Введение

Немецкий математик

Иссай Шур (10 января 1875 – 10 января 1941) – русский математик, большую часть жизни работавший в Германии. Он учился в Берлинском университете, получил докторскую степень в 1901 году, стал лектором в 1903 году и, после работы в Боннском университете, профессором в 1919 году. Будучи учеником Фердинанда Георга Фробениуса, он занимался теорией представлений групп (область, с которой его имя наиболее тесно связано), а также комбинаторикой, теорией чисел и даже теоретической физикой. Сегодня он, вероятно, наиболее известен своим результатом о существовании разложения Шура и своими работами по теории представлений групп (лемма Шура). Шур публиковался под именами И. Шур и Дж. Шур, причем последнее особенно часто встречалось в журнале Journal für die reine und angewandte Mathematik, что приводило к некоторой путанице.

Детство

Иссай Шур родился в еврейской семье, сын бизнесмена Мозеса Шура и его жены Голды Шура (урождённой Ландау). Он родился в Могилёве на реке Днепр, входившем тогда в состав Российской империи. До середины двадцатых лет Шур использовал имя Шаия (Исаия, как указано на его могиле) вместо Иссая. Отец Шура, вероятно, был оптовым торговцем. В 1888 году, в возрасте 13 лет, Шур переехал в Лиепаю (Курляндия, ныне Латвия), где жили его сестра с мужем и брат, в 640 км к северо-западу от Могилёва. Курляндия была одной из трёх Прибалтийских губерний Российской империи, и с Средних веков доминирующим социальным классом были прибалтийские немцы. Местная еврейская община в основном говорила на немецком, а не на идише. С 1888 по 1894 год Шур учился в немецкоязычной Николаевской гимназии в Либаве, сдал выпускной экзамен на высший балл и получил золотую медаль. Там он овладел немецким языком в совершенстве.

Образование

В октябре 1894 года Шур поступил в Берлинский университет, где изучал математику и физику. В 1901 году он окончил с отличием summa cum laude под руководством Фробениуса и Лазаря Иммануила Фукса, защитив диссертацию «О классе матриц, которые можно сопоставить данной матрице», содержащую общую теорию представления линейных групп. По словам Вогта, в это время он начал использовать имя Иссаи. Шур считал свои шансы на успех в Российской империи невелики и, поскольку свободно владел немецким языком, остался в Берлине. Он завершил обучение в 1903 году и стал лектором в Берлинском университете. Шур занимал должность профессора в Берлинском университете в течение десяти лет, с 1903 по 1913 год. В 1913 году он принял предложение занять должность доцента и преемника Феликса Хаусдорфа в Боннском университете. В последующие годы Фробениус различными способами пытался вернуть Шура в Берлин. В частности, имя Шура было упомянуто в письме Фробениуса от 27 июня 1913 года Роберту Гнему (президенту школьного совета ETH) в качестве возможного преемника Карла Фридриха Гайзера. Фробениус жаловался, что ранее они никогда не прислушивались к его советам, и добавил: «Поэтому я даже не могу рекомендовать вам профессора Й. Шура (теперь в Бонне). Он слишком хорош для Цюриха и должен стать моим преемником в Берлине». Герман Вейль получил эту должность в Цюрихе. Усилия Фробениуса увенчались успехом в 1916 году, когда Шур сменил Йоханнеса Кноблауха в качестве адъюнкт-профессора. Фробениус умер год спустя, 3 августа 1917 года. Шура и Каратеодори считались главными кандидатами на его преемника, но в итоге выбрали Константина Каратеодори. В 1919 году Шур наконец получил персональную профессуру, а в 1921 году занял кафедру ушедшего на пенсию Фридриха Германа Шоттки. В 1922 году он также был избран членом Прусской академии наук.

Во времена нацизма

После захвата власти нацистами и ликвидации парламентской оппозиции, Закон о восстановлении профессиональной государственной службы от 7 апреля 1933 года предписывал увольнение всех выдающихся государственных служащих, придерживавшихся непопулярных политических взглядов или имевших "еврейское" происхождение; последующее положение распространило это на профессоров и, следовательно, на Шура. Шура был отстранен от работы и исключен из университетской системы. Его коллега Эрхард Шмидт боролся за его восстановление, и поскольку Шур был прусским чиновником до Первой мировой войны, ему разрешили вновь участвовать в некоторых специальных лекциях по педагогике в зимнем семестре 1933/1934 года. Шур отозвал заявление об отпуске, поданное министру науки, и отказался от предложения занять должность приглашенного профессора в Университете Висконсина–Мэдисона на 1933–1934 учебный год. Вероятно, одним из факторов, повлиявших на отказ от предложения, стало то, что Шур больше не чувствовал себя способным справиться с требованиями, связанными с новым началом в англоязычной среде. Еще в 1932 году дочь Шура, Хильда, вышла замуж за доктора Хайма Абелина в Берне. В результате Иссай Шур несколько раз навещал свою дочь в Берне. В Цюрихе он часто встречался с Георгом Поля, с которым поддерживал дружеские отношения еще до Первой мировой войны. Во время одной из таких поездок в Швейцарию летом 1935 года Шур получил письмо от Людвига Бибербаха, подписанное от имени ректора, в котором его просили срочно встретиться с ним в Берлинском университете для обсуждения важного вопроса. Речь шла об увольнении Шура 30 сентября 1935 года. После увольнения с должности профессора Шур оставался членом Прусской академии наук, но вскоре лишился и этого последнего остатка своей официальной должности. Весной 1938 года, в результате вмешательства Бибербаха, он был вынужден объяснить свою отставку из состава комиссии Академии. Его членство в Консультативном совете журнала Mathematische Zeitschrift было прекращено в начале 1939 года.

Эмиграция

Шур почувствовал себя одиноким после бегства многих его учеников и изгнания известных ученых из его прежнего места работы. Только доктор Гельмут Грунски был дружелюбен к нему, как Шур сообщил в конце тридцатых годов своему студенту-эмигранту Максу Менахему Шифферу. Гестапо было повсюду. Поскольку Шур объявил жене о намерении покончить с собой в случае вызова в Гестапо, летом 1938 года его жена забрала его письма, а вместе с ними и повестку от Гестапо, отправила Иссая Шура на отдых в дом за пределами Берлина и сама отправилась с медицинской справкой, позволяющей ей встретиться с Гестапо вместо мужа. Там им прямо спросили, почему они все еще остаются в Германии. Но существовали экономические препятствия для запланированной эмиграции: эмигрирующие немцы должны были перед отъездом заплатить рейхсфлюхтналог, который составлял четверть их имущества. Теперь жена Шура унаследовала ипотеку на дом в Литве, которую из-за литовских валютных ограничений не удалось погасить. С другой стороны, Шур не имел права допустить невыплату долга или оставить ипотеку немецкому рейху. Таким образом, у Шуров не хватало наличных денег и их эквивалентов. Наконец, недостающая сумма денег была каким-то образом получена, и до сих пор неясно, кто был ее спонсором. Шур смог покинуть Германию в начале 1939 года. Однако его здоровье уже было серьезно подорвано. Он отправился в сопровождении медсестры к своей дочери в Берн, где его жена последовала за ним через несколько дней. Там они пробыли несколько недель, а затем эмигрировали в Палестину. Два года спустя, 10 января 1941 года, в свой 66-й день рождения, он умер в Тель-Авиве от сердечного приступа.

Работа

Шур продолжил дело своего учителя Фробениуса, опубликовав множество важных работ по теории групп и теории представлений. Помимо этого, он представил значимые результаты и изящные доказательства известных теорем практически во всех областях классической алгебры и теории чисел. Его собранные труды служат тому подтверждением. В них можно найти его работы по теории интегральных уравнений и бесконечных рядов.

Линейные группы

В своей докторской диссертации Über eine Klasse von Matrizen, die sich einer gegebenen Matrix zuordnen lassen Иссай Шур определил полиномиальные представления общей линейной группы над полем комплексных чисел. Результаты и методы этой работы актуальны и сегодня. В своей книге Дж. А. Грин определил полиномиальные представления над бесконечными полями с произвольной характеристикой. Эта работа в основном основана на диссертации Шура. Грин пишет: "Эта замечательная работа (Шура) содержала множество оригинальных идей, разработанных с выдающимся алгебраическим мастерством. Шур показал, что эти (полиномиальные) представления полностью приводимы, что каждое неприводимое представление "однородно" некоторой степени, и что классы эквивалентности неприводимых полиномиальных представлений общей линейной группы фиксированной однородной степени находятся во взаимно однозначном соответствии с разбиениями числа на не более чем частей. Более того, Шур показал, что характер неприводимого представления типа задается определенной симметричной функцией от переменных (впоследствии описанной как "функция Шура"). По словам Грина, методы диссертации Шура и сегодня важны для теории алгебраических групп. В 1927 году Шур в своей работе «О рациональных представлениях общей линейной группы» представил новые доказательства основных результатов своей диссертации. Если – естественное -мерное векторное пространство, на котором действует , и – натуральное число, то -кратное тензорное произведение над является -модулем, на котором симметрическая группа степени также действует перестановкой тензорных факторов каждого генератора . Используя эти действия бимодулей на , Шур находит элегантные доказательства своих утверждений. Эта работа Шура когда-то была широко известна.

Профессорство в Берлине

Шур жил в Берлине как высокоуважаемый член академического сообщества, аполитичный ученый. Ведущий математик и выдающийся, весьма успешный преподаватель, он занимал престижную кафедру в Берлинском университете на протяжении 16 лет. До 1933 года его исследовательская группа пользовалась отличной репутацией в Берлинском университете в Германии и за рубежом. Вокруг Шура его коллеги занимались теорией представлений, которая была развита его учениками в различных направлениях (включая разрешимые группы, комбинаторику и теорию матриц). Шур внес фундаментальный вклад в алгебру и теорию групп, который, по мнению Германна Вейля, по масштабу и глубине был сопоставим с вкладом Эмми Ноэтер (1882–1935). Когда в 1933 году лекции Шура были отменены, это вызвало протест среди студентов и профессоров, которые его ценили и уважали. Благодаря усилиям его коллеги Эрхарда Шмидта Шуру временно разрешили продолжать преподавать до конца сентября 1935 года. Шур был последним еврейским профессором, потерявшим работу в тот период.

Цюрихская лекция

В Швейцарии коллеги Шура Хайнц Хопф и Джордж Поля были уведомлены о его увольнении в 1935 году. Они старались помочь, насколько это было возможно. 12 декабря 1935 года председатель школьного совета Артур Рон пригласил Шура для чтения серии лекций по теории представлений конечных групп. При этом он попросил, чтобы официальное приглашение исходило от президента Рона, поскольку профессору Шур необходимо было получить разрешение компетентного министерства на проведение этих лекций. Джордж Поля, основываясь на этом приглашении Математических семинаров, организовал конференцию кафедры математики и физики 16 декабря. Тем временем, 14 декабря официальное пригласительное письмо от президента Рона уже было отправлено Шеру. Шеру было обещано вознаграждение в размере 500 швейцарских франков за его гостевую лекцию. Шур не ответил до 28 января 1936 года, когда он впервые получил необходимое одобрение от местных властей. Он выразил готовность принять приглашение и планировал начать лекции 4 февраля. Шур провел большую часть февраля в Швейцарии. Перед возвращением в Германию он на несколько дней навестил свою дочь в Берне, а 27 февраля вернулся через Карлсруэ, где жила его сестра, в Берлин. В письме Поле из Берна он заключил словами: «С тяжелым сердцем я прощаюсь со Швейцарией». В Берлине, тем временем, Людвиг Бибербах в письме от 20 февраля 1936 года проинформировал рейхсминистра науки, искусства и образования о поездке Шура и сообщил о своем намерении выяснить содержание его лекций в Цюрихе.

Цитаты

В своей речи Альфред Брауэр (аспирант Шура) говорил об Иссае Шуре следующее: "Как преподаватель, Шур был выдающимся. Его лекции были очень чёткими, но не всегда лёгкими и требовали активного участия. В зимнем семестре 1930 года количество студентов, желавших посещать лекции Шура по теории чисел, было настолько велико, что второго по величине университетского лекционного зала, вмещавшего около 500 человек, оказалось недостаточно. Вероятно, его наиболее ценными человеческими качествами были великая скромность, отзывчивость и искренний интерес к своим ученикам. Хайнц Хопф, работавший в Берлине до назначения в Цюрих в качестве Privatdozent в ETH, – как следует из устных свидетельств и писем, – высоко ценил Иссая Шура как математика и как человека. Эта оценка была основана на взаимности: в письме 1930 года Джорджу Пойя по случаю повторного назначения Германа Вейля Шур писал о Хопфе: «Хопф – прекрасный преподаватель, математик с сильным характером и большим влиянием, мастер своего дела, прекрасно подготовленный и в других областях». Если мне нужно охарактеризовать его как личность, то, пожалуй, достаточно сказать, что я всегда с нетерпением жду каждой нашей встречи. Однако Шура знали как человека, умевшего соблюдать разумную дистанцию в личных отношениях. Это свидетельство Хопфа согласуется с показаниями бывших учеников Шура в Берлине, Уолтера Ледермана и Бернарда Ноймана."