Мордехай Анилевич: Лидер восстания в Варшавском гетто

Введение

Мордехай Аниелевич (1919 – 8 мая 1943) — лидер Еврейской боевой организации (Żydowska Organizacja Bojowa, ŻOB) во время восстания в Варшавском гетто, крупнейшего еврейского движения сопротивления во Второй мировой войне. Аниелевич своим лидерством вдохновил на новые восстания как в гетто, так и в лагерях смерти. Его личность стала символом мужества и самопожертвования, и он был одной из ключевых фигур еврейского сопротивления во время Холокоста.

Биография

Мордехай (Mordechaj) Аниелевич родился в польской еврейской семье Авраама (Аврахама) и Кирилла (Сирели) Залтман в городе Вишков под Варшавой, где они познакомились во время восстановления независимой Польши. Вскоре после рождения Мордехая его семья переехала в Варшаву. У Мордехая был брат и две сестры: Пинхас, Хава и Фрида. Он окончил начальную школу "Тарбут" с преподаванием на иврите в 1933 году, в возрасте 14 лет. Мордехай состоял в молодежном движении "Бетар" с 1933 по 1935 год. Он закончил частную еврейскую гимназию "Лаор" (также "Ла Ор"), утвержденную Министерством образования. Позже он перешел в левое движение "Хашомер Хацаир". В возрасте 18 лет он прошел подготовку в польском предвоенном военном лагере.

Бегство из оккупированной Польши

7 сентября 1939 года, через неделю после вторжения Германии в Польшу, Аниелевич отправился с группой из Варшавы на восток страны в надежде, что польская армия замедлит немецкое наступление. Когда Советская Красная Армия вторглась и затем оккупировала Восточную Польшу в соответствии с Пактом Молотова — Риббентропа, Аниелевич узнал, что еврейские беженцы, другие члены молодежных движений и политические группы стекались в Вильно, находившееся тогда под советским контролем. Аниелевич отправился в Вильно и попытался убедить своих коллег отправить людей обратно на другие оккупированные польские территории для продолжения борьбы с немцами. Затем он попытался пересечь румынскую границу, чтобы открыть путь для молодых евреев в Палестину, но был схвачен и брошен в советскую тюрьму. Вскоре после этого он был освобожден и вернулся в Варшаву в январе 1940 года со своей девушкой Мирой Фухрер. Там Аниелевич в последний раз увидел своего отца, которого принудительно мобилизовали на работы. Помимо крайней перенаселенности, недостаток продовольствия и болезни привели к десяткам тысяч смертей еще до начала депортаций. В октябре 1941 года немецкая оккупационная администрация в Польше издала указ, согласно которому каждый еврей, задержанный за пределами гетто без действительного пропуска, подлежал казни. После первых сообщений о массовых убийствах евреев, распространившихся в конце 1941 года, Аниелевич немедленно начал организовывать группы еврейской самообороны в Варшавском гетто. Его первая попытка присоединиться к польскому сопротивлению, подчиненному польскому правительству в изгнании в Лондоне, провалилась. В марте 1942 года Аниелевич был одним из основателей антифашистской группы, которая, однако, не просуществовала долго и вскоре была распущена. Летом 1942 года он посетил юго-западный регион Польши, аннексированный Германией, пытаясь организовать вооруженное сопротивление. В то же время немецкие власти начали операцию по ликвидации евреев из Варшавского гетто, отправляя их в лагеря смерти. Было объявлено, что ежедневно 6000 евреев, независимо от пола и возраста, должны отправляться в трудовые лагеря на востоке в рамках программы переселения. Первый транспорт был отправлен 22 июля 1942 года, накануне еврейского праздника Тиша-Б’Ав – самого скорбного дня в еврейском календаре. К 12 сентября 1942 года немецкие власти депортировали из Варшавского гетто 300 000 евреев. В общей сложности 265 000 из них были отправлены в Треблинку, где и были убиты. Более 10 000 евреев были убиты немцами во время депортаций, а 11 850 евреев отправлены властями в лагеря принудительного труда. После первой волны депортаций в середине сентября 1942 года в гетто осталось примерно от 55 до 60 тысяч евреев.

On 7 September 1939, a week after the German invasion of Poland, Anielewicz traveled with a group from Warsaw to the east of the country in the hopes that the Polish Army would slow down the German advance. When the Soviet Red Army invaded and then occupied Eastern Poland in accordance with the Molotov–Ribbentrop Pact, Anielewicz heard that Jewish refugees, other youth movement members and political groups had flocked to Wilno, which was then under Soviet control. Anielewicz travelled to Wilno and attempted to convince his colleagues to send people back to other Polish occupied territories to continue the fight against the Germans. He then attempted to cross the Romanian border to open a route for young Jews to get to the Mandate of Palestine, but was caught and thrown into the Soviet jail. He was released a short time later and returned to Warsaw in January 1940 with his girlfriend, Mira Fuchrer. While there Anielewicz saw his father for the last time, who was pressed into forced labor. On top of extreme overcrowding, inadequate food supply and disease caused tens of thousands of deaths before deportation even began. In October 1941, the German occupation administration in Poland issued a decree that every Jew, captured outside the ghetto without a valid permit, would be executed. After the first reports of the mass murder of the Jews spread at the end of 1941, Anielewicz began immediately to organize defensive Jewish groups in the Warsaw Ghetto. His first attempt to join the Polish resistance, subject to the Polish exile government in London, ended in failure. In March 1942, Anielewicz was among the founders of the anti fascist group. Even it did not have a long duration and eventually, it was dissolved. In the summer of 1942, he visited the southwest region of Polandannexed to Germanyattempting to organize armed resistance. At the same time, German authorities launched an operation which aimed at the liquidation of Jews from the Warsaw Ghetto into extermination camps. It was announced that 6,000 Jews were to be dispatched each day, irrespective of gender or age, to leave for labor camps to the east in the resettlement program. The first one set off on 22 July 1942, the eve of the Jewish holiday of Tisha B'Av, which is the saddest day of Jewish history. By 12 September 1942, German authorities from the Warsaw Ghetto deported 300,000 Jews. A total of 265,000 of them went to Treblinka where they were murdered. More than 10,000 Jews were murdered by the Germans during deportations and 11,850 Jews were sent by authorities to forced labor camps. After the first wave of deportations in mid September 1942, roughly 55 to 60 thousand Jews remained in the ghetto.

Восстание в Варшавском гетто

В октябре 1942 года еврейскому сопротивлению удалось установить контакт с польской Армией Крайовой, которая смогла переправить в гетто небольшое количество оружия и взрывчатки. С конца сентября 1942 года евреи начали строить укрепленные бункеры и убежища в Варшавском гетто, и к январю 1943 года их насчитывалось 600. У каждого бойца было оружие и несколько ручных гранат (многие из них самодельные) или коктейли Молотова. Однако ощущалась нехватка боеприпасов и тяжелого вооружения – в наличии было лишь несколько винтовок, противопехотных мин и один пулемет. 18 января 1943 года немцы возобновили депортации. Аниелевич вместе с другими членами ŻOB и ŻZW приняли решение действовать. Двенадцать из них присоединились к группе эвакуированных евреев и атаковали немецких солдат по заранее установленному сигналу. В последовавшей суматохе части депортированных евреев удалось бежать. Большинство участников нападения погибло. Жизнь Аниелевича спас Ицхак Сукник, бросивший две гранаты в преследовавших его немцев, что позволило ему скрыться. Этот первый случай вооруженного сопротивления имел большое значение. В частности, он способствовал большей готовности польского подполья предоставлять оружие еврейскому сопротивлению. Однако не все оружие поступало от подпольных групп. Часть его ŻOB закупала у торговцев оружием. Начало восстания стало прелюдией к Варшавскому гетто, начавшемуся 19 апреля. В течение этих трех месяцев руководство Аниелевича интенсивно готовилось к дальнейшим столкновениям с немцами. Он решил использовать партизанскую тактику ведения боя, опираясь на разветвленную сеть туннелей, бункеров, крыш и внезапности. Он верил, что достаточное количество евреев сможет выдержать оборону гетто в течение нескольких месяцев. На следующий день после приостановки депортаций немцами, он написал открытое письмо жителям гетто от имени Еврейской боевой организации:

К еврейской массе в гетто. 22 января 1943 года исполнится шесть месяцев с начала депортаций из Варшавы. Мы все хорошо помним дни ужаса, когда 300 000 наших братьев и сестер были жестоко убиты в лагере смерти Треблинка. Шесть месяцев мы живем в постоянном страхе смерти, не зная, что принесет завтрашний день. Со всех сторон мы получаем сообщения об уничтожении евреев в генерал-губернаторстве, в Германии, на оккупированных территориях. Слушая эти горькие новости, мы ждем своего часа, каждый день и каждую минуту. Сегодня мы должны понять, что нацистские убийцы оставили нас в живых лишь для того, чтобы использовать наши рабочие силы до последней капли крови и пота, до последнего вздоха. Мы – рабы, а когда рабы становятся невыгодными, их убивают. Каждый из нас должен это осознать и всегда помнить об этом. Окончательное уничтожение гетто и депортация оставшихся евреев началась 19 апреля в 6 утра, накануне дня рождения Адольфа Гитлера и Песаха. Функционер СС Фердинанд фон Заммерн-Франкенэгг отправил в Варшаву 850 солдат (немецких и украинских) с шестнадцатью офицерами, сопровождавших легкий танк и два бронетранспортера. Члены еврейских групп сопротивления атаковали группы немецких солдат из пистолетов, гранат и коктейлей Молотова с крыш, балконов, окон, дверей и прилегающих дворов. Несмотря на военное превосходство немцев, они совершенно не были готовы к той партизанской тактике, с которой столкнулись. Напротив, евреи прекрасно знали местность, полагались на множество укрытий и из-за взаимосвязанности зданий их было трудно выцелить. После двух часов ожесточенного боя немцы отступили. В 11:00 следующего утра солдаты под командованием генерала СС Юргена Стропа вошли в гетто, где вновь столкнулись с упорным сопротивлением примерно 750 еврейских защитников. Строп развернул артиллерию и отправил солдат на поиски скрывающихся евреев. Днем того же дня произошло символическое событие: два еврейских мальчика поднялись на крышу одного из домов и водрузили польский и еврейский флаги. Оба они находились в поле зрения не только Стропа, но и Гиммлера. Вечером первого дня Строп отдал приказ о выводе своих людей. В последующие дни немцы подавили упорное сопротивление с применением артиллерии и огнеметов. Дым и жар от пожаров вынудили многих евреев покинуть свои укрытия, а некоторые предпочли покончить с собой, прыгнув из окон горящих домов, или бежали через канализационные коллекторы, которые после строительства гетто все еще были соединены с нееврейской частью города. На третий день столкновений Строп изменил тактику и попытался избегать прямого столкновения, чтобы уменьшить потери среди немцев. После более чем четырех дней боев пал еврейский штаб в Мурануве. Большинство защитников погибли или были ранены, многие сумели вырваться из гетто. 23 апреля под домом на улице Мила была построена бункер. До 25 апреля немцы захватили 25 500 евреев. К концу месяца многие бункеры и укрытия были обнаружены, и большинство домов были сожжены дотла. 7 мая группа под руководством Зивии Любецкин отправилась из командного бункера под улицей Мила через сложную систему канализации в поисках пути эвакуации из гетто. Однако в тот же день бункер был обнаружен немцами – в нем находилось двести человек, включая Аниелевича и его подругу. 7 мая Строп доложил Крюгеру об обнаружении бункера «внутреннего партийного руководства», а на следующий день доложил высшему командованию, что нацистские войска ворвались в бункер и «заместитель главы еврейской военной организации ZWZ» (предположительно Аниелевич) был успешно «захвачен и ликвидирован». Место бывшего немецкого концентрационного лагеря было переименовано в улицу Мордехая Аниелевича. Многие города в Израиле носят его имя, в том числе Беер-Шева, Тель-Авив, Петах-Тиква, Цфат, Лод, Ашдод, Хайфа, Холон, Йехуд и другие. В 1983 году правительство Израиля выпустило серию из двух почтовых марок в честь Аниелевича и Йозефа Глазмана как героев гетто. В 2023 году память о нем была увековечена в мемориале Холокоста в Рио-де-Жанейро, Бразилия.

To the Jewish Masses in the Ghetto On January 22, 1943, six months will have passed since the deportations from Warsaw began. We all remember well the days of terror during which 300,000 of our brothers and sisters were cruelly put to death in the death camp of Treblinka. Six months have passed of life in constant fear of death, not knowing what the next day may bring. We have received information from all sides about the destruction of the Jews in the Government General, in Germany, in the occupied territories. When we listen to this bitter news we wait for our own hour to come, every day and every moment. Today we must understand that the Nazi murderers have let us live only because they want to make use of our capacity to work to our last drop of blood and sweat, to our last breath. We are slaves, and when slaves are no longer profitable, they are killed. Everyone among us must understand that, and everyone among us must remember it always. The final destruction of the ghetto and deportation of the remaining Jews began on 19 April, at 6 am, the day before Adolf Hitler's birthday and Passover. SS functionary Ferdinand von Sammern Frankenegg sent 850 soldiers (German and Ukrainian) to Warsaw with sixteen officers who accompanied a light tank and two armored cars. Members of Jewish resistance groups attacked groups of German soldiers with pistols, grenades, and Molotov cocktails from roofs, balconies, windows, doors and adjoining courtyards. Although the Germans had military superiority, they were not prepared whatsoever for the guerrilla way of fighting they had encountered. On the contrary, Jews had a perfect knowledge of the environment, relied on a number of hiding places, and were difficult to target because of the interconnection of individual houses. After two hours of intense fighting, the Germans withdrew. At 11:00 the next morning, soldiers under the command of SS General Jürgen Stroop entered the ghetto, where again they encountered hard resistance from approximately 750 Jewish defenders. Stroop set up artillery and sent soldiers to look for the hiding Jews. In the afternoon of the same day, there was a symbolic event where two Jewish boys climbed to the roof of one of the houses where they put Polish and Jewish flags. Both of them were in the eye of not only to Stroop, but also Himmler. On the evening of the first day, Stroop withdrew his men. During the following days, the Germans broke the tough resistance with the use of artillery and flame throwers. The smoke and heat from the fire forced a number of Jews to leave their shelters, and some chose to commit suicide by jumping from the windows of burning houses, or they escaped through the sewage lines that were still connected to the Gentile part of the city after the construction of the ghetto. On the third day of the collision, Stroop changed tactics and tried to avoid direct confrontation to reduce the number of German losses. After over four days of fighting, the Jewish headquarters in Muranów fell. Most of the defenders were dead or wounded, and many escaped outside the ghetto. On 23 April, a bunker was built under the house on Miła Street. Until 25 April, the Germans captured 25,500 Jews. At the end of the month, many bunkers and hiding places were exposed and most homes were burned to the ground. On 7 May, a group led by Zivia Lubetkin set out from the Command Bunkhouse under the Miła Street through a complex sewer system to find an escape route from the ghetto. The same day, however, the bunker was discovered by the Germansat that time, there were two hundred people, including Anielewicz and his girlfriend. On 7 May Stroop reported the discovery of the bunker of inner 'party leadership' to Krüger, and the following day, he reported to the high command that Nazi forces had breached the bunker and the "deputy head of the Jewish military organization ZWZ" (presumably Anielewicz) had successfully been "captured and liquidated". The site of a former German concentration camp, was renamed Mordechaj Anielewicz Street. Many cities in Israel have streets named after him, including Beersheba, Tel Aviv, Petah Tikva, Safed, Lod, Ashdod, Haifa, Holon, Yehud and more. In 1983, the Israeli government issued a two stamp set honoring Anielewicz and Josef Glazman as heroes of the ghettos. In 2023, he was commemorated in the Holocaust memorial at Rio de Janeiro, Brazil.