Фредерик Линдманн: Ученый, советник Черчилля и противоречивые взгляды

Введение

Британский физик (1886–1957)

Фредерик Александр Линдеманн, 1-й виконт Червелл, (/tʃ//ɑr//w//ɛ//l/ CHARwel; 5 апреля 1886 – 3 июля 1957) был британским физиком, являвшимся главным научным советником Уинстона Черчилля во время Второй мировой войны. Он принимал участие в разработке радиолокационных и инфракрасных систем наведения. Он с недоверием относился к первым сообщениям о программе противника по созданию ракетного оружия V. Он активно выступал за стратегические бомбардировки городов. Его устойчивое влияние на Черчилля было обусловлено близкой личной дружбой и принадлежностью к кругу общения Черчилля в его загородной резиденции. Во втором правительстве Черчилля ему было предоставлено место в кабинете министров, а впоследствии он получил титул виконта Червелла из Оксфорда.

Ранняя жизнь, семья и личность

Линдеманн был вторым из трех сыновей Адольфа Фридриха Линдеманна, который эмигрировал в Соединенное Королевство около 1871 года и получил британское гражданство. Фредерик родился в Баден-Бадене, Германия, где его американская мать, Ольга Нобл, вдова богатого банкира, проходила курс лечения. После обучения в Шотландии и Дармштадте он поступил в Берлинский университет, где учился у Вальтера Нернста. В Сорбонне он провел физические исследования, подтвердившие теории, впервые предложенные Альбертом Эйнштейном, об удельных теплоемкостях при очень низких температурах. За эту и другие научные работы Линдеманн был избран членом Королевского общества в 1920 году. В 1911 году он был приглашен на Сольвейскую конференцию по «Излучению и квантам», где был самым молодым участником. Друзья знали его как «профессор» из-за его должности в Оксфордском университете, а многочисленные недоброжелатели называли его «бароном Берлина» из-за его немецкого акцента и надменных аристократических манер. Линдеманн полагал, что миром должны управлять небольшая группа интеллектуалов и аристократов, что приведет к мирному и стабильному обществу, «возглавляемому сверхлюдьми и обслуживаемому илотами». Некоторые источники утверждают, что он был евреем, но официальная биография Фредерика Смита утверждает обратное. Линдеманн поддерживал евгенику, презирал рабочий класс, гомосексуалов и чернокожих, а также выступал за стерилизацию умственно отсталых. Мукерджи заключает, ссылаясь на лекцию Линдеманна по евгенике, что, по его мнению, наука может создать расу людей, наделенных «менталитетом пчелы-рабочей». На нижнем конце расовой и классовой лестницы можно было бы лишить способности страдать или испытывать амбиции. Вместо того чтобы придерживаться того, что он называл «фетишем равенства», Линдеманн рекомендовал принимать и даже усиливать человеческие различия с помощью науки. Он писал, что больше нет необходимости ждать, пока «случайный процесс естественного отбора не приведет к тому, что медленный и тяжеловесный ум будет тяготеть к самой низкой форме деятельности».

Lindemann was the second of three sons of Adolph Friedrich Lindemann, who had emigrated to the United Kingdom circa 1871 and became naturalised. Frederick was born in Baden Baden in Germany, where his American mother Olga Noble, the widow of a wealthy banker, was taking "the cure". After schooling in Scotland and Darmstadt, he attended the University of Berlin, where he studied under Walther Nernst. He carried out research in physics at the Sorbonne that confirmed theories, first put forward by Albert Einstein, on specific heats at very low temperatures. For this and other scientific work, Lindemann was elected a Fellow of the Royal Society in 1920. In 1911 he was invited to the Solvay Conference on "Radiation and the Quanta", where he was the youngest attendee. He was known to friends as "the Prof" in reference to his position at the University of Oxford, and as "Baron Berlin" to his many detractors because of his German accent and haughty aristocratic manner. Lindemann believed that a small circle of the intelligent and the aristocratic should run the world, resulting in a peaceable and stable society, "led by supermen and served by helots." Some sources claim that he was Jewish, but Frederick Smith's official biography declares that he was not. Lindemann supported eugenics, held the working class, homosexuals, and black people in contempt, and supported sterilisation of the mentally incompetent. He believed – Mukerjee concludes, referring to Lindemann's lecture on Eugenics – that Science could yield a race of humans blessed with 'the mental make up of the worker bee' At the lower end of the race and class spectrum, one could remove the ability to suffer or to feel ambition Instead of subscribing to what he called 'the fetish of equality', Lindemann recommended that human differences should be accepted and indeed enhanced by means of science. It was no longer necessary, he wrote, to wait for 'the haphazard process of natural selection to ensure that the slow and heavy mind gravitates to the lowest form of activity.'

Первая мировая война и Оксфордский университет

В начале Первой мировой войны Линдеманн играл в теннис в Германии и был вынужден спешно покинуть страну, чтобы избежать интернирования. В 1915 году он поступил на службу в Королевский авиационный завод в Фарнборо. Он разработал математическую теорию вывода самолета из штопора и позже научился летать, чтобы лично испытывать свои идеи. Вероятно, он не знал, что за три года до этого Кристиан Биркеланд предположил, что солнечный ветер может представлять собой смесь положительно и отрицательно заряженных частиц. Одновременно он работал над теорией теплоемкости и температурной инверсией в стратосфере, стремясь объединить эти две научные дисциплины. В области химической кинетики в 1921 году он предложил механизм Линдеманна для одномолекулярных химических реакций и показал, что первым этапом является бимолекулярная активация. Линдеманн выступал против всеобщей забастовки 1926 года и мобилизовал неохотно соглашавшийся персонал Клэрендона для печати копий антизабастовочной газеты Черчилля, British Gazette. Линдеманн также был обеспокоен и опасался политических событий в Германии. В 1940 году Линдеманна убедили отпустить Джексона в RAF; Джексон участвовал в битве за Британию и был награжден Distinguished Flying Cross. Линдеманн также оказал помощь новому премьер-министру в спасении ряда немецких еврейских физиков, преимущественно из Геттингенского университета, которые эмигрировали в Великобританию; они внесли вклад в жизненно важные военные разработки, проводимые в лаборатории Клэрендона, включая Манхэттенский проект.

Вторая мировая война

Когда Черчилль стал премьер-министром, он назначил Линдемана главным научным советником британского правительства, а Дэвида Бенсусана Батта своим личным секретарем. Линдеманн посещал заседания Военного кабинета, сопровождал премьер-министра на зарубежных конференциях и отправлял ему в среднем одно сообщение в день. Он встречался с Черчиллем почти ежедневно на протяжении всей войны и обладал большим влиянием, чем любой другой гражданский советник. Он вновь занял этот пост в течение первых двух лет мирного правления Черчилля в 1951 году. Линдеманн создал специальный статистический отдел, известный как «Отдел S», в правительстве, состоящий из специалистов и непосредственно подчиняющийся Черчиллю. Этот отдел тщательно анализировал деятельность регулярных министерств и уделял приоритетное внимание логистике войны. Отдел S сводил тысячи источников данных к лаконичным диаграммам и цифрам, чтобы можно было мгновенно оценить состояние продовольственного обеспечения страны (например). Графики, представленные в Военных кабинетах, сравнивающие потерянный тоннаж союзных судов с новыми судами, сдаваемыми в эксплуатацию ежемесячно, а также сравнивающие тоннаж бомб, сброшенных Германией на Великобританию, с тоннажем бомб, сброшенных союзниками на Германию ежемесячно, свидетельствуют как об интеллектуальной, так и о психологической силе его статистических презентаций. Статистический отдел Линдеманна часто вызывал напряженность между правительственными ведомствами, но поскольку он позволял Черчиллю быстро принимать решения на основе точных данных, которые напрямую влияли на ход войны, его важность нельзя недооценивать. Он работал над оружием с кумулятивным зарядом, липкими бомбами и другим новым оружием. Генерал Исмай, руководивший MD1, вспоминал:

Черчилль говорил, что мозг профессора – это прекрасный механизм, и профессор с этим не спорил. Ему, казалось, не хватало уважения к интеллекту всех, кроме лорда Биркенхеда, мистера Черчилля и профессора Линдеманна; и он испытывал особое презрение к бюрократам и их методам. Министерство снабжения и Артиллерийский совет были двумя его главными неприязнями, и он получал большое удовольствие, опережая их с новыми изобретениями. В его назначении личным помощником премьер-министра ни одна область деятельности не была для него закрыта. Он был упрям как осел и не желал признавать, что существует проблема, которую он не смог бы решить. Он мог написать меморандум о высшей стратегии в один день и диссертацию о производстве яиц на следующий. Ему, казалось, хотелось произвести впечатление, что он хочет спорить со всеми, и предпочитает чью-то комнату их компании; но как только он принимал человека в друзья, он никогда его не подводил, и многие его коллеги по войне навсегда сохранят о нем теплые воспоминания. Он ненавидел Гитлера и все его деяния, и его вклад в падение Гитлера различными странными способами был значительным. Обладая властью, Линдеманн смог отстранить Тизарда, особенно после того, как Тизард не признал, что немцы используют радионавигацию для бомбардировки Великобритании. Линдеманна описывали как человека с «почти патологической ненавистью к нацистской Германии, а почти средневековое стремление к мести было частью его характера». Опасаясь нехватки продовольствия в Британии, он убедил Черчилля перенаправить 56 процентов британских торговых судов, действовавших в Индийском океане, в Атлантику, что добавило два миллиона тонн пшеницы, а также сырья для ведения войны к запасам в Британии. Министерство военного транспорта предупредило, что такое резкое сокращение судоходных мощностей в Юго-Восточной Азии «предвещает насильственные изменения и, возможно, катаклизмы в морской торговле большого числа стран», но министерство было проигнорировано. «Угроза голода внезапно возникла как гидра с сотней жаждущих ртов», – пишет К. Б. А. Беренс в официальной истории союзного торгового судоходства. По оценкам, во время бенгальского голода 1943 года погибло от 1,5 до 4 миллионов человек, несмотря на то, что запасы продовольствия продолжали производиться и отправляться из Индийского субконтинента в Европу. Политика Червелла и Черчилля в значительной степени способствовала тяжести голода. В том же году голод охватил также Кению, Танганьику и Сомалиленд. Его предложение о том, что «бомбардировки должны быть направлены на дома рабочего класса. В домах среднего класса слишком много пространства вокруг, поэтому они неизбежно приведут к потере бомб», изменило общепринятые нормы ограничения жертв среди гражданского населения во время войны. Его доклад о разрушении жилья подвергся критике со стороны многих других ученых, работавших на правительство, которые считали, что такая сила будет пустой тратой ресурсов. Доклад Линдеманна основывался на ошибочной предпосылке о том, что стратегические бомбардировки могут привести к краху морального духа в Германии. Несмотря на это, его аргументы использовались в поддержку требований командования бомбардировщиков о приоритете в распределении ресурсов. Линдеманн сыграл важную роль в «битве за лучи», поддерживая контрмеры против немецких радионавигационных устройств для повышения точности их бомбардировочных кампаний.

Churchill used to say that the Prof's brain was a beautiful piece of mechanism, and the Prof did not dissent from that judgement. He seemed to have a poor opinion of the intellect of everyone with the exception of Lord Birkenhead, Mr Churchill and Professor Lindemann; and he had a special contempt for the bureaucrat and all his ways. The Ministry of Supply and the Ordnance Board were two of his pet aversions, and he derived a great deal of pleasure from forestalling them with new inventions. In his appointment as Personal Assistant to the Prime Minister no field of activity was closed to him. He was as obstinate as a mule, and unwilling to admit that there was any problem under the sun which he was not qualified to solve. He would write a memorandum on high strategy one day, and a thesis on egg production on the next. He seemed to try to give the impression of wanting to quarrel with everybody, and of preferring everyone's room to their company; but once he had accepted a man as a friend, he never failed him, and there are many of his war time colleagues who will ever remember him with deep personal affection. He hated Hitler and all his works, and his contribution to Hitler's downfall in all sorts of odd ways was considerable. With power, Lindemann was able to sideline Tizard; especially after Tizard did not acknowledge that the Germans were using radio navigation to bomb Britain. Lindemann has been described as having "an almost pathological hatred for Nazi Germany, and an almost medieval desire for revenge was a part of his character". Fearing food shortages in Britain, he convinced Churchill to divert 56 percent of the British merchant ships operating in the Indian Ocean to the Atlantic, a move that added two million tons of wheat as well as raw materials for war fighting to stocks in Britain, The Ministry of War Transport warned that such dramatic cuts to shipping capacity in South East Asia would "portend violent changes and perhaps cataclysms in the seaborne trade of large numbers of countries" but the Ministry was ignored. The "menace of famine suddenly loomed up like a hydra headed monster with a hundred clamouring mouths" according to C. B. A. Behrens in the official history of Allied merchant shipping. It has been estimated between 1.5 and 4 million people died during the Bengal famine of 1943, despite the fact that food stocks continued to be produced and shipped out of the Indian subcontinent to Europe. Cherwell and Churchill's policies contributed heavily to the severity of the famine. Kenya, Tanganyika and Somaliland also suffered famine that year. His proposal that "bombing must be directed to working class houses. Middle class houses have too much space round them, so are bound to waste bombs" changed accepted conventions of limiting civilian casualties in wartime". His dehousing paper was criticised by many other scientific minds in government service, who felt such a force would be a waste of resources. Lindemann's paper was based on the incorrect premise that strategic bombing could cause a breakdown in German morale. Despite this, his arguments were used in support of Bomber Command's claim for priority in allocation of resources. Lindemann played an important part in the battle of the beams, championing countermeasures against German radio navigation devices to increase the precision of their bombing campaigns.

Ракета V-2

Линдеманн возражал против слухов о существовании ракеты V-2, утверждая, что это "грандиозная мистификация, призванная отвлечь наше внимание от какого-то другого оружия". Он ошибочно полагал, что "разместить турбину мощностью в четыре тысячи лошадиных сил в пространстве в двадцать дюймов – безумие: это невозможно, мистер Любок", и что в конце войны комитет обнаружит, что ракета – "пустая трата времени". Линдеманн считал, что создание военных ракет большой дальности возможно лишь при использовании твердого топлива и требовало бы огромных размеров. Он отвергал доводы о том, что для приведения в действие подобного оружия можно использовать относительно компактное жидкое топливо. В справедливость стоит отметить, что "Червелл [Линдеманн] имел серьезные научные основания сомневаться в прогнозах относительно ракеты весом 70–80 тонн с 10-тонной боевой частью". Решающий обмен мнениями, в ходе которого Черчилль отклонил точку зрения Линдеманна, произошел на заседании Комитета по обороне Кабинета министров (операции) 29 июня 1943 года и был драматизирован в фильме "Операция Крестовый навод".

Политическая карьера

Политическая карьера Линдемана была результатом его близкой дружбы с Уинстоном Черчиллем, который защищал Линдемана от многих в британском правительстве, которых он задевал и оскорблял. "Люби меня, люби мою собаку, а если не любишь мою собаку, то уж точно не можешь любить и меня", – как сообщается, сказал Черчилль члену парламента, который ставил под сомнение его чрезмерную зависимость от Линдемана, а позже добавил тому же депутату: "Разве ты не знаешь, что он один из моих старейших и самых близких друзей?". В июле 1941 года Линдеман был возведен в пэрство как барон Червелл, из Оксфорда в графстве Оксфорд. В следующем году Черчилль назначил его генеральным казначеем, должность, которую он занимал до 1945 года. В 1943 году он также был принят в Тайный совет. Когда Черчилль вернулся на пост премьер-министра в 1951 году, Линдеман вновь был назначен генеральным казначеем, на этот раз с местом в кабинете министров. Он оставался на этом посту до октября 1953 года. Линдеманн с энтузиазмом поддерживал спорный план Моргентау, который Черчилль впоследствии одобрил 15 сентября 1944 года. После возвращения в 1945 году в лабораторию Кларендона Линдеман создал Управление по атомной энергии.

Личная жизнь

Линдеманн был воздержателем, некурил и придерживался вегетарианства, хотя Черчилль иногда уговаривал его выпить бокал бренди. Он прекрасно играл на фортепиано и был достаточно хорош в теннисе, чтобы участвовать в Уимблдонском турнире. Линдеманн, или "Профессор", так и не женился. В юности он дважды пытался построить отношения, но оба раза получал отказ. Когда ему исполнилось 49 лет, Линдеманн увлекся 27-летней леди Элизабет Линдсей, дочерью Дэвида Линдсея, 27-го графа Кроуфорда. Однажды в феврале 1937 года он узнал от отца леди Элизабет, что она заболела пневмонией и умерла во время путешествия по Италии; известие о её смерти заставило Линдеманна отказаться от дальнейших романтических поисков и провести остаток жизни в одиночестве. Линдеманн скончался во сне в Оксфорде 3 июля 1957 года в возрасте 71 года, спустя год после получения титула виконта Червелла, после чего баронство и виконтство прекратились.