Введение

Чешский композитор (1850–1900)

Личная жизнь

В возрасте 23 лет он женился на Рожене Ханушовой и поселился в литовском городе Вильнюс, где получил должность хормейстера. Проведя там два несчастливых года (его жена и новорожденные близнецы скончались в Вильнюсе), он вернулся в Прагу в 1874 году и оставался там до своей смерти в 1900 году. В 1875 году Фибих женился на сестре Рожены, оперной контральто Бетти Фибихова (урожденная Ханушова), но в 1895 году оставил её ради своей бывшей ученицы и возлюбленной Анежки Шульцовой. Эти отношения с Шульцовой были важны для него в творческом плане, поскольку она написала либретто для всех его поздних опер, включая «Шарку», и послужила вдохновением для его произведений «Настроения, впечатления и воспоминания».

Карьера

Фибих получил двукультурное образование, живя в Германии, Франции и Австрии в свои ранние, формирующие годы, помимо родной Богемии. Он свободно владел немецким и чешским языками. В своих инструментальных произведениях Фибих обычно писал в духе немецких романтиков, испытав первоначально влияние Вебера, Мендельсона и Шумана, а затем Вагнера. Его ранние оперы и около 200 ранних песен написаны на немецком языке. Эти работы, наряду с его симфониями и камерной музыкой, получили высокую оценку немецких критиков, но не чешских. Большая часть опер Фибиха написана на чешском языке, хотя многие из них основаны на нечешских источниках, таких как Шекспир, Шиллер и Байрон. В своей камерной музыке, больше чем где-либо, Фибих использует богемские народные мелодии и танцевальные ритмы, такие как думка. Фибих был первым, кто написал чешскую националистическую симфоническую поэму (Záboj, Slavoj a Luděk), которая послужила вдохновением для «Моя родина» Сметаны. Он также первым использовал полонез в камерном произведении – своем квартете ля мажор.

Критика от музыкального сообщества Праги

После возвращения в Прагу в 1874 году музыка Фибиха столкнулась с резко негативной реакцией в пражском музыкальном сообществе, вызванной его (и Сметаны) приверженностью теориям оперы Рихарда Вагнера. Если поздняя карьера Сметаны была омрачена проблемами, связанными с представлением музыкальных драм в вагнеровском стиле на чешском языке перед консервативной публикой, то полемическая музыкальная критика Фибиха, не говоря уже о его откровенно вагнеровских поздних операх – «Геде», «Шарке» и «Падении Аркуна», – усугубила ситуацию в годы после смерти Сметаны в 1884 году. Вместе с музыкальным эстетиком Отакаром Хостинским он был отчужден от музыкального учреждения Национального театра и Пражской консерватории и вынужден был полагаться на свою частную композиторскую студию. Тем не менее, студия пользовалась уважением среди студентов, привлекая таких, как Эммануэль Хваля, Карел Коварович, Отакар Острчил и Зденек Неедлы – впоследствии известный критик и политик. Значительная часть восприятия музыки Фибиха в начале XX века является результатом усилий этих учеников после смерти учителя, особенно благодаря активной полемике Неедлы, развернутой в серии монографий и статей, направленных на исправление того, что он считал прошлыми несправедливостями. Хотя это привлекло больше внимания к музыке Фибиха, последующим исследователям пришлось учитывать сильную личную предвзятость Неедлы. Существует Общество Фибиха, которое организовало такие проекты, как тематический каталог Владимира Гудека (указан ниже) и многое другое.

Работы

Самая известная работа Фибиха, Poème, изначально задумывалась как безымянная фортепианная пьеса (№ 139 ре-бемоль мажор) в его цикле «Настроения, впечатления и воспоминания». Он вновь использовал эту мелодию в своей симфонической идиллии «В сумерках», из которой после его смерти скрипач Ян Кубелик сделал адаптацию и дал ей название «Поэма». Произведение было опубликовано и записано во множестве аранжировок, одной из которых стала песня «Моя Мадонна в лунном свете» на английский текст Пола Фрэнсиса Уэбстера. В 1933 году мелодия получила популярную гармонизацию от Уильяма Скотти.