Орасио Кирога: Жизнь и творчество уругвайского писателя.

Введение

Уругвайский писатель-рассказчик, драматург и поэт. 1878 – 1937

Горасио Сильвестр Кирога Фортеза (31 декабря 1878 – 19 февраля 1937) – уругвайский драматург, поэт и писатель-рассказчик. Он писал рассказы, действие которых разворачивалось в джунглях и в которых использовал сверхъестественное и причудливое, чтобы показать борьбу человека и животных за выживание. Он также мастерски изображал психические расстройства и галлюцинаторные состояния, умение, которое, по мнению некоторых критиков, он перенял у Эдгара Аллана По. Его влияние прослеживается в латиноамериканском магическом реализме Габриэля Гарсиа Маркеса и постмодернистском сюрреализме Хулио Кортасара.

Ранние годы

Горасио Кирога родился в городе Салто в 1878 году, став шестым ребенком и вторым сыном Пруденсио Кироги и Пасторы Фортезы, из семьи среднего класса. К моменту его рождения отец уже 18 лет работал главой аргентинского вице-консульства. Когда Кироге было всего два с половиной месяца, 14 марта 1879 года, его отец случайно выстрелил из пистолета, который держал в руках, и скончался от полученных ранений. Три месяца спустя Кирога был крещен в приходской церкви своего родного города.

Обучение и поездки

Кирога закончил школу в Монтевидео, столице Уругвая. Он учился в Национальном колледже и также посещал Политехнический институт Монтевидео для получения технического образования. С юных лет он проявлял большой интерес к разнообразным предметам и занятиям, включая литературу, химию, фотографию, механику, велоспорт и сельскую жизнь. В это время он основал Велоклуб Сальто и совершил выдающееся достижение – проехал на велосипеде из родного города в Пайсанду, расстояние в 120 километров. Примерно в это же время он работал в мастерской по ремонту техники; под влиянием сына владельца он увлекся философией, описывая себя как «прямодушного и страстного солдата материализма». В 22 года Кирога заинтересовался поэзией, открыв для себя творчество Леопольдо Лугонеса, с которым впоследствии подружился, и Эдгара Аллана По. Это побудило его экспериментировать с различными формами и стилями поэтического самовыражения: пост-романтизмом, символизмом и модернизмом. Вскоре он начал публиковать свои стихи в родном городе. Совмещая учебу и работу, он сотрудничал с изданиями La Revista и La Reforma, оттачивая свой стиль и приобретая известность. Во время карнавала 1898 года молодой поэт встретил свою первую любовь, девушку по имени Мэри Эстер Юрковски, которая вдохновила его на создание двух важнейших произведений: «Las sacrificadas» (1920; «Закланные») и «Una estación de amor» (1912; «Сезон любви»). Однако еврейские родители девушки не одобрили их отношения из-за того, что Кирога был неевреем, и паре пришлось расстаться. В родном городе он основал журнал «Revista de Salto» (1899). В том же году его отчим покончил жизнь самоубийством, выстрелив в себя; Кирога был свидетелем этого. На полученное наследство он отправился в четырехмесячное путешествие в Париж, которое оказалось неудачным: он вернулся в Уругвай голодным и разочарованным.

Консистория гейской науки и ранние работы

По возвращении Квирога собрал своих друзей Федерико Феррандо, Альберто Бригноле, Хулио Жаурече, Фернандес Сальданья, Хосе Хасда и Асдрубаль Дельгадо, и вместе с ними основал Consistorio del Gay Saber (Консисторий «Весёлой науки»), литературную лабораторию для их экспериментального письма, где они искали новые способы самовыражения и реализации модернистских целей. В 1901 году Квирога опубликовал свою первую книгу «Коралловые рифы», но этот успех был омрачён смертью двух его братьев и сестёр, Пруденсио и Пасторы, ставших жертвами тифа в Чако. В том роковом году Квирогу ждал ещё один трагический случай. Его друг Федерико Феррандо получил негативные отзывы от Германа Папини, журналиста из Монтевидео, и вызвал его на дуэль. Квирога, обеспокоенный безопасностью друга, предложил проверить и очистить пистолет, предназначенный для дуэли. Во время осмотра оружия он случайно выстрелил, попав Феррандо в рот и убив его на месте. Когда прибыла полиция, Квирогу арестовали, допросили и перевели в исправительную тюрьму. Полиция расследовала обстоятельства гибели Феррандо и признала его смерть несчастным случаем; Квирога был освобождён после четырёх дней заключения. В конечном итоге он был полностью оправдан. Сокрушённый горем и чувством вины за смерть любимого друга, Квирога распустил Консисторию и переехал из Уругвая в Аргентину. В 1902 году он пересёк Рио-де-ла-Плата и поселился у своей сестры Марии. В Буэнос-Айресе Квирога как художник достиг профессиональной зрелости, которая полностью раскрылась во время его пребывания в джунглях. Муж его сестры познакомил его с педагогикой и помог устроиться учителем по контракту с экзаменационной комиссией Национального колледжа Буэнос-Айреса. В марте 1903 года он был назначен профессором кастильского языка в Британской школе Буэнос-Айреса.

В Чако и обратно в Буэнос-Айрес

В июне того же года Кирога, уже опытный фотограф, сопровождал Леопольдо Лугонеса в экспедиции, финансируемой аргентинским Министерством образования, в ходе которой знаменитый аргентинский поэт планировал исследовать руины иезуитских миссий в провинции Мисьонес. Джунгли Мисьонес произвели на Кирогу глубокое впечатление, навсегда изменившее его жизнь: он потратил шесть месяцев и последнее из своего наследства (семь тысяч песо) на участок земли под хлопок в провинции Чако, расположенный в семи километрах от Резистенсии, у реки Саладито. Проект провалился из-за проблем с местными рабочими, но жизнь Кироги обогатилась первым опытом жизни в деревне. Его проза обогатилась новыми знаниями о сельских жителях и сельской культуре, что навсегда изменило его стиль. Вернувшись в Буэнос-Айрес после неудачной попытки в Чако, Кирога с увлечением и энергией взялся за написание рассказов. В 1904 году он опубликовал сборник рассказов под названием «Преступление другого», на который оказал сильное влияние стиль Эдгара Аллана По. Кирога не возражал против этих ранних сравнений с По и до конца жизни часто говорил, что По был его первым и главным учителем. В течение следующих двух лет Кирога написал множество рассказов, многие из которых были посвящены сельскому ужасу, но были и восхитительные истории для детей. В это время он создал великолепный рассказ ужасов «Пышная подушка». Он был опубликован в 1917 году в известном аргентинском журнале Caras y Caretas («Лица и маски»), который в том же году опубликовал еще восемь его рассказов. Вскоре после публикации Кирога прославился, и его произведения стали пользоваться огромным спросом у тысяч читателей.

Любовь и джунгли

В 1906 году Кирога решил вернуться в любимые джунгли. Воспользовавшись тем, что правительство хотело использовать землю, Кирога купил ферму (с Винсентом Гозалбо) в провинции Мисьонес, на берегу Верхней Параны, и начал готовиться, преподавая кастильский язык и литературу поблизости. Он переехал туда зимой 1908 года. Кирога влюбился в одну из своих учениц-подростков, Ану Марию Сирес, которой он посвятил свой первый роман под названием «История несчастной любви». Кирога настаивал на отношениях, несмотря на противодействие родителей, и в конце концов добился их разрешения жениться на ней и забрать ее жить с ним в джунгли. Родители Кироги беспокоились о рисках жизни в Мисьонесе, диком регионе, и поэтому решили присоединиться к дочери и зятю и жить поблизости, чтобы помогать им. Так, родители Аны Марии и подруга ее матери переехали в дом недалеко от Кироги. В 1911 году в их доме в джунглях родился первый ребенок, которого назвали Эгле Кирога. В том же году писатель начал заниматься сельским хозяйством в партнерстве со своим другом, уругвайцем Висенте Гозалбо, и был назначен мировым судьей в гражданском реестре Сан-Игнасио. Эта работа не очень подходила Кироге, который, забывчивый, неорганизованный и невнимательный, привык записывать сведения о смертях, браках и рождениях на небольших кусочках бумаги и «архивировать» их в банке из-под печенья. Позже, персонаж одной из его историй получил подобную черту. В следующем году у Аны Марии родился сын, которого назвали Дарио. Кирога решил, что как только дети научатся ходить, он лично займется их воспитанием. Строгий и властный, Кирога требовал, чтобы все делалось в соответствии с его указаниями. С раннего возраста он приучал своих детей к горам и джунглям. Кирога подвергал их опасности, чтобы они могли самостоятельно справляться с трудностями и преодолевать любые ситуации. Он даже доходил до того, что оставлял их одних ночью в джунглях или заставлял сидеть на краю обрыва, свесив ноги в пустоту. Его дочь научилась разводить диких животных, а сын – пользоваться дробовиком, ездить на мотоцикле и путешествовать в одиночку на каноэ. Дети Кироги никогда не возражали против этих испытаний и даже извлекали из них пользу. Однако их мать была напугана и возмущена эксцентричным поведением мужа. Элементы этого воспитания появляются в его рассказе «Hijo» («Сын»), написанном в 1935 году и включенном в его сборник «Más allá». В период с 1912 по 1915 год писатель, имевший опыт в качестве хлопковода и травника, предпринял смелую попытку увеличить сельскохозяйственное производство и максимально использовать природные ресурсы своих земель. Он начал перегонять апельсины, производить уголь и смолы, а также заниматься другими подобными видами деятельности. В то же время он разводил скот, приручал диких животных, охотился и ловил рыбу. Литература оставалась главным делом его жизни: в журнале Fray Mocho из Буэнос-Айреса Кирога публиковал многочисленные рассказы, многие из которых происходили в джунглях и были населены персонажами настолько натуралистичными, что казались реальными. Но жена Кироги была несчастлива: хотя она хорошо приспособилась к жизни в джунглях, отношения между ними были полны разногласий. Ссоры между супругами происходили часто, и хотя причина обычно была незначительной, их чрезмерные споры становились ежедневной проблемой. Эти инциденты, усугублявшиеся неустойчивым характером Кироги, настолько расстраивали его жену, что она впала в глубокую депрессию. Новой трагедией в жизни Кироги стала смерть Аны Марии, которая после бурной ссоры с писателем приняла смертельную дозу хлорида ртути, который Кирога использовал в своей фотографии. К сожалению, яд не убил ее сразу; вместо этого она страдала восемь дней мучений, прежде чем наконец умерла на руках мужа 14 декабря 1915 года. Трагедия мучительной смерти Аны Марии повергла Кирогу и его двоих детей, пятилетнюю Эгле и четырехлетнего Дарио, в глубокое отчаяние.

In 1906 Quiroga decided to return to his beloved jungle. Taking advantage of the fact that the government wanted the land to be used, Quiroga bought a farm (with Vincent Gozalbo) of in the province of Misiones, on the banks of the Upper Parana, and began making preparations, while teaching Castilian and Literature nearby. He moved in during the winter of 1908. Quiroga fell in love with one of his teenage students, Ana María Cires, to whom he would dedicate his first novel, entitled History of a Troubled Love. Quiroga insisted on the relationship despite the opposition of her parents, eventually garnering their permission to marry her and take her to live in the jungle with him. Quiroga's parents in law were concerned about the risks of living in Misiones, a wild region, and that is why they decided to join their daughter and son in law, and live close by in order to help them. So, Ana María's parents and a friend of her mother moved into a house near Quiroga. In 1911, Ana María gave birth to the couple's first child, at their home in the jungle; they named her Eglé Quiroga. During the same year, the writer began farming in partnership with his friend, fellow Uruguayan Vicente Gozalbo, and he was also appointed Justice of the Peace in the Civil Registry of San Ignacio. This job was not the best fit for Quiroga who, forgetful, disorganized and careless, took to the habit of jotting down deaths, marriages and births on small pieces of paper and "archiving" them in a cookie tin. Later, a character in one of his stories was given a similar trait. The following year Ana María gave birth to a son, named Darío. Quiroga decided, as soon as the children could walk, that he would personally take care of their upbringing. Stern and dictatorial, Quiroga demanded that every little detail be done according to his requirements. From a young age, he got his children used to the mountains and the jungle. Quiroga exposed them to danger so that they would be able to cope alone and overcome any situation. He even went so far as to leave them alone at night in the jungle, or make them sit on the edge of a cliff with their legs dangling into the void. His daughter learned to breed wild animals and the son to use a shotgun, ride a motorbike and travel alone in a canoe. Quiroga's children never objected to these experiences and actually benefited from them. Their mother, however, was terrified and exasperated by her husband's eccentric ways. Elements of this upbringing appear in his short story, "Hijo," ("Son") written in 1935 and included in his collection Más allá. Between 1912 and 1915 the writer, who already had experience as a cotton farmer and herbalist, undertook a bold pursuit to increase the farming and maximize the natural resources of their lands. He began to distill oranges and produce coal and resins, as well as many other similar activities. Meanwhile, he raised livestock, domesticated wild animals, hunted, and fished. Literature continued to be the peak of his life: in the journal Fray Mocho de Buenos Aires Quiroga published numerous stories, many set in the jungle and populated by characters so naturalistic that they seemed real. But Quiroga's wife was not happy: although she had become well adapted to life in the jungle, the relationship between her and her husband was fraught with discord. Clashes between the couple occurred frequently, and although the cause was usually trivial, their excessive arguments became daily setbacks. These incidences, accentuated by Quiroga's volatile nature, disturbed his wife so greatly that she became severely depressed. Ana María became a new tragedy in Quiroga's life when, after a violent fight with the writer, she ingested a fatal dose of the mercury(II) chloride Quiroga used in his photography. Unfortunately, the poison did not kill her instantly; instead, she suffered eight days of agony before finally dying in her husband's arms on 14 December 1915. The tragedy of Ana María's painful death plunged Quiroga and his two children, five year old Eglé and four year old Darío, into dark despair.

Буэнос-Айрес

После этой трагедии Кирога быстро уехал в Буэнос-Айрес со своими детьми, где благодаря усилиям друзей, стремившихся помочь, стал заместителем генерального секретаря-бухгалтера в уругвайском консульстве. В течение 1917 года Кирога жил со своими детьми в подвале на Авеню Каннинг, совмещая дипломатическую работу с обустройством домашнего кабинета и написанием рассказов, которые публиковались в престижных журналах. Большинство рассказов Кирога собрал в несколько книг, первой из которых были «Сказки о любви, безумии и смерти» (1917). Мануэль Гальвес, владелец издательской фирмы, предложил ему написать эту книгу, и она сразу же имела огромный успех у публики и критиков, утвердив Кирогу в качестве истинного мастера латиноамериканского короткого рассказа. В следующем году он поселился в небольшой квартире на улице Агуэро, одновременно опубликовав «Рассказы о джунглях» (1918, сборник детских рассказов о животных, действие которых происходит в тропических лесах Мисьонес). Кирога посвятил эту книгу своим детям, которые сопровождали его в тот трудный период бедности в сыром подвале. 1919 год был удачным для Кироги: он получил два повышения в консульских рядах и опубликовал новую книгу рассказов «Дикая природа». В следующем году, по инициативе «Консистории», Кирога основал Ассоциацию «Анаконда» – объединение интеллектуалов, занимавшихся культурной деятельностью в Аргентине и Уругвае. Его единственная пьеса «Перебитые» была опубликована в 1920 году и поставлена в 1921 году, одновременно с выходом книги «Анаконда» (ещё один сборник рассказов). Важная аргентинская газета La Nación (Нация) также начала публиковать его рассказы, которые к тому времени уже пользовались значительной популярностью. В период с 1922 по 1924 год Кирога служил секретарем культурной миссии в Бразилии и опубликовал новую книгу: «Пустыня» (сборник рассказов). Некоторое время писатель занимался кинокритикой, возглавив журнал «Атлантида, Дом и Нация». Он также написал сценарий для художественного фильма («Плот Флориды»), который так и не был снят. Вскоре после этого он был приглашен российскими инвесторами для создания Школы кинематографии, но эта попытка оказалась безуспешной.

After this tragedy, Quiroga quickly left for Buenos Aires with his children where he became an Under Secretary General Accountant in the Uruguayan Consulate, thanks to the efforts of some of his friends who wanted to help. Throughout the year 1917 Quiroga lived in a basement with his children on Avenue Canning, alternating his diplomatic work with setting up a home office and working on many stories, which were being published in prestigious magazines. Quiroga collected most of the stories in several books, the first was Tales of Love, Madness and Death (1917). Manuel Galvez, owner of a publishing firm, had suggested that he write it and the volume immediately became a huge success with audiences and critics, consolidating Quiroga as the true master of the Latin American short story. The following year he settled in a small apartment on Calle Agüero, while he published Jungle Tales (1918, a collection of children's stories featuring animals and set in the Misiones rainforest). Quiroga dedicated this book to his children, who accompanied him during that rough period of poverty in the damp basement. 1919 was a good year for Quiroga, with two major promotions in the consular ranks and the publication of his new book of stories, The Wild. The next year, following the idea of "The Consistory", Quiroga founded the Anaconda Association, a group of intellectuals involved in cultural activities in Argentina and Uruguay. His only play, The Slaughtered, was published in 1920 and was released in 1921, when Anaconda was released (another book of short stories). An important Argentine newspaper, La Nación (The Nation), also began to publish his stories, which by now already enjoyed impressive popularity. Between 1922 and 1924, Quiroga served as secretary of a cultural embassy to Brazil and he published his new book: The Desert (stories). For a while the writer was devoted to film criticism, taking charge of the magazine section of "Atlantis, The Home and The Nation". He also wrote the screenplay for a feature film (The Florida Raft) that was never filmed. Shortly thereafter, he was invited to form a School of Cinematography by Russian investors, but it was unsuccessful.

Новая любовь и хобби

После этого Кирога вернулся в Мисионес. Он снова влюбился, на этот раз в 22-летнюю Ана Марию Паласио. Он пытался убедить ее родителей разрешить ей жить с ним в джунглях. Неуклонный отказ родителей Паласио и последовавший за этим крах отношений вдохновили его на тему второго романа «Прошлая любовь» (опубликованного позднее, в 1929 году). В романе содержатся автобиографические элементы стратегий, которые он использовал, чтобы добиться девушки, например, оставлять сообщения в выдолбленной ветке, отправлять письма, написанные шифром, и пытаться прорыть длинный туннель к ее комнате, обдумывая похищение. В конце концов, родители устали от ухаживаний Кироги и увезли ее, и ему пришлось отказаться от своей любви. В мастерской в своем доме он построил лодку, которую назвал «Гавиота». Его дом стоял на воде, и он использовал лодку для поездок из Сан-Игнасио вниз по реке в Буэнос-Айрес и для многочисленных речных экспедиций. В начале 1926 года Кирога вернулся в Буэнос-Айрес и снял виллу в пригороде. На пике своей популярности крупное издательство чествовало его вместе с другими литературными деятелями того времени, такими как Артуро Капдевила, Балдомеро Фернандес Морено, Бенито Линч, Хуана де Ибарбуру, Армандо Доносо и Луис Франко. Любитель классической музыки, Кирога часто посещал концерты Вагнеровского общества. Он также неустанно читал техническую литературу, учебники по механике, книги по искусству и физике. В 1927 году Кирога решил разводить и приручать диких животных, одновременно публикуя свою новую книгу рассказов «Изгнанники». Но этот влюбчивый художник уже обратил внимание на свою последнюю любовь: Мария Елена Браво, одноклассницу его дочери Эгле, которая вышла за него замуж в том же году, даже не достигнув двадцатилетия (Ему было 49 лет).

Вернемся в джунгли.

В 1932 году Кирога вновь поселился в Мисьонесе, где и провел остаток жизни с женой и третьей дочерью (Мария Елена, которую звали Питока, родилась в 1928 году). Для этого он добился указа о переводе своего консульского поста в ближайший город. Он стремился к тихой жизни в джунглях с женой и дочерью. Однако из-за смены правительства его услуги были отклонены, и его уволили из консульства. Усугубляло положение Кироги то, что жене не нравилось жить в джунглях, из-за чего ссоры и бурные обсуждения стали ежедневными. В этот период разочарования и душевной боли он опубликовал сборник рассказов под названием «За гранью» (1935). Вдохновленный творчеством Мунте и Ибсена, Кирога начал знакомиться с новыми авторами и стилями и принялся планировать свою автобиографию.

Болезнь и смерть

В 1935 году у Кироги начались неприятные симптомы, по-видимому, связанные с простатитом или другим заболеванием предстательной железы. С усилением боли и затруднением мочеиспускания, его жена убедила его поехать в Посадас, где ему диагностировали гипертрофию простаты. Но проблемы семьи Кироги не заканчивались: его жена и дочь навсегда покинули его, оставив его больным и одиноким в джунглях. Они вернулись в Буэнос-Айрес, и дух писателя совершенно упал перед лицом этой тяжелой утраты. Когда болезнь стала невыносимой, Кирога отправился в Буэнос-Айрес на лечение. В 1937 году при исследовательской операции обнаружили, что он страдает от запущенной формы рака предстательной железы, неизлечимой и неоперабельной. Мария Елена и большая группа друзей пришли его поддержать. Находясь в приемном отделении, Кирога узнал, что в подвале содержится пациент с ужасными деформациями, напоминающими те, что были у печально известного англичанина Джозефа Меррика ("Человека-слона"). Проникшись сочувствием, Кирога потребовал освободить пациента по имени Висент Батистесса из заключения и перевести его в свою палату. Как и следовало ожидать, Батистесса подружился с ним и был бесконечно благодарен великому рассказчику. Чувствуя отчаяние от своих страданий и осознавая, что его жизнь подходит к концу, он рассказал Батистессе о своем плане положить конец мучениям, и Батистесса пообещал помочь. Утром 19 февраля 1937 года, в присутствии своего друга, Хорасио Кирога выпил стакан цианида, который убил его в течение нескольких минут от нестерпимой боли. Его тело было похоронено на территории Casa del Teatro de la Sociedad Argentina de Escritores (SADE), основателем и вице-президентом которой он являлся, хотя позже его останки были репатриированы на родину.