Лука Маренцио: Жизнь и творчество композитора Ренессанса

Введение

Итальянский композитор (1553/54 – 1599)

Лука Маренцио (также Маренцио; 18 октября 1553 или 1554 – 22 августа 1599) был итальянским композитором и певцом эпохи позднего Возрождения. Он был одним из самых знаменитых композиторов мадригалов и создал одни из наиболее известных образцов этого жанра на поздней стадии его развития, перед его трансформацией в эпоху раннего барокко Монтеверди. Всего Маренцио написал около 500 мадригалов, охватывающих широкий спектр стилей – от самых легких до самых серьезных, насыщенных словесной иллюстрацией, хроматизмом и другими характерными чертами позднего мадригального стиля. Влияние Маренцио распространилось даже на Англию, где его ранние, более легкие произведения были опубликованы в 1588 году в сборнике "Музыка Трансальпина", который положил начало мадригальной лихорадке в этой стране. Маренцио служил нескольким аристократическим итальянским семьям, включая Гонзага, Эсте и Медичи, и провел большую часть своей карьеры в Риме.

Ранние годы

По словам биографа Леонардо Козандо, писавшего в конце XVII века, Маренцио родился в Коккалье, небольшом городке близ Брешии, в бедной семье, как один из семи детей. Его отец был канцелярским служащим нотариуса в Брешии. Предполагаемая дата рождения – 18 октября 1553 года – основана на том, что отец в 1588 году указал возраст сына как 35 лет, а также на предположении, что его могли назвать в честь святого Луки, день памяти которого отмечается 18 октября.

Начало карьеры

Возможно, он получил некоторое раннее музыкальное образование у Джованни Контино, который был маэстро ди капеллы в соборе Брешии с 1565 по 1567 год. Он также мог отправиться с Контино в Мантую в 1568 году, когда Контино начал служить мантийской семье Гонзага; позже в жизни Маренцио упоминал, что провёл пять лет в Мантуе на службе у семьи Гонзага, но не указал точных дат этого периода. После пребывания в Брешии и Мантуе он отправился в Рим, где находился на службе у кардинала Кристофоро Мадруццо до июля 1578 года, предположительно в качестве певца. Поскольку Мадруццо ранее был работодателем Контино в Тренто, возможно, это было устроено Контино.

Кардинал Луиджи д'Эсте

После смерти кардинала Маренцио служил при дворе кардинала Луиджи д’Эсте, который был другом Мадруццо; по словам самого Маренцио, он был маэстро ди капелла кардинала, хотя в музыкальном заведении Луиджи насчитывалось лишь несколько музыкантов. Вскоре после его приема на службу Луиджи попытался добиться для него места в папском хоре, но не смог этого сделать по политическим причинам. У Маренцио была возможность сопровождать Луиджи зимой и весной 1580–1581 годов в Феррару, резиденцию семьи д’Эсте и один из главных центров композиции прогрессивной светской музыки в конце XVI века. Там он принял участие в свадебных торжествах Винченцо Гонзаги и Маргариты Фарнезе, пышном мероприятии, требовавшем столь же роскошной музыки. Маренцио имел возможность услышать недавно образованный Concerto delle donne, ансамбль виртуозных певиц с репертуаром «секретной музыки», оказавшей значительное влияние на развитие композиции мадригалов в конце эпохи Возрождения. Находясь в Ферраре, Маренцио написал и посвятил две книги новых мадригалов Альфонсо II и Лукреции д’Эсте. Хотя Луиджи не предъявлял к нему особых требований, предоставляя значительное время для собственных музыкальных занятий, он платил ему мизерную зарплату – всего пять скуди в месяц, на что Маренцио жаловался в посвящении (Бьянке Капелло, великой герцогине Тосканской) его Libro terzo a sei (1585). В одном страстном письме, датированном 1584 годом, Маренцио умолял своего работодателя о более своевременной выплате. Замечание Маренцио, сделанное герцогу Мантуи, указывает на то, что он, возможно, получал значительный дополнительный доход от работы на вольных началах в Риме, либо как певец, либо как лютнист. Несколько раз в течение службы у Луиджи он пытался найти другую работу: он подавал заявление на должность маэстро ди капеллы при дворе Мантуи; и однажды, в 1583 году, Луиджи рассматривал возможность отправить его в Париж в качестве подарка королю Франции Генриху III, но проект сорвался, к большому облегчению Маренцио. В период работы у кардинала Луиджи д’Эсте Маренцио начал завоевывать широкую известность как композитор. Он также стал известен как опытный лютнист, о чем свидетельствует письмо 1581 года от певца к Луиджи д’Эсте; и к моменту смерти кардинала в 1586 году Маренцио стал всемирно известным композитором, его многочисленные книги мадригалов были опубликованы и переизданы не только в Италии, но и в Нидерландах. Популярность его произведений в этот период очевидна также по частоте появления его мадригалов в антологиях. После смерти Луиджи д’Эсте 30 декабря 1586 года Маренцио остался без покровительства, но, вероятно, продолжал работать на вольных началах в Риме; и в 1587 году он отправился в Верону, где встретил графа Марио Бевилаккуа и посетил престижную Accademia Filarmonica, одно из объединений музыкантов и гуманистов, посвященное развитию самых прогрессивных тенденций, характерных для позднего Возрождения.

After the cardinal's death Marenzio served at the court of Cardinal Luigi d'Este, who was a friend of Madruzzo; according to Marenzio himself, writing in the dedication of his first madrigal book, he was the cardinal's maestro di cappella, although Luigi's musical establishment only included a handful of musicians. Shortly after his hire, Luigi attempted to land a position for him with the papal choir, but was unable to do so for political reasons. Marenzio had the opportunity to travel with Luigi in winter to spring 1580–1581 to Ferrara, the home of the Este family and one of the principal centers for composition of progressive secular music in the late 16th century. While there, he took part in the wedding festivities for Vincenzo Gonzaga and Margherita Farnese, an opulent affair requiring equally opulent music. Marenzio would have had an opportunity to hear the newly formed Concerto delle donne, the virtuoso female singers with the repertory of "secret music" that so influenced the course of madrigal composition at the end of the Renaissance. While in Ferrara Marenzio wrote and dedicated two entire books of new madrigals to Alfonso II and Lucrezia d'Este. While Luigi made few demands on him, allowing him considerable time for his own musical pursuits, he paid him the tiny salary of only five scudi a month, about which Marenzio complained in the dedication (to Bianca Capello, Grand Duchess of Tuscany) of his Libro terzo a sei (1585). In one impassioned letter, dated 1584, Marenzio implored his employer for more prompt payment. A comment by Marenzio to the Duke of Mantua indicates that he may have had considerable other income from freelancing in Rome, either as a singer or a lutenist. Several times during his tenure with Luigi, he tried to find other work: he applied for the post of maestro di cappella at the court of Mantua; and once, in 1583, Luigi considered sending him to Paris as a gift to King Henry III of France, but the project fell through, to Marenzio's considerable relief. During his period of employment with Cardinal Luigi d'Este Marenzio began to establish an extensive reputation as a composer. He also became known as an expert lutenist, as indicated in a letter of 1581 from a singer to Luigi d'Este; and by the time the cardinal died in 1586, Marenzio had become internationally famous as a composer, with his numerous books of madrigals published and reprinted not only in Italy, but in the Netherlands. The popularity of his work during this period is evident also in the frequency with which his madrigals appeared in anthologies. After the death of Luigi d'Este on December 30, 1586, Marenzio was without a patron, but probably continued to freelance in Rome; and sometime in 1587 he went to Verona where he met Count Mario Bevilacqua and attended the prestigious Accademia Filarmonica, one of the associations of musicians and humanists, dedicated to cultivating the most progressive trends, typical of the late Renaissance.

Флоренция и возвращение в Рим

К концу 1587 года Маренцио поступил на службу к Фердинандо I де Медичи во Флоренции, где пробыл два года. Весьма вероятно, что он уже находился на службе у Фердинанда, когда тот был еще кардиналом, проживавшим в Риме, и последовал за ним во Флоренцию, когда тот взошел на великого герцогский престол в 1587 году. Сложно оценить влияние флорентийских композиторов на музыку Маренцио. По словам Альфреда Эйнштейна, "он вряд ли мог прийти к согласию с "Камератой" и ее педантичным и претенциозным дилетантством". Но хотя Маренцио никогда не обращался к сольному пению, как это делали Джулио Каччини и другие флорентийцы, это не помешало ему завести дружбу с двумя флорентийскими композиторами-дилетантами – Пьеро Строцци и Антонио де Биччи. 30 ноября 1589 года Маренцио вернулся в Рим, где служил нескольким меценатам, сохраняя значительную независимость; он жил во дворце Орсини до 1593 года, на службе Вирджиния Орсини, племянника великого герцога Тосканского. Другим важным меценатом в то время был кардинал Цинцио Альдобрадини, племянник правящего папы Климента VIII. Этот кардинал, руководивший неформальной академией, где собирались литераторы и ученые, предоставил Маренцио квартиру в Ватикане. В 1595 году Джон Дауленд прибыл в Италию, чтобы встретиться с Маренцио; они обменивались письмами, когда Дауленд еще находился в Англии. Дауленд доехал до Флоренции и выразил желание учиться у Маренцио, но неизвестно, состоялось ли это: возможно, они так и не встретились.

Польша

Последняя поездка Маренцио была продолжительной. Он отправился в Польшу в период с конца 1595 года по начало 1596 года и оставался там как минимум до октября 1596 года, заняв должность маэстро ди капеллы при дворе Сигизмунда III Вазы в Варшаве; его предшественник, Аннибале Стабиле, скончался всего через два месяца после назначения. Находясь в Варшаве – месте расположения двора, недавно перенесенного из Кракова – Маренцио сочинял и руководил исполнением духовной музыки, включая мотеты для двойного хора, Te Deum на 13 голосов и мессу, ноты которой не сохранились. Согласно свидетельствам писателей до XX века, поездка в Польшу, организованная папой, подорвала здоровье Маренцио. Маренцио вернулся из Польши через Венецию, где посвятил семье Гонзага свой восьмой сборник мадригалов на пять голосов. Маренцио недолго прожил после возвращения в Рим; он умер 22 августа 1599 года, находясь под присмотром брата в саду Виллы Медичи на холме Монте Пинчо. Он был похоронен в церкви Сан-Лоренцо-ин-Лучина.

Музыка

Хотя Маренцио писал некоторые духовные произведения в виде месс, мотетов и мадригалей спиритуали (мадригалов, основанных на религиозных текстах), подавляющее большинство его работ и его непреходящее наследие – это его огромное количество мадригалов. Они значительно различаются по стилю, технике и тону на протяжении двух десятилетий его композиторской карьеры. Для Маренцио каждый мадригальный текст представлял собой отдельную задачу, которую он решал, исходя исключительно из этого текста: поэтому не существует единого «стиля Маренцио», и он использовал весь репертуар гармонических, текстурных и риторических средств, доступных композитору конца XVI века. По его словам, каждый мадригальный текст был задачей перевода: напечатанное слово в музыку. К концу своей карьеры он был самым влиятельным композитором мадригалов в Европе, а его ранние мадригалы стали образцом для новой школы мадригальной композиции в Англии. Маренцио опубликовал 23 книги мадригалов и связанных с ними форм, включая одну книгу мадригалей спиритуали; возможно, он создал еще одну книгу, которая не сохранилась. Девять из них – для пяти голосов (и вполне вероятно, что он написал и десятую книгу); шесть – для шести голосов; два – для четырех голосов; один – для четырех-шести голосов; а остальные пять – книги вилланелл, более легкой формы, популярной в конце XVI века, для трех голосов. Помимо светской музыки, он опубликовал две книги мотетов, одна из которых утеряна, книгу антифонов (также утерянную) и книгу Sacrae cantiones для пяти-семи голосов. Почти все его произведения были первоначально опубликованы в Венеции, за исключением мадригалей спиритуали, которые появились в Риме. Маренцио написал семнадцать книг мадригалов в период с 1580 по 1589 год, в которые вошли одни из самых выразительных, разнообразных и важных произведений в мадригальной литературе. Большинство мадригалов – для пяти голосов, но он также написал много частей для четырех и шести голосов, а также несколько исключительных композиций для большего количества голосов, включая один мадригал для восемнадцати голосов для флорентийского интермедио в 1589 году. Текст и музыка всегда тесно связаны. Он варьирует текстуры, используя имитационный контрапункт, аккордовую текстуру, речитативы по мере необходимости для выражения текста. Помимо мадригалов, он писал канцонетты и вилланеллы (родственные светские вокальные формы, очень похожие на мадригалы, но обычно более легкие по характеру). До наших дней сохранилось около 500 отдельных композиций. Стилистически его композиции демонстрируют общую тенденцию к возрастанию серьезности тона на протяжении всей его жизни, но во все периоды он был способен на самые поразительные сдвиги настроения в рамках одной композиции, иногда даже в рамках одной фразы; редко музыка кажется разобщенной, поскольку он внимательно следует за текстами поэзии. В течение последнего десятилетия он не только писал более серьезную, даже мрачную музыку, но и смело экспериментировал с хроматизмом, превзойденным лишь Гесуальдо. Например, в мадригале O voi che sospirate a miglior note он полностью модулировал по кругу квинт в пределах одной фразы, используя энгармонические обозначения в пределах отдельных аккордов (например, одновременные до-диез и ре-бемоль), что невозможно исполнить без отклонения высоты звука или темперирования интервалов, так что певцы приближались бы к своеобразному циркулирующему темпераменту. Еще более характерной чертой его стиля, и определяющей чертой мадригала как жанра, является его использование программной музыки: техники отражения в музыке конкретного слова, фразы, намека или каламбура из того, что поется. Очевидным примером может служить оформление фразы «погружаясь в море» нисходящей серией нот или сопровождение слова «страдание» диссонирующим аккордом, за которым следует неудовлетворительное разрешение. Современники часто называли Маренцио «божественным композитором» или «самым сладким лебедем». Как и многие его современники, он использовал пасторальные и любовные стихи известных итальянских поэтов, таких как Данте и Петрарка, но немногие так внимательно относились к текстам, раскрывая их полный выразительный потенциал, как Маренцио. Используя яркие образы, выраженные посредством программной музыки, он подчеркивал конкретные эмоции и настроения, содержащиеся в стихотворении. Следовательно, историки утверждают, что Маренцио вывел итальянский мадригал на высшую точку художественного и технического развития.

While Marenzio wrote some sacred music in the form of masses, motets, and madrigali spirituali (madrigals based on religious texts), the vast majority of his work, and his enduring legacy, is his enormous output of madrigals. They vary greatly in style, technique and tone through the two decades of his composing career. To Marenzio, each madrigal text presented its own problem, which he solved in terms of that text alone: therefore there is no single "Marenzio style", and he used the entire repertory of harmonic, textural, and rhetorical devices available to a composer of the late sixteenth century in his work. According to him, each madrigal text was a challenge of translation: printed word into music. By late in his career he was easily the most influential madrigal composer in Europe, and his earlier madrigals became the model for the new school of madrigal composition in England. Marenzio published 23 books of madrigals and related forms, including one book of madrigali spirituali; he may have produced one further book that does not survive. Nine of the collections are for five voices (and it is possible that he produced a final tenth book); six are for six voices; two are for four voices; one is for four to six voices; and the remaining five are books of villanelle, a lighter form popular in the late 16th century, for three voices only. In addition to secular music, he published two books of motets, one of which is lost, a book of antiphons (now lost), and a book of Sacrae cantiones for five to seven voices. Almost all of his works were initially published in Venice, except for the madrigali spirituali, which appeared in Rome. Marenzio produced seventeen books of madrigals between 1580 and 1589, which include some of the most expressive, varied and important works in madrigal literature. Most of the madrigals are for five voices, but he also wrote many four and six voice pieces, as well as a few exceptional settings for more, including one madrigal for eighteen voices for a Florentine intermedio in 1589. Text and music are always close. He varies textures, using imitative counterpoint, chordal texture, recitatives as needed to express the text. In addition to his madrigals he wrote canzonette and villanelle (related secular a cappella forms very much like madrigals, but usually a bit lighter in character). Close to 500 separate compositions survive. Stylistically, his compositions show a generally increasing seriousness of tone throughout his life, but in all periods he was capable of the most astonishing mood shifts within a single composition, sometimes within a single phrase; rarely does the music seem disunified, since he closely follows the texts of the poems being sung. During his last decade he not only wrote more serious, even sombre music, but experimented with chromaticism in a daring manner surpassed only by Gesualdo. For example, in the madrigal O voi che sospirate a miglior note he modulated completely around the circle of fifths within a single phrase, using enharmonic spellings within single chords (for instance, simultaneous C sharp and D flat), impossible to sing without either pitch drift or tempering intervals such that singers would approximate a sort of circulating temperament. Even more characteristic of his style, and a defining characteristic of the madrigal as a genre, is his use of word painting: the technique of mirroring in the music a specific word, phrase, implication or pun on what is being sung. An obvious example would be a setting of the phrase "sinking in the sea" to a descending series of notes, or accompanying the word "anguish" with a dissonant chord followed by an unsatisfying resolution. Marenzio was often referred to as "the divine composer" or "the sweetest swan" by his successors. Like many of his contemporaries, he used pastoral and love poems from well known Italian poets, such as Dante and Petrarch, but few set texts as attentively to their full expressive potential as did Marenzio. Using vivid imagery expressed through text painting, he highlighted the specific emotions and moods contained in the poem. Consequently, historians claim Marenzio brought the Italian madrigal to its highest point of artistic and technical development.

Влияние

Лука Маренцио оказал огромное влияние на композиторов в Италии и во всей Европе, особенно в Англии, поскольку его мадригалы 1580-х годов были одними из самых любимых у английских композиторов, которые адаптировали его приемы передачи выразительности через музыку, текстурный контраст и хроматизм к английскому стилю. Например, когда Николас Йонге опубликовал в Англии в 1588 году "Музику трансальпина" – первую коллекцию итальянских мадригалов, изданную там, – Маренцио был представлен вторым по количеству мадригалов (после Альфонсо Феррабоско Старшего); а во второй коллекции итальянских мадригалов, опубликованной в Англии, было больше произведений Маренцио, чем у какого-либо другого композитора. Среди английских композиторов, восхищавшихся выразительностью Маренцио и учившихся у него, постепенно развивая свой собственный стиль на основе его новаторства, были Томас Морли, Джон Уилби и Томас Велкс. За пределами Англии мадригалы Маренцио повлияли на композиторов, работавших в разных регионах, таких как Ганс Лео Хасслер в Южной Германии и Ян Питерсзон Свелинк в Нидерландах. В 1622 году Генри Пичем писал: «Для восхитительных мелодий и изящного изобретения в мадригалах Лука Маренцио превосходит всех». Эта цитата Пичама демонстрирует влияние Луки Маренцио на дальнейшее развитие мадригала и восхищение, которое он вызывал у современников. Даже в середине XVII века итальянские и английские музыковеды продолжали восхвалять достоинства композиций Маренцио; его музыка звучала в аранжировках для виол в конце века, и его произведения исполняются почти непрерывно до наших дней мадригальными ансамблями – он один из немногих композиторов эпохи Возрождения, для которого это справедливо.