Антиохия Писидийская: Древний город в Малой Азии

Антиохия Писидийская: древний город в Турции, на стыке регионов. История, расположение (рядом с Yalvaç), горы и реки Писидии и Фригии. 🏛️🇹🇷

37 мин чтения

100%

Источник: Antioch of Pisidia — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Антиохия в Писидии (др.-греч. Ἀντιόχεια τῆς Πισιδίας, лат. Antiochia in Pisidia или Pisidian Antioch, в Римской империи – лат. Antiochia Caesareia или Antiochia Colonia Caesarea) — древний город в Турецком озёрном крае, расположенный на пересечении Средиземноморья, Эгейского моря и Центральной Анатолии, а также ранее на границе Писидии и Фригии, откуда и название Антиохия в Фригии. Руины города находятся примерно в 1 км к северо-востоку от современного города Ялвач в провинции Испарта. Город располагался на холме, наивысшая точка которого составляет 1236 м и находится на севере.

География

Город окружен, с востока, глубоким оврагом реки Антиус, впадающей в озеро Эгирдир, горами Султан на северо-востоке, горой Каракуш на севере, Кызылдаг (Красной горой) на юго-востоке, горой Киришли и северным берегом озера Эгирдир на юго-западе. Хотя на карте он очень близок к Средиземному морю, теплый климат юга не проникает через высоту гор Тавр. Из-за климата здесь нет лесных массивов, но сельскохозяйственные культуры растут на участках, орошаемых водой из гор Султан, где среднегодовое количество осадков составляет около 1000 мм на вершинах и 500 мм на склонах. Эта вода питает плато и Антиохию. Другие писидийские города – Неаполь, Тириак, Лаодикея Катакэкаумен и Филомелий, основанные на склонах, извлекали пользу из этого плодородия. Акрополь имеет площадь 460 000 м2 (115 акров) и окружен укрепленными оборонительными стенами. Территорию поселения можно увидеть из Храма Мужчин в святилище Мужчин Аскаеноса, расположенном на холме к юго-востоку. Территория города, по оценкам, составляла приблизительно 1400 км2 в древности. Согласно переписи 1950 года, в этом районе насчитывалось 40 деревень с населением 50 000 человек. Население в римский период, вероятно, было немного больше. Плодородная, постоянно орошаемая почва очень подходит для выращивания фруктов и животноводства. Для ветеранов (отставных римских легионеров), прибывших из бедных регионов Италии в римский период, сельское хозяйство, должно быть, стало движущей силой интеграции колоний в этот район. Современный город Яльвач является вторым по величине в провинции Испарта, занимая площадь 14 000 км2. Население в центре города составляет 35 000 человек, общее – около 100 000 человек. Город находится в 230 км от Антальи, в 180 км от Коньи, в 105 км от Испарты и в 50 км от Акшехира по главной дороге.

Предыстория

Согласно преданию, история города восходит к III веку до н.э., когда он был основан династией Селевкидов, одним из эллинистических царств. Однако историю города невозможно рассматривать отдельно от истории Озерного края и Писидии. Исследования, проведенные в этом регионе, свидетельствуют о заселении этих мест с эпохи палеолита. Раскопки и обследования, проведенные Д.М. Робинсоном и Мичиганским университетом в окрестностях Ялвача в 1924 году, обнаружили артефакты из близлежащих курганов, датируемые III тысячелетием до н.э. В самой Антиохии не было найдено следов прото-хеттской, хеттской, фригийской или лидийской цивилизаций, но хеттские записи свидетельствуют о том, что регион назывался "Арзава" и что здесь процветали независимые общины. Эти народы не попали под власть хеттов, но сражались на их стороне против египтян в битве при Кадеше. На протяжении веков жители Писидийского региона смогли сохранять независимость благодаря своему стратегическому положению. Даже персы, завоевавшие Анатолию в VI веке до н.э. и попытавшиеся установить контроль над территорией путем разделения ее на сатрапии, не смогли подавить постоянные восстания и волнения. Дискуссионным является подход некоторых исследователей, стремящихся связать культ Мена Аскаеноса с культом фригийской Великой Матери Кибелы. Поклонение Кибеле, следы которого можно обнаружить в Антиохии, не является результатом фригийского влияния: идея Богини-Матери восходит к эпохе неолита, о чем свидетельствуют идолы и статуэтки, экспонируемые в музее Ялвача.

Эллинистическая эпоха

После смерти Александра Великого, Селевк I Никатор, основатель династии Селевкидов, взял под контроль Писидию. Захваченные земли были эллинизированы, и для защиты населения в стратегически важных местах, как правило на акрополях, основывались укреплённые города. Селевк I Никатор основал около 60 городов и назвал 16 из них в честь своего отца Антиоха. Колонисты были привезены из Магнезии на Меандре для заселения города Писидийской Антиохии (Земли Антиоха). Тем временем продолжались столкновения за раздел Анатолии, осложнённые вторжением галатов из Европы. Эллинистические династии, преследуя собственные интересы, не смогли изгнать галатов из внутренних областей, но Антиох I Сотер сразился с ними в 270 году до н.э. в горах Тавр и победил благодаря использованию слонов, невиданных доселе галатами. Историк Лукиан передал замечание Антиоха: «Как позорно, что мы обязаны своим освобождением шестнадцати слонам!». В любом случае, Антиох отпраздновал победу по возвращении в Сирию и получил титул «Сотер» (Спаситель). Наиболее вероятным представляется, что Антиохия была основана Антиохом I Сотером как военный форпост для контроля над галатийскими набегами, поскольку она располагалась на границе Писидии и Фригии. Основание Антиохии датируется последней четвертью III века до н.э., однако археологические находки в Святилище Мене Аскаеноса на северо-востоке относятся к IV веку до н.э., что свидетельствует о существовании в этом районе более ранних классических культур.

Римский период

В то время как эллинистические государства (наследники Александра Великого) воевали между собой и с галатами, Рим стал самой могущественной державой в Европе и начал проводить политику экспансии на восток. Римляне вторглись в Македонию, Фракию и Дарданеллы, достигнув Фригии через Магнезию и Писидию. Они покорили галатов, и согласно договору, подписанному в 188 году до н.э. в Апамее, получив земли Писидии от Антиоха III, они передали их своему союзнику, царству Пергам, доминирующей силе в регионе. Аттал III, последний царь Пергама, завещал свое царство Риму после своей смерти в 133 году до н.э. Когда Аристоник, узурпатор, вскоре после этого претендовавший на престол Пергама, был разбит в 129 году до н.э., Рим аннексировал и заселил Западную Анатолию, принеся с собой развитую и творческую культуру, которая просуществовала столетиями. Хотя Анатолия находилась под властью Римской империи как провинция Азия, Писидия была передана царству Каппадокия, союзнику Рима. В последующие годы в этих отдаленных от центральной власти царствах сохранялся вакуум власти, что привело к возникновению могущественных пиратских королевств, особенно в Киликии и Писидии. Римляне были обеспокоены этими царствами и вели с ними борьбу. К 102 году до н.э. Киликия, Памфилия, Фригия и Писида были очищены от пиратов, и римское правление было восстановлено. Географическое и стратегическое положение региона затрудняло контроль над территорией и поддержание постоянного мира. Гомонадцы поселились в Таврских горах между Аталеей и Иконием, создавая проблемы для Рима. Марк Антоний, которому было поручено контролировать дороги, соединяющие Писидию с Памфилией, возложил на своего союзника Аминта, царя Писидии, задачу борьбы с гомонадцами, но Аминт был убит в ходе столкновений. Именно тогда Рим начал колонизацию, используя отставных легионеров в качестве решения проблемы неэффективности местных наместников. В 25 году до н.э. была основана провинция Галатия, и Антиохия стала ее частью. Для поддержки логистики борьбы с гомонадцами губернатор провинции Галатия Корнут Арруций Аквила начал строительство дороги, известной как Via Sebaste, центром которой была Антиохия. Via Sebaste разделилась на два направления – юго-западное и юго-восточное – чтобы окружить гомонадцев. Между этими двумя дорогами были построены второстепенные соединительные пути. С помощью Via Sebaste Публий Сульпиций Квириний положил конец проблеме гомонадцев в 3 году до н.э., расселив выживших в окрестностях. Во время правления Августа из восьми колоний, основанных в Писидии, только Антиохия была удостоена титула Кесарея и получила право Ius Italicum, возможно, из-за своего стратегического положения. Город стал важной римской колонией и возвысился до статуса столицы под названием "Colonia Caesarea". В римский период эллинизация уступила место латинизации, которая достигла наибольшего успеха в Антиохии. Город был разделен на семь районов, называемых "вици", каждый из которых располагался на одном из семи холмов города, подобно семи холмам Рима. Латынь оставалась официальным языком до конца III века нашей эры. Плодородие земли и мир, установленный Августом (Pax Romana), облегчили ветеранам, поселившимся в этом районе как колонисты, налаживание хороших отношений и интеграцию с местным населением. Перед Августеумом в Антиохии была найдена одна из трех сохранившихся копий Res Gestae Divi Augusti – знаменитой надписи, повествующей о деяниях императора Августа. Оригинал был высечен на бронзовых табличках и выставлен перед Мавзолеем Августа в Риме, но, к сожалению, не сохранился. Антиохийская копия была высечена на камне на латыни, что свидетельствует о важности города как военной и культурной базы Рима в Азии. (Одна из копий, на греческом и латинском языках, находится в Анкаре, другая, на греческом языке, в Аполлонии Улуборлу).

While the Hellenistic Kingdoms (the inheritors of Alexander the Great) were fighting each other and the Galatians, Rome became the most powerful state in Europe and started to follow a policy of expansion to the east. The Romans invaded Macedon, Thrace, and the Dardanelles, reaching Phrygia via Magnesia and Pisidia. They cowed the Galatians and according to the treaty, signed in 188 BC in Apamea, after they got the land of Pisidia from Antiochos III, they gave it to their ally, the Kingdom of Pergamon, the dominant power in the region. Attalos III, the last king of Pergamon, bequeathed his kingdom to Rome on his death in 133 BC. When Aristonikos, a usurper who claimed the throne of Pergamon shortly after, was defeated in 129 BC, Rome annexed and populated Western Anatolia with its well developed, creative culture, lasting for centuries. Although Anatolia was dominated by the Roman Empire as the province of Asia, Pisidia was given to the Kingdom of Cappadocia, which was an ally of Rome. During the ensuing years, the authority gap remained in these kingdoms so remote from central control, which led to the rise of powerful pirate kingdoms, especially in Cilicia and Pisidia. The Romans were disturbed by these kingdoms and fought against them. By 102 BC, Cilicia, Pamphylia, Phrygia and Pisida had been freed from pirates and Roman rule was restored. The geographical and strategic position of the region made it difficult to control the area and maintain constant peace. The Homonadesians settled in the Taurus Mountains between Attaleia and Ikonion, which caused problems for Rome. Marcus Antonius, who had to control the roads connecting Pisidia to Pamphylia, charged his allied king Amyntas, King of Pisidia, to fight against Homonadesians, but Amyntas was killed during the struggle. That is when Rome started to colonize using retired legionaries as a solution to the failure of the locally appointed governors. The province of Galatia was established in 25 BC, and Antioch became a part of it. To support the struggle against the Homonadesians logistically, the construction of a road called the Via Sebaste, the centre of which was Antioch, was started by the governor of the Province of Galatia, Cornutus Arrutius Aquila. The Via Sebaste was separated into two and directed to the southwest and southeast to surround the Homonadesians. Secondary connecting roads were built between these two roads. Rome by means of the Via Sebaste Publius Sulpicius Quirinius brought an end to the Homonadesians problem in 3 BC, relocating survivors in different surrounding locations. During the reign of Augustus, among the eight colonies established in Pisidia, only Antioch was honoured with the title of Caesarea and given the right of the Ius Italicum, maybe because of its strategic position. The city became an important Roman colony. It rose to the position of a capital city with the name of "Colonia Caesarea". Hellenisation became Latinization during the Roman period, and it was most successful in Antioch. The city was divided into seven districts called "vici" each of which was founded on one of the city's seven hills like the seven hills of Rome. The formal language was Latin until the end of the 3rd century AD. The fertility of the land and the peace brought by Augustus (Pax Romana: Roman Peace) made it easier for the veterans as colonists in the area to have good relations and integration with the natives. One of the three surviving copies of the Res Gestae Divi Augusti, the famous inscription recording the noble deeds of the Emperor Augustus, was found in front of the Augusteum in Antioch. The original was carved on bronze tablets and exhibited in front of the Mausoleum of Augustus in Rome, but unfortunately has not survived. The Antioch copy was inscribed in stone in Latin, a sign of the importance of the city as a military and cultural base of Rome in Asia. (One of the copies, in Greek and Latin, is in Ankara, the other, in Greek, in Apollonia Uluborlu).

Раннехристианско-византийский период

Апостол Павел и Варнава, как описано в Деяниях Апостолов, посетили Антиохию Писидийскую во время первого миссионерского путешествия Павла. Проповедь Павла в еврейской синагоге вызвала значительное волнение среди жителей, однако последовавший конфликт с евреями привел к изгнанию двух христианских миссионеров из города. Позже они вернулись и назначили старейшин для местной христианской общины. Павел посетил этот регион также во время своих второго и третьего путешествий. О "преследованиях и страданиях" Павла в Антиохии говорится в 2 Тимофею 3:11. В VI веке город Антиохия, имевший статус римской колонии – опорного пункта, основанного на завоеванной территории для её укрепления, – утратил свое стратегическое значение и, поскольку находился в стороне от основных торговых путей, начал терять значимость в целом.

Епископство

Среди останков древней Антиохии, под руинами византийской церкви, которая, по преданию, указывает на место проповеди Павла в синагоге, археологи обнаружили здание I века, которое, возможно, и было этой синагогой. Антиохия была столицей римской провинции Писидия и митрополичьей кафедрой. В "Нотиции епископатуум" псевдо-Эпифания, составленной во время правления византийского императора Гераклия около 640 года, перечислены следующие суффраганные епископства: Филомелий, Сагалас, Созополис в Писидии, Апамея Киботус, Тириак, Барис в Писидии, Адрианополь в Писидии, Лимна, Неаполь, Лаодикея Комбуста, Селевкия Феррея, Адада, Зарзела, Тимбриас, Тиман, Юстинианополь в Писидии, Метрополь в Писидии и Паппа. Есть свидетельства, что Простанна и Атения также находились в подчинении Антиохийского епископа. В "Нотиции епископатуум", приписываемой Льву V Мудрому, Неаполь, который стал митрополичьей кафедрой, Филомелий и Юстинианополь были исключены из списка суффраганных епископств Антиохии, но добавлены Бинда, Конана, Парлайс, Малус, Синианд и Титиас.

Мусульманские вторжения

Византийская империя направила свою экономическую, политическую и военную мощь на юго-восток, поскольку воины новой религии с Аравийского полуострова вторгались в самые дальние границы империи. Арабские набеги с моря и суши ослабили империю, несколько раз осаждая столицу Константинополь. Анатолийские города были разрушены этими набегами и стали приходить в запустение. В VIII веке набеги усилились. Самое ожесточенное нападение на Антиохию совершил в 713 году омейядский принц аль-Аббас ибн аль-Валид, сын халифа аль-Валида I. Антиохия так и не оправилась, и века ее славы ушли в прошлое. После посещения Антиохии крестоносцами, в XI веке появился новый народ – сельджукские тюрки, которые захватили этот регион и основали Анатолийское сельджукское государство (султанат) в Центральной Анатолии. Вплоть до XII века Антиохия служила базой, где солдаты делали привалы, постоянно переходя из рук в руки. 11 сентября 1176 года армии Византийской империи и Сельджукского султаната сошлись в битве при Мириокефалоне (Тысячеголовом). Точное местоположение битвы неизвестно, но общепринято считать, что она произошла где-то вблизи Ялвача. Султан Кылыч-Арслан одержал победу над Мануилом I Комнином. Турки поселились в долине, а не на акрополе. Поскольку они контролировали всю Центральную Анатолию, им не требовались оборонительные стены, а долина была очень благоприятна для земледелия. Они не меняли названия большинства захваченных городов, но имя Антиохии было забыто, и, поскольку в регионе не осталось христиан, они назвали его "Ялвач", что означает "Пророк", возможно, в память о святом Павле.

Археология

Франсис Вивян Яго Арунделл, британский капеллан в Измире в период с 1822 по 1834 год, был первым, кто идентифицировал и начал изучать город. В 1828 году он опубликовал отчет о своем первом путешествии во внутреннюю Анатолию, совершенном в 1826 году, под названием «Визит к семи церквям Азии». Его заметки, сделанные после второго путешествия в 1833 году, были опубликованы в следующем году в Лондоне под названием «Открытия в Малой Азии: включая описание руин нескольких древних городов и, в особенности, Антиохии Писидийской». В. Дж. Гамильтон прибыл в регион, пересек горы Султан и осмотрел акведуки, бани и большую базилику. Его записи были опубликованы в 1842 году под названием «Исследования в Малой Азии, Понте и Армении». За ним, в разные периоды, следовали известные исследователи XIX века, такие как Тчихачев, Лаборд, Риттер, Рихтер, но ни один из них не обладал такой глубиной детального изучения, как у Арунделла, пока не появился Рамзи. Уильям Митчелл Рамзи, посвятивший 50 лет своей жизни исторической географии Малой Азии, совершил свое первое путешествие в Анатолию в 1880 году. Вместе с Дж. Р. Стерреттом он предпринял две экспедиции, изучая надписи, которые предоставляли подробную историческую информацию. В ходе обеих экспедиций они посетили Антиохию. В тот же период Вебер сосредоточил свои исследования на акведуках, изучая водоснабжение и идентифицируя монументальный фонтан. Результаты исследований Рамзи до 1905 года были опубликованы в 1907 году в книге «Города святого Павла: их влияние на его жизнь и мысли». В 1911 году Рамзи и его жена В. М. Кальдер, вместе с М. М. Харди, разбили лагерь в Антиохии и начали систематическое изучение местности. Кальдер и Харди исследовали Святилище Мена Аскаеноса, расположенное на холме Каракую в 5 км к юго-востоку от Антиохии. В следующем году под руководством Рамзи, при поддержке Принстонского университета, были начаты раскопки. В ходе этих раскопок, продолжавшихся до 1914 года, были обнаружены важные здания в городе и его окрестностях. В 1914 году перед Императорским святилищем были найдены фрагменты одного из самых впечатляющих археологических открытий – «Res Gestae Divi Augusti». После вынужденного перерыва во время Первой мировой войны Рамзи вернулся в 1923 году. В 1924 году Фрэнсис Келси из Мичиганского университета организовал крупную экспедицию, в которой принял участие Рамзи. Раскопками руководил Д. М. Робинсон, в работе которого участвовало более 200 человек из Ялвача. Команда обнаружила Великую базилику, Тиберийскую площадь, Пропилон и монументальные западные ворота. Однако, после всего лишь одного года раскопок, работа мичиганской группы была прекращена из-за ожесточенной ссоры между Рамзи и Робинсоном. Единственным человеком, обладавшим авторитетом для разрешения конфликта, был Келси, который умер в 1927 году. Рамзи вновь посетил Антиохию в период с 1925 по 1927 год, но без значительных результатов. Дальнейшие исследования не проводились до 1960-х годов. За это долгое время местные жители использовали многие архитектурные блоки из этих крупных зданий для строительства современного Ялвача. К началу 1960-х годов, когда готовилось строительство Музея Ялвача, Антиохия вновь оказалась погребенной под землей. В 1962 году М. Х. Балланс и А. Фрейзер провели детальную съемку местности. К. Тухельт прибыл в город в 1976 году и вызвал новые споры об Императорском святилище. Стивен Митчелл и Марк Валкенс провели обследование и документирование Антиохии в период с 1982 по 1983 год. Используя свои открытия и опираясь на более ранние исследования, особенно работы Мичиганского университета 1924 года, они собрали всю доступную информацию о городе, дополнив ее новыми находками, в книге под названием «Писидийская Антиохия» (1998). Сегодня Антиохией занимаются доктор Мехмет Ташлыалан, директор Музея Ялвача (1979–2002), и Текин Байрам, мэр Ялвача. Ташлыалан написал докторскую диссертацию об Императорском святилище и описал здание, которое другие называли Великой базиликой, как церковь Святого Павла.

Francis Vyvyan Jago Arundell, British chaplain at İzmir between 1822 and 1834, was the first person to identify and study the city. In 1828 he published the record of his first journey to inner Anatolia made in 1826 as A visit to the seven Churches of Asia. His notes after his second journey in 1833 were published the following year in London under the title Discoveries in Asia Minor: including a description of the ruins of several ancient cities and especially Antioch of Pisidia. W. J. Hamilton came to the region, passing over the Sultan Mountains and observed the aqueducts, bath, and great basilica. His notes were published in 1842 as "Researches in Asia Minor, Pontus, Armenia". He was followed at different periods by noted explorers of the 19th century such as Tchihatcheff, Laborde, Ritter, Richter, but none of them have the power of Arundell's detailed study, until Ramsay. William Mitchell Ramsay, who devoted 50 years of his life to the historical geography of Asia Minor, made his first journey to Anatolia in 1880. Together with J. R. S. Sterrett he embarked on two journeys studying inscriptions which provided detailed historical information. On both journeys they visited Antioch. In the same period Weber concentrated his studies on aqueducts, examining the water system and identifying the monumental fountain. The results of Ramsay's studies up to 1905 were published in 1907 as The Cities of St. Paul. Their influence on his Life and Thought. In 1911 Ramsay and his wife W. M. Calder, along with M. M. Hardie, made camp in Antioch and started to study the area systematically. Calder and Hardie explored the Sanctuary of Men Askaenos which is on Karakuyu Hill 5 km to the southeast of Antioch. The following year, excavations were made under the direction of Ramsay, supported by Princeton University. During these excavations up to 1914, some important buildings were discovered in and around the city. In 1914 one of the breathtaking finds of archaeology, the "Res Gestae Divi Augusti", appeared as fragments in front of the Imperial Sanctuary. After a compulsory break during World War I, Ramsay returned in 1923. In 1924 a major expedition was mounted by Francis Kelsey of the University of Michigan which included Ramsay. The excavations were under the direction of D. M. Robinson, employing at times over 200 men from Yalvaç. The team exposed the Great Basilica, Tiberia Platea, Propylon and the monumental western gate. Then after only one year of excavation, the work of the Michigan group ceased due to a bitter quarrel between Ramsay and Robinson. The only person who might have had the authority to resolve matters was Kelsey, and he died in 1927. Ramsay visited again between 1925 and 1927 but without any major results. No further studies were made until the 1960s. During this long interval, local natives carried off many of the architectural blocks from these major buildings to use in the construction of modern Yalvaç. By the early 1960s, when Yalvaç Museum was about to be built, Antioch had become buried again. In 1962 M. H. Ballance and A. Frazer conducted a detailed survey. K. Tuchelt came to the city in 1976 and caused some new arguments about the Imperial Sanctuary. Stephen Mitchell and Marc Waelkens conducted a survey and documentation of Antioch between 1982 and 1983. Using their discoveries and drawing from earlier studies, especially those of the University of Michigan in 1924, they subsequently brought together all the available information about the city, supported with new finds, in a book entitled "Pisidian Antioch" (1998). Today's Antioch is studied by Dr. Mehmet Taşlıalan, Director of Yalvaç Museum (1979–2002), and Tekin Bayram, Mayor of Yalvaç. Taşlıalan wrote his Ph. D. thesis on the Imperial Sanctuary and described the building others called the Great Basilica as the Church of St. Paul.

Акрополи и укрепления

Город, как и другие эллинистические колонии, был основан на холме для удобства обороны. Крутая долина реки Антий на востоке обеспечивает идеальную защиту. На остальных склонах акрополь плавно поднимается террасами, достигая высоты 60 метров над равниной. Неизвестно, продолжаются ли бастионы полукруглого плана, которые видны на западе, в других частях оборонительных стен. Город окружен блоками вторичного использования, в основном из местного серого известняка. Массивная кладка стен ранних периодов отличается от стен византийского раннехристианского периода, сложенных на растворе. Четких свидетельств существования оборонительных башен пока не обнаружено. Изогнутые полукруглые стены на юге и севере облегчали бы оборону укреплений. Оборонительная система, судя по кладке стен, очень похожа на системы соседних колоний Кремна, Сагалассос и даже Афродизиас в Карии. Большая часть стен и оборонительной системы датируется IV веком нашей эры. В ходе дальнейших раскопок, несомненно, будут обнаружены другие скрытые входы и укрепления, относящиеся к эллинистическому периоду. Акрополь представлял собой защищенное пространство, куда местные жители отступали во время войны или вторжения, в то время как дома и фермы находились за пределами стен. Особенно на западе и востоке, на склонах, спускающихся к равнине, были найдены остатки домов. Местоположение некрополя неизвестно, однако фрагменты саркофагов, фригийские дверные надгробья и погребальные надписи в стенах домов современного квартала Кызылка указывают на то, что некрополь следует искать поблизости.

План города

Большая часть города остаётся нераскопанной, в связи с чем вопросы, например, о взаимосвязи между театром и Кардо Максимусом, остаются до конца не выясненными. Значительная часть города всё ещё погребена под холмами в потенциальной зоне раскопок размером 800 на 1000 метров. Электромагнитные исследования, проведённые в последние годы, показали, что гипподамова планировка с улицами, пересекающимися под прямым углом, была успешно применена, как, например, в Приене и Милете. Город был разделён улицами на кварталы (vicus, множественное число – vici). Из надписей известны названия следующих vici: Венерий, Велабр, Эдикул, Патриций, Сермалус, Салютарис и Туск, однако их границы ещё предстоит определить. Одной из двух главных улиц является Декуман Максимус, начинающийся у Западных городских ворот и имеющий длину 90 x 320 м. Другая, Кардо Максимус, имеет длину 400 м и начинается от Нимфея, пересекая Декуман приблизительно в 70 м к югу от Тиберийской площади. По обе стороны улиц расположены руины, датируемые I–II веками нашей эры. Термин "platea" использовался для обозначения больших уличных площадей, окружённых лавками и портиками. В восточных римских провинциях platea превращались в колоннады. Обнаружение монументальных зданий, и особенно нескольких нимфеев по обе стороны этих двух главных колоннадных улиц, подтверждает, что подобное происходило и в Антиохии.

Экскурсия по Антиохии после Унала Демирера

Прибывая в Антиохию с запада, посетители могут увидеть укрепления и сооружения различных эпох. Архитектурные фрагменты Городских ворот на главной улице ожидают реконструкции. Дорога через ворота проходит мимо руин Водопада и поворачивает направо в начале Декумануса Максимуса, который был недавно раскопан. На этой улице можно увидеть поврежденную дренажную систему и следы от колес транспортных средств, а после Театра – повернуть налево на вторую важную улицу, Кардо Максимус. Кардо ведет посетителя к Тиберийской площади и Центральной церкви, по обе стороны от которой расположены здания более поздних периодов. Остатки двенадцати ступеней, ведущих к монументальному Пропилону, ведут к самой впечатляющей архитектурной структуре, сохранившейся с ранних периодов Антиохии: Императорскому святилищу Августеум. Вернувшись на Тиберийскую площадь и следуя по Кардо направо, можно попасть к источнику жизни города: Нимфею. Аквадук, который можно увидеть позади Нимфея, на протяжении веков доставлял свежую воду из источников в горах Султана, расположенных в 11 км от города. Купальня, находящаяся на некотором расстоянии от источника воды, расположена к западу от Нимфея и находится в хорошем состоянии. По пути к Великой базилике, которую можно увидеть с любой возвышенности города, можно увидеть небольшую долину, образованную стадионом в форме подковы. Экскурсия заканчивается у Западных ворот.

Водопад .

На главной оси улицы, через ворота, примерно в 7 метрах вглубь города, видны остатки бассейна полукруглой формы. Он расположен у подножия водопада, который состоял из каскада резервуаров шириной 2 метра и высотой 0,80 метра. Эти резервуары поднимались вверх по склону холма к Декуману Максимусу, и вода стекала вниз по склону от одного резервуара к другому. Это, несомненно, было очень приятным зрелищем для измученных жаждой путников в жаркий летний день. Подобный водопад известен в Перге. Система водоснабжения, питающая водопад, пока не установлена и требует изучения в начале Декуману Максимусу.

Театр

За городскими воротами начинается Декуман Максимус. В пятидесяти метрах вверх по этой улице находится вход в театр. К сожалению, сохранилась лишь полукруглая секция зрительских мест. В нынешнем состоянии довольно сложно представить себе типичное греко-римское сооружение. Блоки кавеи (аудитории), диазомы (разделяющего коридора аудитории), керкидов (подъёмных лестниц), входов и оркестра были вывезены и использованы при строительстве в Антиохии и Ялваче. Арунделл отметил, что многие блоки уже были удалены, когда он идентифицировал театр в 1833 году. В ходе недавней расчистки, проведённой доктором Ташлыаланом, было установлено, что ширина сцены в задней части театра составляет около 100 метров. Это позволяет сравнить его с театром в Аспенде в Памфилии, вмещавшим 12 000 зрителей. Он значительно больше и масштабнее других важных писидийских городских театров в Сагалассосе, Термессе и Селге. Театр был расширен в период 311–313 гг. н.э. Это потребовало строительства над Декуманом Максимусом, который был проведён через туннель шириной 5 м и длиной 55 м. Надпись у входа в туннель датирует это расширение. Изначальная архитектура может датироваться основанием колонии или даже эллинистической эпохой. Требуются дальнейшие раскопки.

Центральная церковь

В конце Decumanus Maximus левый поворот ведет к Cardo Maximus, который через 75 метров приводит к Центральной церкви. Церковь расположена на оси Платеи, Пропилона и Августеума и получила свое название от исследователей из-за своего топографического положения. Одна апсида, которая была видна в то время, была идентифицирована Арунделлом как часть церкви, но дальнейшие исследователи не проявляли интереса к зданию до 1924 года, когда оно было раскопано, и архитектор Вудбридж составил предварительный план. Считалось, что церковь имеет план в форме небольшого латинского креста, но продолжающиеся раскопки, начатые Рамсеем в 1927 году и продолжающиеся в настоящее время Ташляланом, показали, что Центральная церковь имеет более крупный и более традиционный план. Рамсей провел не задокументированные раскопки в 1927 году и обнаружил железную печать с именами трех мучеников периода Диоклетиана: Неона, Никона и Гелиодора. Ташлялан добавляет к этой находке имя святого Басса Антиохийского, и сегодня церковь известна как церковь Святого Басса. Рамсей углубился в более ранние этапы строительства церкви и обнаружил еще одну апсиду в южной части. Он предположил, что эта более ранняя апсида была построена на месте синагоги, в которой святой Павел проповедовал первым христианам Антиохии. Детали плана и взаимосвязь между двумя апсидами, а также этапы строительства остаются неясными из-за несистематических раскопок. Таким образом, датировка IV веком, предложенная Рамсеем, может быть сдвинута на столетие вперед благодаря новым данным, полученным в результате обследования Митчелла и раскопок Ташлялана.

Пропилон

12 ступеней в конце Тиберийской плато – всё, что осталось от Пропилона, монументального проходного сооружения, ведущего к Императорскому Святилищу. Вудбридж, архитектор раскопок 1924 года, предложил реконструкцию Пропилона, которая до сих пор общепринята. Он представлял собой тройной арочный проход, богато украшенный массивным антаблементом, опирающимся на четыре колонны спереди и четыре сзади. Здание служило образцом не только для более поздних Западных городских ворот, но и для многих других триумфальных арок в Анатолии. Пропилон был воздвигнут в честь Августа, который, будучи Октавианом, одержал морскую битву при Акции против Марка Антония в 31 году до н.э. и тем самым стал единоличным правителем римского мира. Целью украшения здания было увековечивание морских и других побед Августа. Функциональное назначение здания определялось Святилищем, расположенным за воротами. Обнаружение многочисленных фрагментов Res Gestae Divi Augusti перед Пропилоном служит дополнительным подтверждением этого. Хотя точное местоположение каменных панелей с надписью на Пропилоне остаётся предметом споров, ясно, что буквы надписи (фрагменты которой хранятся в музее Ялвач) должны были читаться на уровне глаз. Последние исследования бронзовых надписей, установленных на архитравах по обе стороны центрального входа, проводились доктором Морисом Бирном. Он обнаружил в фотоархиве 1924 года свидетельства о существовании трёх камней, которые впоследствии были утеряны. Эти свидетельства указывают на то, что одна и та же надпись была размещена с обеих сторон здания, однако вертикальное выравнивание букв в двух строках надписи отличалось на ширину одной буквы. Надпись гласит:

The 12 steps at the end of the Tiberia Platea are all that remain of the Propylon, a monumental passage gateway leading up to the Imperial Sanctuary. Woodbridge, the architect of the 1924 excavations proposed a reconstruction of the Propylon which is still accepted today. It was triple arched and highly ornamented with its massive entablature carried by four columns in front and four at the rear. The building was an exemplar not only for the later Western City Gate but also for many other victory arches in Anatolia. The Propylon was built to honour Augustus who, as Octavian, had won the sea battle of Actium against Marcus Antonius in 31 BC and thus became the single power of the Roman world. The aim of the decoration of the building is to commemorate the naval and other victories of Augustus. The Sanctuary beyond the gate provides the function for the building. The discovery of many fragments of the Res Gestae Divi Augusti in front of the Propylon is further confirmation. Although there is not agreement on the exact position where the stone panels bearing the inscription were mounted on the Propylon, it is clear that the letters of the inscription (the remains of which are in Yalvaç Museum) were intended to be read at eye level. The most recent work on the bronze letter inscriptions which were mounted on the architraves of both sides of the central entrance has been done by Dr. Maurice Byrne. He located in the 1924 photographic archive evidence of three stones which have been lost subsequently. These show that the same inscription was mounted on both sides of the building, but that the vertical alignment of the letters in the two lines of the inscription differed by the width of one letter between the two sides. The inscription reads:

IMP. CAES[ARI. DI]VI. [F. A]VGVSTO. PONTI[F]ICI. M[AXIM]O COS. X[III. TRIB]UN[ICIAE.]POTESTATIS. XXII.[IM]P. XIIII. P.[P.]

"For the emperor Caesar Augustus, son of a god, pontifex maximus, consul for the 13th time, with tribunician power for the 22nd time, imperator for the 14th time, father of the country." The inscription is a dedication to Augustus who became Pater Patriae on 5 February 2 BC. A similar briefer inscription exists on an Imperial Temple at Pola:

ROMAE ET AVGVSTO CAESARI DIVI F. PATRI PATRIAE. The width of the central entrance is 4.5 metres and of the side entrances 3.5 m. Both upper sides of the central arch were decorated with two face to face Pisidian captives, one of them naked, whose hands are tied at the back. The side entrances are decorated with Eros and Nike face to face and carrying garlands. There was a frieze on the architrave ornamented with symbols of victory, several weapons, armour and tritons. Without Woodbridge's reconstruction it is impossible to recreate the shape of the Propylon from what can be seen today. The structure has been totally destroyed and blocks may have been used in later defences, or in buildings in Yalvaç.

IMP. CAES[ARI. DI]VI. [F. A]VGVSTO. PONTI[F]ICI. M[AXIM]O COS. X[III. TRIB]UN[ICIAE.]POTESTATIS. XXII.[IM]P. XIIII. P.[P.]

«Для императора Цезаря Августа, сына божественного, верховного понтифика, консула в тринадцатый раз, наделённого трибунской властью в двадцать второй раз, императора в четырнадцатый раз, отца отечества». Надпись посвящена Августу, который 5 февраля 2 года до н.э. получил титул Pater Patriae. Схожая, но более краткая надпись существует на Императорском храме в Поле:

ROMAE ET AVGVSTO CAESARI DIVI F. PATRI PATRIAE.

Ширина центрального входа составляет 4,5 метра, а боковых – 3,5 метра. Обе верхние стороны центральной арки были украшены двумя пленниками из Писидии, изображёнными лицом к лицу, один из которых был обнажён, а руки связаны за спиной. Боковые входы украшены изображениями Эроса и Ники, также изображёнными лицом к лицу и несущими гирлянды. На архитраве располагался фриз, украшенный символами победы, различным оружием, доспехами и тритонами. Без реконструкции Вудбриджа невозможно воссоздать первоначальный облик Пропилона, основываясь на сохранившихся фрагментах. Структура была полностью разрушена, а её блоки могли быть использованы при строительстве более поздних оборонительных сооружений или зданий в Ялваче.

Августеум/Себастьян (святилище императорского культа)

Самый впечатляющий и монументальный комплекс в Антиохии достигается после подъема по двенадцати ступеням Пропилона. Храм, возведенный на самой высокой точке города путем вырубания скалы, производит на посетителя ошеломляющее впечатление своим декоративным и архитектурным великолепием. Августеум был одним из первых участков, раскопанных командой Рамзи в 1913 году. Калландер, член команды, с воодушевлением писал об их работе в Августеуме. Современные исследования показывают, что строительство храма началось при жизни Августа и было посвящено ему после его смерти. Комплекс, который мы видим сегодня, относится к той же эпохе, что и Пропилон и Платея, однако на скале сохранились следы, указывающие на возможное использование этой территории для другого культа в более ранние времена. Когда большая часть насыпи была срезана для формирования полукруга и выравнивания площадки, в центре был оставлен огромный блок размерами 14x28 м и высотой 2,5 м, который служил постаментом для храма. Внутри этого постамента была выдолблена культовая комната (Наос). К храму вела лестница в двенадцать ступеней, как и к Пропилону, а порядок был четырехколонным простилем. Высокие 8,72 м каннелированные колонны барабанного типа, установленные на базах анатолийского образца, поддерживали с помощью коринфских капителей трехфасциевый антаблемент. На антаблементе располагался фриз из гирлянд и букраний. Антаблемент завершался тимпаном, в центре которого находилось окно эпифании (место, где божество являлось людям), окруженное листьями лотоса и аканта. Богатство декора здания дополнялось цветочным фризом на стенах целлы. Значительные фрагменты фризов хорошо сохранились и представлены на месте раскопок и в музее Ялвач, но, к сожалению, то же самое нельзя сказать о колоннах и других архитектурных элементах. Окружающее святилище, площадью около 100x85 м, было окружено портиком по периметру полукруглой территории. На каждом конце этого портика, с южной и северной сторон, располагались стои. Стои и портик органично связаны между собой, а поврежденные поверхности, вырубленные в скале, были отреставрированы местным известняком. Стои по бокам были одноэтажными с дорическими колоннами. Полукруглый портик имел два этажа: нижний с дорическими колоннами без баз и верхний с изящными ионическими колоннами. По результатам реконструкторских исследований предполагается, что при возведении монументального сооружения было использовано около 150 колонн. Раскопщики сообщали, что скала была покрыта твердым слоем штукатурки, напоминающим раствор. Регулярные прямоугольные отверстия предназначались для балок, поддерживающих второй этаж портика, а случайные прямоугольные отверстия разных размеров, вероятно, использовались для строительных лесов, установленных во время строительства и впоследствии заполненных раствором.

The most effective, most monumental complex at Antioch is reached after climbing the twelve steps of the Propylon. The temple that was constructed at the highest point of the city by cutting away the rock has on first sight a stunning effect on the visitor with its ornamental and architectural richness. The Augusteum was one of the first places to be dug by Ramsay's team in 1913. Callander, a member of the team, wrote with emotion on their work at the Augusteum. Current thinking is that construction of the temple started when Augustus was alive and that it was dedicated to him after his death. The complex seen now is contemporary with the Propylon and Platea but there are some traces on the rock that the area could have been used for another cult in earlier times. When a large section of the mound was cut away to form the semicircle and smooth the area, a huge block, 14x28 m and 2.5 m high, was left in the centre as a podium for the temple. The interior of this podium was carved out to form a cult room (Naos). There were twelve steps up to the temple, like at the Propylon, and the order was a four columned prostylos. The 8.72 m high fluted drum columns, which stood on Anatolian type bases, carried with their Corinthian capitals a three fascia architrave. On the architrave there was a frieze of garlands and bucrania. The entablature was surmounted with a tympanon which had an epiphania window (at which god showed himself to the people) in the middle, surrounded with lotus and palmet leaves. The ornamental richness of the building is completed with a floral frieze on the walls of the cella. Important parts of the friezes are well preserved and can be seen at the site and in Yalvaç Museum but unfortunately the same cannot be said about the columns and other architectural blocks. In the surrounding sanctuary, which measures c. 100x85 m, the perimeter of the semi circular area was covered with a portico. At each end of this portico, on the south and north sides there were stoas. The stoas and portico are connected to each other organically and in the area carved from the rock, the broken surfaces were renovated with local limestones. The stoas at the sides were one floored with Doric columns. The semi circular portico had two floors, the lower with Doric columns without bases and the upper with fine Ionic columns. In reconstruction tests it is believed that about 150 columns were used in the monumental construction. The excavators reported that the rock was covered with a hard stucco like mortar. The regular rectangular holes were for beams carrying the second floor of the portico and the occasional rectangular holes of different size were possibly for the scaffolding put up during the construction and then filled with mortar.

Нимфея и система водоснабжения

После возвращения в Кардо Максимус из Аугустеума и продвижения на север города, Нимфей встречает посетителей у начала Кардо. Здание имеет форму большой буквы "U" и было построено для сбора воды, доставляемой акведуком, и её распределения по всему городу. Комплекс Нимфея включал резервуар размерами 27x3 м для сбора поступающей воды, украшенное фасадное здание высотой 9 м и бассейн размерами 27 на 7 м и глубиной 1,5 м. Сразу за комплексом можно увидеть остатки акведука, который доставлял воду в город из источника "Сучикан" в горах Султана, расположенного примерно в 11 км от города. Современный город Ялвач и сегодня использует ту же воду из того же источника. Раскопки в Нимфее обнажили лишь фундаменты, и интерпретировать орнаменты фасада сложно, основываясь лишь на нескольких сохранившихся фрагментах мрамора, но, несомненно, они были схожи с орнаментами в других римских городах. Никаких надписей, связанных со зданием, обнаружено не было. В Имперском Риме акведуки появились с развитием городской инфраструктуры, и хорошо сохранившийся пример такой конструкции можно увидеть в Антиохии. Особенно благодаря Pax Romana (Римскому миру) проблема обеспечения водой быстро растущего населения была решена благодаря этим сооружениям. Арки акведука были построены прочно, чтобы выдерживать вес воды, и до сих пор стоят, несмотря на многочисленные землетрясения. В Антиохии вода, берущая начало на высоте 1465 м в горах, доставлялась на расстояние 11 км в город иногда по каналам, иногда по туннелям, а иногда по одно- или двухъярусным аркам, в зависимости от рельефа местности, в каменных и глиняных трубах к Нимфею, расположенному на высоте 1178 м. Это обеспечивает средний уклон в 2,6% на протяжении 287 м перепада высот между источником и Нимфеем. Давление воды на таком уклоне велико, поэтому давление потока снижалось поэтапно, а когда вода достигала сифонных акведуков в конце системы, поток контролировался с уклоном всего 0,02%. В результате этого выдающегося инженерного достижения 3000 кубических метров воды ежедневно поступало в город без каких-либо проблем на протяжении столетий. Следовательно, высота Нимфея должна была составлять не менее 9 м, чтобы обеспечить водоснабжение более высоких точек города, таких как Платея, и Оуэнс предположил, что часть водоснабжения осуществлялась по герметичной трубе под давлением. На холмах можно увидеть около 200 метров акведука, а руины можно проследить по линии до самого Нимфея. Высота сохранившихся арок варьируется от 5 до 7 м, а массивные пилоны в среднем имеют высоту 4 м и площадь основания около 4 м. Блоки облицованы глубоким анатрозом, что придает всей конструкции ощущение прочности. Линии под подошвами арок скрывают массивность конструкции и придают ей легкость. Отсутствие орнаментов на замковых камнях свидетельствует о том, что здание было прежде всего функциональным. Расстояние между двумя пилонами варьируется от 3,8 до 4,7 м. Замковые камни иногда одинарные, иногда двойные, а кладка круглых арок различна, но акведук выглядит как единое целое. Эта прочность и устойчивость зависят от совершенства архитектуры арок. Энтаблатура полностью разрушена, но в окрестностях можно увидеть множество каменных труб для водоснабжения (Specus Canalis) с отверстиями диаметром около 25 см. Нимфей и система водоснабжения датируются первой половиной I века, когда Антиохия получила статус Колонии Кесарии.

After returning to the Cardo Maximus from the Augusteum and continuing to the north of the city, the Nympheum waits at the beginning of Cardo. The building is a large U shape and was built to collect water brought by the aqueduct and distribute it throughout the city. The Nympheum complex included a reservoir 27x3 m to collect incoming water, an ornamented facade building 9 m high and a pool 27 by 7 m and 1.5 m deep. Just behind the complex, the remains of the aqueduct which brought water to the city from the "Suçıkan" source in Sultan Mountains c. 11 km away, can be seen. The modern town of Yalvaç uses the same water from the same source today. The excavations in the nympheum only reveal the foundations and it is difficult to interpret the ornaments of the facade from only a few fine marble remains, but no doubt these were similar to those in other Roman cities. No inscription has been found associated with the building. In Imperial Rome, aqueducts appeared with the development of urbanism and a well preserved example of such a structure can be seen at Antioch. Especially as a result of the Pax Romana (Roman Peace), the problem of supplying the needs of fast growing populations was solved by these structures. The aqueduct arches were constructed robustly to bear the weight of the water and they are still standing despite many earthquakes. In Antioch the water, which comes from an altitude of 1465 m in the mountains, is conveyed the 11 km to the city sometimes in channels, sometimes in tunnels and sometimes on arches of one or two stories, according to the terrain, in stone and earthenware tubes to the nympheum which is at 1178 m.

This gives an average slope of 2.6% along the 287 m difference of altitude between the source and nympheum. The water pressure along such a slope is high and the pressure of flow was lowered by phases and when the water arrived at the syphon aqueducts at the end of the system, the flow was controlled with a slope of only 0.02%. As a result of this feat of experimental engineering 3000 cubic meters of water was distributed to the city daily without any problems for centuries. The height of nympheum should therefore be at least 9 m to give water to the higher points of city like the Platea, and Owens has suggested that part of the supply was a sealed pressurised tube. Around 200 meters of the aqueduct can be seen on the hills and the ruined parts can be followed along a line right up to the nympheum. The height of the arches which are still standing varies between 5 and 7 m and the massive blocked pylons are on average 4 m high and have a floor area of The blocks are bossaged with a deep anathrosys and this gives an effect of solidity to the whole structure. The lines beneath the arch feet hide the heaviness of the structure and give a lightness of appearance. There are no ornaments on the keystones showing us that the building was primarily functional. The distance between two pylons varies between 3.8 and 4.7 m.

The key stones are sometimes single, sometimes double, and the masonship of the round arches is different but the aqueduct appears as a unity. The cause of this strength or solidity depends on the perfectionism of the arch architecture. The entablature is completely ruined, but many of the stone tubes for the water supply (Specus Canalis) with c. 25 cm holes can be seen in the area. The nympheum and water supply system is dated to the first half of the 1st century when Antioch became Colonia Caesarea.

Купальня

Ванна расположена в северо-западном углу города, и здание не вызывало особого интереса у исследователей на протяжении последних 150 лет. Большинство из них определили сооружение как арочный, колоссальный комплекс, однако никто не высказывался о его функции. В ходе раскопок, проводимых Ташлыаланом в последние годы, были обнаружены семь секций здания, но значительная часть комплекса, площадью 70x55 м, все еще находится под землей, и его план пока не установлен. Остается неясным, является ли здание на самом деле баней. Например, из-за воздействия солнца и ветра, входы в бани в Анатолии обычно располагались с южной или восточной стороны, но здесь ситуация иная: входы находятся с западной и северо-западной сторон. Кроме того, отсутствуют явные следы системы водоснабжения и отопления, и в этом случае здание больше напоминает нижнюю часть огромного сооружения, поддерживавшего массивную конструкцию на прочных арках. Склоны местности, на которой оно построено, также обуславливают использование арок как решения для создания фундамента здания на уклоне. Подобный прием использовался, например, в Пергаме при строительстве Траянеума. Однако, пока дальнейшие раскопки не докажут обратное, здание можно считать баней, на которую оно похоже. Если рассматривать его как баню, то оно находится на разумном расстоянии от нимфея. Внешняя сторона северных стен здания напоминает полукруглые укрепления западных городских стен. Возможно, массивные внешние стены сооружения также использовались для укреплений в рамках еще не выявленного плана, а небольшой вход в северной стене служил для доставки дров для отопления. Каменная кладка здания – наиболее впечатляющая работа, сохранившаяся в Антиохии, и, по-видимому, обеспечит его устойчивость на протяжении многих тысячелетий. В комнатах, расчищенных в ходе раскопок, установлено, что некоторые участки были намеренно засыпаны. Стиль заложенных и заполненных раствором стен демонстрирует техники разных эпох, что указывает на то, что здание использовалось в течение длительного периода и, возможно, для различных целей. Двор размером 38x29 м, идентифицированный как палестра, расположен на восточной стороне комплекса и органично связан со зданием. Двор окружен колоннадной портиком, но его план пока не ясен. В одной из комнат видны остатки системы гипокауста – обогрева пола, в виде обожженных глиняных труб и прямоугольных кирпичных колонн, однако эта система не доходит до центральной отопительной печи, которая, если это баня, должна располагаться с восточной или южной стороны. Продолжение раскопок позволит понять функции и этапы строительства здания, и в этом случае его можно будет сравнить с баней в Сагалассосе в Писидии, площадью 80x55 м. Начало строительных этапов датируется первой половиной I века нашей эры, как и акведук и нимфей.

The bath lies at the northwest corner of the city and the building did not receive much interest from researchers over the last 150 years. Most of them identified the building as an arched, colossal complex but none of them had anything to say about the function of the building. Seven section of the building have been unearthed by the excavations directed by Taşlıalan in recent years, but an important part of the complex, which is 70x55 m, is still buried and the plan is not yet clear. There is still some uncertainty whether the building is in fact a bath or not. For example, because of sun and wind factors, the entrances to bath houses in Anatolia were made on the south or east sides, but here the situation is different, the entrances are on the west and north west sides. Also there are not clear traces of a water supply and heating system and in this situation the building rather looks like the lower part of a huge building that bore a massive structure above on its strong arches. Also because of the slope of the area on which it is constructed, the arches provide a solution so that the complex looks like the foundations for a building on a slope. For instance at Pergamon the same remedy was used for the Trajaneum. But until further excavations prove the contrary the building can be accepted as a bath house which it resembles. Treating it as a bath, the building is a reasonable distance from the nympheum. The exterior of the walls of the building on the north side are similar to the semi circular fortifications of the western city walls. So it is possible that the massive external walls of the structure were also used for fortification in an as yet unrecognized plan and the small entrance in the north wall was used for the supply of wood needed for heating. The stonemasonship of the building is the strongest work visible at Antioch and it looks as if it will keep the building standing for many thousand years yet to come. In the rooms cleared during the excavations it is understood that some places were filled deliberately. The style of the blocked and mortar filled walls show the techniques of different centuries and show that the building was used over an extended period and possibly for different purposes also. The court which is 38 by 29 m, identified as a palaestra, at the east side of the complex is connected to the building in an organic way. The court is surrounded with a colonaded portico but the plan is not yet clear. In one room, the remains of a floor heating system (Hypocaust) is visible as baked clay tubes and rectangular brick columns, but this would not reach the central heating oven of the building which should be at east or south side, if the building is a bath. It will be possible to understand the functions and phases of the building by continuing the excavations and in this situation the building may be comparable with the bath house of Sagalassos in Pisidia which is 80x55 m. The beginning of the building phases can be dated to the first half of the 1st century AD. like the aqueduct and nympheum.

Стадион

За пределами оборонительных стен позднего периода и напротив Великой базилики можно различить небольшую долину. Лишь недавно её идентифицировали как стадион. Строительные блоки полностью исчезли, но прослеживаются остатки стадиона U-образной формы, размерами приблизительно 190x30 м, предназначенного для атлетических игр и соревнований.

Большая базилика

Одним из самых важных архитектурных комплексов Антиохии является Великая базилика, расположенная на северо-западе города, вблизи внешних стен. Арунделл первым идентифицировал здание как базилику, и опубликованный им план стал ориентиром для последующих исследователей. Базилика была раскопана в 1924 году мичиганской экспедицией, а затем вновь засыпана на 80 лет, пока Ташлыалан не расчистил внешнюю часть здания и не провел зондажное исследование в апсиде. Здание ориентировано с востока на запад и имеет размеры 70 x 27 м. Нартекс размером 27 x 13 м примыкает к оборонительным стенам. Планировка соответствует всем характеристикам базилики: апсида, большой центральный неф и два узких по бокам. Внешняя стена апсиды имеет шестиугольную форму. Базилика демонстрирует изменения в своей планировке с течением времени. Вероятно, в конце IV века апсида и нефы были засыпаны до уровня пола, видимого сегодня, а засыпанная площадь была утрамбована и покрыта мозаикой. В этот период к зданию с северной стороны были добавлены три новых входа, а также двор на северной стороне, датируемый тем же временем. Центральная ось базилики отличается от центральной оси мозаичного пола, что свидетельствует о структурных изменениях. Мозаика, обнаруженная экспедицией Робинсона, сегодня покрыта слоем земли толщиной около 30 см, а фотографии 1924 года показывают, что она была выполнена в геометрическом растительном стиле в прямоугольных рамках. В центральном нефе, у начала апсиды, где должен был находиться алтарь, была найдена мозаичная надпись с именем епископа Оптима, представлявшего Антиохию на Константинопольском соборе в 381 году. Эта дата относится к началу строительства базилических церквей в Малой Азии и подтверждает датировку Великой базилики. Таким образом, Великая базилика Антиохии известна как один из двух самых ранних примеров раннехристианских церквей в Анатолии. Другой пример находится в другой Антиохии на Оронте (Хатай), посвященной святому Вавиле в Дафне. Диаметр апсиды составляет 10,8 м, а центральный неф разделен двумя рядами из 13 колонн, стоящих на шестиугольных постаментах. Под засыпкой находятся более ранние строительные фазы нефов. Недавное зондажное исследование выявило следы арочного фундамента с обеих сторон, возможно, поддерживавшего второй этаж. Эти своды были впоследствии засыпаны, и колонны фазы Оптима были установлены на этой засыпанной поверхности. К северной стене были добавлены три входа, центральный из которых имеет ширину 4 м, а к южной стене – два. Северные входы ведут на центральный церемониальный двор, окруженный L-образным портиком. Весь материал этого двора был повторно использован из более ранних построек. К северу от двора к базиличному комплексу был пристроен баптистерий, а фундаменты мозаично-вымощенного здания рядом с бассейном, возможно, принадлежат епископской резиденции. В Писидии нет церкви, сопоставимой с этой базиликой, и она старше церквей Сагалассоса, Теклы, Анабарзуса и Корыкоса. Свидетельства конца IV века, такие как расширенный театр, новая агора и укрепленные фортификации, показывают, что город переживал один из своих самых блестящих периодов в начале V века. Доктор Ташлыалан идентифицировал Великую базилику как "Церковь Святого Павла" на основании алтаря, найденного на рынке Ялвач, и утверждает, что фундаменты стены на южной стороне базилики принадлежат синагоге, где Святой Павел впервые проповедовал язычникам. Алтарь датируется VI веком, а грубая надпись легко читается как "AGIOS PAULOS". В. М. Кальдер впервые упоминает этот алтарь, найденный в банях Ялвач, в своих отчетах за 1911 год, и предполагает, что он мог принадлежать неизвестной церкви Святого Павла. Подромос, греческий проводник Кальдера, первым перевел надпись на алтаре. Неясно, использовалась ли базилика для других целей на более ранних уровнях. Консервация и поднятие мозаик откроют возможности для более глубокого изучения нефов фазы Оптима и прольют дополнительный свет на это важное антиохийское сооружение.

One of the most important building complexes of Antioch is the Great Basilica in the northwest of the city, close to the outer walls. Arundell first identified the building as a basilica and the plan published by him became a guide for subsequent researchers. The Basilica was excavated first in 1924 by the Michigan team and it was then buried again for 80 years until the outside of the building was cleared by Taşlıalan who has most recently made a sondage in the apse. The building lies in the east–west direction and is 70 by 27 m The narthex which is 27 by 13 m bears against the defence walls. The format reflects all the specifications of a basilica with an apse, a large nave in the middle and two narrow ones at the sides. The outer wall of the apse is of hectagonal plan. The basilica shows changes to its plan over time. Possibly at the end of the 4th century the apse and naves were filled up to the level of the floor visible today and the filled area was pressed and covered with mosaics. Three new entrances were added to the building on the north side in this phase and the courtyard on the north side also dated to this period. The central axis of the basilica is different from the central axis of the mosaic floor, showing changes of structure. The mosaic which was unearthed by Robinson's team is covered with c. 30 cm of earth today, and 1924 photographs show that it was of geometrical floral motives in rectangular frames. In the central nave at the beginning of the apse where there should be an altar a mosaic inscription was found giving the name of Bishop Optimus who represented Antioch at the Council of Constantinople in 381. This date is at the beginning of the building of basilical churches in Asia Minor. It also consolidates the dating of the Great Basilica. So, the Great Basilica of Antioch is known as one of the two earliest examples of Early Christian churches in Anatolia. The other example is in another Antioch on the Orontes (Hatay) dedicated to St. Babylas in Daphne. The apse is 10.8 m in diameter and the central nave is separated by two rows of 13 columns standing on hectagonal bases. Beneath the filling, there are earlier construction phases of the naves. The recent sondage shows traces of an arched foundation on both sides. Possibly the second floor was carried on this. These vaults were subsequently filled and the columns of the Optimus phase erected on this filled surface. Three gates were added to the north wall of which the central one is 4 m wide and two were added to the south wall. The northern entrances open onto the central ceremonial court which is surrounded with an L–shaped portico. All the material of this court is reused from earlier buildings. In the north of the court a baptistery pool was added to the basilical complex and the foundations of a mosaic paved building beside the pool may possibly be a bishops residence. There is no church comparable to the basilica in Pisidia and it is earlier than the churches of Sagalassos, Thekla, Anabarzus and Korykos. Evidence from the late 4th century like the enlarged theatre, a new agora, enlarged fortifications show that the city had one of its most brilliant eras at the beginning of the 5th century. Dr. Taşlıalan identified the Great Basilica as the "Church of St. Paul" by means of an altar which was found in Yalvaç market place and he claims that the wall foundations at the south side of the basilica belong to the synagogue where St. Paul first preached to the Gentiles. The altar is dated to the 6th century and the rough inscription is easily readable as "AGIOS PAULOS". W. M. Calder is the first who mentions this altar, found in the Yalvaç Baths, in his reports of 1911 and he said it could be belong to an unknown Church of St. Paul. Podromos, the Greek guide of Calder, was the first man who translated the inscription on the altar. It is not clear if the basilica was used for another purpose in its earlier levels. Conservation and lifting of the mosaics will give opportunities to go deeper into the naves of Optimus and this will shed further light on this important Antioch building.

Святилище Мен Аскаенос

На соседнем холме к востоку от Антиохии, высотой около 1600 м, расположенном в 6 км от Антиохии (3,5 км по прямой), находится святилище, посвященное одному из мистических богов Анатолии – Мену Аскаеносу. Холм известен как Гемен Корусу (Роща Гемена) или Каракую (Черный колодец, из-за пересохшего источника рядом с церковью времен Византийской империи). И сегодня холм привлекателен священными деревьями Бога Отца (Patrios Theos) Антиохии – соснами. Святилище было основано на возвышенности, чтобы обозревать озеро Бейшехир на юго-востоке, озеро Эгирдир на юго-западе и территорию Антиохии, расположенную в 400 метрах ниже. В начале XX века первооткрыватель Антиохии размышлял о святилище, упоминаемом Страбоном в его «Географии», а команда Рамзи обнаружила священную процессионную дорогу, вдоль которой с обеих сторон стояли вотивные стелы, ведущие к святилищу. Исследователи обнаружили там храм в теменосе, еще один, меньший по размеру, стадион, андрон, церемониальный зал, византийскую церковь и здания неопределенной формы, напоминающие дома. Надписи свидетельствуют о сильном культе местной веры, существовавшем в святилище на протяжении длительного периода – с IV века до н.э. по IV век н.э. Многие из них высечены непосредственно на стенах храма и содержат отчетливые лунные символы. Рамзи и Харди первоначально определили Храм Мена как «Великий алтарь», возможно, из-за сходства с Пергамским алтарем. В следующем году они пересмотрели свою идентификацию, назвав здание «необычным храмом небольшого размера». На стенах теменоса, особенно на юго-юго-западной стороне, обращенной к Антиохии, было обнаружено множество надписей на вотивных стелах, посвященных Мену с просьбами о помощи, здоровье, защите; повествованиями о грехах, снах, желаниями прощения и выражениями благодарности – короче говоря, с рассказом о жизни, разделенной с Patrios Theos. Храм представляет собой периптеральный ионический храм с 11 колоннами в длину и 6 в ширину. Размеры составляют 31x17,4 м по основанию подиума и 25x12,5 м на самом подиуме. На юго-западной и северо-западной сторонах подиума расположены 10 ступеней, а на юго-восточной и северо-восточной – 6 ступеней. Состояние участка и других построек неудовлетворительное. Несмотря на проведенные обследования, раскопки на этом месте еще не проводились. С распространением христианства в IV веке систематически разрушались места поклонения местным политеистическим религиям Анатолии и импортированным культам, например, императорскому. Поэтому в настоящее время даже планы зданий не могут быть четко различимы.

A sanctuary exists on the neighbouring hill east of Antioch, which is about 1600 m high, that 6 km away from Antioch(3.5 km as the crow flies) dedicated to one of the mystic gods of Anatolia: Men Askaenos. The hill is known as Gemen Korusu (grove of Gemen) or Karakuyu (blackwell, because of a dried spring beside a church from the times of the Byzantine Empire). Even today the hill is rendered attractive by means of the sacred trees of the Father God(Patrios Theos)of Antioch, pine trees. The sanctuary was founded on a high hill to see the Beyşehir Lake in southeast, Eğirdir Lake in southwest and the territory of Antioch 400 meters below. At the beginning of the 20th century, the discoverer of Antioch wondered about the sanctuary that Strabo mentions in his Geography, and Ramsay's team found a sacred processional road with votive steles on either side leading up to the sanctuary. And the researchers met there with a temple in a temenos, another smaller one, a stadion, andron, ceremonial hall, Byzantine church and house shaped unidentified buildings. Inscriptions indicate that a strong cult of a local belief reigned in sanctuary in a long period between the 4th century BC and 4th century AD. Many of them are carved directly on the walls of the temple with very distinctive lunar signs. Ramsay and Hardie identified the Temple of Men as a "Great Altar" maybe from its similarity to Pergamon Altar. The next year they recognized the building and identified as "an unusual shaped small temple". On temenos walls especially on the south –southwest side that looks to Antioch they discovered many inscriptions on votive steles dedicated to Men begging help, health, protection; telling sins, dreams, wishing forgiving and giving thanks, shortly shared lives with the Patrios Theos. The temple is a peripteral Ionic ordered temple with 11x6 columns. The measures are 31x17.4 in podium base and 25x12.5 on the podium. There are 10 steps in southwest–northwest sides and 6 steps in southeast–northeast sides of the podium. The site and other buildings are in a bad condition. Although it has been surveyed, the site has not been excavated yet. With the growth of Christianity, sites of local polytheistic religions of Anatolia and imported cults like emperors were systematically damaged in the 4th century. This is why even plan specifications of the buildings cannot be clearly seen in the present day.

Музей Яльвача

Продолжающиеся исследования в этой области делают Ялвач центром притяжения в регионе Писидия. Еще с начала прошлого века исследования и раскопки показали необходимость создания музея. Некоторые ранние находки были переданы в музей в Конье. Артефакты, обнаруженные в ходе американских раскопок, первоначально хранились в старшей школе, но когда местные жители стали приносить туда множество различных предметов, возникла необходимость в строительстве музея в Ялваче. В 1947 году раскопки даже были приостановлены, чтобы освободить место для хранения растущего количества находок, для чего было построено складское помещение. В течение некоторого времени экспонаты выставлялись в публичной библиотеке Ялвача, но потребность в музее оставалась, и строительство нынешнего здания началось в 1963 году и было завершено в 1966 году. Музей состоит из доисторического зала, классического зала, этнографического зала, с садом в центре, и открыт ежедневно, кроме понедельника, с 08:30 до 17:30.

Доисторический зал

С левой стороны от входа представлены окаменелости, обнаруженные в Токмачике (небольшом городке в 17 км от Ялвача). Это останки нескольких млекопитающих, относящихся к позднему миоцену, возрастом от 7 до 8 миллионов лет. В витринах, расположенных вдоль стены, выставлены находки раннего бронзового века, сделанные местными жителями и геодезистами при исследовании около 17 доисторических поселений в районе Ялвача. Эти предметы – обожжённые глиняные чаши и кувшины, различные каменные орудия, топоры, грузила, печати и фигурки – отражают характерный стиль Озерного края.

Классический зал

Этот зал расположен в центральной части музея и в основном содержит находки, сделанные при раскопках в Антиохии. Здесь представлены статуи, фрагменты статуй, портреты и рельефы, отражающие культуру римской колонии, сформировавшейся на анатолийской земле. В экспозицию входят предметы быта, такие как кувшины, ювелирные изделия, флаконы для духов, терракотовые и бронзовые фигурки, а также мраморные статуэтки, вотивные стелы из святилища бога и ранние образцы христианских крестов, образующие богатую и насыщенную коллекцию.

Этнографический зал

В этой галерее представлены прекрасные образцы турецкой культуры, которая закрепилась в Ялваче с XII века. Особенно впечатляют резные деревянные дымоходы, потолки, двери и гардеробы. В других витринах выставлены предметы быта, такие как платья, украшения, оружие и медали.

Сад

В ней представлены некоторые характерные образцы архитектуры из Антиохии, а также множество камней, найденных в Ялваче и его окрестностях. Развитие музея продолжается благодаря научным исследованиям. В настоящее время ощущается необходимость в большем музее для экспозиции предметов, находящихся на хранении. Монеты, рукописи, оружие, рельефы и фрагменты статуй всё ещё ожидают экспонирования в новых залах.

Окружающие деревни

Считается, что деревни вокруг Ялвача могут иметь корни, восходящие к древнему городу Антиохии в Псидии. Английский исследователь Митчелл Рамзи установил связь между древними ионийскими поселенцами-рабочими в этом регионе и деревней Манарга, расположенной в окрестностях Ялвача. Он предположил, что название этой деревни, «ман арга», означает «рабочий народ» на древнеанатолийском греческом языке. Их божеством был Гефест, бог мастерства и изобретений, облегчающих труд. Эта деревня была переименована в Дедечам. Рамзи упоминает еще два поселенческих народа – Гелеонтов и Эгикорей, которые были земледельцами и жрецами соответственно. Кроме того, в окрестностях деревни Манарга находятся еще две деревни – Гелеми/Гелегем и Оекюенес. Эти деревни расположены на расстоянии 1 км друг от друга, и их названия поразительно напоминают названия Гелеонтов (земледельцев) и Эгикорей (жрецов). В деревне Оекюенес, расположенной на вершине холма, есть старая песчаная дорога, ведущая к Ялвачу, и, возможно, она использовалась в древности для поездок в древний город Антиохию в Писидии. В центре деревни Манарга находится очень высокий холм, в окрестностях которого были обнаружены древние человеческие кости. Рамзи говорит о четвертом ионийском поселенческом племени – гоплитах (солдатах) – и упоминает, что Антиохия в Писидии была гарнизонным городом, предназначенным для отражения вторжений со стороны местных негреков. Весьма вероятно, что солдаты, защищавшие Писидию в Антиохии, жили в самом городе или в его непосредственной близости. На юго-восточной окраине деревни Манарга недавно был обнаружен небольшой туннель, и исследователи пришли к выводу, что это был водовод, берущий начало непосредственно из озера Эгирдир. Это типичный древнегреческий водовод, известный как оригма амфистомон. Из озера Эгирдир к нескольким деревням в окрестностях ведет несколько водоводов. Это подтверждает, что деревня Манарга действительно является древним поселением.

It is believed that the villages around Yalvaç may have lineage of the ancient city of Antiochia in Psidia. An English explorer named Mitchell Ramsay drew a link to the workers class ancient ionian settlers in the region to the village of Manarga in the vicinity of Yalvaç. He assumed the name of this village to be 'man arga' or meaning 'worker folk' in ancient Anatolian Greek. Their deity was Hephaestus, the god of all skilful things and labour saving devices. This village has been renamed Dedeçam. Ramsay speaks of two other settler folk named Geleontes and Aigikoreis, being farmers and priests respectively. In addition, there are two other villages in the vicinity of the village of Manarga, which are Gelemi/Gelegemi and Oekuenes. These villages are at 1 km distance from each other, and their names strikingly reveal similarities with the Geleontes (farm folk) and the Aigikoreis (priests). In the village of Oekuenes, which is situated on top of a hill, there is an old sand road leading towards Yalvaç, and thus may have been used in antiquity to go to the ancient city of Antiochia in Pisidia. The city centre of the village of Manargs has a very high hill, and there have been found ancient human bones in the vicinity. Ramsey speaks of a fourth ionian settler tribe, namely the hoplites (soldiers), and mentions that Antioch in Pisidia was a garrison city to hold off invasions from native non Greeks. It is highly likely that the soldiers that defended Pisidia in Antioch were actually living in the city or in the immediate vicinity. On the southeast end of the village of Manarga there was recently discovered a small tunnel and researchers concluded that this tunnel was a waterway originating directly from lake Egirdir. This is a characteristic ancient Greek watertunnel known as an orygma amphistomon. There are several water tunnels originating from lake Egirdir to several villages in the vicinity. This confirms that the village of Manarga is indeed an ancient village.