Введение

Трансфеминизм, или трансфеминизм, — это направление феминизма, ориентированное на трансгендерных женщин и опирающееся на трансгендерные исследования. Трансфеминизм фокусируется на воздействии трансмизогинии и патриархата на транс-женщин. Он связан с более широкой областью квир-теории. Термин был популяризирован Эми Коямой (участвовавшей в ISNA) в «Трансфеминистском манифесте». Трансфеминизм описывает концепции гендерной неконформности, представления о мужественности и женственности, а также поддержание бинарности пола и гендера в отношении транс-мужчин и транс-женщин. Трансфеминистки рассматривают гендерную конформность как механизм контроля патриархата, который поддерживается посредством насилия в отношении трансгендерных и гендерно неконформных людей, являясь основой патриархата. Тактики трансфеминизма возникли в группах, таких как «Транссексуальная угроза» (название от «Лавандовой угрозы») в 1990-х годах в ответ на исключение трансгендерных людей из маршей гордости. Группа организовывала прямые действия, сосредотачиваясь на насилии в отношении трансгендерных людей, например, на убийстве и изнасиловании транс-мужчины Брэндона Тины. «Транссексуальная угроза» организовывала протесты и сидячие забастовки против медицинской и психиатрической патологизации транс-людей. Транс-люди в целом были исключены из первой волны феминизма, как и лесбиянки и люди, считавшиеся «квир». Вторая волна феминизма продемонстрировала больший уровень принятия среди некоторых феминисток, однако «транссексуальность» в значительной степени игнорировалась и описывалась как «болезнь», даже среди феминисток, поддерживавших освобождение геев. Третья и четвертая волны феминизма в целом принимают трансгендерных людей и рассматривают транс-освобождение как неотъемлемую часть женского освобождения. В 2006 году первая книга о трансфеминизме, Trans/Forming Feminisms: Transfeminist Voices Speak Out под редакцией Кристы Скотт Диксон, была опубликована издательством Sumach Press. Трансфеминизм также определяется более широко как «подход к феминизму, основанный на транс-политике».

История

Среди первых голосов в движении – Кейт Борнштейн, автор книги 1994 года «Преступник по половому признаку: о мужчинах, женщинах и остальных из нас», и Сэнди Стоун, автор эссе «Империя наносит ответный удар: посттранссексуальный манифест», которое включало прямой ответ на труды Дженис Рэймонд о транссексуальности. В XXI веке Криста Скотт Диксон опубликовала трансфеминистские работы. Борнштейн также выпустила новые работы, такие как «Преступники по гендерному признаку: Следующее поколение» в 2010 году в соавторстве с С. Бергманом. Сьюзан Стрикер и Талия М. Бетчер недавно выпустили публикацию о трансфеминизме. Патрик Калифия использовал это слово в печати в 1997 году, и это остается первым известным использованием в печати за пределами периодических изданий. Возможно или даже вероятно, что термин неоднократно придумывался независимо друг от друга до 2000 года (или даже до первого заявленного использования Курвантом в 1992 году). Термин получил распространение только после 1999 года. Джессика Ксавье, знакомая Курванта, возможно, независимо придумала этот термин, когда использовала его для представления своих статей «Маскировка как управление стигмой» и «Маскировка как привилегия» в конце 1999 года. В последние несколько десятилетий идея о том, что все женщины имеют общий опыт, подвергается критическому анализу со стороны женщин разных рас, лесбиянок и женщин рабочего класса, среди прочих. Многие трансгендерные люди также ставят под вопрос, что означает гендер, и оспаривают гендер как биологический факт. Трансфеминистки настаивают на том, чтобы их уникальный опыт был признан частью феминистской сферы. Трансфеминизм включает в себя все основные темы третьей волны феминизма, включая разнообразие, образ тела, самоопределение и женскую субъектность. Он также включает критический анализ второй волны феминизма с точки зрения третьей волны. Он критикует общепринятые представления о мужественности и утверждает, что женщины заслуживают равных прав и разделяет объединяющий принцип с другими феминизмами, заключающийся в том, что гендер – это патриархальная социальная конструкция, используемая для угнетения женщин. «Транс» в трансгендерном контексте часто используется для обозначения трансгрессии. Николас Бирнс классифицирует трансфеминизм как «феминизм, который определяет термин «транс» максимально гетерогенным образом». Путь к признанию трансфеминизма как концепции был иным и более сложным, чем для других феминизмов. Маргинализированные транс-женщины и люди с транс-опытом должны были доказать, что их потребности отличаются, и что мейнстримный феминизм не обязательно говорит за них. В свою очередь, транс-женщины должны показать, что их женственность столь же действительна, как и женственность других женщин, и что феминизм может говорить за них, не переставая быть феминизмом. Сопротивление радикальной феминистки Дженис Рэймонд рассмотрению транс-женщин как женщин и участниц феминизма является показательным примером этого препятствия. Ее карьера началась с «Транссексуальной империи» (книжный анализ транссексуальных женщин), и она часто возвращалась к этой теме. В 2006 году первая книга о трансфеминизме, Trans/Forming Feminisms: Transfeminist Voices Speak Out под редакцией Крысты Скотт Диксон, была опубликована издательством Sumach Press.

Общие основы

Симон де Бовуар однажды сказала, что биология не определяет и не должна определять судьбу. Феминистки традиционно исследовали границы понимания того, что значит быть женщиной. Трансфеминистки утверждают, что трансгендерные люди и цисгендерные феминистки сталкиваются с общепринятыми представлениями общества о поле и гендере схожим образом. Теория трансгендерной освободительной борьбы предлагает феминизму новую перспективу для рассмотрения гендера как социальной конструкции, даже предлагая новое понимание самого гендера. Трансфеминизм стремится противостоять и оспаривать зафиксированность гендера, от которой, по мнению многих его сторонников, зависят традиционные подходы к изучению женщин. Трансгендерные люди часто становятся жертвами антитрансгендерного насилия. Хотя цис-женщины также регулярно подвергаются насилию, трансфеминистки рассматривают антитрансгендерное насилие как форму гендерного контроля.

Различия

Трансфеминизм резко контрастирует с феминизмом второй волны. Трансфеминистки часто критикуют идеи универсального женского братства, больше склоняясь к интерсекциональности и признанию третьей волны разнообразия женского опыта. По мнению Джулии Серано, проявление женственности у трансгендерных женщин замечается и наказывается гораздо строже, чем то же самое поведение у цисгендерных женщин. Этот двойной стандарт показывает, что само поведение не является столь проблематичным для многих критиков, как само существование трансгендерных людей. Джулия Серано называет мизогинию, с которой сталкиваются трансгендерные женщины, "трансмизогинией". Задокументировано множество случаев, когда трансгендерных людей, представленных в негативном свете, на самом деле становили жертвами чрезмерной реакции со стороны окружающих.

Лесби-феминизм и трансфеминизм

В книге "Жизнь феминистки" (2017) Сара Ахмед рассматривает лесбийский феминизм как основополагающий и необходимый союз с транс-феминизмом. Ахмед утверждает, что антитранс-позиция – это антифеминистская позиция, которая подрывает феминистский проект по созданию миров, поддерживающих тех, для кого гендерный фатализм (то есть убеждение, что "мальчики будут мальчиками, девочки будут девочками") губителен.

Радикальный феминизм и трансфеминизм

Некоторые радикальные феминистки выражали антитранс-взгляды. Например, в книге «Гендерные страдания» (2014) Шейла Джеффрис утверждала, что транс-феминизм сводится к тому, что мужчины осуществляют свою власть в определении того, что значит быть женщиной. Некоторые радикальные феминистки поддерживают права трансгендерных людей. Радикальная феминистская писательница и активистка Андреа Дворкин в своей книге «Ненависть к женщинам» выступала против преследования и ненависти к трансгендерным людям и требовала, чтобы операция по смене пола предоставлялась трансгендерным людям сообществом бесплатно. Дворкин утверждала, что «каждый трансгендерный человек имеет право на выживание на своих условиях. Это означает, что каждый трансгендерный человек имеет право на операцию по смене пола, и она должна быть предоставлена обществом как одна из его функций». Некоторые трансгендерные женщины принимали участие в лесбийском феминизме и радикальном феминизме. Ярким примером является Сэнди Стоун, транс-лесбиянка-феминистка, которая работала звукорежиссёром для лейбла Olivia Records, ориентированного на лесбийский феминизм. В июне и июле 1977 года, когда 22 феминистки протестовали против участия Стоун, Olivia Records защищала её трудоустройство, заявив, что Стоун — «женщина, с которой мы можем чувствовать себя комфортно и доверять», и что она — «возможно, даже инженер-волшебник, посланный богиней, которого мы так долго искали».

Утверждения о трансфобии в радикальном феминизме

Книга радикальной феминистки Дженис Рэймонд "Транссексуальная империя" была и остается спорной из-за ее однозначного осуждения трансгендерных операций. Рэймонд утверждает: "Все трансгендерные люди совершают насилие над женскими телами, сводя истинную женскую форму к артефакту, присваивая себе это тело. Трансгендерные люди лишь устраняют наиболее очевидный способ посягательства на женщин, чтобы казаться не представляющими угрозы". В начале 1990-х годов Мичиганский женский музыкальный фестиваль исключил трансгендерную женщину Нэнси Беркхолдер. После этого фестиваль заявил, что предназначен исключительно для "женщин, рожденных женщинами". Активистская группа Camp Trans была создана в знак протеста против трансфобной политики "женщины, рожденной женщиной" и для продвижения большего принятия трансгендерных людей в феминистском сообществе. В Camp Trans участвовали ряд известных транс-активистов и трансфеминисток, включая Рики Уилчинс, Джессику Ксавье и Лесли Файнберг. Фестиваль рассматривал возможность допуска к участию трансгендерных женщин, перенесших операцию; однако это подверглось критике как проявление классового неравенства, поскольку многие трансгендерные женщины не могут позволить себе операцию по коррекции пола. После этого инцидента Мичиганский женский музыкальный фестиваль обновил страницу своего сообщества. На этой странице теперь представлен список ссылок на письма и заявления, в том числе их ответ от августа 2014 года на призыв к бойкоту со стороны организации Equality Michigan и список требований в ответ на призыв к бойкоту от Equality Michigan. В первоначальном ответе на бойкот говорится, что фестиваль считает, что "поддержка пространства для женщин, рожденных женщинами, не противоречит поддержке и солидарности с трансгендерным сообществом". Кимберли Никсон – трансгендерная женщина, которая в 1995 году добровольно прошла обучение в качестве консультанта по кризисным ситуациям, связанным с изнасилованием, в Vancouver Rape Relief в Ванкувере, Британская Колумбия. Когда трансгендерный статус Никсон был установлен, ее исключили. Сотрудники решили, что ее статус делает невозможным понимание ею опыта клиентов, а также требовали, чтобы клиенты были генетически женщинами. Никсон не согласилась, рассказав о собственном опыте насилия со стороны партнера, и подала в суд за дискриминацию. Адвокаты Никсон утверждали, что для увольнения не было оснований, ссылаясь на опыт Дианы Курвант как первой публично трансгендерной женщины, работавшей в приюте для женщин, переживших домашнее насилие. В 2007 году Верховный суд Канады отказался рассматривать апелляцию Никсон, что положило конец делу. Трансгендерные женщины, такие как Сэнди Стоун, бросили вызов господствующей во второй волне феминизма концепции "биологической женщины". Стоун работала звукорежиссером в Olivia Records примерно с 1974 по 1978 год, уволившись, когда усилился спор вокруг трансгендерной женщины, работающей в компании, ориентированной на лесбиянок. Дебаты продолжились в книге Рэймонд.

Включение в феминизм

По словам Грэма Майеды, женщины, идентифицирующие себя как сторонницы правых взглядов, считают, что вопросы равенства и значимости женщин становятся менее важными, когда речь заходит о биологии трансгендерных людей, особенно трансгендерных женщин (мужчин, перешедших в женский пол). Он отметил, что эти феминистки полагают, что биологическая природа транс-женщин размывает границы пространств "только для женщин" и может противоречить или подрывать феминистские цели по обретению голоса в патриархальном мире.

Гендерная дисфория

Гендерная дисфория описывает состояние людей, испытывающих значительный дискомфорт из-за пола, приписанного им при рождении, или гендерных ролей, связанных с этим полом. Термин "расстройство гендерной идентичности" (РГИ) также часто используется, особенно в официальной диагностике, применяемой психологами и врачами. Расстройство гендерной идентичности классифицировалось как медицинское расстройство в МКБ-10 и DSM-IV. DSM-5 использует менее патологизирующий термин – гендерная дисфория, а МКБ-11 – термин гендерное несоответствие. Многие трансгендерные люди, трансфеминистки и медицинские исследователи поддерживают исключение РГИ из классификаций, поскольку считают, что этот диагноз патологизирует гендерное разнообразие, укрепляет бинарную модель гендера и может привести к стигматизации трансгендерных людей, а также утверждают, что гендерное разнообразие является правом каждого человека. Во многих ситуациях или юрисдикциях трансгендерные люди имеют право на страховое покрытие операций только при наличии диагноза. Исключение диагноза, следовательно, увеличит расходы пациентов. В других случаях антидискриминационные законы, защищающие людей с установленной инвалидностью, распространяются на трансгендерных людей только при наличии подтвержденного диагноза. В иных случаях трансгендерные люди защищены от дискриминации по признаку пола или рассматриваются как отдельная категория. Этот экономический аспект может расколоть сторонников по классовому признаку. Она предложила сохранить данную категорию и сосредоточить усилия на признании психических заболеваний и улучшении отношения к трансгендерным людям, отложив вопрос о диагностике в сторону.

Социальная конструкция гендера

Ссылаясь на свой общий опыт, многие трансфеминистки напрямую оспаривают представление о том, что женственность – это исключительно социальный конструкт. Вместо этого они рассматривают гендер как многогранный набор разнообразных внутренних и социальных качеств. Например, и трансгендерные, и цисгендерные люди могут выражать себя способами, не соответствующими общественным ожиданиям относительно женственности и мужественности.