Введение
Сонатная форма – одна из самых влиятельных концепций в истории западной классической музыки. С момента утверждения этой практики композиторами, такими как К. П. Э. Бах, Гайдн, Моцарт, Бетховен и Шуберт, и закрепления её в учебных программах и теории, практика сочинения произведений в сонатной форме претерпела значительные изменения.
Sonata form is one of the most influential ideas in the history of Western classical music. Since the establishment of the practice by composers like C. P. E. Bach, Haydn, Mozart, Beethoven, and Schubert and the codification of this practice into teaching and theory, the practice of writing works in sonata form has changed considerably.
Позднебарочная эпоха (около 1710 - 1750)
Собственно говоря, сонатная форма в эпоху барокко не существовала; однако формы, которые привели к её стандартному определению, уже были. Фактически, в барочных произведениях, называемых сонатами, наблюдается большее разнообразие гармонических схем, чем в классический период. Сонаты Доменико Скарлатти демонстрируют диапазон возможных взаимосвязей темы и гармонии в 1730-х и 1740-х годах. Первоначально сонаты писались преимущественно для скрипки. Со временем сформировался определённый тип, который доминировал вплоть до конца XVIII века. Этот тип достиг своего расцвета в сонатах И. С. Баха, Генделя и Тартини, которые опирались на более ранние итальянские образцы и использовали структуру, восходящую к таким мастерам, как Корелли и Вивальди (Musical Form, Leichtentritt, Hugo, p. 122). К 1730-м и 1740-м годам направление инструментальной музыки, часто рассматривавшейся как менее значимая, чем вокальная, склонялось к общей двухчастной структуре: бинарной форме. Однако в неё также стала включаться часть контрастного материала, выполнявшая функцию связки между этими частями.
Классическая эпоха (около 1750 около 1825)
Старая итальянская сонатная форма значительно отличается от более поздней сонаты в произведениях венских классических мастеров. Между двумя основными типами – старой итальянской и более «современной» венской сонатой – в середине XVIII века проявляются различные переходные типы в творчестве маннгеймских композиторов Иоганна Штамица, Франца Ксавера Рихтера, К. Ф. Э. Баха и многих других. Ключевыми элементами, приведшими к формированию сонатной формы, стали ослабление различий между бинарной и тернарной формой; смещение текстуры от полнозвучной полифонии (многоголосия с имитацией) к гомофонии (основная мелодическая линия с гармоническим сопровождением); и возрастающая тенденция к сопоставлению различных тональностей и фактур. По мере того как различные тональные связи приобретали всё более чёткое значение, менялись и схемы композиций. Такие приёмы, как ложная реприза, вышли из моды, а другие закономерности приобрели большее значение. Вероятно, наиболее влиятельным композитором на раннее развитие сонатной формы был К. Ф. Э. Бах, сын И. С. Баха. Используя гармонические и голосоводные приёмы, разработанные отцом, он применил их к гомофоническому стилю, позволяя создавать резкие смены тональности и настроения, сохраняя при этом общую связность. К. Ф. Э. Бах оказал решающее влияние на Иосифа Гайдна. Одним из самых значительных нововведений К. Ф. Э. Баха стало сокращение темы до мотива, который можно было более драматично разрабатывать. К 1765 году темы К. Ф. Э. Баха, в отличие от протяжённых мелодий, приобрели стиль тем, используемых в сонатной форме: краткие, характерные и гибкие. Связывая изменения в теме с гармонической функцией раздела, К. Ф. Э. Бах заложил основу, которую впоследствии использовали такие композиторы, как Гайдн и Вольфганг Амадей Моцарт. Практика великих классических мастеров, в особенности Гайдна и Моцарта, является основой для описания сонатной формы. Их произведения служили как образцом для формы, так и источником новых произведений, созданных в рамках самой сонатной формы. Поэтому дискуссии о сонатной форме неизменно обращаются к практике Гайдна и Моцарта. Иосифа Гайдна называют «отцом симфонии» и «отцом струнного квартета». Его также можно считать отцом сонатной формы как способа структурирования музыкальных произведений. В частности, его струнные квартеты и симфонии демонстрируют не только разнообразие применения формы, но и способы раскрытия её драматического потенциала. Именно Гайдн создал переходы к разработке и к репризе, как моменты наивысшего напряжения и драматического интереса. Также Гайдн расширил структуру произведений, сделав каждый аспект гармонии произведения имплицитным в его главной теме. Это важное нововведение, поскольку оно создаёт гомофонический аналог полифонической фуге – зародыш потенциала, из которого композитор мог впоследствии развить множество различных эффектов. Разнообразие драматических эффектов и способность Гайдна создавать напряжение отмечались уже при его жизни: его музыку всё чаще принимали за эталон, по которому оценивались другие произведения. Сборник струнных квартетов Гайдна, Op. 33, содержит первые примеры согласованного использования средств сонатной формы в характерной манере. Сам композитор утверждал, что они написаны по совершенно новым принципам и знаменуют переломный момент в его творчестве. Вольфганг Амадей Моцарт применил масштабные идеи Гайдна к опере и фортепианному концерту. Легкость, с которой Моцарт создавал темы, и плотная сеть мотивов и их разработок придавали его музыке изысканность, которую отмечали даже его профессиональные соперники. Моцарт предпочитал сонатную форму и сонатный цикл. Большинство его композиций были написаны в сонатном цикле. Он исследовал все жанры своего времени и довел их до совершенства. К концу своей короткой жизни Моцарт усвоил технику Гайдна и применил её к своему собственному более протяжённому пониманию темы, например, в Пражской симфонии.
Романтический период (около 1825 около 1910)
Людвиг ван Бетховен был композитором, который наиболее непосредственно вдохновил теоретиков, кодифицировавших сонатную форму как специфическую практику. Хотя он опирался на гибкие фразовые структуры и более широкое разнообразие возможных схематических планов, пришедших от Гайдна и Моцарта, его важнейшим нововведением стало построение сонатной формы, исходя из обоих её концов – от задумывания всей структуры до доработки тем, поддерживающих этот общий замысел. Он продолжал расширять длину и масштаб сонатных форм, использованных Гайдном и Моцартом, а также часто применял мотивы и гармонические модели, заимствованные у этих двух старших композиторов. Он принадлежит как классической, так и романтической эпохам. Благодаря использованию всё более характерных ритмов и диссонирующих приёмов, он рассматривается как переходная фигура между классическим и романтическим периодами. В эпоху романтизма сонатная форма была впервые чётко определена и институционализирована. Академические исследователи, такие как Адольф Бернхард Маркс, писали описания этой формы, часто с нормативной целью – то есть, с целью указать, как должны быть написаны произведения в сонатной форме. Хотя первая часть (экспозиция) сонаты была предметом теоретических работ, она считалась вершиной музыкального мастерства. Частью обучения композиторов XIX века было написание в сонатной форме и предпочтение её использования в первой части многочастных композиций, таких как симфонии, фортепианные концерты и струнные квартеты. Процедура написания сонат в XIX веке отличалась от более ранней классической практики тем, что она больше фокусировалась на темах, чем на расположении каденций. Монотематическая экспозиция (распространённая черта сонатных форм Гайдна) в значительной степени исчезла, и темы первой и второй групп должны были контрастировать по характеру. В более общем смысле, формальный план сонаты стал рассматриваться скорее с точки зрения её тем или групп тем, чем с точки зрения чёткой дифференциации тональных сфер на основе каденций. В классический период установление ожидания определённой каденции, а затем её задержка или избежание было распространённым способом создания напряжения. В XIX веке, с его значительно расширенным гармоническим словарём, избежание каденции не имело такой же степени неожиданности. Вместо этого более далёкие тональности устанавливались различными другими средствами, включая использование всё более диссонирующих аккордов, педальных точек, текстуры и изменение самой главной темы. В классический период контраст между тематическими группами, хотя и полезный, не был обязательным. Первая тематическая группа, как правило, очерчивала тонический аккорд, а вторая тема, как правило, была более мелодичной по характеру. Но это было далеко не универсально, как показывают монотематические экспозиции Гайдна и ранние ритмические темы Бетховена. Поскольку сила гармонической оппозиции, как между тоникой и доминантой, так и между мажором и минором, была меньше в романтическом языке, стереотипы характера тем стали сильнее. Теоретики XIX века описывали принцип сонаты как противопоставление двух групп тем. Таким образом, Маркс считал, что первая тема должна быть "мужественной" – резкой, ритмичной и подразумевающей диссонанс, а вторая тематическая группа должна быть больше взята из вокальной мелодии, делая её "женственной". Именно этот контраст между "ритмичным" и "поющим" Вагнер в своей очень влиятельной работе "Об оперном дирижировании" утверждал, что лежит в основе напряжения в музыке. Вагнер утверждал, что текстура является самым важным контрастом, и темп должен использоваться для подчеркивания этого контраста. Таким образом, быстрые разделы проводились быстрее, а медленные – медленнее. Требуя, чтобы гармония двигалась вместе с темами, сонатная форма XIX века налагала своего рода дисциплину на композиторов и позволяла слушателям понимать музыку, следуя за появлением узнаваемых мелодий. Однако сонатная форма, как унаследованная формальная модель, также создавала напряжение для композиторов-романтиков между стремлением объединить поэтическое выражение и академическую строгость. Поздние романтические комментаторы и теоретики обнаружили "идею сонаты" растущей формализации. Они выстраивали последовательность произведений от Гайдна, через Моцарта и Бетховена, в которой всё больше и больше частей в многочастной композиции воспринимались как находящиеся в сонатной форме. Эти теоретики утверждали, что изначально только первая часть находилась в этой форме, затем и последняя (например, в "Пражской симфонии" Моцарта), и в конечном итоге "сонатный принцип" стал распространяться на всё произведение. Например, утверждалось, что все четыре части Струнного квартета Op. 59 № 2 Бетховена написаны в сонатной форме. Под этим, теоретики, такие как Дональд Тови, подразумевали академически выстроенную сонатную форму. Чарльз Розен утверждал, что, при правильном понимании, так было всегда: что реальные сонатные формы (во множественном числе) всегда присутствовали, хотя это и не является общепринятым мнением. По мере развития XIX века сложность сонатной формы росла, поскольку новые способы прохождения через гармонию произведения были введены Иоганнесом Брамсом и Францем Листом. Вместо того, чтобы сосредотачиваться исключительно на тональностях, тесно связанных в круге квинт, они использовали движение по кругам, основанным на минорных или мажорных трезвучиях. Следуя тенденции, установленной Бетховеном, фокус всё больше смещался на разработку. Это соответствовало романтическому сравнению музыки с поэзией. Поэтические термины, такие как "рапсодия" и "симфоническая поэма", вошли в музыку, и всё чаще музыканты считали, что не должны повторять части симфоний, поскольку в этом не было ни драматического, ни лирического смысла. Это изменило их интерпретацию предыдущих сонатных форм. Романтическая сонатная форма была особенно благоприятной моделью для Брамса, который чувствовал сильную близость к композиторам классической эпохи. Брамс перенял и развил практику Бетховена по модуляции в более далёкие тональности в экспозиции, сочетая это с использованием контрапункта во внутренних голосах. Например, в его фортепианном квинтете первая тема написана в фа миноре, но вторая тема – в до-диез миноре, увеличенной квинтой выше. В том же произведении схема тональностей репризы также изменена – вторая тема в репризе находится в фа-диез миноре, а не в фа миноре первой темы. Другой силой, влияющей на сонатную форму, была школа композиторов, центрированная вокруг Франца Листа и Рихарда Вагнера. Они стремились интегрировать более свободно перемещающиеся гармонии и неподготовленные аккорды в музыкальную структуру, чтобы достичь как формальной связности, так и полного, выразительного диапазона тональностей. Всё чаще темы начинали содержать ноты, далёкие от исходной тональности, процедуру, позже названную "расширенной тональностью". Эта тенденция сильно повлияла на следующее поколение композиторов, например, на Густава Малера. Первые части нескольких его симфоний описываются как находящиеся в сонатной форме, хотя они довольно сильно отклоняются от стандартной схемы. Некоторые даже утверждают, что вся его первая симфония (в которой материал из первой части возвращается в четвёртой части) задумана как одна огромная сонатная форма. В результате этих инноваций произведения стали более секционными. Композиторы, такие как Лист и Антон Брукнер, даже начали включать явные паузы между разделами. Длина сонатных частей росла, начиная с 1830-х годов. Призовая симфония Франца Лахнера, произведение, редко исполняемое сегодня, имеет первую часть длиннее, чем любая симфоническая первая часть Бетховена. Соответственно увеличилась и длина целых произведений. Симфонические поэмы, которые часто находились в сонатной форме, значительно увеличили свою длину по сравнению с традиционными увертюрами. Например, увертюра "Вэверли" Берлиоза такая же длинная, как некоторые симфонии Гайдна среднего периода. Одна дискуссия в XIX веке касалась того, допустимо ли использовать структуру поэмы или другого литературного произведения для структурирования инструментальной музыки. Композиционная школа, центрированная вокруг Листа и…
Современная эпоха
В современный период сонатная форма отделилась от своей традиционной гармонической основы. В произведениях Шёнберга, Дебюсси, Сибелиуса и Рихарда Штрауса подчеркивались различные лады, отличные от традиционной мажорно-минорной тональности, и использовались аккорды, которые нечётко определяли тонику. Можно утверждать, что к 1930-м годам сонатная форма стала лишь риторическим обозначением любой части, представляющей темы, развивающей их и вновь объединяющей. Однако даже композиторы атональной музыки, такие как Роджер Сешнс и Карл Хартманн, продолжали использовать структуры, явно отсылающие к практике Бетховена и Гайдна, хотя их методы и стиль значительно отличались. Одновременно композиторы, такие как Сергей Прокофьев, Бенджамин Бриттен и Дмитрий Шостакович, возродили идею сонатной формы посредством более сложного и развернутого использования тональности. В более позднее время минимализм искал новые пути развития формы и новые структуры, которые, хотя и не основывались на том же гармоническом плане, что и классическая соната, тем не менее, были с ней тесно связаны. Примером служит симфония Аарона Джей Керниса «В волнах», написанная в начале 1990-х годов.