Симон Боливар: Путь к освобождению и политические потрясения.

Введение

Освободитель стран Южной Америки (1783–1830)

Симон Хосе Антонио де ла Сантисима Тринидад Боливар Паласиос Понте и Бланко уехал в Перу 1 января 1826 года. Боливар прибыл в Лиму 10 февраля и 12 мая отправил свой проект боливийской конституции в Сукре. Эта конституция была ратифицирована с изменениями боливийским конгрессом в июле 1826 года. Перу, чья элита была недовольна правлением Боливара и присутствием его войск, также было вынуждено принять измененную версию конституции Боливара 16 августа. В Венесуэле Паэс восстал против Сантандера, а в Панаме конгресс американских наций, организованный Боливаром, собрался без его участия и не привел к изменениям в положении дел в Западном полушарии. 3 сентября, откликнувшись на просьбы вернуться в Колумбию, Боливар покинул Перу, оставив управление страной правительственному совету во главе с боливийским генералом Андресом де Санта-Крусом.

Последние годы: 18261830

Боливар прибыл в Гуаякиль 13 сентября 1826 года и выслушал жалобы на правление Сантандера от жителей Гуаякиля и Кито, которые провозгласили его своим диктатором. Из Эквадора он продолжил путь на север, где услышал новые жалобы, произвел назначения гражданских и военных чиновников и смягчил сроки тюремного заключения. По мере приближения к Боготе Боливар встретился с Сантандером, который надеялся убедить Боливара поддержать его в конфликте с Паэсом. Хотя Сантандер был недоволен стремлением Боливара вернуться к власти и утвердить в Колумбии вариант боливийской конституции, они примирились и договорились о возобновлении Боливаром президентства Колумбии; конгресс переизбрал их на второй четырехлетний срок, начинающийся 2 января 1827 года. Боливар прибыл в Боготу 14 ноября 1826 года. 25 ноября Боливар покинул Боготу с армией, обеспеченной Сантандером, и 31 декабря прибыл в Пуэрто-Кабельо, где издал всеобщую амнистию Паэсу и его сторонникам при условии подчинения его власти. Паэс согласился, и в январе 1827 года Боливар подтвердил военную власть Паэса в Венесуэле и торжественно вошел с ним в Каракас; в течение двух месяцев Боливар посещал балы, посвященные его возвращению и амнистии. Эта амнистия и разногласия по поводу управления финансами Колумбии Сантандером привели к разрыву в отношениях между Боливаром и Сантандером, переросшему в открытую вражду в 1827 году. В феврале 1827 года Боливар подал в отставку с поста президента Колумбии, которую конгресс отклонил. Тем временем колумбийские солдаты, расквартированные в Лиме, взбунтовались, арестовали своих венесуэльских офицеров и оккупировали Гуаякиль до сентября 1827 года, что позволило противникам Боливара в Перу отстранить его от должности президента и отменить его конституцию. Боливар покинул Венесуэлу, чтобы вернуться в Боготу в июле 1827 года. Он прибыл 10 сентября с армией, собранной в Картахене, и добился созыва нового конгресса, который должен был собраться в городе Оканья в начале 1828 года для внесения изменений в колумбийскую конституцию. Выборы в этот конгресс состоялись в ноябре 1827 года и, поскольку Боливар отказался от предвыборной кампании, не желая казаться лично влияющим на выборы, оказались весьма благоприятными для его политических оппонентов. В январе 1828 года Саэнс присоединился к Боливару в Боготе, но 16 марта 1828 года он покинул столицу, получив известие о восстании в Венесуэле, поддержанном Испанией. Поскольку восстание было подавлено до его прибытия, Боливар обратил внимание на оккупацию Картахены Хосе Пруденсио Падильей, адмиралом Новой Гранады и сторонником Сантандера. Однако восстание Падильи было подавлено до прибытия Боливара, и он был арестован и заключен в тюрьму в Боготе. Когда 9 апреля открылась Конвенция в Оканья, Боливар обосновался в Букараманге, чтобы контролировать ее работу через своих помощников. На конвенции, по всей видимости, должна была быть принята федералистская система. Чтобы предотвратить это, 11 июня 1828 года союзники Боливара устроили уход, лишив конвенцию кворума. Через два дня Педро Алькантара Эрран, сторонник Боливара и губернатор Новой Гранады, созвал собрание городской элиты, которое осудило Конвенцию в Оканье и призвал Боливара взять на себя абсолютную власть в Колумбии. Боливар вернулся в Боготу 24 июня и 27 августа принял верховную власть как «президент-освободитель» Колумбии, упразднил должность вице-президента и направил Сантандера на дипломатическую службу в Вашингтон. 25 сентября 1828 года группа молодых либералов, в том числе секретарь Сантандера, предприняла попытку убийства Боливара и свержения его правительства. Попытка была сорвана Саэнсом, который выиграл время для Боливара, чтобы спастись, когда убийцы ворвались в Паласио-де-Сан-Карлос, и колумбийской армией. Боливар провел ночь, прячась под мостом, пока солдаты, верные его режиму, не спасли его. После попытки государственного переворота Сантандер и заговорщики были арестованы. Боливар, подавленный и больной, рассматривал возможность уйти из политики и помиловать заговорщиков, но его офицеры отговорили его от этого. Падилья, хотя и не был причастен к попытке государственного переворота, был казнен за измену за его предыдущее восстание; Сантандер, которого Боливар считал ответственным за заговор, был помилован, но изгнан из Колумбии. В декабре 1828 года Боливар покинул Боготу, чтобы отреагировать на вмешательство Перу в Боливию и вторжение в Эквадор, а также на восстание в Попаяне и Пасто, возглавляемое Хосе Марией Обандо. Он оставил совет министров во главе с Урданетой для управления Колумбией и объявил о созыве конгресса в январе 1830 года для разработки новой конституции. В течение 1829 года Обандо был разбит колумбийским генералом Хосе Марией Кордовой по указанию Боливара в январе, а затем помилован, в то время как Сукре и венесуэльский генерал Хуан Хосе Флорес разгромили перуанцев в битве при Тарки в феврале, что привело к перемирию в июле, а затем к Гуаякильскому договору в сентябре. Пока Боливар отсутствовал, Урданета и совет министров планировали с французскими послами, чтобы член дома Бурбонов сменил Боливара после его смерти в качестве короля Колумбии. Этот план был широко непопулярен и вдохновил Кордову на восстание, которое было подавлено в октябре 1829 года Даниэлем Флоренсом О’Лири, адъютантом Боливара. В ноябре Боливар приказал совету прекратить планирование; вместо этого они ушли в отставку. Венесуэльцы, поощряемые циркулярным письмом, опубликованным Боливаром в октябре, проголосовали за отделение от Колумбии. 15 января 1830 года Боливар прибыл в Боготу, а 20 января в городе собрался Congreso Admirable. Боливар представил свою отставку с поста президента, которую конгресс не принял до 27 апреля, после назначения политика из Новой Гранады Доминго Кайседо исполняющим обязанности президента.

Bolívar arrived in Guayaquil on 13 September 1826 and heard complaints against Santander's governance from the people of Guayaquil and Quito, who declared him their dictator. From Ecuador, he continued north and heard more complaints, promoted civil and military officers, and commuted prison sentences. As he approached Bogotá, Bolívar was met by Santander, who hoped to persuade Bolívar to his cause in the conflict with Páez. Although Santander was annoyed at Bolívar for his desire to return to power and ratify a version of the Bolivian constitution in Colombia, they reconciled and agreed that Bolívar would resume the presidency of Colombia; congress had reelected them to a second four year term beginning on 2 January 1827. Bolívar arrived in Bogotá on 14 November 1826. On 25 November, Bolívar left Bogotá with an army supplied by Santander and arrived at Puerto Cabello on 31 December, where he issued a general amnesty to Páez and his allies if they submitted to his authority. Páez accepted and in January 1827, Bolívar confirmed Páez's military authority in Venezuela and entered Caracas with him to much jubilation; for two months, Bolívar attended balls celebrating his return and the amnesty. That amnesty, and clashes over Santander's handling of Colombia's finances, caused a break between Bolívar and Santander that became an open enmity in 1827. In February 1827, Bolívar submitted his resignation from the Presidency of Colombia, which its congress rejected. Meanwhile, the Colombian soldiers garrisoned in Lima mutinied, arrested their Venezuelan officers, and occupied Guayaquil until September 1827, allowing Bolívar's opponents in Peru to depose him as president and repeal his constitution. Bolívar departed Venezuela to return to Bogotá in July 1827. He arrived on 10 September with an army he had gathered at Cartagena and secured the calling of a new congress to meet at the city of Ocaña in early 1828 to modify the Colombian constitution. The elections for this congress were held in November 1827 and, as Bolívar declined to campaign because he did not wish to be perceived as personally influencing the elections, were very favorable to his political opponents. In January 1828, Bolívar was joined in Bogotá by Sáenz, but on 16 March 1828 he left the capital after being informed of a Spanish backed rebellion in Venezuela. As that revolt was crushed before he arrived, Bolívar turned his attention to the occupation of Cartagena by José Prudencio Padilla, a New Granadan admiral and Santander loyalist. Padilla's rebellion was also crushed before Bolívar arrived, however, and he was arrested and imprisoned in Bogotá. As the Convention of Ocaña opened on 9 April, Bolívar based himself at Bucaramanga to monitor its proceedings through his aides. The convention appeared likely to adopt a federalist system. To prevent this, on 11 June 1828 Bolívar's allies staged a walkout, leaving the convention without a quorum. Two days later, Pedro Alcántara Herrán, a Bolívar loyalist and the governor of New Granada, called a meeting of the city's elite that denounced the Convention of Ocaña and called on Bolívar to assume absolute power in Colombia. Bolívar returned to Bogotá on 24 June and on 27 August assumed supreme power as the "president liberator" of Colombia, abolished the office of the vice president, and assigned Santander to a diplomatic posting in Washington, D. C. On 25 September 1828, a group of young liberals that included Santander's secretary made an attempt to assassinate Bolívar and overthrow his government. The attempt was thwarted by Sáenz, who bought time for Bolívar to escape as the assassins entered the Palacio de San Carlos, and the Colombian Army. Bolívar spent the night hiding under a bridge until soldiers loyal to his regime rescued him. In the aftermath of the attempted coup, Santander and the conspirators were arrested. Bolívar, depressed and ill, considered resigning from politics and pardoning the conspirators, but was dissuaded from this by his officers. Padilla, though uninvolved with the attempted coup, was executed for treason for his earlier rebellion; Santander, whom Bolívar thought responsible for the plot, was pardoned but exiled from Colombia. In December 1828, Bolívar left Bogotá to respond to Peru's intervention in Bolivia and invasion of Ecuador and a revolt in Popayán and Pasto led by José María Obando. He left behind a council of ministers led by Urdaneta to govern Colombia and announced that a congress would convene in January 1830 to devise a new constitution. Over 1829, Obando was defeated by Colombian general José María Córdova at Bolívar's direction in January and then pardoned, while Sucre and Venezuelan general Juan José Flores defeated the Peruvians at the Battle of Tarqui in February, leading to an armistice in July and then the Treaty of Guayaquil in September. While Bolívar was away, Urdaneta and the council of ministers planned with French envoys to have a member of the House of Bourbon succeed Bolívar on his death as King of Colombia. This plan was widely unpopular, and inspired Córdova to launch a revolt that was crushed in October 1829 by Daniel Florence O'Leary, Bolívar's aide de camp. In November, Bolívar ordered the council to cease its planning; instead they resigned. Venezuelans, encouraged by a circular letter Bolívar had published in October, voted to secede from Colombia. On 15 January 1830, Bolívar arrived in Bogotá and on 20 January the Congreso Admirable convened in the city. Bolívar submitted his resignation from the presidency, which the congress did not accept until 27 April, following the appointment of New Granadan politician Domingo Caycedo as interim President.

Смерть и погребение

Решившись отправиться в изгнание, Боливар, который растратил или потерял свое состояние за время своей карьеры, продал большую часть оставшегося имущества и отбыл из Боготы 8 мая 1830 года. Он спустился по Магдалене в Картахену, где прибыл к концу июня, чтобы дождаться корабля, который должен был доставить его в Англию. 1 июля Боливар узнал об убийстве Сукре недалеко от Пасто, когда тот направлялся в Кито, и написал Флоресу с просьбой отомстить за Сукре. В сентябре Урданета установил консервативное правительство в Боготе и попросил Боливара вернуться, но тот отказался. В связи с ухудшающимся здоровьем и отсутствием корабля, в октябре Боливара перевезли в Барранкилью, а затем, по приглашению испанского землевладельца в этом районе, в Кинту-де-Сан-Педро-Алехандрино недалеко от Санта-Марты. Там, 17 декабря 1830 года, в возрасте 47 лет Боливар скончался от туберкулеза. Тело Боливара, облаченное в одолженную рубашку, было похоронено в кафедральном соборе Санта-Марты 20 декабря 1830 года. В 1842 году Паэс добился возвращения останков Боливара, которые были продемонстрированы в Каракасе, а затем захоронены в декабре вместе с его женой и родителями; сердце Боливара осталось в Санта-Марте. В октябре 1876 года его останки были вновь перенесены в Национальный пантеон Венесуэлы в Каракасе, созданный в том же году президентом Антонио Гусманом Бланко. Смерть Боливара стала предметом теорий заговора, выдвигаемых Объединенной социалистической партией Венесуэлы. В январе 2008 года президент Уго Чавес создал комиссию для расследования его утверждения о том, что Боливар был отравлен «предателями Новой Гранады». Комиссия эксгумировала останки Боливара 16 июля 2010 года. Результаты, опубликованные 26 июля 2011 года, оказались неубедительными; вице-президент Венесуэлы Элиас Хауа объявил, что комиссия не смогла доказать утверждение Чавеса. Чавес продолжал утверждать, что Боливар был убит отравлением мышьяком, ссылаясь на работу специалиста по инфекционным заболеваниям Пола Аувертера. После этих заявлений Чавеса Аувертер отметил, что мышьяк, вероятно, попал в организм Боливара с лекарствами, которые он принимал для лечения своих болезней.

Determined to go into exile, Bolívar, who had given away or lost his fortune over his career, sold most of his remaining possessions and departed from Bogotá on 8 May 1830. He traveled down the Magdalena to Cartagena, where he arrived by the end of June to wait for a ship to take him to England. On 1 July, Bolívar was informed that Sucre had been assassinated near Pasto while en route to Quito, and wrote to Flores to ask him to avenge Sucre. In September, Urdaneta installed a conservative government in Bogotá and asked Bolívar to return, but he refused. With his health deteriorating and no ship forthcoming, Bolívar was moved by his staff to Barranquilla in October and then, at the invitation of a Spanish landowner in the area, to the Quinta de San Pedro Alejandrino near Santa Marta. There, on 17 December 1830, at the age of 47, Bolívar died of tuberculosis. Bolívar's body, dressed in a borrowed shirt, was interred in the Catedral Basílica de Santa Marta on 20 December 1830. In 1842, Páez secured the repatriation of Bolívar's remains, which were paraded through Caracas and then laid to rest in its cathedral in December together with his wife and parents; Bolívar's heart remained in Santa Marta. His remains were moved again in October 1876 into the National Pantheon of Venezuela in Caracas, created that year by President Antonio Guzmán Blanco. Bolívar's death has been the subject of conspiracy theories advanced by the United Socialist Party of Venezuela. In January 2008, President Hugo Chávez set up a commission to investigate his claim that Bolívar had been poisoned by "New Granada traitors." The commission exhumed Bolívar's remains on 16 July 2010. The results, made public on 26 July 2011, were inconclusive; Vice President of Venezuela Elías Jaua announced that the commission could not prove Chávez's claim. Chávez continued to claim that Bolívar had been assassinated via arsenic poisoning, citing a paper by infectious disease specialist Paul Auwaerter. Following Chávez's remarks, Auwaerter stated that the arsenic likely came from medicines Bolívar had ingested to treat his illnesses.

Личные убеждения

Личные убеждения Боливара были либеральными и республиканскими и сформировались под влиянием классической философии и философии Просвещения; среди его любимых авторов были Гоббс, Спиноза, барон д’Гольбах, Юм, Монтескье и Руссо. Обучение у Симона Родригеса, ученика Руссо, традиционно считается основополагающим для взглядов Боливара. Важную роль в интеллектуальном развитии Боливара сыграли также его пребывания в Париже с 1804 по 1806 год и в Лондоне в 1810 году. Боливар был англофилом и искал британской помощи в деле обеспечения независимости Латинской Америки. Степень религиозности Боливара является предметом споров; хотя Боливар негодовал из-за социального влияния католической церкви и её роялистских симпатий во время войн за независимость, он стремился использовать её социальный капитал на благо создаваемых им республик, а не разрушать Церковь. На протяжении всей своей политической карьеры Боливар заботился о построении либеральной демократии в Латинской Америке и о месте региона в атлантическом мире. К 1820-м годам его целью было создание федерации латиноамериканских республик в Испанской Америке, каждая из которых управлялась бы сильной исполнительной властью и конституцией, основанной на британской конституции. Вдохновлённый Монтескье, Боливар считал, что правительство должно соответствовать потребностям и характеру своего региона и его жителей; в Картахенском манифесте Боливар заявил, что федерализм, практикуемый в Соединённых Штатах, является «идеальным» правительством, но не применим в Испанской Америке, поскольку, по его мнению, испанский империализм не подготовил испанских американцев к федерализму. Боливар стремился подготовить Колумбию к более либеральной демократии посредством бесплатного и общедоступного образования. В 1820-х годах Боливар всё больше разочаровывался и становился авторитарнее, пока в 1830 году он не сказал Флоресу: «Все, кто служил Революции, пахали море».

Наследие

Боливар оставил огромное наследие, став ключевой фигурой Латинской Америки. Валюты Венесуэлы и Боливии – боливар и боливиано – названы в его честь. В англоязычном мире Боливара называют латиноамериканским Джорджем Вашингтоном. Память о нём увековечена по всему миру в литературе, общественных памятниках и исторических трудах, а также в названиях городов, провинций и других объектов. Усадьба Квинта близ Санта-Марты сохранена как музей Боливара, а дом, где он родился, был открыт как музей и архив его документов 5 июля 1921 года. В 1978 году ЮНЕСКО учредила Международную премию имени Симона Боливара «за выдающиеся заслуги, соответствующие идеалам Симона Боливара». Первоначальные исторические оценки Боливара были преимущественно негативными, содержа критику его стратегии ведения войны, казни Пиара, предательства Миранды и авторитарных наклонностей. Эти и другие критические замечания сохраняются в современных исследованиях о Боливере. Однако, начиная с 1842 года, общественное мнение о Боливаре в Венесуэле стало подавляюще положительным и со временем превратилось в то, что учёные описывают как «культ Боливара», возглавляемый последовательными главами венесуэльского государства. В 1998 году президент Уго Чавес, активно использовавший образ Боливара в государственных проектах и инициативах, изменил официальное название Венесуэлы на Боливарианскую Республику Венесуэла. В Колумбии преданность или оппозиция Боливару легли в основу консервативной и либеральной партий соответственно. Культурное влияние Боливара в Колумбии оставалось столь значительным, что в 1974 году Движение 19 апреля, повстанческая левая группировка, впоследствии вошедшая в альянс под названием «Координационный совет партизан Симона Боливара», похитила меч, предположительно принадлежавший Боливару, из его резиденции в Боготе.