Введение

Эта статья посвящена деликтному праву в США. Следовательно, она охватывает преимущественно нормы общего права. Кроме того, в ней изложены общие правила, поскольку в каждом штате действуют собственные гражданские кодексы. Существуют три основные категории деликтных обязательств: умышленные правонарушения, небрежность и ответственность без вины.

Умышленные правонарушения

Умышленные деликтные правонарушения включают ситуации, в которых ответчик либо желает, либо с существенной уверенностью знает, что его действие причинит истцу вред. К ним относятся побои, нападение, незаконное лишение свободы, умышленное причинение эмоционального страдания ("IIED"), незаконное вторжение на землю, повреждение имущества, хищение, нарушение неприкосновенности частной жизни, злонамеренное уголовное преследование, злоупотребление процессуальными правами, мошенничество, провокация нарушения договора, умышленное вмешательство в хозяйственную деятельность и диффамация (клевета и порок).

Элементы

Элементы большинства умышленных деликтов имеют общую структуру: умысел, действие, результат и причинно-следственная связь.

Намерение

Этот элемент обычно требует, чтобы ответчик желал или знал с существенной уверенностью, что что-то произойдет в результате его действия. Следовательно, термин "умысел" для целей данного раздела всегда включает в себя либо желание, либо знание с существенной уверенностью. Например, в случае нанесения телесных повреждений, Дэйв стреляет из пистолета в толпу людей, потому что он намеренно пытается попасть кому-то пулей. Этот элемент будет выполнен, поскольку у Дэвида было фактическое желание причинить вред, необходимый для данного деликта. В качестве альтернативы, Дэйв стреляет из пистолета в толпу людей по какой-то причине и искренне надеется, что никто не пострадает, но знает, что практически неизбежно, что кто-то действительно пострадает. Этот элемент все равно будет выполнен, поскольку Дэйв обладал знанием с существенной уверенностью о том, что вред будет причинен. Напротив, если все, что можно сказать о психическом состоянии ответчика, это то, что он должен был бы знать лучше, он не будет нести ответственность за умышленный деликт. Эта ситуация может возникнуть, если, в отличие от вышеприведенных примеров, Дэйв стреляет из пистолета в отдаленной части пустыни, не глядя, просто ради развлечения, не желая никого ранить, но пуля все же попадает в кого-то. В этой ситуации у Дэвида не было ни желания, ни знания с существенной уверенностью, что кто-то будет ранен. Однако он может быть привлечен к ответственности за другое правонарушение, а именно за халатность.

Переданное намерение

Передаваемое намерение — это юридический принцип, согласно которому намерение может быть перенесено с одного потерпевшего или деликта на другого. [1] В деликтном праве обычно выделяют пять областей, в которых применяется принцип переносимого намерения: причинение вреда здоровью, посягательство на неприкосновенность, незаконное лишение свободы, нарушение права собственности на землю и нарушение права собственности на вещи. Как правило, любое намерение причинить любой из этих пяти деликтов, которое приводит к совершению любого из этих пяти деликтов, будет рассматриваться как умышленное действие, даже если фактический объект деликта отличается от первоначального объекта намерения.

Действуй.

Элемент деяния варьируется в зависимости от конкретного рассматриваемого деликта, но всегда требует добровольности. Например, если у Дэйва случился мышечный спазм, из-за которого его рука резко отлетела в сторону и ударила Паулу, стоявшую рядом, любой иск, который Паула попытается предъявить Дэйву за причинение вреда здоровью, будет отклонен в связи с отсутствием необходимого деяния (которое будет рассмотрено в разделе о причинении вреда здоровью ниже). Деяние не было совершено по его воле.

Результат

Этот элемент обычно относится к вреду, хотя вред не является обязательным условием для успеха по некоторым видам умышленных деликтов, таким как незаконное вторжение на территорию.

Причинно-следственные

Этот элемент относится к фактической и непосредственной причине. Он будет рассмотрен в отдельном разделе.

Батарея

Лицо совершает посягательство, когда оно действует с намерением вызвать вредный или оскорбительный контакт с другим лицом, либо с намерением вызвать у другого лица неминуемое опасение такого контакта, и когда такой контакт наступает. Следовательно, существует множество способов совершить посягательство, что иллюстрируется следующими примерами с ответчиком Дейвом и истцом Полой. Дейв действует с намерением вызвать вредный контакт с Полой, и вредный контакт действительно происходит. Дейв действует с намерением вызвать вредный контакт с Полой, но происходит оскорбительный контакт. Дейв действует с намерением вызвать оскорбительный контакт с Полой, и оскорбительный контакт действительно происходит. Дейв действует с намерением вызвать оскорбительный контакт с Полой, но происходит вредный контакт. Дейв действует с намерением "лишь" вызвать у Полы неминуемое опасение вредного или оскорбительного контакта, но фактически происходит вредный контакт. Дейв действует с намерением "лишь" вызвать у Полы неминуемое опасение вредного или оскорбительного контакта, но фактически происходит оскорбительный контакт. Опасение – это более широкое понятие, чем страх. Если ответчик намерен заставить истца испытывать страх перед вредным контактом, например, это всегда будет достаточным основанием для признания наличия опасения, но опасение можно вызвать и другими способами.

Нападение

Нападение существенно похоже на побои. Фактически, элементы умысла и действия совпадают. Единственное различие заключается в результате. Человек совершает нападение, когда действует с намерением причинить вредный или оскорбительный контакт другому лицу, либо с намерением вызвать у другого неминуемое опасение такого контакта, и когда такое неминуемое опасение возникает. Следовательно, существует множество способов совершения нападения.

Неоправданное заключение

Лицо совершает неправомерное лишение свободы, когда оно действует с намерением ограничить свободу другого человека и когда в результате этого ограничения лишенное свободы лицо осознает факт лишения свободы или ему причинен вред. Ограничение свободы должно осуществляться в пределах границ, установленных обвиняемым. Например, человек не лишен свободы, если ему отказано во входе в здание, поскольку он свободен покинуть это место. Кроме того, человек не считается лишенным свободы, если его воля к уходу в аналогичной ситуации была бы подавлена. Например, Дэйв вызывает Полу в комнату с одной дверью. Дэйв закрывает дверь и встает перед ней. Он говорит Пауле, что если она захочет уйти, он откроет дверь и уступит ей дорогу, но также угрожает, что если она это сделает, то моргнет дважды. Воля к уходу обычного человека не была бы подавлена угрозой Дэйва моргнуть дважды. Для неправомерного лишения свободы не требуется причинения вреда, поэтому требуется результат в виде осознания факта лишения свободы или причинения вреда. Например, Дэйв вызывает Полу в комнату с одной дверью. Дэйв закрывает дверь и встает перед ней. Он говорит Пауле, что если она захочет уйти, он достанет пистолет и застрелит ее. (Обратите внимание, что это могло бы подавить волю обычного человека к уходу). Через час Дэйв передумал и покинул помещение. Пола впоследствии уходит и не получает никаких физических травм. Ее осознание факта лишения свободы достаточно для установления элемента результата при неправомерном лишении свободы. В качестве альтернативы, Пола страдает нарколепсией. Она внезапно засыпает, кормя кур в сарае на ферме Дэйва в отдаленной местности. Не желая ее перемещать, Дэйв запирает ее в сарае снаружи, когда ему нужно ехать в город, пытаясь защитить ее, но также зная, что она не сможет уйти (или позвать на помощь), если проснется. Пока Дэйва нет, куры сильно царапают руки Полы, но она не просыпается. Дэйв возвращается, открывает сарай и успешно будит Полу, чтобы оказать ей помощь в лечении ран. Даже несмотря на то, что она не осознавала факт своего лишения свободы, ей был причинен вред, и она имеет право на иск о неправомерном лишении свободы против Дэйва.

Умышленное причинение эмоционального вреда

Человек несет ответственность за умышленное причинение эмоционального страдания (IIED), когда он намеренно или с грубым пренебрежением совершает крайние и вопиющие действия, которые с высокой степенью вероятности вызовут серьезное эмоциональное потрясение. Это заметное исключение из общего правила, указанного выше, согласно которому для почти всех умышленных деликтов достаточно желания или уверенности в существенной вероятности наступления вреда. IIED также включает в себя грубое пренебрежение. Однако это все еще отличает его от небрежного причинения эмоционального страдания. Крайние и вопиющие действия относятся к самому поступку. Серьезное эмоциональное потрясение – к результату. Это еще один умышленный деликт, для которого обычно не требуется доказательства ущерба. Тем не менее, в некоторых юрисдикциях требуется наличие физических проявлений. Иными словами, в этих юрисдикциях эмоциональное потрясение не будет признано, если оно не сопровождается физическими симптомами, такими как рвота или обморок.

Нарушение прав на сушу

Человек совершает незаконное вторжение на землю, когда он неправомерно и умышленно входит на чужую землю, или заставляет вещь или третье лицо войти на землю, находящуюся в собственности или во владении другого лица.

Нарушение прав на движимое имущество

Лицо совершает посягательство на движимое имущество, когда оно действует с намерением лишить законного владельца владения движимым имуществом или с намерением использовать или вмешиваться в движимое имущество другого лица, и когда в результате этого происходит изъятие движимого имущества на существенный срок, причинение ему повреждений или физический вред законному владельцу.

Положительные аргументы

Ниже перечислены основания для оправдания при умышленных деликтных действиях.

Согласие

Согласие может служить защитой от любого умышленного деликта, хотя отсутствие согласия иногда входит в само определение умышленного деликта, например, при нарушении права собственности. Однако отсутствие согласия не всегда является необходимым условием для установления первоначального основания для иска в подобных случаях. Следовательно, его надлежит рассматривать как возражение против иска.

Самооборона

Самооборона обычно является защитой от побоев (или причинения вреда здоровью). Защите других лиц посвящена схожая правовая концепция.

Защита имущества

Это обычно является защитой от незаконного вторжения на землю или повреждения/отчуждения движимого имущества, поскольку может применяться как к недвижимости, так и к личному имуществу.

Необходимость

Необходимость обычно является оправданием для незаконного проникновения на землю. Существуют два вида необходимости: частная и публичная.

Частная необходимость

Это частичная привилегия. Сторона, обладающая этой привилегией, все равно несет ответственность за причиненный ущерб. Поэтому эта защита особенно важна, когда одновременно возникает вопрос о наличии у другой стороны действительной привилегии защиты собственности. Следующий пример основан на реальном деле, рассматривавшемся в штате Вермонт в 1908 году – *Ploof v. Putnam*. Пола плыла по озеру, когда внезапно разразилась сильная буря. Она направила свой корабль к ближайшей пристани и быстро пришвартовала его, не причинив пристани никакого ущерба. Пристань принадлежит Дэйву. Дэйв попытался воспользоваться привилегией защиты собственности, поскольку в данной ситуации Пола обычно совершала бы незаконное проникновение на чужую территорию, и отвязал судно. В результате Пола отнесло обратно от берега. Ее лодка была повреждена, и она получила телесные повреждения, оба – из-за шторма. Если бы Пола повредила пристань Дэйва, она бы несла за это ответственность, даже если бы у нее была действительная привилегия частной необходимости. Более того, теперь Дэйв несет ответственность перед Полой за повреждение ее лодки и за ее телесные повреждения. В силу частной необходимости Пола не считается нарушителем. Таким образом, у Дэйва не было законных оснований для защиты своей собственности. Как правило, для того чтобы привилегия частной необходимости была действительной, сторона, стремящаяся ее реализовать, не должна сама создавать ситуацию чрезвычайной необходимости. Например, если бы Пола намеренно проколола свой топливный бак, чтобы быстро добраться до пристани Дэйва и пришвартоваться, она не имела бы права на привилегию частной необходимости. В таком случае она была бы признана нарушителем, а Дэйв имел бы право на защиту своей собственности.

Общественная необходимость

Это абсолютный иммунитет. Лицо, обладающее этим иммунитетом, как правило, государственный должностное лицо или государственный орган, не несет ответственности за какой-либо причиненный ущерб. Знаменитое раннее дело, касающееся этого иммунитета, было связано с Джоном У. Гири, первым мэром Сан-Франциско, который во время крупного пожара принял решение сжечь несколько частных домов для создания противопожарной полосы.

Власть признана неправомерной

Лица, наделенные полномочиями по правонарушениям и поддержанию дисциплины, уполномочены применять разумную силу при исполнении своих обязанностей. Например, полицейский, производящий арест, не несет ответственности за причинение вреда здоровью, если использует разумную силу.

Небрежность

Среди непреднамеренных деликтов халатность является наиболее распространенным источником общего права. Большинство американцев полагают, что практически любой может подать иск по поводу любого проявления халатности, однако это не соответствует действительности в большинстве юрисдикций США (частично потому, что халатность – один из немногих деликтов, в отношении которых обычные граждане могут и действительно приобретают страхование ответственности). Это форма внедоговорной ответственности, основанная на неисполнении обязанности проявлять разумную осторожность, что является фактической и ближайшей причиной причиненного ущерба. Иными словами, если бы не действие или бездействие причинителя вреда, ущерб истцу не был бы понесён, и этот ущерб был разумно предвидимым следствием неправомерного поведения. В некоторых юрисдикциях признаются квалификации, которые менее серьезны, чем умышленное правонарушение, но более грубы, чем простая халатность, такие как "грубая", "безрассудная" или "вопиющая" небрежность. Установление в этих штатах того, что поведение ответчика было "грубым", "безрассудным" или "вопиющим", а не просто небрежным, может иметь существенное значение, поскольку определенные способы защиты, такие как содействие в причинении вреда, часто недоступны, когда такое поведение является причиной ущерба.

Профессиональный спасатель

Макферсон против Buick Motor Co., 217 N. Y. 382, 111 N. E. 1050 (1916) Судья Бенджамин Н. Кардозо, отменивший требование о наличии причастности к договору для возложения обязанности в делах о небрежности. Мартин против Герцога, 228 N. Y. 164, 126 N. E. 814 (1920). Тедла против Эллмана, 280 N. Y. 124, 19 N. E.2d 987 (1939).

А именно, это означает, что если бремя принятия дополнительных мер предосторожности меньше, чем вероятность причинения ущерба или вреда, умноженная на серьезность ожидаемых потерь, и лицо не принимает на себя это бремя, то оно не проявляет должной осмотрительности и, следовательно, нарушает свой долг (при условии, что такой долг существует). Иными словами, стоимость предотвращения ущерба должна быть меньше, чем вероятность наступления вреда, умноженная на степень его тяжести. Согласно этой формуле, объем обязанности меняется в зависимости от обстоятельств: если стоимость предотвращения увеличивается, то и объем обязанности снижается; если вероятность причинения ущерба или серьезность потенциального вреда возрастают, то и объем обязанности по предотвращению увеличивается. Существуют и другие способы установления факта нарушения. Соединенные Штаты против Carroll Towing Co., 159 F.2d 169 (2d Cir. 1947).

Нарушение устава

Это также известно как грубая небрежность (negligence per se). Инцидент не произошел бы, если бы не имело место нарушение. Нарушение может быть установлено в большинстве юрисдикций, если ответчик нарушил нормативный акт, касающийся безопасности, и целью которого является предотвращение именно того результата, который имел место в данном деле. Следует отметить, что это является альтернативным способом доказать наличие нарушения. Нарушение нормативного акта не всегда имеет место в каждом случае. Следовательно, сам по себе факт невозможности его установления не означает, что нарушения не было. Даже если попытка доказать нарушение нормативного акта не удалась, могут существовать и другие основания для признания нарушения.

Простите .

Иногда существует уважительная причина для нарушения нормативного акта по безопасности, а именно, когда нарушение представляется более безопасным или, по крайней мере, не менее безопасным, чем его соблюдение. Так было в деле Тедла против Эллмана. Нормативный акт требовал, чтобы пешеходы, использующие проезжую часть, шли навстречу движению. В рассматриваемый момент времени движение в противоположном направлении от истца было интенсивным. Следовательно, истцу пришлось бы пройти мимо гораздо большего количества транспортных средств, что, вероятно, увеличило бы риск быть сбитым. Поэтому истец пошел по ходу движения на другой стороне дороги, тем самым нарушив нормативный акт. В этом направлении было значительно меньше машин, но истца все равно сбила. Несмотря на то, что целью нормативного акта было предотвращение именно того результата, который произошел, истец все же выиграл дело, поскольку имел уважительную причину для нарушения – соблюдение акта, вероятно, было бы менее безопасным.

Нарушение обычаев

Нарушение может быть установлено в большинстве юрисдикций, если ответчик нарушает обычай, широко распространенный и сам по себе разумный. Например, если десять процентов представителей определенной отрасли делают что-либо определенное, это, вероятно, не будет признано обычаем для целей установления нарушения по неосторожности. В противном случае, если девяносто процентов представителей определенной отрасли делают что-либо определенное, но это действие по своей природе небезопасно и соблюдение обычая обусловлено стремлением к экономии затрат, нарушение этого обычая (выполнение действия, обеспечивающего большую безопасность) не будет являться нарушением. Как и в случае нарушения нормативного акта, это является альтернативным способом установления нарушения. Следовательно, тот факт, что не удалось представить доказательства или попытка представить их не увенчалась успехом, не означает, что нарушения не было. Могут существовать и другие способы установления нарушения. В деле Trimarco v. Klein, 56 N. Y.2d 98, 436 N. E.2d 502 (1982) было установлено, что общепринятое поведение не является определяющим (хотя и является весомым доказательством) разумности действий.

Res ipsa loquitur (ответы на вопросы)

Это латинская фраза, означающая "вещь говорит сама за себя". Это редное основание для предъявления иска о нарушении обязательств. Как правило, она применяется только тогда, когда у истца ограниченный доступ к доказательствам небрежного поведения ответчика. Для применения принципа res ipsa loquitur необходимо, чтобы ответчик имел исключительный контроль над предметом, повлекшим вред, и чтобы произошедшее не могло случиться без небрежности. Вероятно, причиной вреда стала небрежность ответчика, а действия истца не имели значения.

Причинно-следственные

Причинно-следственная связь обычно представляет собой более сложную проблему в делах о неосторожности, чем в делах об умышленных правонарушениях. Однако, как упоминалось ранее, причинно-следственная связь является элементом любого деликтного обязательства. Действие ответчика должно быть фактической и ближайшей причиной наступившего результата в рамках конкретного основания для иска.

Фактическая причина

Фактическая причина исторически определялась по тесту "если бы не". Если результат не наступил бы, если бы не действие ответчика, то это действие является фактической причиной результата. Однако для дополнения этого общего правила были разработаны и другие тесты, особенно для случаев, когда истцу причинен значительный вред, но из-за множества действий нескольких ответчиков применение теста "если бы не" оказывается неэффективным. Такая ситуация возникла в известном деле Summers v. Tice. Например, Дэн и Дэйв оба по неосторожности стреляют из дробовиков по Пауле. Паулу задевает только одна пуля, и невозможно установить, из какого оружия она была выпущена. При использовании только теста "если бы не", Дэн и Дэйв оба могут избежать ответственности. Дэн может утверждать, что даже если бы он не проявил неосторожности, Паула все равно могла бы получить такое же повреждение. Дэйв может выдвинуть аналогичный аргумент. Однако, исходя из соображений общественной политики, большинство судов все же привлекут Дэна и Дэйва к солидарной и субсидиарной ответственности. Действие каждого ответчика, таким образом, считается фактической причиной, даже если это является юридической фикцией. Подобная ситуация возникает, когда невозможно доказать, что ответчик(и) вообще проявил(и) неосторожность. Это почти неизбежно происходит в делах, связанных с принципом res ipsa loquitor. См. дело Ybarra v. Spangard. Например, если усугубить обстоятельства этого дела, Паула поступает в больницу на аппендэктомию. Она просыпается и обнаруживает, что ей также ампутировали левую руку по необъяснимой причине. (Следует отметить, что это может повлечь за собой множество вопросов и других оснований для иска, помимо неосторожности.) Для целей установления фактической причины, если нет доказательств или признания неосторожного поведения, Паула не сможет доказать наличие фактической причины. И в этой ситуации большинство судов привлекут к солидарной и субсидиарной ответственности всех ответчиков, которых укажет Паула (возможно, весь медицинский персонал, находившийся в операционной во время операции). Действие каждого ответчика также будет считаться фактической причиной, даже если это является юридической фикцией.

Испытание на существенность фактора

Другой тест рассматривает случаи, когда есть две фактические причины, но только одна из них связана с небрежностью. Например, имеются три равноудаленные точки: А, В и С. Дом Паулы находится в точке А. Дейв по небрежности разжигает пожар в точке В. Одновременно в точку С ударяет молния, вызывая второй пожар. Пожары в точках В и С распространяются в сторону точки А. Дом Паулы сгорает. В отличие от дела Summers v. Tice, в данной ситуации присутствует только один ответчик. Большинство судов все равно признают небрежность Дэйва фактической причиной, поскольку его действия были существенным фактором, приведшим к ущербу Паулы. Это иногда называют тестом существенного фактора. Summers v. Tice, 33 Cal. 2d 80 (1948). Ybarra v. Spangard, 25 Cal. 2d 486 (1944).

Небрежное причинение эмоционального вреда

Миллер против Национальной радиовещательной компании, 232 Cal. Rptr 688 (1986)
Диллон против Легга, 68 Cal. 2d 728 (1968)
Thing против LaChusa, 48 Cal. 3d 644, 666–667 (1989).

Медицинская небрежность

Юинг против Голдштейна
Тарасофф против Регентов Калифорнийского университета
Шлоендорф против Общества больницы Нью-Йорка, 211 N. Y. 125, 105 N. E. 92 (1914), принцип информированного согласия перед операциями
Яблонски через Палс против Соединенных Штатов, 712 F.2d 391 (9-й апелляционный округ, 1983)

Судебные дела между супругами

Исторически, по общему праву, супруги не имели права подавать друг на друга в суд. Изначально это было обусловлено доктриной о покрытии (coverture). Даже после отказа от этой правовой доктрины с принятием законов о собственности замужних женщин, многие суды не допускали исков между супругами, за исключением дел о разводе или уголовных преследованиях, опасаясь, что это нарушит супружескую гармонию. С 1860-х по 1913 год суды полностью отвергали идею супружеской ответственности. В период с 1914 по 1920 год семь верховных судов штатов разрешили супругам подавать друг на друга в суд по таким основаниям, как побои, незаконное лишение свободы, причинение смерти по неосторожности и заражение венерическими заболеваниями. Этот страх обусловлен тем, что обе стороны в деле о дорожно-транспортном происшествии, возникшем по неосторожности между супругами, заинтересованы в выздоровлении пострадавшего. BMW of North America, Inc. против Гор, конституционные ограничения на штрафные убытки. Liebeck против ресторанов McDonald's. Pearson против Chung (2005).

Строгая ответственность

Деликты, основанные на строгой ответственности, возбуждаются в связи с ущербом, возникшим в результате особо опасной деятельности, за которую ответчик несет ответственность даже при отсутствии по его/ее вине небрежности. Строгая ответственность также применяется к некоторым видам исков о дефектной продукции, а также к нарушению авторских прав и некоторым делам о товарных знаках. Некоторые деликты, установленные законом, также подлежат строгой ответственности, включая многие экологические деликты. Термин "строгая ответственность" указывает на то, что ответственность деликвента не основывается на его виновном умысле (знал ли он или намеревался ли совершить противоправное действие, или нарушил ли он стандарт должной осмотрительности, совершая его), а строго на самом действии или его последствиях.

Ответственность за продукцию

Ответственность за продукцию относится к ответственности производителей, оптовых и розничных продавцов за продукцию, представляющую необоснованную опасность. Escola v. Coca Cola Bottling Co., 24 Cal.2d 453, 150 P.2d 436 (1944) Sindell v. Abbott Laboratories, 26 Cal. 3d 588, 607 P.2d 924 (1980)

Федеральные правонарушения

Хотя федеральные суды часто рассматривают дела о деликтах, возникающих из общего права или законов штатов, исков о деликтах, возникающих исключительно на основании федерального закона, относительно немного. Наиболее распространенным федеральным иском о деликте является средство правовой защиты, предусмотренное 42 U.S.C. § 1983, за нарушение гражданских прав под прикрытием федерального или штатного закона, которое может быть использовано для подачи иска по вопросам, начиная от свободы слова и заканчивая превышением полномочий полицией при применении силы. Деликтные иски, возникающие в результате травм, полученных на судах в судоходных водах Соединенных Штатов, подпадают под федеральную юрисдикцию в отношении морского права.