Горацио Алджер: Автор историй о взлете из нищеты

Введение

Американский писатель (1832–1899)

Горацио Алгер-младший (Horatio Alger Jr., 13 января 1832 – 18 июля 1899) – американский писатель, автор романов для молодежи о бедных мальчиках и их восхождении из скромных условий в обеспеченность и комфорт среднего класса благодаря усердию и добродетели. Его произведения отличались сюжетом «от нищеты к богатству», который оказал значительное влияние на Соединенные Штаты с 1868 года до его смерти в 1899 году. Алгер закрепил за собой свою литературную нишу в 1868 году с публикацией своей четвертой книги «Раггед Дик», истории о том, как бедный чистильщик обуви добился респектабельности в среднем классе. Этот роман имел огромный успех. Многие его последующие книги по сути являлись вариациями на тему «Раггед Дика» и представляли собой типичных персонажей: храброго, трудолюбивого и честного юношу; благородного таинственного незнакомца; надменного юношу; и злобного, жадного землевладельца. В 1870-х годах творчество Алгера стало терять свежесть. Его издатель предложил ему совершить путешествие по западным штатам США в поисках новых идей для своих произведений. Алгер отправился в Калифорнию, но поездка мало повлияла на его творчество: он остался верен теме «бедный мальчик добивается успеха». Однако действие его романов стало переноситься на западные штаты, а не в городскую среду северо-восточных штатов.

Детство: 18321847

Алгер родился 13 января 1832 года в прибрежном городе Челси, штат Массачусетс, в Новой Англии, в семье Хорацио Алгера старшего, унитарианского пастора, и Олив Огюсты Фенно. Он поддерживал тесные связи с пуританской аристократией Новой Англии начала XIX века. Он был потомком отцов-пилигримов Роберта Кушмана, Томаса Кушмана и Уильяма Бассета. Он также являлся потомком Сильвана Лазелла, участника народного ополчения (Минутмена) и бригадного генерала в войне 1812 года, и Эдмунда Лазелла, члена Конституционного конвента 1788 года. Сестры и братья Алгера, Олив Огюста и Джеймс, родились в 1833 и 1836 годах соответственно. В 1840 году родилась больная сестра Энни, а в 1842 году – брат Фрэнсис. Алгер был развитым для своего возраста мальчиком, страдавшим близорукостью и астмой, но Хорацио Алгер старший рано решил, что его старший сын однажды станет священнослужителем. С этой целью отец Алгера обучал его классическим наукам и позволял наблюдать за обязанностями пастора по отношению к прихожанам. Алгер начал посещать школу грамматики Челси в 1842 году, но к декабрю 1844 года финансовое положение его отца значительно ухудшилось. В поисках более высокой зарплаты он переехал с семьей в Марлборо, штат Массачусетс, сельскохозяйственный город в 25 милях к западу от Бостона, где в январе 1845 года был назначен пастором Второй конгрегационной общины с зарплатой, достаточной для удовлетворения его потребностей. Алгер учился в Академии Гейтса, местной подготовительной школе.

Служение: 1864 1866

8 декабря 1864 года Алджер был принят на должность пастора в Первую унитарианскую церковь и общество Брюстера, штат Массачусетс. Помимо служебных обязанностей, он организовывал игры и развлечения для мальчиков в приходе, выступал против курения и употребления алкоголя, а также организовал и возглавил местное отделение Кадетства трезвости. Он посылал свои рассказы в журнал "The Student and Schoolmate" – ежемесячное издание для мальчиков с поучительными произведениями, которое редактировал Уильям Тейлор Адамс и издавал в Бостоне Джозеф Х. Аллен. В сентябре 1865 года была опубликована его вторая книга для мальчиков, "Задание Пола Прескотта", и получила благоприятные отзывы.

Сексуальное насилие над детьми

В начале 1866 года был сформирован церковный комитет из мужчин для расследования сообщений о сексуальном насилии над мальчиками, совершённом Алджером. Церковные чиновники доложили бостонскому руководству, что Алджер был обвинен в "гнусном и отвратительном преступлении – грубом поведении по отношению к мальчикам". Алджер ничего не опровергал, признал свою опрометчивость, посчитал свои отношения с церковью расторгнутыми и покинул город. Алджер отправил чиновникам унитарианской церкви в Бостоне письмо с выражением раскаяния, а его отец заверил их, что его сын больше никогда не будет претендовать на должность в церкви. Чиновники остались удовлетворены и решили не предпринимать дальнейших действий.

Нью-Йорк: 18661896

В 1866 году Алгер переехал в Нью-Йорк, где изучал жизнь уличных мальчиков и обнаружил в ней множество интересных сюжетов для рассказов. В январе 1867 года в журнале "Студент и школьный товарищ" вышел первый из 12 выпусков повести "Разбитый Дик". История о том, как бедный чистильщик обуви добивается уважения и благополучия, имела огромный успех. В 1868 году повесть была расширена и опубликована в виде романа, став его самой продаваемой книгой. После "Разбитого Дика" Алгер почти исключительно писал для мальчиков и заключил контракт с издателем Лорингом на серию книг о "Разбитом Дике". Несмотря на успех серии, Алгер испытывал финансовую нестабильность и давал уроки пятерым сыновьям международного банкира Джозефа Селигмана. Он публиковал повести в журнале Young Israel и жил в доме Селигманов до 1876 года. В 1875 году Алгер создал повести "Сам по себе" и "Шанс Сэма", являющиеся продолжением "Молодого разбойника". В этих книгах стало очевидно, что Алгер исчерпал себя. Доходы снизились, и по настоянию Лоринга он отправился на Запад в поисках новых сюжетов, прибыв в Калифорнию в феврале 1877 года. Он встретился со своим братом Джеймсом в Сан-Франциско и вернулся в Нью-Йорк в конце 1877 года на шхуне, обогнувшей мыс Горн. В последующие годы он написал несколько невыразительных книг, перерабатывая старые темы, но теперь действие разворачивалось на фоне Запада, а не города. В Нью-Йорке Алгер продолжал обучать аристократическую молодежь и помогать мальчикам с улиц. Он писал как городские, так и вестерны. Например, в 1879 году он опубликовал "Посыльный окружного отделения" и "Молодой шахтер". В 1877 году произведения Алгера подверглись критике со стороны библиотекарей, обеспокоенных сенсационной подростковой литературой. В 1881 году Алгер неофициально усыновил уличного мальчика Чарли Дэвиса, а в 1883 году – еще одного, Джона Дауни; они жили в его квартире. В 1882 году умер отец Алгера. Алгер продолжал создавать истории о честных мальчиках, перехитривающих злых, жадных землевладельцев и коварных юношей. Его произведения выходили в твердом и мягком переплете, а старые стихи публиковались в антологиях. Он вел активную жизнь, общаясь с уличными мальчиками, однокурсниками по Гарварду и представителями высшего общества. В Массачусетсе его почитали с таким же уважением, как и Гарриет Бичер-Стоу.

In 1866, Alger relocated to New York City where he studied the condition of the street boys, and found in them an abundance of interesting material for stories. In January 1867, the first of 12 installments of Ragged Dick appeared in Student and Schoolmate. The story, about a poor bootblack's rise to middle class respectability, was a huge success. It was expanded and published as a novel in 1868. It proved to be his best selling work. After Ragged Dick he wrote almost entirely for boys, and he signed a contract with publisher Loring for a Ragged Dick Series. In spite of the series' success, Alger was on financially uncertain ground and tutored the five sons of the international banker Joseph Seligman. He wrote serials for Young Israel and lived in the Seligman home until 1876. In 1875, Alger produced the serial Shifting for Himself and Sam's Chance, a sequel to The Young Outlaw. It was evident in these books that Alger had grown stale. Profits suffered, and he headed West for new material at Loring's behest, arriving in California in February 1877. He enjoyed a reunion with his brother James in San Francisco and returned to New York late in 1877 on a schooner that sailed around Cape Horn. He wrote a few lackluster books in the following years, rehashing his established themes, but this time the tales were played before a Western background rather than an urban one. In New York, Alger continued to tutor the town's aristocratic youth and to rehabilitate boys from the streets. He was writing both urban and Western themed tales. In 1879, for example, he published The District Messenger Boy and The Young Miner. In 1877, Alger's fiction became a target of librarians concerned about sensational juvenile fiction. In 1881, Alger informally adopted Charlie Davis, a street boy, and another, John Downie, in 1883; they lived in Alger's apartment. In 1882, Alger's father died. Alger continued to produce stories of honest boys outwitting evil, greedy squires and malicious youths. His work appeared in hardcover and paperback, and decades old poems were published in anthologies. He led a busy life with street boys, Harvard classmates, and the social elite. In Massachusetts, he was regarded with the same reverence as Harriet Beecher Stowe.

Последние годы: 18961899

В последние два десятилетия XIX века качество книг Алджера ухудшилось, и его произведения для мальчиков стали не более чем повторением сюжетов и тем его прежних работ. Времена изменились, мальчики стали требовать большего, и в творчество Алджера проник элемент насилия. Например, в повести «Молодой банковский посыльный» женщина подвергается удушению и ей угрожают смертью – чего никогда не случалось в его ранних произведениях. Он посещал театр и встречи выпускников Гарварда, читал литературные журналы и написал стихотворение в память о смерти Лонгфелло в 1882 году. Он радовался успехам мальчиков, которых неофициально взял под свою опеку на протяжении многих лет, сохранял интерес к реформам, принимал приглашения выступить с речью и читал отрывки из «Раггед Дика» на собраниях мальчиков. Два года он страдал бронхитом и астмой. Он умер 18 июля 1899 года в доме своей сестры. Его смерть почти не заметили. Перед смертью Алджер попросил Эдварда Стратемейера завершить его незаконченные произведения. В 1901 году Стратемейер завершил роман «Молодой капитан Джек» и представил его как последнюю работу Алджера. У него было немного денег, и он оставил небольшие суммы семье и друзьям. Свои литературные произведения он завещал племяннице, двум мальчикам, которых он когда-то приютил, и своей сестре Олив Августе, которая, по его желанию, уничтожила его рукописи и письма. После смерти Алджера его произведения получили положительные отзывы и пережили новый всплеск популярности. К 1926 году в Соединенных Штатах было продано около 20 миллионов экземпляров его книг. Однако в 1926 году интерес читателей резко упал, и его основной издатель полностью прекратил выпуск его книг. Опросы, проведенные в 1932 и 1947 годах, показали, что очень мало детей читали или даже слышали об Алджере. Первая биография Алджера, опубликованная в 1928 году Гербертом Р. Мейсом, была сильно приукрашенной и впоследствии признана им мошенничеством.

Наследие

С 1947 года Ассоциация выдающихся американцев имени Горацио Алжера ежегодно присуждает награду "выдающимся личностям в обществе, добившимся успеха вопреки трудностям", а также стипендии "для поддержки молодых людей в стремлении к своим мечтам с целеустремленностью и упорством". В 1982 году, в ознаменование 150-летия со дня его рождения, Общество помощи детям организовало торжественное мероприятие. Хелен М. Грей, исполнительный директор Ассоциации выдающихся американцев имени Горацио Алжера, передала подборку книг Алжера Филиппу Колтоффу, исполнительному директору Общества помощи детям. В 1982 году был поставлен мюзикл "Shine!", вдохновленный произведениями Алжера, особенно романами "Раггед Дик" и "Офисный мальчик Сайласа Снобдена". В 2015 году многие книги Алжера были переизданы в виде иллюстрированных книг в мягкой обложке и электронных книг под общим названием "Истории успеха" Горацио Алжера. Помимо этого, книги Алжера были выпущены в формате аудиокниг с драматической постановкой тем же издательством.

Стиль и темы

Алжирский ученый Гэри Шарнхорст описывает стиль Алджера как "анахроничный", "часто вызывающий смех", "отличительный" и "отличающийся качеством литературных аллюзий". От Библии и Уильяма Шекспира (половина книг Алджера содержат шекспировские отсылки) до Джона Мильтона и Цицерона, используемые им аллюзии свидетельствовали о его эрудиции. Шарнхорст считает, что эти аллюзии выделяют романы Алджера из бульварной литературы. Шарнхорст выделяет шесть основных тем в книгах Алджера для мальчиков. Первый, "Восхождение к респектабельности", по его наблюдениям, проявляется как в ранних, так и в поздних книгах, особенно в "Ragged Dick", где его бедный молодой герой заявляет: "Я намерен начать новую жизнь и постараться вырасти достойным". Его добродетельная жизнь приносит ему не богатство, а, более реалистично, комфортную должность и жалование. Вторая главная тема – "Характер, закаленный невзгодами". Например, в "Strong and Steady" и "Shifting for Himself" состоятельные герои впадают в нищету и вынуждены приспосабливаться к новым обстоятельствам. Алджер иногда приводил в пример эту тему молодого Авраама Линкольна для своих читателей. Третья тема – "Красота против денег", которая стала центральной в прозе Алджера для взрослых. Персонажи влюбляются и женятся, основываясь на характере, талантах или интеллекте, а не на размере своих банковских счетов. В "The Train Boy", например, богатая наследница выбирает талантливого, но неблагополучного художника, а в "The Erie Train Boy" бедная женщина завоевывает свою любовь, несмотря на интриги богатого и развращенного жениха. Другие основные темы включают "Старый мир против Нового". Все романы Алджера имеют схожий сюжет: мальчик борется за то, чтобы вырваться из нищеты благодаря упорному труду и честной жизни. Однако не всегда именно упорный труд и честная жизнь спасают мальчика, а скорее богатый пожилой джентльмен, который восхищается мальчиком за какой-то необычный акт храбрости или честности. Например, мальчик спасает ребенка из перевернувшейся кареты или находит и возвращает украденные часы. Часто пожилой мужчина берет мальчика к себе в качестве подопечного или компаньона и помогает ему найти лучшую работу, иногда заменяя менее честного или менее трудолюбивого мальчика. По словам Шарнхорста, отец Алджера был "обедневшим человеком", который не смог выплатить свои долги в 1844 году. Его имущество в районе Челси было конфисковано и передано местному землевладельцу, который держал ипотеку. Шарнхорст предполагает, что этот эпизод в детстве Алджера объясняет повторяющуюся тему в его книгах для мальчиков о героях, которым угрожает выселение или потеря имущества, и может объяснить "последовательную поддержку Алджером предложений по реформе окружающей среды". Шарнхорст пишет: "Финансово неустойчивый на протяжении всей своей жизни, молодой Алджер, возможно, был активен в реформаторских организациях, таких как общества трезвости и помощи детям, как средство решения своей тревоги по поводу статуса и утверждения своих благородных прав на лидерство". Ученый Эдвин П. Хойт отмечает, что мораль Алджера "огрубела" примерно в 1880 году, возможно, под влиянием вестернов, которые он писал, потому что "самые ужасные вещи теперь предлагались и исследовались почти небрежно". Ученый Джон Гек отмечает, что Алджер полагался на "формулы опыта, а не на глубокий анализ человеческого поведения", и что эти формулы были "культурно обусловлены" и "сильно дидактичны". Хотя пограничное общество к моменту карьеры Алджера уже ушло в прошлое, Гек утверждает, что "идея границы, даже в городских трущобах, создает своего рода сказочную ориентацию, в которой менталитет "самоделки" может быть одновременно прославлен и подвергнут критике". Он утверждает, что Алджер обращался к молодежи, чьи "мотивации к действию эффективно формируются уроками, которые они усваивают". Гек отмечает, что восприятие "настойчивости", характерной для героя Алджера, изменилось за десятилетия. Во времена джазовой эпохи и Великой депрессии "сюжет Горацио Алджера рассматривался с точки зрения прогрессизма как твердая защита laissez-faire капитализма, но в то же время критиковал безжалостные методы ведения бизнеса и давал надежду страдающему молодому поколению во время Великой депрессии". К атомной эпохе, однако, "герой Алджера больше не был бедным мальчиком, который благодаря решимости и провидению поднялся до среднего класса. Он был скорее находчивым уличным мальчишкой, который благодаря смекалке и удаче вырвался из нищеты к богатству". Гек отмечает, что темы Алджера были преобразованы в современной Америке от их первоначального значения в миф о Золушке и являются американизацией традиционных историй о "самоделкиных". Каждая история имеет своего находчивого героя, свою "фею-крестную" и препятствия на пути к успеху героя. "Однако", пишет он, "истинная американизация этой сказки заключается в ее подрыве претензии на благородство; скорее, герой Алджера достигает американской мечты в ее зародышевой форме, он получает положение в среднем классе, которое обещает привести его туда, куда его повлекут его мотивы". Читатель может поразмышлять о том, чего достигла Золушка, став королевой, и чего добился герой Алджера, когда его положение в среднем классе стабилизировалось, и "[и]менно это сходство прочно закрепляет Горацио Алджера в рядах современных адаптеров мифа о Золушке".

Alger scholar Gary Scharnhorst describes Alger's style as "anachronistic", "often laughable", "distinctive", and "distinguished by the quality of its literary allusions". Ranging from the Bible and William Shakespeare (half of Alger's books contain Shakespearean references) to John Milton and Cicero, the allusions he employed were a testament to his erudition. Scharnhorst credits these allusions with distinguishing Alger's novels from pulp fiction. Scharnhorst describes six major themes in Alger's boys' books. The first, the Rise to Respectability, he observes, is evident in both his early and his late books, notably Ragged Dick, whose impoverished young hero declares, "I mean to turn over a new leaf, and try to grow up 'spectable." His virtuous life wins him not riches but, more realistically, a comfortable clerical position and salary. The second major theme is Character Strengthened Through Adversity. In Strong and Steady and Shifting for Himself, for example, the affluent heroes are reduced to poverty and forced to meet the demands of their new circumstances. Alger occasionally cited the young Abe Lincoln as a representative of this theme for his readers. The third theme is Beauty versus Money, which became central to Alger's adult fiction. Characters fall in love and marry on the basis of their character, talents, or intellect rather than the size of their bank accounts. In The Train Boy, for example, a wealthy heiress chooses to marry a talented but struggling artist, and in The Erie Train Boy a poor woman wins her true love despite the machinations of a rich, depraved suitor. Other major themes include the Old World versus the New. All of Alger's novels have similar plots: a boy struggles to escape poverty through hard work and clean living. However, it is not always the hard work and clean living that rescue the boy from his situation, but rather a wealthy older gentleman, who admires the boy as a result of some extraordinary act of bravery or honesty that the boy has performed. For example, the boy rescues a child from an overturned carriage or finds and returns the man's stolen watch. Often the older man takes the boy into his home as a ward or companion and helps him find a better job, sometimes replacing a less honest or less industrious boy. According to Scharnhorst, Alger's father was "an impoverished man" who defaulted on his debts in 1844. His properties around Chelsea were seized and assigned to a local squire who held the mortgages. Scharnhorst speculates this episode in Alger's childhood accounts for the recurrent theme in his boys' books of heroes threatened with eviction or foreclosure and may account for Alger's "consistent espousal of environmental reform proposals". Scharnhorst writes, "Financially insecure throughout his life, the younger Alger may have been active in reform organizations such as those for temperance and children's aid as a means of resolving his status anxiety and establish his genteel credentials for leadership." Alger scholar Edwin P. Hoyt notes that Alger's morality "coarsened" around 1880, possibly influenced by the Western tales he was writing, because "the most dreadful things were now almost casually proposed and explored". Scholar John Geck notes that Alger relied on "formulas for experience rather than shrewd analysis of human behavior", and that these formulas were "culturally centered" and "strongly didactic". Although the frontier society was a thing of the past during Alger's career, Geck contends that "the idea of the frontier, even in urban slums, provides a kind of fairy tale orientation in which a Jack mentality can be both celebrated and critiqued". He claims that Alger's intended audience were youths whose "motivations for action are effectively shaped by the lessons they learn". Geck notes that perception of the "pluck" characteristic of an Alger hero has changed over the decades. During the Jazz Age and the Great Depression, "the Horatio Alger plot was viewed from the perspective of Progressivism as a staunch defense of laissez faire capitalism, yet at the same time criticizing the cutthroat business techniques and offering hope to a suffering young generation during the Great Depression". By the Atomic Age, however "Alger's hero was no longer a poor boy who, through determination and providence rose to middle class respectability. He was instead the crafty street urchin who through quick wits and luck rose from impoverishment to riches". Geck observes that Alger's themes have been transformed in modern America from their original meanings into a male Cinderella myth and are an Americanization of the traditional Jack tales. Each story has its clever hero, its "fairy godmother", and obstacles and hindrances to the hero's rise. "However", he writes, "the true Americanization of this fairy tale occurs in its subversion of this claiming of nobility; rather, the Alger hero achieves the American Dream in its nascent form, he gains a position of middle class respectability that promises to lead wherever his motivation may take him". The reader may speculate what Cinderella achieved as Queen and what an Alger hero attained once his middle class status was stabilized, and "[i]t is this commonality that fixes Horatio Alger firmly in the ranks of modern adaptors of the Cinderella myth".

Личная жизнь

Шарнхорст пишет, что Алгер "проявлял определенную осмотрительность в обсуждении своей возможной гомосексуальности" и, как известно, упоминал о своей сексуальности лишь однажды после инцидента с Брюстером. В 1870 году Генри Джеймс-старший отметил, что Алгер "свободно говорит о своем недавнем помешательстве, которое, по-видимому, доставляет ему удовольствие как тема для разговора". Хотя Алгер был готов говорить с Джеймсом, его сексуальность оставалась тщательно охраняемым секретом. По словам Шарнхорста, Алгер делал намеки на гомосексуальность в своих книгах для мальчиков, и эти намеки, по мнению Шарнхорста, указывают на то, что Алгер испытывал "неуверенность в своей сексуальной ориентации". Алгер писал, например, что было трудно определить, был ли "Тэттерд Том" мальчиком или девочкой, а в других случаях он вводил щеголеватых, жеманных, картавящих "стереотипных гомосексуалистов", к которым окружающие относились с презрением и жалостью. В "Офисном мальчике" Сайласа Снобдена похищенному мальчику, переодетому в девочку, угрожают помещением в "психиатрическую лечебницу", если он раскроет свой истинный пол. Шарнхорст полагает, что стремление Алжера искупить свой "тайный грех" могло "побудить его соотносить свои собственные благотворительные усилия по написанию поучительных книг для мальчиков с действиями благотворительных покровителей в его книгах, которые стремятся искупить грех из своего прошлого, помогая герою". Шарнхорст указывает, что покровитель в "Попробуй и доверься", например, скрывает "печальную тайну", от которой он освобождается лишь после спасения жизни героя. Алан Трахтенберг во введении к изданию Signet Classic "Раггед Дик" (1990) отмечает, что Алгер испытывал глубокое сочувствие к мальчикам и нашел свое призвание в написании книг для них. "Он научился прислушиваться к мальчику внутри себя, - пишет Трахтенберг, - трансформировать и переосмыслить себя – его аристократическую культуру, его либеральное сочувствие к обездоленным, его непрочное экономическое положение как автора и, что немаловажно, его опасное эротическое влечение к мальчикам – в свою юношескую литературу". Он отмечает, что невозможно узнать, жил ли Алгер жизнью тайного гомосексуалиста, "[н]о есть намеки на то, что мужская дружба, которую он описывает как убежище от улицы – уютные домашние отношения между Диком и Фосдиком, например, – может быть также эротическими отношениями". Трахтенберг отмечает, что в "Раггед Дик" нет ничего непристойного, но считает, что несколько эпизодов, где соприкасаются два мальчика или мужчина и мальчик, "могут пробудить эротические желания у читателей, склонных к подобным фантазиям". По мнению Трахтенберга, эти образы могут подразумевать "позитивное отношение к гомоэротизму как к альтернативному образу жизни, основанному на сочувствии, а не на агрессии". Трахтенберг заключает: "В "Раггед Дик" мы видим, как Алгер планирует домашний роман, завершенный суррогатным браком двух бездомных мальчиков, как обстановку для его шаблонной метаморфозы из изгоя с улицы в уважающего себя гражданина".

Scharnhorst writes that Alger "exercised a certain discretion in discussing his probable homosexuality" and was known to have mentioned his sexuality only once after the Brewster incident. In 1870, Henry James Sr. wrote that Alger "talks freely about his own late insanity—which he in fact appears to enjoy as a subject of conversation". Although Alger was willing to speak to James, his sexuality was a closely guarded secret. According to Scharnhorst, Alger made veiled references to homosexuality in his boys' books, and these references, Scharnhorst speculates, indicate Alger was "insecure with his sexual orientation". Alger wrote, for example, that it was difficult to distinguish whether Tattered Tom was a boy or a girl and in other instances, he introduces foppish, effeminate, lisping "stereotypical homosexuals" who are treated with scorn and pity by others. In Silas Snobden's Office Boy, a kidnapped boy disguised as a girl is threatened with being sent to the "insane asylum" if he should reveal his actual sex. Scharnhorst believes Alger's desire to atone for his "secret sin" may have "spurred him to identify his own charitable acts of writing didactic books for boys with the acts of the charitable patrons in his books who wish to atone for a secret sin in their past by aiding the hero". Scharnhorst points out that the patron in Try and Trust, for example, conceals a "sad secret" from which he is redeemed only after saving the hero's life. Alan Trachtenberg, in his introduction to the Signet Classic edition of Ragged Dick (1990), points out that Alger had tremendous sympathy for boys and discovered a calling for himself in the composition of boys' books. "He learned to consult the boy in himself", Trachtenberg writes, "to transmute and recast himself—his genteel culture, his liberal patrician sympathy for underdogs, his shaky economic status as an author, and not least, his dangerous erotic attraction to boys—into his juvenile fiction". He observes that it is impossible to know whether Alger lived the life of a secret homosexual, "[b]ut there are hints that the male companionship he describes as a refuge from the streets—the cozy domestic arrangements between Dick and Fosdick, for example—may also be an erotic relationship". Trachtenberg observes that nothing prurient occurs in Ragged Dick but believes the few instances in Alger's work of two boys touching or a man and a boy touching "might arouse erotic wishes in readers prepared to entertain such fantasies". Such images, Trachtenberg believes, may imply "a positive view of homoeroticism as an alternative way of life, of living by sympathy rather than aggression". Trachtenberg concludes, "in Ragged Dick we see Alger plotting domestic romance, complete with a surrogate marriage of two homeless boys, as the setting for his formulaic metamorphosis of an outcast street boy into a self respecting citizen".

Опубликованные ресурсы

Накенхофф, Кэрол. "Миф о Горацио Алджере" в "Мифы Америки: исторический сборник", том II. 1997. Герстер, Патрик, и Кордс, Николас (ред.). Издательство Brandywine Press, Сент-Джеймс, штат Нью-Йорк.

Архивные ресурсы

Документы Горацио Алжера, 1880–1953 (990 единиц) хранятся в библиотеке Хантингтона. Документы Х. Джека Баркера, без даты (3 линейных фута), хранятся в библиотеке рукописей, архивов и редких книг Университета Эмори. Семейные документы Селигманов, 1877–1934 (0,8 линейных фута), хранятся в Американском еврейском архиве в Цинциннати, штат Огайо.