Эстетика Шопенгауэра: Освобождение от Воли через Искусство

Введение

Эстетика Артура Шопенгауэра вытекает из его философской доктрины о первичности метафизической Воли как кантианской вещи в себе, основания жизни и всего сущего. В своей главной работе «Мир как воля и представление» Шопенгауэр полагал, что если сознание или внимание полностью поглощены миром как безболезненными представлениями или образами, то исчезает осознание мира как мучительного стремления. Эстетическое созерцание произведения искусства обеспечивает именно такое состояние – временное освобождение от страданий, возникающих из-за порабощения волей [потребностью, желанием, побуждением, стремлением], позволяя стать бесстрастным созерцателем «мира как представления» [ментального образа или идеи]. По мнению Шопенгауэра, искусство также даёт существенное познание об объектах мира, более глубокое, чем научное или повседневное. Эстетическая теория Шопенгауэра изложена в Книге 3 «Мира как воли и представления», том 1, и развита в эссе второго тома. Он даёт объяснение прекрасного (нем. Schönheit) и возвышенного (Das Erhabene), иерархии искусств (от архитектуры, ландшафтного дизайна, скульптуры и живописи, поэзии и т.д. до музыки – вершины искусства, поскольку она является прямым выражением воли), а также природы художественного гения. Эстетическая философия Шопенгауэра оказала влияние на художников и мыслителей, включая композиторов Рихарда Вагнера и Арнольда Шёнберга, философа Фридриха Ницше и писателей, связанных с символизмом (Шарля Бодлера, Поля Верлена, Стефана Малларме и др.).

Расширение его философии

Для Шопенгауэра Воля – это бесцельное стремление к самосохранению, основа жизни. Желание, порожденное Волей, является источником всех страданий в мире; каждое удовлетворенное желание оставляет нас либо со скукой, либо с новым желанием, которое занимает его место. Мир, порабощенный Волей, неизбежно является миром страданий. Поскольку Воля – источник жизни, и наши тела отмечены ее печатью и предназначены для служения ее цели, человеческий интеллект, по аналогии Шопенгауэра, подобен хромому человеку, который умеет видеть, но едет на плечах слепого великана. Эстетика Шопенгауэра – это попытка вырваться из пессимизма, естественным образом вытекающего из этого мировоззрения. Шопенгауэр считал, что эстетический опыт отличается от других тем, что созерцание объекта эстетического наслаждения временно дарует субъекту передышку от борьбы желаний и позволяет ему войти в сферу чисто ментального удовольствия, в мир, существующий лишь как представление или ментальный образ. Чем больше разум человека занят миром как представлением, тем меньше он ощущает страдания мира как Воли. Шопенгауэр анализировал искусство, исходя из его воздействия как на личность художника, так и на личность зрителя. Он полагал, что ценность таких видов искусства, как литература и скульптура, определяется степенью включения в них чистых восприятий. Однако, поскольку эти формы искусства связаны с человеческими образами (по крайней мере, во времена Шопенгауэра) и человеческими эмоциями, они уступают музыке, которая, будучи прямым проявлением Воли, представлялась Шопенгауэру высшей формой искусства. Философия музыки Шопенгауэра оказала влияние на творчество Рихарда Вагнера. Вагнер был восторженным читателем Шопенгауэра и рекомендовал его своим друзьям. Его опубликованные работы по теории музыки со временем менялись и становились все более созвучными идеям Шопенгауэра на протяжении его жизни. Шопенгауэр утверждал, что в опере музыка важнее либретто. Музыка, по мнению Шопенгауэра, – это непосредственное выражение Воли, фундаментальной реальности переживаемого мира. Либретто – лишь лингвистическое представление о преходящих явлениях. Вагнер в своих поздних произведениях, после знакомства с эстетической доктриной Шопенгауэра, стал уделять больше внимания музыке, чем либретто.

For Schopenhauer, the Will is an aimless desire to perpetuate itself, the basis of life. Desire engendered by the Will is the source of all the sorrow in the world; each satisfied desire leaves us either with boredom, or with some new desire to take its place. A world in thrall to Will is necessarily a world of suffering. Since the Will is the source of life, and our very bodies are stamped with its image and designed to serve its purpose, the human intellect is, in Schopenhauer's simile, like a lame man who can see, but who rides on the shoulders of a blind giant. Schopenhauer's aesthetics is an attempt to break out of the pessimism that naturally comes from this world view. Schopenhauer believed that what distinguished aesthetic experiences from other experiences is that contemplation of the object of aesthetic appreciation temporarily allowed the subject a respite from the strife of desire, and allowed the subject to enter a realm of purely mental enjoyment, the world purely as representation or mental image. The more a person's mind is concerned with the world as representation, the less it feels the suffering of the world as will. Schopenhauer analysed art from its effects, both on the personality of the artist, and the personality of the viewer. He believed that what gives arts such as literature and sculpture their value was the extent to which they incorporated pure perceptions. But, being concerned with human forms (at least in Schopenhauer's day) and human emotions, these art forms were inferior to music, which being a direct manifestation of will, was to Schopenhauer's mind the highest form of art. Schopenhauer's philosophy of music was influential in the works of Richard Wagner. Wagner was an enthusiastic reader of Schopenhauer, and recommended the reading of Schopenhauer to his friends. His published works on music theory changed over time, and became more aligned with Schopenhauer's thought, over the course of his life. Schopenhauer had stated that music was more important than libretto in opera. Music is, according to Schopenhauer, an immediate expression of will, the basic reality of the experienced world. Libretto is merely a linguistic representation of transient phenomena. Wagner Tumatae emphasized music over libretto in his later works after reading Schopenhauer's aesthetic doctrine.

Влияние

Предлагая, что искусство способно даровать избавление от Воли, Шопенгауэр возвысил искусство над простым ремеслом или украшением, утверждая, что оно потенциально предлагает временное освобождение от бессмысленной борьбы Воли в природе. По сути, Шопенгауэр превратил искусство в своего рода суррогат религии, предложив доктрину спасения через эстетический опыт. Художники были не просто умелыми мастерами, но священниками или пророками этой доктрины. Это учение во многом объясняет популярность Шопенгауэра среди представителей творческих кругов во второй половине девятнадцатого века. Его эстетическая доктрина оправдывала художественное творчество как вопрос первостепенной важности для человеческого общества. Эстетика Шопенгауэра остаётся влиятельной и сегодня, и, возможно, является наиболее устойчивой частью его философии. Её привлекательность для последующих поколений романтиков и для всех школ богемизма очевидна. Вагнер прислал Шопенгауэру письмо, выражая глубокую благодарность за его рассуждения о музыке. Философия Шопенгауэра в целом оказала глубокое впечатление на ряд выдающихся писателей, в частности, Томаса Харди, Марселя Пруста, Стефана Малларме, Томаса Манна, Ивана Тургенева и Сэмюэля Беккета. Эстетика Шопенгауэра напрямую способствовала возникновению символизма и связанных с ним течений, а также общему развитию концепции искусства ради искусства. Она оказала глубокое влияние на эстетику Фридриха Ницше, хотя тот в конечном итоге отверг представление Шопенгауэра о Воле как о зле, знаменитое противопоставление Аполлонического и Дионисийского в котором является переосмыслением оппозиции Шопенгауэра между интеллектом и Волей в терминах греческой мифологии. Когда марксистская критика капитализма была привнесена в эстетический контекст, по существу аскетическое понимание Шопенгауэром цели искусства заложило основу для противопоставления китча и авангарда, которое можно встретить у таких критиков, как Клемент Гринберг. Современные представления о том, что художественное творчество не должно определяться финансовой выгодой или требованиями покровителей и заказчиков, и убеждение, что величайшие художники – это те, кто создаёт новые и совершенно беспрецедентные формы выражения, а не те, кто развивает уже существующие, во многом обязаны влиянию Шопенгауэра.

In proposing that art could offer deliverance from the Will, Schopenhauer elevated art from mere artisanry or decoration, and held that art potentially offered temporary deliverance from the aimless strife of the Will in nature. In effect, Schopenhauer turned art into a substitute religion by offering a doctrine of salvation through aesthetic experiences. Artists were not merely skilled hands; they were priests or prophets of this doctrine. This teaching goes far to explain Schopenhauer's appeal to members of the creative communities over the second half of the nineteenth century. His doctrine of aesthetics justified artistic work as a matter of highest importance in human society. Schopenhauer's aesthetics remain influential today, and are perhaps the most lasting part of his philosophy. Their appeal to later generations of Romantics, and to all schools of bohemianism, is demonstrated. Wagner sent Schopenhauer a note expressing deep gratitude for Schopenhauer's discussion of music. Schopenhauer's philosophy in general left a deep impression on a number of important writers, especially Thomas Hardy, Marcel Proust, Stéphane Mallarmé, Thomas Mann, Ivan Turgenev and Samuel Beckett. Schopenhauer's aesthetics were directly responsible for the rise of the Symbolists and their allied movements, and to the general development of the concept of art for art's sake. It deeply influenced the aesthetics of Friedrich Nietzsche, although he ultimately rejected Schopenhauer's conception of Will as evil, whose famous opposition of the Apollonian and Dionysian is a translation of Schopenhauer's opposition of intellect against will in terms of Greek mythology. When the Marxist critique of capitalism was stirred into the aesthetic stew, Schopenhauer's essentially ascetic view of the purpose of art laid the foundation for the opposition of kitsch versus the avant garde which is found in such critics as Clement Greenberg. Contemporary beliefs that artistic creation should not be swayed by financial gains or the demands of patrons or customers, and the belief that the greatest artists are those who create new and entirely unprecedented forms of expression, rather than those who develop already existing forms, all owe a great deal to the influence of Schopenhauer.

Цитаты

Все, что можно увидеть, безусловно, прекрасно, но быть этими вещами – нечто совершенно иное. (Мир как воля и представление, том II, ч. XLVI)

Эстетическое наслаждение прекрасным в значительной степени состоит в том, что, входя в состояние чистого созерцания, мы на мгновение возвышаемся над всей волей, над всеми желаниями и заботами; мы, можно сказать, освобождаемся от самих себя. (Мир как воля и представление, том I, § 68)

Возможно, причина, по которой обыденные предметы в натюрмортах кажутся столь преображенными и вообще все изображенное предстает в сверхъестественном свете, заключается в том, что мы перестаем воспринимать вещи в потоке времени и в связи причины и следствия. Напротив, мы вырваны из этого вечного потока всего сущего и помещены в мертвую и безмолвную вечность. В своей индивидуальности сама вещь определялась временем и [причинными] условиями познания; здесь же мы видим отмену этой связи и остается лишь платоновская Идея. (Рукописи, том I, § 80)