Введение

Итальянский писатель, драматург, поэт, сатирик и шантажист Пьетро Аретино (Pietro Aretino; 19 или 20 апреля 1492 – 21 октября 1556) – итальянский писатель, драматург, поэт, сатирик и шантажист, оказывавший значительное влияние на искусство и политику своего времени. Он был одним из самых влиятельных писателей эпохи и бескомпромиссным критиком сильных мира сего. Благодаря своим связям и симпатиям к религиозным реформаторам, его считают протестантом-никодимитом.

Жизнь

Его отцом был Лука Дель Тура, сапожник из Ареццо, в Тоскане, Италия, который бросил семью, чтобы вступить в ополчение. Отец позже вернулся в Ареццо и умер в бедности в возрасте 85 лет, так и не получив прощения от сына, который отказался признавать отцовское имя, взяв себе фамилию Ареттино (означающее «арецкий, из Ареццо»). Его матерью была Маргарита, известная как Тита, Бончи. Либо до, либо после ухода отца (неизвестно, что было раньше), она вступила в длительные отношения с местным дворянином Луиджи Бакчи, который содержал Титу, Пьетро и его двух сестер, а также воспитывал Пьетро как своего родного сына. Ареттино провел важные годы в Перудже, прежде чем его, по рекомендации, отправили в Рим. Там Агостино Чиги, богатый банкир и покровитель Рафаэля, взял его под свою защиту. Когда в 1516 году умер слон Ханно, любимец папы Льва X, Ареттино написал сатирическую памфлет под названием «Последняя воля и завещание слона Ханно». В вымышленном завещании остроумно высмеивались ведущие политические и религиозные деятели Рима того времени, включая самого папу Льва X. Памфлет имел огромный успех, положив начало карьере Аретино и утвердив его как известного сатирика, впоследствии прозванного «Бичом князей». Ареттино преуспевал, живя от случая к случаю в кругу образованных людей при своем покровителе, оттачивая свой сатирический талант на сплетнях о политике и Папской курии, превращая грубую римскую паскинаду в острое оружие сатиры. Однако его шестнадцать непристойных «Соннетти Луссуриози» (Соннеты похоти), написанные в сопровождении изысканно красивой, но откровенно порнографической серии рисунков Джулио Романо, выгравированных Маркантонио Раймонди под названием «I Modi», вызвали такой скандал, что ему пришлось временно покинуть Рим. После смерти Льва в 1521 году его покровителем стал кардинал Джулио Медичи, чьи соперники в борьбе за папский престол ощутили на себе ядовитое прикосновение сатиры Аретино. Избрание голландского папы Адриана VI («la tedesca tigna» – «немецкая чесотка», как выразился Пьетро) лишь побудило Аретино искать новых покровителей вдали от Рима, в основном у Федерико II Гонзаги в Мантуе и у кондотьера Джованни де Медичи («Джованни делле Банде Нере»). Избрание его старого покровителя Медичи папой Климентом VII ненадолго вернуло его в Рим, но угрозы смерти и покушение на жизнь со стороны одного из жертв его пера, епископа Джованни Гиберти, в июле 1525 года вынудили его скитаться по Северной Италии на службе у различных дворян, отличаясь остроумием, дерзостью и блестящими талантами, пока он окончательно не поселился в 1527 году в Венеции – антипапском городе Италии, «обители всех пороков», как с удовольствием отмечал Ареттино. Он любил мужчин, с самого рождения называя себя «содомитом». В письме Джованни де Медичи, написанном в 1524 году, Ареттино приложил сатирическое стихотворение, в котором говорил, что из-за внезапного увлечения он «влюбился в кухарку и временно перешел от мальчиков к девочкам» («Мой дорогой мальчик»). В своей комедии «Il marescalco» главный герой с радостью обнаруживает, что женщина, на которой он был вынужден жениться, на самом деле переодетый паж. Находясь при дворе в Мантуе, он увлекся молодым человеком по имени Бьянкино и рассердил герцога Федерико просьбой заступиться за него перед юношей. В безопасности в Венеции Ареттино стал шантажистом, вымогая деньги у мужчин, обращавшихся к нему за советом в вопросах порока. По оценке Якоба Буркхардта, он «держал всю известную Италию в состоянии осады». Франциск I и Карл V одновременно выплачивали ему пенсию, каждый надеясь на нанесение ущерба репутации другого. «Остальные его отношения с великими – это лишь нищенство и вульгарное вымогательство», – утверждал Буркхардт. Аддисон утверждал, что «он обложил налогом половину Европы». Говорят, что Ареттино умер от удушья из-за «слишком сильного смеха». Однако более правдоподобно, что он умер от инсульта или сердечного приступа.

Сочинения

Его литературный талант, ясный и искрящийся стиль, разностороннее понимание людей и вещей сделали бы его выдающимся писателем при любых обстоятельствах, даже будучи лишённым способности создать подлинное произведение искусства, такое как настоящая драматическая комедия. К грубости и тонкой злобе он добавил гротескную, но блестящую остроту, которая в некоторых случаях не уступает остроумию Рабле. Помимо сатирических диалогов, высмеивающих возвышенные неоплатонические дискуссии эпохи Возрождения, действие которых разворачивается в борделе, и комедий, таких как «Кортиджана» и «Талента», Аретино прежде всего известен своими письмами, полными литературной лести, которая могла перерасти в шантаж. Они широко распространялись в рукописном виде, и он собирал их, публикуя время от времени, приобретая столько же врагов, сколько и славы, и заслужив опасное прозвище, данное ему Ариосто: *flagello dei principi* («бич правителей»). В 1559 году, через три года после смерти Аретино, все его произведения были включены в папский Индекс запрещённых книг. «Кортиджана» – блестящая пародия на «Книгу придворного» Кастильоне, повествующая о приключениях сиенского джентльмена, мессера Мако, который отправляется в Рим, чтобы стать кардиналом. Он также хотел бы обрести любовницу, но, влюбившись в девушку, которую он увидел в окне, понимает, что добиться её расположения он сможет лишь в качестве придворного. Высмеивая советы Кастильоне о том, как стать идеальным придворным, шарлатан начинает обучать мессера Мако придворному поведению: он должен научиться обманывать и льстить, и часами просиживать перед зеркалом.

Портреты художников

Аретино был близким другом Тициана, который написал его портрет трижды: портрет 1527 года в музее Кунстмузеум Базель, портрет 1537 года в коллекции Фрика и портрет 1545 года в Палаццо Питти. Люба Фридман упоминает четвёртый портрет, датированный «не позднее 1535 года», но Ксавье Ф. Соломон, главный куратор коллекции Фрика, утверждает, что «нет никаких свидетельств его существования». Тициан также изобразил Аретино в роли Понтия Пилата в своей картине «Ecce Homo» в Музее истории искусств в Вене, «как безымянного солдата в толпе» в картине «Альфонсо д’Авалос, обращающийся к своим войскам» в музее Прадо в Мадриде, и рядом со своим автопортретом в «La Gloria», также в Прадо. Климент VII посвятил Аретино в рыцари Родоса, а Юлий III – в рыцари Святого Петра, однако цепь, изображённая на его портрете 1545 года, вполне могла быть лишь украшением. В своих письмах, предназначенных для публикации, Аретино часто дополнял живописный портрет, созданный Тицианом, словесным описанием. Тициан был далеко не единственным художником, изображавшим Аретино. «Вероятно, ни одна другая знаменитость чеченто не была столь часто и в стольких видах искусства запечатлена: картины, фрески, скульптуры, гравюры, медали. На разных этапах жизни Аретино также изображали Себастьяно дель Пьомбо, Алессандро Моретто, Франческо Сальвиати, Якопо Тинторетто и Джорджо Вазари. Его портрет был выгравирован Маркантонио Раймонди и Джованни Джакопо Каральо. Его изображение воспроизводили на медалях Леоне Леони, Франческо Сегала, Альфонсо Ломбарди и Алессандро Витториа, а его скульптуры создали Джакопо Сансовино и Денезе Каттанео».

Последний суд

В ноябре 1545 года Ареттино написал открытое письмо Микеланджело, критикуя обнаженность на фреске "Страшный суд". В своих диалогах, "Ла Нанна", Ареттино писал: "мои произведения демонстрируют превосходство моей сдержанности над вашей опрометчивостью, поскольку я, обращаясь к темам чувственным и непристойным, использую язык изящный и достойный, говорю так, чтобы не вызвать ни упреков, ни оскорблений для невинного слуха. Вы же, напротив, изображая столь ужасную сцену, показываете святых и ангелов, лишенных всякой земной пристойности и небесной славы. Ваше искусство больше подошло бы для какого-нибудь распутного бани, чем для главной капеллы в мире. Я пишу это не из-за обиды по поводу моих просьб к вам. Если бы вы прислали мне обещанное, вы бы поступили так, как должны были бы сделать с наибольшим усердием в своих собственных интересах". Джон Аддингтон Саймондс пишет: "Истинная цель Ареттино состояла в том, чтобы выпросить у великого мастера какой-нибудь бесценный эскиз или рисунок. Это следует из второго письма, написанного им 20 января 1538 года". Саймондс описывает ответ Микеланджело на письмо Ареттино от ноября 1545 года: "Под видом витиеватых комплиментов он скрывает презрение, которое, должно быть, питал к Ареттино и его дерзким советам. Однако он знал, насколько опасен этот человек, и чувствовал себя обязанным его умилостивить". Но эти сходства не имели отношения к письму Ареттино Микеланджело. Бернадин Барнс пишет, что "ни один критик XVI века не заметил [что содранная кожа изображает Микеланджело]. Ни один современник также не заметил портрет Пьетро Ареттино на фреске. Зрители нашего времени часто видят его в образе святого Варфоломея, который держит нож в одной руке и содранную кожу с чертами лица Микеланджело в другой. Однако критика Ареттино [Микеланджело] была написана только в 1545 году, спустя четыре года после завершения фрески. Даже близкий друг Ареттино Вазари не узнал его".

Наследие

Ареттино часто упоминается в английских произведениях эпохи Елизаветы и последующих периодов и получает различную оценку, о чем свидетельствуют комментарии, варьирующиеся от «Это был один из самых остроумных негодяев, которых когда-либо создавал Бог» из сочинений Нэша («Неудачливый путешественник») до «того печально известного развратника из Ареццо» из «Ареопагитики» Мильтона. Английский путешественник сэр Джон Рересби посетил могилу «непристойного и богохульного поэта» Аретино в церкви Сан-Лука в Венеции в середине 1650-х годов. Он сообщает, что инквизиторы удалили следующий эпитафий: Qui jace Aretin, poeta Tusco, qui dice mal d'ogni uno fuora di Dio; scusandosi dicendo, Io no'l cognosco. Он переводит это как: «Здесь лежит Аретин, тосканский поэт, который злословил обо всех, кроме Бога, и почему? Он сказал, что не знает его». Гробницы в церкви больше не существует, поскольку церковь была снесена. Первый биограф Пьетро утверждает, что на могиле не было эпитафии. Те, кто полагает, что существовал саркастический эпитафий, написанный одиннадцатисложниками (a maiore), подозревают, что его следует приписать епископу Паоло Джовио и что он был создан при жизни Аретино:

В 2007 году композитор Майкл Найман положил на музыку некоторые из «Сонетти луссуриози» Аретино под названием «8 Песен похоти». Вновь тексты Аретино вызвали споры: во время выступления в 2008 году в Кадоган-холле в Лондоне печатные программы были отозваны после обвинений в непристойности.