Введение

Французский баснописец и поэт (1621–1695)

Жан де Лафонтен (Jean de La Fontaine; 8 июля 1621 – 13 апреля 1695) – французский баснописец и один из самых читаемых французских поэтов XVII века. Он известен прежде всего своими баснями, которые стали образцом для последующих баснописцев по всей Европе и породили множество альтернативных версий во Франции, а также на французских региональных языках. После долгого периода подозрения со стороны королевского двора он был принят во Французскую академию, и его репутация во Франции с тех пор не угасла. Свидетельством этого служат многочисленные картины и статуи писателя, а также более поздние изображения на медалях, монетах и почтовых марках.

Ранние годы

Ла Фонтен родился в Шато-Тьерри во Франции. Его отцом был Шарль де Ла Фонтен, управляющий водными ресурсами и лесами – своего рода помощник лесничего – герцогства Шато-Тьерри; его матерью была Франсуаза Пиду. Обе стороны его семьи принадлежали к высшему слою провинциальной буржуазии; хотя они и не были дворянами, его отец был достаточно состоятельным. Жан, старший ребенок, получил образование в колледже (гимназии) Шато-Тьерри, и по окончании учебы в мае 1641 года поступил в Ораторию, а в октябре того же года – в семинарию Сен-Мальор; однако короткое пребывание убедило его в том, что он ошибся в выборе своего призвания. Затем он, очевидно, изучал право и, по слухам, был допущен к адвокатской практике.

Семейная жизнь

Он, однако, обосновался в жизни, или, по крайней мере, мог бы обосноваться, довольно рано. В 1647 году его отец ушел в отставку, передав ему свой пост, и устроил его брак с Мари Эрикарт, четырнадцатилетней девушкой, которая принесла ему 20 000 ливров и надежды на будущее. Она, по-видимому, была и красива, и умна, но у них не сложились хорошие отношения. По всей видимости, нет никаких оснований для смутных слухов о ее поведении, которые в основном распространялись гораздо позже сплетнями или личными врагами Лафонтена. Единственное, что можно с уверенностью сказать о ней, – это то, что она была небрежной хозяйкой и страстной любительницей романов; сам Лафонтен постоянно отсутствовал дома, безусловно, не отличался супружеской верностью и был настолько плохим дельцом, что его дела пришли в полное запустение, и в 1658 году потребовалось разделение имущества (separation de biens). Это была вполне мирная сделка в интересах семьи; однако со временем пара, даже не поссорившись, перестала жить вместе, и на протяжении большей части последних сорока лет жизни Лафонтен жил в Париже, в то время как его жена оставалась в Шато-Тьерри, которое он, тем не менее, часто посещал. У них родился сын в 1653 году, которого полностью воспитывала и содержала мать.

Париж

Даже в первые годы брака Лафонтен, по-видимому, часто бывал в Париже, но регулярным посетителем столицы он стал лишь около 1656 года. Обязанности его должности, которые были нечастыми, не мешали ему жить вне Парижа. Литературная карьера его началась не раньше тридцати лет. Говорят, что чтение Мальерба впервые пробудило в нем поэтические порывы, но некоторое время он сочинял лишь несерьезные вещи, модные в то время – эпиграммы, баллады, рондо и т. п. Его первой серьезной работой был перевод или адаптация комедии Теренция «Евнух» (1654). В то время главным покровителем французской литературы был суперинтендант Фуке, которому Лафонтена представил Жак Жаннар, родственник его жены. Мало кто, искавший благосклонности Фуке, уходил от него с пустыми руками, и Лафонтен вскоре получил пенсию в 1000 ливров (1659) на условиях предоставления стихотворения за каждый квартальный отчет. Он также начал писать смесь прозы и поэзии под названием «Сон о Во», посвященную знаменитой загородной резиденции Фуке. Примерно в это же время имущество его жены было оформлено на ее имя отдельно, и ему, по-видимому, постепенно пришлось продать все, чем он владел. Однако, поскольку у него всегда были влиятельные и щедрые покровители, это не имело для него большого значения. В том же году он написал балладу «Смеющиеся из Бо-Ришара», за которой последовали многочисленные небольшие стихотворения, посвященные различным лицам, начиная с короля. Фуке потерял расположение короля и был арестован. Лафонтен, как и большинство литературных протеже Фуке, проявил к нему верность, написав элегию «Плачьте, нимфы Во». В это время его дела не выглядели обнадеживающими. Он и его отец приняли титул дворянина, на который не имели законных прав, и, поскольку были введены в действие старые указы по этому вопросу, доносчик добился вынесения приговора, оштрафовав поэта на 2000 ливров. Однако он нашел нового защитника в лице герцога и, особенно, герцогини де Буйон, своих феодальных сеньоров в Шато-Тьерри, и о штрафе больше ничего не было слышно. Некоторые из самых ярких стихов Лафонтена посвящены герцогине Мари-Анне Манчини, младшей племяннице Мазарина, и вполне вероятно, что любовь герцога и герцогини к Ариосто повлияла на создание его первого значительного произведения – первой книги «Сказки», опубликованной в 1664 году. Ему тогда было сорок три года, и его предыдущие опубликованные работы были относительно незначительными, хотя многие его произведения распространялись в рукописях задолго до регулярной публикации.

Слава

Примерно в это время был сформирован квартет на улице Старого Коломбье, столь известный в истории французской литературы. В него входили Лафонтен, Расин, Буало и Мольер, последний из которых был почти ровесником Лафонтена, а двое других значительно моложе. Шапелен также был своего рода посторонним в этом кругу. Существует множество анекдотов, некоторые из которых довольно очевидно апокрифичны, об этих встречах. Наиболее характерным, пожалуй, является тот, который утверждает, что на столе всегда лежала копия злополучной "Pucelle" Шапелена, и определенное количество строк из нее назначалось в качестве наказания за проступки против компании. Члены кружка под вымышленными именами создали персонажей для версии Лафонтена истории о Купидоне и Психее, которая, однако, вместе с "Адонисом" была опубликована лишь в 1669 году. Тем временем поэт продолжал находить друзей. В 1664 году он был официально принят на службу и принес присягу в качестве камергера вдовствующей герцогини Орлеанской и поселился в Люксембургском дворце в Париже. Он сохранил за собой должность лесничего, и в 1666 году мы находим нечто вроде упрека от Кольбера, предлагающего ему разобраться с некоторыми злоупотреблениями в Шато-Тьерри. В том же году вышла вторая книга "Контов", а в 1668 году – первые шесть книг "Басен", с новыми произведениями обоих жанров в 1671 году. В этом последнем году был приведен любопытный пример того, насколько поэт был склонен поддаваться влиянию: по просьбе пор-роялистов он выступил редактором сборника духовной поэзии, посвященного принцу Конти. Год спустя его положение, которое в течение некоторого времени было весьма благополучным, начало резко ухудшаться. Герцогиня Орлеанская умерла, и ему, по-видимому, пришлось отказаться от должности лесничего, вероятно, продав ее, чтобы расплатиться с долгами. Но Лафонтена всегда ждала удача. Мадам де ла Саблиер, женщина необычайной красоты, значительного интеллекта и высоких моральных принципов, пригласила его жить в своем доме, где он прожил около двадцати лет. С тех пор, кажется, у него не возникало никаких проблем, и он мог посвятить себя двум направлениям в поэзии, а также театральному творчеству.

Академия

В 1682 году, когда ему было уже больше шестидесяти лет, он был признан одним из самых выдающихся писателей Франции. Мадам де Севинье, один из самых проницательных литературных критиков того времени, и не склонная к необдуманной похвале, отозвалась о его втором сборнике Басен, опубликованном зимой 1678 года, как о божественном; и, по всей вероятности, это было общее мнение. Поэтому было вполне закономерно, что он решил обратиться в Французскую академию, и хотя темы его «Контов» вряд ли могли расположить к себе эту чопорную ассамблею, а его связь с Фуке и некоторыми представителями старой партии Фрондеров вызывала подозрения у Кольбера и короля, большинство членов были его личными друзьями. Впервые его кандидатура была предложена в 1682 году, но он был отвергнут в пользу маркиза де Данжо. На следующий год Кольбер скончался, и Лафонтен был вновь выдвинут. Бойло также был кандидатом, но в первом туре голосования за баснописца было подано шестнадцать голосов против всего семи за критика. Король, чье одобрение требовалось не только для избрания, но и для второго тура голосования в случае отсутствия абсолютного большинства, был недоволен, и выборы были отложены. Однако спустя несколько месяцев появилась еще одна вакансия, и на нее был избран Бойло. Король поспешно одобрил этот выбор, добавив: «Вы можете немедленно принять Лафонтена, он обещал быть благоразумным». Его избрание косвенно стало причиной единственного серьезного литературного спора в его жизни. Между академией и одним из ее членов, Антуаном Фурьетьером, возник спор по поводу его Французского словаря, который был признан нарушением корпоративных привилегий академии. Фурьетьер, человек немалых способностей, яростно нападал на тех, кого считал своими врагами, и среди них был Лафонтен, чьи «Конты» делали его особенно уязвимым, поскольку второй сборник этих повестей подвергся полицейской цензуре. Однако смерть автора «Буржуазного романа» положила конец этому спору. Вскоре после этого Лафонтен оказался вовлечен в еще более известное дело – знаменитую полемику между сторонниками древних и современных, где лидерами были Бойло и Шарль Перро, а Лафонтен (хотя Перро специально отметил его как наиболее подходящего для сравнения с Эзопом и Федром) занял сторону древних. Примерно в то же время (1685–1687) он познакомился с последними из своих многочисленных хозяев и покровителей, месье и мадам д’Эрварт, и влюбился в некую мадам Ульрих, даму с положением, но сомнительной репутацией. Это знакомство сопровождалось близкими отношениями с Вендомом, Шолье и остальной вольной компанией, собиравшейся в Храме; но, хотя мадам де ла Саблиер давно посвятила себя почти исключительно благотворительности и религиозным упражнениям, Лафонтен продолжал жить в ее доме до самой ее смерти в 1693 году. О том, что произошло дальше, рассказывает одна из самых известных историй, касающихся его детской простоты. Узнав о смерти, Эрвар немедленно отправился на поиски Лафонтена. Он встретил его на улице в глубокой печали и умолял поселиться в его доме. «Я пойду», – ответил Лафонтен. В 1692 году писатель опубликовал переработанное издание «Контов», хотя и страдал от тяжелой болезни. В том же году Лафонтен принял христианство. Молодой священник, месье Пусе, пытался убедить его в непристойности «Контов», и, как говорят, уничтожение новой пьесы было потребовано и представлено в качестве доказательства раскаяния. Лафонтен принял Святые Дары, и в последующие годы продолжал писать стихи и басни. Рассказывают историю о молодом герцоге Бургундском, ученике Фенелона, которому тогда было всего одиннадцать лет, который по собственной инициативе отправил Лафонтену 50 луи в качестве подарка. Но, хотя Лафонтен на время поправился, он был сломлен возрастом и немощью, и его новые хозяева должны были ухаживать за ним, а не развлекать его, что они делали с большой заботой и добротой. Он выполнил еще немного работы, в том числе завершил свои Басни; но он пережил мадам де ла Саблиер всего на два года, скончавшись 13 апреля 1695 года в Париже в возрасте семидесяти трех лет. Когда в Париже открылось кладбище Пер-Лашез, останки Лафонтена были туда перенесены. Его жена пережила его почти на пятнадцать лет.

Анекдоты

Любопытная личность Лафонтена, как и многих других литераторов, обросла своеобразным легендарным ореолом благодаря литературной традиции. Уже в юном возрасте его рассеянность и непрактичность стали предметом обсуждения у Гедеона Таллемана де Рео. Его современники пополнили эти рассказы, а XVIII век окончательно принял их, включая анекдоты о его встрече с сыном, о том, как ему сообщили, кто перед ним, и его замечании: "Ах да, кажется, я его где-то видел!", о его требовании вызвать на дуэль поклонника жены, а затем об уговорах навестить его как прежде, о его появлении в обществе в вывернутых наизнанку чулках и т.д. В качестве контраста приводились рассказы о его неловкости и молчаливости, если не сказать о прямолинейности в обществе. Следует помнить, как комментарий к неблагоприятному описанию Ла Брюйера, что Лафонтен был близким другом и союзником Бенсерада, главного литературного противника Ла Брюйера. Но даже после всех скидок многое останется, особенно если учесть, что одним из главных источников этих анекдотов является Луи Расин, человек, обладавший умом и нравственными качествами, получивший их от своего отца, многолетнего друга Лафонтена. Пожалуй, наиболее показательным из всех этих рассказов является один из эпизодов, связанных с квартетом "Вьё Коломбье", где рассказывается, как Мольер, пока Расин и Буало упражнялись в остроумии, высмеивая "le bonhomme" или "le bon" (под этими прозвищами Лафонтен был широко известен), заметил прохожему: "Nos beaux esprits ont beau faire, ils n'effaceront pas le bonhomme". И они не смогли этого сделать.

Работы

Многочисленные произведения Лафонтена делятся на три традиционных раздела: басни, сказки и разнообразные (включая драматические) произведения. Он наиболее известен первым из них, в котором традиция сбора басен во французских стихах, восходящая к Средневековью, достигла своего расцвета. Хотя эти ранние произведения в названии отсылают к Эзопу, они содержат множество басен из более поздних источников. Среди наиболее известных – «Исопет» Мари де Франс (1190) и «Басни весьма древнего Эзопа», переложенные Жилем Коррозе на французский лад (1542). Публикация двенадцати книг басен Лафонтена продолжалась с 1668 по 1694 год. Сюжеты первых шести книг в основном восходят к Эзопу и Горацию и изложены лаконично, свободным стихом. В более поздних изданиях истории часто заимствованы из более новых источников или из переводов восточных повестей и изложены более развернуто. Эти кажущиеся простыми стихи легко запоминаются, но при этом демонстрируют глубокое понимание человеческой природы. Многие строки вошли во французский язык как общеупотребительные фразы, зачастую пословицы. Басни также отличаются иногда ироничной двусмысленностью. Например, басня «Скульптор и статуя Юпитера» (IX.6) воспринимается как сатира на суеверия, однако ее назидательный вывод о том, что «Все люди, насколько позволяют им возможности, / Создают реальность из снов», может быть применен и ко всей религии в целом. Второе направление в его творчестве – сказки (Contes et nouvelles en vers) – в свое время пользовались почти такой же популярностью, и их написание продолжалось в течение более длительного периода. Первые были опубликованы в 1664 году, а последние – посмертно. Они особенно выделялись своим нарочито непристойным тоном.

Изображения и наследие

Хотя "Басни" имеют международную репутацию, почитание их автора в основном ограничивалось Францией. Даже при жизни он был настолько известен, что его изобразили три выдающихся портретиста. Именно в 63 года, по случаю его принятия во Французскую академию в 1684 году, его написал Гиасинт Риго. Николя де Ларжильер изобразил его в возрасте 73 лет, а авторство третьего портрета приписывается Франсуа де Труа (см. ниже). Два современных скульптора создали бюсты Лафонтена, изображающие голову и плечи. Бюст Жана Жака Кафьери был выставлен на Салоне 1779 года и затем подарен Комеди Франсез; бюст Жана Антуана Гудона датируется 1782 годом. Фактически, существует две версии Гудона: одна сейчас находится в Филадельфийском музее искусств, а другая – в замке его бывшего покровителя Фуке в Во-ле-Виконт (см. ниже). В Париже находится полноростовая мраморная статуя работы Пьера Жюльена, ныне в Лувре, заказанная в 1781 году и представленная на Салоне 1785 года. Писатель изображен в просторном плаще, сидящим в раздумьях на корявом дереве, по которому взбирается виноградная лоза с гроздьями. На его коленях лежит рукопись басни о лисе и винограде, а у ног лиса сидит на шляпе, лапой опираясь на переплетенный кожей том и глядя на него. Маленькие фарфоровые модели были изготовлены мануфактурой Севр, а полихромные фарфоровые – мануфактурой Франкенталь. В следующем веке были созданы небольшие модели бронзовой статуи работы Этьена Марина Меленга, выставленной в Париже в 1840 году и в Лондоне в 1881 году. На ней поэт задумчиво опирается на скалу, держа шляпу в руке. Также во Дворе Наполеона Лувра находится каменная статуя 1857 года работы Жана Луи Жале. Еще один памятник Лафонтену был установлен у начала парижского сада Ренела в 1891 году. Бронзовый бюст, созданный Ахиллем Дюмилятром, был выставлен на Всемирной выставке (1889) перед тем, как его установили на высокий каменный пьедестал, окруженный различными персонажами из басен. Произведение было переплавлено, как и многие другие во время Второй мировой войны, но в 1983 году его заменила стоящая статуя Шарля Коррейи, изображающая баснописца, смотрящего вниз на лису и ворону на ступенях и постаменте под ним. Статуи также есть в Шато-Тьерри, родном городе поэта. Наиболее известна стоящая статуя работы Шарля Рене Летье, заказанная по приказу Людовика XVIII в качестве подарка городу. Она была торжественно установлена на площади с видом на Марну в 1824 году. Во время Второй битвы на Марне она была повреждена и затем перемещена по городу. Сейчас она отреставрирована и находится на площади перед бывшим домом поэта. У его ног происходит гонка между Черепахой и Зайцем. Сам дом теперь превращен в музей, у которого стоит статуя в натуральную величину, созданная Бернаром Сюрром. Внутри музея находится глиняный бюст Лафонтена, изображающий голову и плечи, работы Луи Пьера Дезена. Дополнительным свидетельством непреходящей популярности Лафонтена является его изображение на игральной карте со второго года Французской революции. В этой колоде королевская семья заменена рационалистами-вольнодумцами, известными как философы, а ироничный баснописец изображен в качестве Короля Пик. Он был не менее популярен во время Реставрации Бурбонов, о чем свидетельствует королевский заказ на его статую. Кроме того, существует бронзовая памятная медаль 1816 года с изображением головы поэта, разработанная Жаком Эдуардом Гатто для серии "Великие люди Франции". Недавно его изображение появилось в серии "История Франции". Голова Лафонтена также была изображена на монете в 100 франков в честь 300-летия его смерти, на оборотной стороне которой изображена басня о лисе и вороне. Еще одним памятным событием в том году стал выпуск полосы из 2,80 евро басниных марок, в составном альбоме которой был изображен отрывной портрет без номинала. В 1995 году астероид 5780 Лафонтен был назван в его честь. Другие появления на почтовых марках включают выпуск 55 сантимов 1938 года с медальоном басни о Волке и Ягненке под ним; и 50-центовую марку Монако, посвященную 350-летию со дня рождения Лафонтена в 1971 году, на которой голова и плечи баснописца изображены ниже некоторых из наиболее известных персонажей, о которых он писал. Еще одна серия монет, на которой он появляется, – это ежегодное празднование Лунного нового года (китайского) "Басни Лафонтена". Эти инвестиционные монеты, выпускаемые с 2006 года, имеют его портрет на оборотной стороне и изображение животного текущего года на лицевой стороне. Вымышленные изображения отражали модный взгляд на Лафонтена в их эпоху. В романе Александра Дюма "Виконт Брагелон" он появляется как неуклюжий и рассеянный придворный Николя Фуке. Однако в фильме 2007 года "Жан де Лафонтен – вызов" поэт сопротивляется абсолютистскому правлению Людовика XIV после падения Фуке.