Храмы Древнего Рима: Архитектура и Культ

Введение

Храмы Римской Республики и Империи

Древнеримские храмы были одними из важнейших зданий в римской культуре и одними из самых величественных в римской архитектуре, хотя до наших дней сохранилось лишь несколько из них в относительно целостном состоянии. Сегодня они остаются «самым очевидным символом римской архитектуры». Их строительство и поддержание было важной частью древнеримской религии, и каждый город, имевший какое-либо значение, располагал как минимум одним главным храмом, а также небольшими святилищами. В главной комнате (целла) находилось культовое изображение божества, которому был посвящен храм, а также часто стол для дополнительных подношений или возлияний и небольшой алтарь для благовоний. За целлой располагались помещения, где служители храма хранили оборудование и подношения. Обычный верующий редко входил в целлу, и большинство публичных церемоний проводились снаружи, у жертвенного алтаря, на портике, в окружении собравшейся толпы в храмовом дворе. Наиболее распространенный архитектурный план представлял собой прямоугольный храм, возвышавшийся на высоком подиуме, с четко выраженным фасадом, портиком, расположенным на вершине лестницы, и треугольным фронтоном над колоннами. Боковые и задняя части здания имели гораздо меньший архитектурный акцент и, как правило, не имели входов. Существовались также круглые планы, обычно окруженные колоннами, а за пределами Италии часто встречались компромиссы с традиционными местными стилями. Римская форма храма первоначально развилась из этрусских храмов, которые, в свою очередь, испытали влияние греческой архитектуры, а затем подверглись сильному непосредственному влиянию Греции. Публичные религиозные церемонии официальной римской религии проводились на открытом воздухе, а не внутри храма. Некоторые церемонии представляли собой процессии, которые начинались, посещали или заканчивались у храма или святилища, где мог храниться ритуальный предмет, который затем извлекался для использования, или где приносилось подношение. Жертвоприношения, в основном животных, совершались на открытом алтаре внутри храмового пространства (templum), часто на одном из узких выступов подиума сбоку от лестницы. Особенно в эпоху Империи экзотические иностранные культы приобрели последователей в Риме и стали местными религиями в обширных частях расширенной Империи. Эти культы часто имели совершенно иные обычаи: некоторые предпочитали подземные места для поклонения, в то время как другие, например, ранние христиане, поклонялись в домах. Сохранились остатки многих римских храмов, особенно в самом Риме, но лишь немногие почти полностью сохранившиеся примеры были впоследствии переоборудованы в христианские церкви (а иногда и в мечети), как правило, спустя значительное время после утверждения христианства при Константине. Упадок римской религии происходил относительно медленно, и правительство не присвоило храмы до указа императора Гонория в 415 году. Церковь Санти Косма и Дамиано на Римском форуме, изначально храм Ромула, была освящена лишь в 527 году. Наиболее известен Пантеон в Риме, который, однако, является весьма нетипичным примером – очень большим круглым храмом с великолепной бетонной крышей, расположенным за традиционным портиком.

Ancient Roman temples were among the most important buildings in Roman culture, and some of the richest buildings in Roman architecture, though only a few survive in any sort of complete state. Today they remain "the most obvious symbol of Roman architecture". Their construction and maintenance was a major part of ancient Roman religion, and all towns of any importance had at least one main temple, as well as smaller shrines. The main room (cella) housed the cult image of the deity to whom the temple was dedicated, and often a table for supplementary offerings or libations and a small altar for incense. Behind the cella was a room, or rooms, used by temple attendants for storage of equipment and offerings. The ordinary worshiper rarely entered the cella, and most public ceremonies were performed outside of the cella where the sacrificial altar was located, on the portico, with a crowd gathered in the temple precinct. The most common architectural plan had a rectangular temple raised on a high podium, with a clear front with a portico at the top of steps, and a triangular pediment above columns. The sides and rear of the building had much less architectural emphasis, and typically no entrances. There were also circular plans, generally with columns all round, and outside Italy there were many compromises with traditional local styles. The Roman form of temple developed initially from Etruscan temples, themselves influenced by the Greeks, with subsequent heavy direct influence from Greece. Public religious ceremonies of the official Roman religion took place outdoors and not within the temple building. Some ceremonies were processions that started at, visited, or ended with a temple or shrine, where a ritual object might be stored and brought out for use, or where an offering would be deposited. Sacrifices, chiefly of animals, would take place at an open air altar within the templum; often on one of the narrow extensions of the podium to the side of the steps. Especially under the Empire, exotic foreign cults gained followers in Rome, and were the local religions in large parts of the expanded Empire. These often had very different practices, some preferring underground places of worship, while others, like Early Christians, worshiped in houses. Some remains of many Roman temples still survive, above all in Rome itself, but the relatively few near complete examples were nearly all converted into Christian churches (and sometimes subsequently to mosques), usually a considerable time after the initial triumph of Christianity under Constantine. The decline of Roman religion was relatively slow, and the temples themselves were not appropriated by the government until a decree of the Emperor Honorius in 415. Santi Cosma e Damiano, in the Roman Forum, originally the Temple of Romulus, was not dedicated as a church until 527. The best known is the Pantheon, Rome, which, however, is highly untypical, being a very large circular temple with a magnificent concrete roof, behind a conventional portico front.

Условия

Английское слово "temple" происходит от латинского templum, которое изначально обозначало не само здание, а священное пространство, ритуально измеренное и размеченное. Римский архитектор Витрувий всегда использует слово "templum" для обозначения священной территории, а не строения. Более распространенными латинскими словами для храма или святилища были sacellum (небольшое святилище или часовня), aedes, delubrum и fanum (в данной статье английское слово "temple" относится к любому из этих строений, а латинское templum – к священной территории).

Архитектура

Форма римского храма в основном восходила к этрусскому образцу, но в конце Республики произошел переход к использованию греческих классических и эллинистических стилей, без существенных изменений в ключевых особенностях формы. Этруски были народом Северной Италии, цивилизация которого достигла своего расцвета в VII веке до н.э. Этруски уже испытали влияние раннегреческой архитектуры, поэтому римские храмы отличались как этрусскими, так и греческими чертами. Сохранившиеся храмы (как греческие, так и римские) лишены обширной расписной статуарной декорации, украшавшей линии крыши, а также сложной облицовки и антефиксов, выполненных из цветной терракоты в более ранних образцах и оживлявших антаблемент. Этрусские и римские храмы акцентировали фасад здания, который следовал греческим моделям храмов и обычно состоял из широкой лестницы, ведущей к портику с колоннами, пронаосу и, как правило, треугольному фронтону, заполненному статуями в наиболее грандиозных примерах; статуи часто выполнялись из терракоты, как и из камня, и до наших дней не дошли, за исключением фрагментов. Особенно в ранние периоды на крыше могли размещаться дополнительные статуи, а антефаксы и другие элементы украшали антаблемент, все это было ярко расписано. Однако, в отличие от греческих образцов, которые обычно одинаково прорабатывали все стороны храма, к которым можно было подходить и которые можно было обозревать со всех сторон, боковые и задние стены римских храмов могли быть практически не декорированы (как в Пантеоне в Риме и Вике), недоступны по лестницам (как в Maison Carrée и Вике) и даже примыкать к другим зданиям. Как и в Maison Carrée, боковые колонны могли быть полуколоннами, выступающими из стены ("ангажированными" в архитектурной терминологии). Платформа, на которой стоял храм, обычно была приподнята выше в этрусских и римских образцах, чем в греческих, с десятью, двенадцатью или более ступенями, а не с тремя, типичными для греческих храмов; храм Клавдия был поднят на двадцать ступеней. Эти ступени обычно располагались только спереди и, как правило, не на всю ширину фасада. Возможно, но не всегда, можно было обойти храм снаружи внутри (Храм Адриана) или за пределами колоннады, или, по крайней мере, вдоль боковых сторон. Описание греческих образцов, используемое здесь, является обобщением классических греческих идеалов, а более поздние эллинистические здания часто не соответствовали им. Например, "Храм Диониса" на террасе у театра в Пергаме (ионический, II век до н.э., на склоне холма) имел множество ступеней спереди и не имел колонн за портиком. Парфенон, также расположенный на холме, вероятно, имел множество широких ступеней на подходе к главному фасаду, за которым следовала плоская площадка перед последними несколькими ступенями. После упадка этрусских образцов греческие классические ордера во всех деталях тщательно воспроизводились на фасадах римских храмов, как и в других престижных зданиях, причем непосредственное заимствование греческих образцов, по-видимому, началось около 200 г. до н.э. в период поздней Республики. Однако отличительные различия в общей планировке храмов между этрусско-римским стилем и греческим, как было описано выше, сохранялись. Однако идеализированные пропорции между различными элементами ордера, установленные единственным значительным римским писателем по архитектуре, дошедшим до нас, Витрувием, и последующими итальянскими писателями эпохи Возрождения, не отражают фактическую римскую практику, которая могла быть весьма разнообразной, хотя всегда стремилась к балансу и гармонии. В соответствии с эллинистической тенденцией коринфский ордер и его вариант – композитный ордер были наиболее распространены в сохранившихся римских храмах, но для небольших храмов, таких как храм в Алькантаре, мог использоваться простой тосканский ордер. Витрувий не признает композитный ордер в своих трудах и описывает тосканский ордер только как этрусский; писатели эпохи Возрождения формализовали их, наблюдая за сохранившимися зданиями. На фасаде храма обычно была надпись, указывающая, кто его построил, высеченная в камне V-образным сечением. Это углубление заполнялось ярко окрашенной краской, обычно багряной или киновари. В крупных имперских памятниках буквы отливались из свинца и удерживались штифтами, а затем также окрашивались или позолачивались. Обычно они давно исчезли, но археологи могут восстановить их по отверстиям от штифтов, и некоторые были воссозданы и установлены на место. Скульптурное убранство было похоже на греческие храмы, часто с педиментальной скульптурой, изображающей фигуры, от которых сохранилось лишь несколько фрагментов. Однако рельефные фризы с фигурами были гораздо менее распространены. Многие акротерии, антефиксы и другие элементы были ярко раскрашены. В ранней Империи старые греческие статуи, по-видимому, иногда повторно использовались в качестве акротериев. Существовала значительная местная вариативность в стиле, поскольку римские архитекторы часто стремились включить элементы, которые население ожидало в своей сакральной архитектуре. Это особенно касалось Египта и Ближнего Востока, где различные традиции строительства больших каменных храмов существовали на протяжении тысячелетий. Романо-кельтский храм представлял собой простой стиль, обычно с небольшим использованием камня, для небольших храмов, найденных в Западной Империи, и был наиболее распространенным типом в Римской Британии, где они обычно были квадратными с обходом. Он часто лишен каких-либо отличительных классических черт и мог иметь значительную преемственность с доримскими храмами кельтской религии.

The form of the Roman temple was mainly derived from the Etruscan model, but in the late Republic there was a switch to using Greek classical and Hellenistic styles, without much change in the key features of the form. The Etruscans were a people of northern Italy, whose civilization was at its peak in the seventh century BC. The Etruscans were already influenced by early Greek architecture, so Roman temples were distinctive but with both Etruscan and Greek features. Surviving temples (both Greek and Roman) lack the extensive painted statuary that decorated the rooflines, and the elaborate revetments and antefixes, in colourful terracotta in earlier examples, that enlivened the entablature. Etruscan and Roman temples emphasised the front of the building, which followed Greek temple models and typically consisted of wide steps leading to a portico with columns, a pronaos, and usually a triangular pediment above, which was filled with statuary in the most grand examples; this was as often in terracotta as stone, and no examples have survived except as fragments. Especially in the earlier periods, further statuary might be placed on the roof, and the entablature decorated with antefixes and other elements, all of this being brightly painted. However, unlike the Greek models, which generally gave equal treatment to all sides of the temple, which could be viewed and approached from all directions, the side and rear walls of Roman temples might be largely undecorated (as in the Pantheon, Rome and Vic), inaccessible by steps (as in the Maison Carrée and Vic), and even back on to other buildings. As in the Maison Carrée, columns at the side might be half columns, emerging from ("engaged with" in architectural terminology) the wall. The platform on which the temple sat was typically raised higher in Etruscan and Roman examples than Greek, with up to ten, twelve or more steps rather than the three typical in Greek temples; the Temple of Claudius was raised twenty steps. These steps were normally only at the front, and typically not the whole width of that. It might or might not be possible to walk around the temple exterior inside (Temple of Hadrian) or outside the colonnade, or at least down the sides. The description of the Greek models used here is a generalization of classical Greek ideals, and later Hellenistic buildings often do not reflect them. For example, the "Temple of Dionysus" on the terrace by the theatre at Pergamon (Ionic, 2nd century BC, on a hillside), had many steps in front, and no columns beyond the portico. The Parthenon, also approached up a hill, probably had many wide steps at the approach to the main front, followed by a flat area before the final few steps. After the eclipse of the Etruscan models, the Greek classical orders in all their details were closely followed in the façades of Roman temples, as in other prestigious buildings, with the direct adoption of Greek models apparently beginning around 200 BC, under the late Republic. But the distinctive differences in the general arrangement of temples between the Etruscan Roman style and the Greek, as outlined above, were retained. However the idealized proportions between the different elements in the orders set out by the only significant Roman writer on architecture to survive, Vitruvius, and subsequent Italian Renaissance writers, do not reflect actual Roman practice, which could be very variable, though always aiming at balance and harmony. Following a Hellenistic trend, the Corinthian order and its variant the Composite order were most common in surviving Roman temples, but for small temples like that at Alcántara, a simple Tuscan order could be used. Vitruvius does not recognise the Composite order in his writings, and covers the Tuscan order only as Etruscan; Renaissance writers formalized them from observing surviving buildings. The front of the temple typically carried an inscription saying who had built it, cut into the stone with a "V" section. This was filled with brightly coloured paint, usually scarlet or vermilion. In major imperial monuments the letters were cast in lead and held in by pegs, then also painted or gilded. These have usually long vanished, but archaeologists can generally reconstruct them from the peg holes, and some have been re created and set in place. Sculptural decoration was similar to that of Greek temples, often with pedimental sculpture with figures, of which only few fragments survive. However, exterior friezes with figures in relief were much less common. Many acroteria, antefixes and other elements were brightly coloured. In the early Empire older Greek statues were apparently sometimes re used as acroteria. There was considerable local variation in style, as Roman architects often tried to incorporate elements the population expected in its sacred architecture. This was especially the case in Egypt and the Near East, where different traditions of large stone temples were already millennia old. The Romano Celtic temple was a simple style, usually with little use of stone, for small temples found in the Western Empire, and by far the most common type in Roman Britain, where they were usually square, with an ambulatory. It often lacked any of the distinctive classical features, and may have had considerable continuity with pre Roman temples of the Celtic religion.

Циркулярные планы

Романо-кельтские храмы часто были круглыми, и римляне строили круговые храмы различных типов. Греческие образцы можно было увидеть в толосах и других сооружениях, использовавшихся как залы для собраний и для различных других целей. Храмы богини Весты, как правило небольшие, обычно имели такую форму, как, например, храмы в Риме и Тиволи (см. список), сохранившиеся частично. Подобно Храму Геркулеса-Победителя в Риме, который, возможно, был спроектирован греческим архитектором, эти сохранившиеся постройки имели сплошную колоннаду, опоясывающую здание, и низкий подиум в греческом стиле. В Пантеоне в Риме и небольшом храме в Баальбеке (обычно называемом "Храм Венеры") использовались иные принципы: вход в храм расположен за полным портиком, хотя способы реализации этого существенно различаются. В Пантеоне колонны есть только на портике, а "несколько неблагоустроенное" внешнее соединение портика и круглой целлы часто подвергается критике. В Баальбеке широкий портик с разорванным фронтоном дополняется четырьмя колоннами, опоясывающими здание, а архитрав выполнен в виде выгнутых сегментов, каждый из которых завершается выступом, поддерживаемым колонной. В Пранесте (современная Палестрина) недалеко от Рима огромный паломнический комплекс I века до н.э. вел посетителей по нескольким уровням с большими зданиями на крутом склоне холма, прежде чем они, наконец, достигали самого святилища – гораздо меньшего круглого здания.

Цезареум

Цезареум был храмом, посвященным императорскому культу. Цезареи располагались по всей Римской империи и часто финансировались имперским правительством, заменяя государственные расходы на новые храмы другим богам и становясь главным или единственным крупным храмом в новых римских городах в провинциях. Так было в Эворе, Вьенне и Ниме, которые римляне расширили до статуса колоний из кельтских оппидов вскоре после их завоевания. Императорские храмы, финансируемые правительством, обычно использовали общепринятые римские стили по всей империи, независимо от местных стилей, встречавшихся в небольших храмах. В новопланируемых римских городах храм обычно располагался центрально на одном конце форума, часто напротив базилики на другом конце. В городе Риме цезареум находился в религиозном районе братьев Арвалов. В 1570 году было зафиксировано, что там все еще находились девять статуй римских императоров в архитектурных нишах. Большинство ранних императоров имели собственные крупные храмы в Риме.

Храм Юпитера Оптимуса Максимуса

Храм Юпитера Оптимуса Максимуса на Капитолийском холме был самым старым крупным храмом в Риме, капитолий, посвященный Капитолийской триаде, состоящей из Юпитера и его сопутствующих божеств, Юноны и Минервы, и занимал положение, подобное соборному, в официальной религии Рима. Он трижды был разрушен пожарами и быстро восстанавливался в современной стилистике. Первое здание, традиционно освященное в 509 году до н.э., предположительно было значительно больше других римских храмов на протяжении многих веков, хотя его размеры активно оспариваются специалистами. Независимо от его размеров, его влияние на другие ранние римские храмы было значительным и долговременным. То же самое могло быть справедливо и для последующих реконструкций, хотя проследить это влияние сложнее. Для строительства первого храма были приглашены этрусские специалисты для различных работ, включая изготовление и роспись обширных терракотовых элементов антаблемента или верхней части здания, таких как антефиксы. Однако для строительства второго храма их вызвали из Греции. Реконструкции после разрушений пожарами были завершены в 69 году до н.э., 75 году н.э. и в 80-х годах н.э. при Домициане – третье здание простояло всего пять лет, прежде чем снова сгорело. После крупного разграбления вандалами в 455 году и масштабного удаления камня в эпоху Возрождения, сейчас можно увидеть лишь фундаменты в подвале Капитолийских музеев. Скульптор Фламинио Вакка (ум. 1605) утверждал, что лев Медичи в натуральную величину, который он вырезал по образцу сохранившегося римского образца, ныне находящегося во Флоренции, был изготовлен из одной колонны (капитала) храма.

Влияние

Этрусская римская адаптация греческой модели храма, призванная сделать основной акцент на переднем фасаде и позволить остальным сторонам здания гармонировать с ним лишь в той мере, в какой позволяют обстоятельства и бюджет, широко распространилась в неоклассической архитектуре и других стилях, основанных на классических принципах. В этих стилях фасады с колоннами и фронтоном часто используются для главного входа в монументальные здания, но нередко они фланкированы большими крыльями или вписаны в дворы. Такая гибкость позволила использовать римский фасад храма в зданиях, предназначенных для самых разных целей. Колоннада может больше не выступать вперед с помощью пронаоса, и она может не быть приподнята над уровнем земли, но основная форма остается неизменной. Среди тысяч примеров – Белый дом, Букингемский дворец и собор Святого Петра в Риме; в последние годы фасад храма вновь стал модным в Китае. Архитекторы эпохи Возрождения и последующих периодов разработали способы гармоничного добавления высоких куполов, башен и шпилей над колоннадным фасадом храма, что показалось бы странным римлянам. Римский фасад храма остается узнаваемой чертой последующей ранней современной архитектуры в западной традиции, однако, несмотря на частое использование в церквях, он утратил ту специфическую связь с религией, которая была у римлян. Как правило, более поздние адаптации лишены оригинальной цветовой гаммы, и хотя в выдающихся примерах фронтон может быть украшен скульптурой, полное римское убранство скульптурой над линией крыши редко воспроизводится. Вариации на эту тему, преимущественно итальянского происхождения, включают: Сан-Андреа в Мантуе (1462) работы Леона Баттисты Альберти, который взял за основу четырехколонный римский триумфальный арк и добавил над ним фронтон; Сан-Джорджо Маджоре в Венеции, строительство которого началось в 1566 году по проекту Андреа Палладио, с двумя наложенными друг на друга фасадами храмов – одним низким и широким, другим высоким и узким; Виллу Капра "Ла Ротонда" (1567 год и далее), также спроектированную Палладио, с четырьмя изолированными фасадами храмов, расположенными по сторонам прямоугольника, и большим центральным куполом. В архитектуре барокко стало чрезвычайно распространенным использование двух фасадов храмов, часто разных ордеров, наложенных друг на друга, особенно в католических церквях, причем верхний фасад нередко поддерживался огромными волютами по обеим сторонам. Это развитие можно проследить в церкви Джезу в Риме (1584), Санта-Сусанна в Риме (1597), Санти Винченцо э Анастазио а Треви (1646) и Валь-де-Грас в Париже (1645 год и далее). Палладианские виллы Венето содержат множество изобретательных и влиятельных вариаций на тему римского фасада храма. Типичный образец для церквей в георгианской архитектуре был задан церковью Святого Мартина в Полях в Лондоне (1720) по проекту Джеймса Гиббса, который смело добавил к классическому фасаду храма на западном конце высокий шпиль на вершине башни, немного отступив от главной линии фасада. Эта формула шокировала пуристов и иностранцев, но была принята и широко копировалась как на родине, так и в колониях, например, в церкви Святого Андрея в Ченнаи (Индия) и часовне Святого Павла в Нью-Йорке (1766). Примеры современных зданий, более точно воспроизводящих древнюю прямоугольную форму храма, встречаются лишь начиная с XVIII века. Небольшие римские круглые храмы с колоннадами часто служили моделями либо для отдельных зданий, больших или маленьких, либо для элементов, таких как купола, возведенные на барабанах, в зданиях иной планировки, например, собор Святого Петра в Риме, собор Святого Павла в Лондоне и Капитолий Соединенных Штатов. Великим предшественником этих сооружений является Темпьетто Донато Браманте во дворе Сан-Пьетро-ин-Монторио в Риме (ок. 1502 года), которым с тех пор восхищаются многие. Хотя большая круглая купольная келла Пантеона с традиционным портиком спереди является "уникальной" в римской архитектуре, она была многократно скопирована современными архитекторами. Примеры включают церковь Санта-Мария-Ассунта в Аричче, спроектированную Джан Лоренцо Бернини (1664), которая последовала за его работой по реставрации римского оригинала, Дом Белль-Айл (1774) в Англии и библиотеку Томаса Джефферсона в Университете Вирджинии, "Ротонду" (1817–1826). Пантеон был самым большим и доступным для изучения полным классическим храмом, известным итальянским архитекторам эпохи Возрождения, и служил стандартным образцом при его возрождении.

The Etruscan Roman adaptation of the Greek temple model to place the main emphasis on the front façade and let the other sides of the building harmonize with it only as much as circumstances and budget allow has generally been adopted in Neoclassical architecture, and other classically derived styles. In these temple fronts with columns and a pediment are very common for the main entrance of grand buildings, but often flanked by large wings or set in courtyards. This flexibility has allowed the Roman temple front to be used in buildings made for a wide variety of purposes. The colonnade may no longer be pushed forward with a pronaus porch, and it may not be raised above the ground, but the essential shape remains the same. Among thousands of examples are the White House, Buckingham Palace, and St Peters, Rome; in recent years the temple front has become fashionable in China. Renaissance and later architects worked out ways of harmoniously adding high raised domes, towers and spires above a colonnaded temple portico front, something the Romans would have found odd. The Roman temple front remains a familiar feature of subsequent Early Modern architecture in the Western tradition, but although very commonly used for churches, it has lost the specific association with religion that it had for the Romans. Generally, later adaptions lack the colour of the original, and though there may be sculpture filling the pediment in grand examples, the full Roman complement of sculpture above the roofline is rarely emulated. Variations on the theme, mostly Italian in origin, include: San Andrea, Mantua, 1462 by Leon Battista Alberti, which took a four columned Roman triumphal arch and added a pediment above; San Giorgio Maggiore, Venice, begun 1566, by Andrea Palladio, which has two superimposed temple fronts, one low and wide, the other tall and narrow; the Villa Capra "La Rotonda", 1567 on, also by Palladio, with four isolated temple fronts on each side of a rectangle, with a large central dome. In Baroque architecture two temple fronts, often of different orders, superimposed one above the other, became extremely common for Catholic churches, often with the uppermost one supported by huge volutes to each side. This can be seen developing in the Gesù, Rome (1584), Santa Susanna, Rome (1597), Santi Vincenzo e Anastasio a Trevi (1646) and Val de Grâce, Paris (1645 on). The Palladian villas of the Veneto include numerous ingenious and influential variations on the theme of the Roman temple front. An archetypical pattern for churches in Georgian architecture was set by St Martin in the Fields in London (1720), by James Gibbs, who boldly added to the classical temple façade at the west end a large steeple on top of a tower, set back slightly from the main frontage. This formula shocked purists and foreigners, but became accepted and was very widely copied, at home and in the colonies, for example at St Andrew's Church, Chennai in India and St. Paul's Chapel in New York City (1766). Examples of modern buildings that stick more faithfully to the ancient rectangular temple form are only found from the 18th century onwards. Small Roman circular temples with colonnades have often been used as models, either for single buildings, large or small, or elements such as domes raised on drums, in buildings on another plan such as St Peters, Rome, St Paul's Cathedral in London and the United States Capitol. The great progenitor of these is the Tempietto of Donato Bramante in the courtyard of San Pietro in Montorio in Rome, c. 1502, which has been widely admired ever since. Though the Pantheon's large circular domed cella, with a conventional portico front, is "unique" in Roman architecture, it has been copied many times by modern architects. Versions include the church of Santa Maria Assunta in Ariccia by Gian Lorenzo Bernini (1664), which followed his work restoring the Roman original, Belle Isle House (1774) in England, and Thomas Jefferson's library at the University of Virginia, The Rotunda (1817–26). The Pantheon was much the largest and most accessible complete classical temple front known to the Italian Renaissance, and was the standard exemplar when these were revived.