Введение

Термин, используемый в психоисторическом исследовании. Раннее инфантицидное воспитание – это термин, используемый в психоистории, обозначающий убийство младенцев в палеолитических, доисторических и исторических племенах и обществах охотников-собирателей. "Раннее" относится к начальному этапу истории или культурного развития общества, а не к возрасту ребенка. "Инфантицидное" указывает на высокую частоту убийств младенцев по сравнению с современными государствами. Данная модель была разработана Ллойдом де Маузом в рамках психоистории как часть семиступенчатой последовательности моделей воспитания, описывающих эволюцию отношения к детям в человеческих культурах. Слово "раннее" призвано отличать этот термин от позднего инфантицидного воспитания, выделенного де Маузом в более развитых сельскохозяйственных культурах, существовавших до античности.

Модель

Эта модель – психологическая концепция, направленная на понимание антропологических данных, особенно из таких обществ, как йолнгу Австралии, гими, вогео, бена бена и бимин кускусмин Папуа – Новой Гвинеи, раум, ок и кванга, основанных на наблюдениях Гезы Рохайма, Лии Лейбовиц, Роберта С. Саггса, Милтона Даймонда, Германа Генриха Плосса, Гилберта Хердта, Роберта Дж. Столлера, Л. Л. Лангнесса и Фиц Джона Портера Пула, среди прочих. Хотя антропологи и психоисторики не оспаривают сами данные, они спорят об их значимости – об их важности, смысле и интерпретации. В то время как большинство антропологов отвергают этот подход и большинство теорий культурной эволюции как этноцентричные, психоисторики провозглашают независимость психоистории и отвергают основную боасианскую точку зрения. Эта модель, описываемая как связанная с «инфантицидом», делает несколько утверждений: воспитание детей в племенных обществах включало в себя жертвоприношение детей или высокие показатели младенческой смертности, инцест, увечья, изнасилование детей и пытки, и что такие действия были культурно приемлемы. Психоисторики не утверждают, что каждого ребенка убивали, а лишь то, что в некоторых обществах существовал (или существует) процесс отбора, который варьировался от культуры к культуре. Например, наблюдается резкий скачок в смертности детей в Папуа – Новой Гвинее после отлучения от груди. На Соломоновых островах, по сообщениям, некоторые люди убивают своего первенца. В сельской Индии, сельском Китае и других обществах некоторых девочек подвергали смерти. Модель основана на сообщениях об отсутствии эмпатии у родителей, совершающих инфантицид, например, об отсутствии зрительного контакта между родителем и ребенком, наблюдаемое, среди прочих, Робертом Б. Эджертоном, Марией Леповски, Брюсом Кнауфтом, Джоном У. М. Уайтингом и Маргарет Мид. Такой зрительный контакт широко признается в психологии развития как важнейший фактор для формирования прочной связи между матерью и ребенком.

Критика

Британская антропология XIX века развивала линейную эволюционную последовательность в данной культуре от варварства к цивилизации. Культуры рассматривались как ступени иерархической лестницы. Джеймс Джордж Фрейзер предположил универсальный прогресс от магического мышления к науке. Большинство антропологов конца XIX и начала XX века изучали примитивные культуры за пределами Европы и Северной Америки. Джон Фергюсон МакЛеннан, Льюис Генри Морган и другие утверждали, что в социальных институтах наблюдалось параллельное развитие. В 1950-х годах, под руководством Лесли Уайта, эти эволюционистские идеи приобрели влияние в американской антропологии. Францу Боасу, уроженцу Германии, удалось сдвинуть парадигму. Его подход, позднее названный культурным релятивизмом, отрицает универсальные ценности любого рода. Согласно принципу Боаса, который представляет собой основное направление современной антропологии, верования и деятельность культуры должны интерпретироваться в контексте самой этой культуры. Этот принцип стал аксиоматичным в современной антропологии. Война во Вьетнаме закрепила боазианский поворот в американской антропологии. Мелвин Коннер писал:

Ллойд де Маус, тогдашний редактор журнала "History of Childhood Quarterly", утверждал, что все прошлые общества жестоко обращались с детьми, и что все исторические изменения в отношении к ним представляли собой довольно устойчивое улучшение в сторону добрых и нежных стандартов, которые мы сейчас устанавливаем и в большей или меньшей степени соблюдаем. [ ] Теперь антропологи – и многие историки – были поражены и почти лишились дара речи. [ ] Серьезные исследователи антропологии детства, начиная с Маргарет Мид, обратили внимание на всеобъемлющую любовь и заботу, с которыми относились к детям во многих традиционных культурах. Психоисторики обвиняют антропологов и этнологов в том, что они избегали более пристального изучения доказательств и распространяли миф о «благородном дикаре». Они утверждают, что то, что представляет собой жестокое обращение с детьми, определяется общим психологическим законом, оставляет неизгладимые следы в структуре человеческого мозга, посттравматическое стрессовое расстройство не является культурно обусловленным явлением или вопросом мнения, и что некоторые практики, на которые не обращают внимания представители основной антропологической школы, такие как избиение новорожденных, приводят к поражениям мозга и другим видимым неврологическим и психологическим повреждениям.