaulted roofing), yielding what Fathy described as "spacious, lovely, clean, and harmonious houses." He also made use of traditional Nubian ornamental techniques (claustra, a form of mud latticework), as well as vernacular architecture techniques of the Gourna region. Some critics have observed, however, that Fathy's project for Gourna is not a superlative example of how to prioritize vernacular architecture in an urban plan, given that the domed architecture Fathy championed is traditionally used for funerary architecture rather than residential or domestic spaces. Despite the effort, and also the proper issues he tackled while building New Gourna, through his publication, Architecture for the Poor , he describes the "Gourna Experiment" as a failure. He mentions in Architecture for the Poor , “the Gourna experiment failed." He further describes the sense of failure that due to the village not being completed and the construction being halted, the theory of mud brick construction was seen even more cranky and impractical. Despite the theory being completely lost, that there wasn't anyone that tried to find other practical ways of getting peasant houses built efficiently. There were more issues he came across, such as him stating "This is because no architect knows the real cost of building." Although he dives further into that thought, by speaking on how nobody realistically knows the price or cost, because we’re at the mercy of the economy. Despite the negative outlooks he had writing these books, he managed to make Gourna a community, and till this day is still preserved with only 40% of the original buildings being lost. It's still standing due to being placed on the 2010 World Monuments Watch, and UNESCO and World Monuments Fund joined forces.

Поздняя карьера

В 1953 году он вернулся в Каир, возглавив Архитектурную секцию факультета изящных искусств в 1954 году. Следующим важным поручением Фати стало проектирование и надзор за строительством школ для Министерства образования Египта. На протяжении многих лет своей работы, и особенно после Новой Гурны, он указывал на бюрократию как на одну из главных причин неудачи эксперимента, что повлияло на его дальнейшие действия. Так, в 1957 году, разочарованный бюрократией и убежденный в том, что здания, спроектированные с использованием традиционных методов, соответствующих климату местности, скажут больше, чем любые слова, он переехал в Афины для сотрудничества с международными градостроителями, развивающими принципы экзистического дизайна под руководством Константиноса Апостолу Доксиадиса. Он выступал сторонником традиционных решений в области природных источников энергии в крупных общественных проектах для Ирака и Пакистана и провел обширные поездки и исследования в рамках программы «Города будущего» в Африке. Вернувшись в Каир в 1963 году, он поселился в Дарб-аль-Лаббане, недалеко от Каирской цитадели, где прожил и работал до конца жизни, занимаясь также публичными выступлениями и частными консультациями. Он был человеком с убедительным посланием в эпоху поиска альтернатив в области топлива, межличностного общения и экономической поддержки. В 1969 году он покинул свой первый крупный международный пост в Американской ассоциации содействия развитию науки в Бостоне, чтобы совершать несколько поездок в год в качестве ведущего и критически настроенного члена архитектурного сообщества. Его участие в первой конференции ООН по вопросам жилища и городского развития в 1976 году в Ванкувере, за которым вскоре последовали два события, оказавших значительное влияние на его дальнейшую деятельность. Он вошел в руководящий комитет зарождающейся премии Ага Хана за архитектуру и основал свой Институт соответствующих технологий, определив его основные принципы. В 1979 году он принял участие в коллоквиуме под названием «Архитектура для бедных», организованном в его честь в Альзипрату, Корсика (Франция). В 1980 году он был удостоен премии Балзана за архитектуру и градостроительство и премии «Правое на жизнь». Фати спроектировал мечеть и медресе, построенные из саманного кирпича, в Дар аль-Исламе – образовательном центре недалеко от Абикиу, Нью-Мексико, США. Основные здания были завершены в 1981 году, а Дар аль-Ислам открылся в 1982 году.

In 1953 he returned to Cairo, heading the Architectural Section of the Faculty of Fine Arts in 1954. Fathy's next major engagement was designing and supervising school construction for Egypt's Ministry of Education. Through his work of the years, and especially after New Gourna, he targeted bureaucracy being one of the leading reasons that the experiment failed, which influenced later actions such as in 1957, frustrated with bureaucracy and convinced that buildings designed with traditional methods appropriate to the climate of the area would speak louder than words, he moved to Athens to collaborate with international planners evolving the principles of ekistical design under the direction of Constantinos Apostolou Doxiadis. He served as the advocate of traditional natural energy solutions in major community projects for Iraq and Pakistan and undertook extended travel and research for the "Cities of the Future" program in Africa. Returning to Cairo in 1963, he moved to Darb al Labbana, near the Cairo Citadel, where he lived and worked for the rest of his life. He also did public speaking and private consulting. He was a man with a riveting message in an era searching for alternatives in fuel, personal interactions, and economic supports. He left his first major international position, at the American Association for the Advancement of Science in Boston, in 1969 to complete multiple trips per year as a leading critical member of the architectural profession. His participation in the first U. N. Habitat conference in 1976 in Vancouver which was followed shortly by two events that significantly shaped the rest of his activities. He began to serve on the steering committee for the nascent Aga Khan Award for Architecture and he founded and set guiding principles for his Institute of Appropriate Technology. He was part in 1979 of a colloquium entitled in his honour 'Architecture for the Poor' in Corsica (France) Alzipratu. In 1980, he was awarded the Balzan Prize for Architecture and Urban Planning and the Right Livelihood Award. Fathy designed the mosque and madrasa, constructed with adobe, at Dar al Islam, an educational center near Abiquiú, New Mexico, US. The main buildings were completed in 1981, and Dar al Islam opened in 1982.

Смерть

Хасан Фати умер от естественных причин 30 ноября 1989 года в своем доме в Каире, Египет.

Наследие

Фати был назван самым известным архитектором Египта после Имхотепа. Проект «Новая Гурна» Фати был одобрен в популярном британском еженедельнике в 1947 году и вскоре после этого в британском профессиональном журнале; дальнейшие статьи были опубликованы на испанском, французском и голландском языках. Позже Фати стал автором книги о проекте «Новая Гурна», изначально опубликованной Министерством культуры Каира ограниченным тиражом в 1969 году под названием «Гурна: история двух деревень». В 1973 году Чикагский университет переиздал ее под названием «Архитектура для бедных: эксперимент в сельском Египте». Полное осознание значимости вклада Фати в мировую архитектуру пришло лишь к концу двадцатого века. Климатические условия, вопросы общественного здравоохранения и древние ремесленные навыки также влияли на его проектные решения. Основываясь на структурной массе древних зданий, Фати использовал плотные кирпичные стены и традиционные формы дворов для обеспечения пассивного охлаждения. Фати также известен тем, что возродил традиционный нубийский свод. В 1986 году National Life Stories провела оральное интервью (C467/37) с Хасаном Фати для своей коллекции «Жизни архитекторов», хранящейся в Британской библиотеке. Хасан Фати использовал ветроуловители и другие методы пассивного охлаждения и вентиляции, заимствованные из традиционной архитектуры. Он написал книгу, посвященную им. Фати представлен в документальном фильме «Недостаточно, чтобы Бог был на стороне бедных» (1978) Борхана Алауи и Лотфи Табета.

Коллекция

Весь архив Хасана Фати, включающий его архитектурные планы, фотографии и документы, хранится в библиотеке редких книг и специальных коллекций Американского университета в Каире. Коллекция насчитывает около 5000 архитектурных планов, 15 000 фотографий, а также его переписку, рукописи и другие собранные бумаги и материалы.