Алехо Карпентье: Кубинский романист и мыслитель

Введение

Кубинский писатель (1904–1980)

Алехо Карпентье и Вальмонт (карпанˈтже, kaʁpɑ̃tje; 26 декабря 1904 – 24 апреля 1980) – кубинский писатель, эссеист и музыковед, оказавший значительное влияние на латиноамериканскую литературу в период её знаменитого «бума». Родившийся в Лозанне, Швейцария, в семье французского и русского происхождения, Карпентье вырос в Гаване, Куба, и, несмотря на европейское место рождения, всю жизнь ощущал себя кубинцем. Он много путешествовал, особенно по Франции, а также по Южной Америке и Мексике, где встречался с видными представителями латиноамериканского культурного и художественного сообщества. Карпентье живо интересовался латиноамериканской политикой и часто поддерживал революционные движения, такие как коммунистическая революция Фиделя Кастро на Кубе в середине XX века. За свои левые политические взгляды Карпентье был заключён в тюрьму и отправлен в изгнание. Обладая глубокими знаниями музыки, Карпентье занимался музыковедением, опубликовав фундаментальное исследование музыки Кубы – La música en Cuba, и интегрировал музыкальные темы и литературные приёмы в свои произведения. Он исследовал элементы афрокубанизма и включал культурные аспекты в большинство своих работ. Хотя Карпентье писал в самых разных жанрах, таких как журналистика, радиодрама, драматургия, научные эссе, опера и либретто, наибольшую известность ему принесли романы. Он был одним из первых, кто начал использовать магический реализм, применяя приём *lo real maravilloso* для исследования фантастического начала латиноамериканской истории и культуры. Самым известным примером афрокубинского влияния и использования *lo real maravilloso* является роман Карпентье 1949 года «El reino de este mundo» (Царство этого мира) о гаитянской революции конца XVIII века. Стиль Карпентье интегрировал возрождающийся стиль барокко, или барокко Нового Света, который латиноамериканские художники заимствовали из европейской модели и адаптировали к латиноамериканскому художественному видению. Имея личный опыт знакомства с французским сюрреализмом, Карпентье также адаптировал сюрреалистическую теорию к латиноамериканской литературе. Всегда стремясь выйти за рамки кубинской идентичности, Карпентье использовал свой опыт путешествий по Европе и Латинской Америке, чтобы расширить своё понимание латиноамериканской идентичности. Карпентье вплетал в ткань своих произведений элементы латиноамериканской политической истории, музыки, социальной несправедливости и искусства, которые оказали решающее влияние на творчество молодых латиноамериканских и кубинских писателей, таких как Лисандро Отеро, Леонардо Падура и Фернандо Веласкес Медина. Карпентье умер в Париже в 1980 году и был похоронен на кладбище Колон в Гаване вместе с другими выдающимися кубинскими политическими и художественными деятелями.

Alejo Carpentier y Valmont (karpanˈtje, kaʁpɑ̃tje; December 26, 1904 – April 24, 1980) was a Cuban novelist, essayist, and musicologist who greatly influenced Latin American literature during its famous "boom" period. Born in Lausanne, Switzerland, of French and Russian parentage, Carpentier grew up in Havana, Cuba, and despite his European birthplace, he strongly identified as Cuban throughout his life. He traveled extensively, particularly in France, and to South America and Mexico, where he met prominent members of the Latin American cultural and artistic community. Carpentier took a keen interest in Latin American politics and often aligned himself with revolutionary movements, such as Fidel Castro's Communist Revolution in Cuba in the mid 20th century. Carpentier was jailed and exiled for his leftist political philosophies. With a developed knowledge of music, Carpentier explored musicology, publishing an in depth study of the music of Cuba, La música en Cuba and integrated musical themes and literary techniques throughout his works. He explored elements of Afro Cubanism and incorporated the cultural aspects into the majority of his writings. Although Carpentier wrote in a myriad of genres, such as journalism, radio drama, playwrighting, academic essays, opera and libretto, he is best known for his novels. He was among the first practitioners of magical realism using the technique, lo real maravilloso to explore the fantastic quality of Latin American history and culture. The most famous example of Afro Cuban influence and use of lo real maravilloso is Carpentier's 1949 novel El reino de este mundo (The Kingdom of this World) about the Haitian revolution of the late 18th century. Carpentier's writing style integrated the resurgent Baroque style, or New World Baroque style that Latin American artists adopted from the European model and assimilated to the Latin American artistic vision. With a first hand experience of the French Surrealist movement, Carpentier also adapted the Surrealist theory to Latin American literature. Always eager to explore more than Cuban identity, Carpentier used his traveling experiences throughout Europe and Latin America to expand his understanding of Latin American identity. Carpentier wove elements of Latin American political history, music, social injustice and art into the tapestries of his writings, all of which exerted a decisive influence on the works of younger Latin American and Cuban writers like Lisandro Otero, Leonardo Padura and Fernando Velázquez Medina. Carpentier died in Paris in 1980 and was buried in Havana's Colon Cemetery with other Cuban political and artistic luminaries.

Ранние годы и образование

Карпентье родился 26 декабря 1904 года в Лозанне, Швейцария, в семье Хорхе Джулиана Карпентье, французского архитектора, и Лины Вальмонт, преподавателя русского языка. Долгое время полагали, что он родился в Гаване, куда его семья переехала сразу после его рождения, однако после смерти Карпентье его свидетельство о рождении было обнаружено в Швейцарии. В 1912 году Алехо и его семья переехали из Кубы в Париж. В юности он читал Бальзака, Флобера и Золя. Несмотря на то, что Карпентье с ранних лет владел двумя языками, он всегда говорил по-испански с выраженным французским акцентом.

Куба и изгнание во Франции

В 1921 году, будучи студентом в Гаване, Карпентье начал работать культурным журналистом, в основном освещая авангардные тенденции в искусстве, особенно в музыке. Он публиковал статьи в ежедневной газете La Discusión, издававшейся в Гаване. Его журналистская деятельность, считавшаяся левой, способствовала созданию первой Кубинской коммунистической партии. По прибытии в Париж он немедленно приступил к написанию стихов и редакционных статей для парижских и кубинских журналов. Его публикации в парижском журнале, такие как рассказ "Cahiers du Sud" (1933) на французском языке, были попыткой привлечь европейских читателей и повысить свою известность. Многие авторы, сотрудничавшие с ним в журнале La Révolution Surréaliste, также публиковали свои работы в журнале Imán под названием "Conocimiento de America". Карпентье представил рассказ Histoire de Lunes (1933), который для своего времени был экспериментальным, поскольку содержал элементы фантастики и фольклора, характеризуемые как магический реализм.

Жизнь в Венесуэле

В 1945 году Карпентье переехал в Каракас в качестве эмигранта. С 1945 по 1959 год он жил в Венесуэле, которая послужила вдохновением для безымянной южноамериканской страны, где разворачивается большая часть событий его романа «Потерянные шаги». Он писал рассказы, которые впоследствии были собраны в сборник «Война времени» (1958). В 1966 году Карпентье поселился в Париже, где занимал должность кубинского посла во Франции. В 1975 году он был удостоен премии Prix mondial Cino Del Duca. В 1977 году он получил премию Сервантеса, а в 1979 году – французскую премию Prix Médicis étranger за роман «La harpe et l'ombre». Карпентье неоднократно рассматривался как кандидат на Нобелевскую премию по литературе и впервые был номинирован на неё в 1965 году. Борясь с раком, Карпентье завершил свой последний роман «El arpa y la sombra» и скончался 24 апреля 1980 года в Париже. Его останки были возвращены на Кубу и захоронены на кладбище Колон в Гаване. Французская международная школа в Гаване «Алехо Карпентье» носит его имя.

"Очень красиво"

Карпентье широко известен своей теорией о lo real maravilloso. Это представление о том, что история и география Латинской Америки настолько необычайны, что кажутся вымышленными или даже магическими постороннему наблюдателю. Таким образом, Латинская Америка – это регион, где грань между магией и реальностью стирается. Именно в предисловии к роману «Царство этого мира», посвященному гаитянской революции, он сформулировал свое видение lo real maravilloso: «Но что такое история Латинской Америки, как не летопись магического реализма?». Сам роман развивает невероятную (но правдивую) историю Анри Кристофа, первого короля Гаити, как пример того, насколько странной и неправдоподобной может быть реальная история Латинской Америки. Некоторые критики рассматривают lo real maravilloso как синоним магического реализма. Однако теория Карпентье и ее развитие в его творчестве имеют более узкий охват, чем магический реализм, например, у Габриэля Гарсиа Маркеса. В то время как в произведениях Гарсиа Маркеса встречаются события, которые читатель никогда не воспринимает как реальные (дожди из цветов, старики с крыльями и т.п.), Карпентье в основном описывает крайние проявления истории и географии Латинской Америки – аспекты, которые кажутся почти невероятными, но при этом соответствуют действительности.

Музыка

В детстве Карпентье был окружён музыкой. Сам Карпентье играл на фортепиано, как и его мать; его отец играл на виолончели, обучаясь у Пабло Касальса, а его бабушка — на органе. Когда он впервые жил в Париже, Карпентье изучал музыкальную теорию в лицее Жансон-де-Сайи. Собственные композиции Карпентье сделали его заметной фигурой в современной кубинской музыкальной среде, но он также исследовал истоки и политические аспекты кубинской музыки. Его увлечение адаптацией европейских художественных стилей к латиноамериканской музыке проявлялось и в его восхищении афрокубинскими музыкальными мотивами. В начале карьеры Карпентье сотрудничал с другими молодыми музыкантами, стремившимися исследовать кубинские музыкальные корни. Одним из таких соратников был Амадео Рольдан, французский музыкант кубинского происхождения. Они помогли организовать кубинскую премьеру популярной оркестровой музыки того времени – концертов *Conciertos de música nueva* (Концерты новой музыки), в которых участвовали такие композиторы, как Стравинский, Мийо, Равель, Малипьеро, Пуленк и Сати. В отношении собственного творчества Карпентье и Рольдан проявляли гораздо больший интерес к интеграции африканских ритмов и мелодий, отказавшись от имитации европейских музыкальных стилей. "Долой лиру, да здравствует бонго!" (*¡Abajo la lira, arriba el bongó!*) – этот лозунг стал популярен для их музыкального направления. Карпентье и Рольдан совместно создали множество произведений, включая оркестровую пьесу 1925 года *Obertura sobre temas cubanos* (Овертюра на кубинские темы), которая вызвала скандал из-за своего отхода от общепринятой европейской симфонической формы в пользу музыки, вдохновлённой афрокубинскими мотивами. Интерес Карпентье к музыке оказал значительное влияние на его прозаическое творчество. Наварро полагает, что читатели произведений Карпентье скорее слушают, чем читают. Лирическое использование разговорных диалектов, литературных ритмов, таких как аллитерация и ассонанс, а также тема музыки в повествовании (звуки барабанов, шагов и т. п.) – вот лишь несколько примеров влияния музыки на творчество Карпентье. Для Карпентье анализ кубинской идентичности был неразрывно связан с анализом кубинской музыки. Поэтому, чтобы глубже понять кубинскую идентичность в своём творчестве, Карпентье активно интегрировал музыку в свои произведения.

As a young child Carpentier was exposed to a great deal of music. Carpentier himself played the piano, as did his mother; his father played cello, studying under Pablo Casals, and his grandmother played the organ. Carpentier studied music theory at the Lycée Janson de Sailly when he lived in Paris for the first time. Carpentier's own compositions made him an important part of the contemporary Cuban musical landscape, but he also studied the origins and political nuances of Cuban music. His devotion to the adaptations of European artistic styles into Latin American music styles can also be seen in his admiration for Afro Cuban musical themes. Early in his career Carpentier collaborated with other young musicians eager to explore Cuban musical roots. One such collaborator was Amadeo Roldán, a French musician of Cuban background. They helped to organize the Cuban premiere of popular orchestral music of the era Conciertos de música nueva (Concerts of New Music), featuring composers such as Stravinsky, Milhaud, Ravel, Malipiero, Poulenc and Satie. In regards to their own music, Carpentier and Roldán were far more interested in integrating African rhythms and melodies into their works and abandoned imitation of European musical styles. "¡Abajo la lira, arriba el bongó!" (Down with the lyre, up with the bongo!) was the popular slogan for their style of music. Carpentier and Roldán collaborated on numerous works, including the 1925 orchestral piece Obertura sobre temas cubanos (Overture on Cuban Themes) which was regarded as scandalous for its betrayal of what was seen as the proper European style symphony in favor of Afro Cuban inspired music. Carpentier's interest in music had great influence on his prose writing. Navarro suggests that readers of Carpentier's works are more listeners than they are readers. Lyrical use of colloquial dialects, literary rhythms such as alliteration and assonance and the theme of music within the world of the narrative (drums, footsteps, etc.) are a few examples of music's influence over Carpentier's work. For Carpentier, analysis of Cuban identity was grounded in the analysis of Cuban music. As such, for Carpentier to better understand Cuban identity through his work, he eagerly integrated music into his writing.

Этномузикология и афрокубанизм

С этой внутренней оценкой музыки и увлечением кубинской идентичностью Карпентье начал исследовать происхождение кубинской музыки в более академическом ключе. В 1946 году Карпентье опубликовал этномузыкологическое исследование La Música en Cuba, в котором исследуется, как европейская музыка, перенесенная африканская музыка и исконная музыка острова смешивались, чтобы создать кубинскую музыку. Карпентье проявлял особый интерес к афрокубинским темам. Особенно его восхищало огромное влияние африканской музыки на кубинскую, и он представил музыку под влиянием афрокубинской традиции, названную lo afrocubano (то есть музыку, основанную на сильной импровизации и ритме), в музыкальные заведения, которые считались более формальными и ориентировались на европейские стили, известные как lo guajiro. Карпентье однажды написал, что lo guajiro было «очень поэтичным, но не музыкой». С другой стороны, в музыке метисов и чернокожих кубинцев богатый материал обладает невероятным богатством, чтобы стать выражением национальной идентичности. Из-за расовой напряженности между белыми кубинцами и чернокожими и криольскими кубинцами такие предпочтения не были хорошо восприняты кубинской элитой середины века. Карпентье посвятил большую часть своих музыковедческих исследований афрокубинским влияниям, присутствующим на Кубе. Например, он уделял особое внимание Contradanza – чрезвычайно популярному кубинскому танцу, происходящему от европейского стиля музыки и танца Contredanse. Широкие возможности для музыкальной импровизации и элемент группового танца легко прижились в африканской музыкальной традиции, где импровизация и танец играют важную роль. Таким образом, была создана уникальная для Кубы гибридная музыкальная форма. Карпентье утверждал, что импровизация, присущая музыке под влиянием Африки, допускает различные интерпретации, которые стимулируют региональные различия и, следовательно, региональную идентичность, и пришел к выводу, что именно поэтому Куба обладает столь разнообразной музыкальной идентичностью.

El reino de este mundo (Царство этого мира)

Карпентье в своей книге "El reino de este mundo" (1949) акцентирует внимание на Гаитянской революции XVIII века, когда африканские рабы боролись с французскими колонистами за свою свободу и основные права человека. Роман сочетает в себе не только исторические сведения о событии с элементами африканской веры и ритуалов, наиболее заметно – гаитянского вуду, но и связь между физическим и духовным началом. История рассказывается от лица главного героя Ти Ноэля, чернокожего раба. Как белый европейский писатель, писавший о Гаитянской революции, Карпентье, по мнению некоторых, выбрал точку зрения Ти Ноэля, чтобы избежать обвинений в расовых стереотипах. В романе Карпентье использует символическую архитектуру, представляя диктатуру колониального режима посредством таких сооружений, как дворец Сан-Суси и крепость Ла-Ферриер.

La música en Cuba (Музыка Кубы)

La música en Cuba (Музыка Кубы) - этномузыкологическое исследование музыки Кубы, начиная с шестнадцатого века с прибытием европейских исследователей, до настоящего времени, середины двадцатого века. Смешение разных культур - черных, белых, мулатов, креолов и коренных жителей - отражает смешение двух основных музыкальных стилей Кубы, христианской европейской музыки и элементарной ударной и ритмической музыки перевезенных африканцев и коренных народов острова. Книга включает общую историю музыки в колонизированной Латинской Америке, но в основном фокусируется на кубинских стилях музыки и танца, влиятельных кубинских музыкантов и кубинской музыкальной идентичности. Карпентье посвящает большую часть своих исследований изучению влияния африканских потомков на кубинскую музыку. У него есть целая глава под названием "Los Negros" ("Чернокожие"), в которой исследуются многие существенные способы, которыми африканская музыка повлияла на всю латиноамериканскую музыку. По словам Карпентье, африканское влияние на кубинскую музыку было намеренно скрыто колониальными предрассудками Кубы в 18 и 19 веках. Во время публикации книги многие белые кубинцы не хотели даже признавать смешение культур, не говоря уже о том, чтобы исследовать это. Карпентье, однако, был стремится сделать это и, делая смелые заявления о прошлом Кубы и интегральных отношений с широким спектром культур, он сумел вернуть Кубе глубокую академическую перспективу своей собственной культурной идентичности через свою музыку.

Война времени

Guerra del tiempo (Война времени) – это сборник сюрреалистических рассказов, выполненных в разнообразных стилях, демонстрирующий мастерство Карпентье в работе с фантастикой и сюрреализмом. Наиболее значимым является первый рассказ, "El Camino de Santiago" (Дорога Сантьяго), повествующий о приключениях обычного человека, испанца эпохи Великих географических открытий, который то солдат, то паломник, затем моряк, колонизатор, пленник и так далее; он гонится за каждой мечтой и испытывает каждое разочарование. Второй рассказ называется "Viaje a la semilla" (Путешествие к семени). Этот рассказ примечателен использованием инверсии времени рассказчиком для повествования о жизни главного героя, Дона Марциала (Маркиза де Капельяс).

Эль Акос (Погоня)

Карпентье "Эль Акосо" был первоначально опубликован на испанском языке в 1956 году. Книга была переведена Альфредом МакАдамом на американский английский как "Погоня" и опубликована издательством Farrar, Straus and Giroux в 1989 году, после более чем трех десятилетий запрета в Соединенных Штатах из-за связей Карпентье с Кубой Фиделя Кастро (в то время Карпентье был послом Кубы во Франции). Роман считается одним из самых влиятельных произведений современной латиноамериканской литературы, на него ссылаются такие авторы, как Габриэль Гарсиа Маркес, Марио Варгас Льоса, Хосе Донозо и другие, признавая его ключевым влиянием на течение, известное в Северной Америке как латиноамериканский магический реализм. Однако эта идентификация несколько обманчива (см. раздел выше о теории Карпентье о Lo real maravilloso), поскольку в своей концепции lo real maravilloso Карпентье подчеркивает реальные события, настолько фантастические, что кажутся магическими, в то время как магические реалисты использовали сюрреалистические приемы и изобретали полностью вымышленные события, лишь отдаленно связанные с историей или реальностью. Что касается "Эль Акосо", то это чрезвычайно сжатый, насыщенный атмосферой, философский, стилистически блестящий и нелинейный роман, где сюжет рассматривается почти как несущественный побочный эффект. Несмотря на небольшой объем (121 страница в английском переводе), роман обладает определенной лабиринтностью, поскольку его фрагментированное повествование циклично и возвращается к самому себе. Повествование, по сути, о преследовании человека какими-то смутно очерченными, вероятно, враждебными, возможно, государственными силами. Действие начинается дождливой ночью на симфоническом концерте, и музыка играет важную роль в разгадке происходящего. Джеймс Панкрацио пишет: "Исповедь иронична, поскольку она так и не происходит; когда священник приходит для совершения последнего обряда, Колумб, тщательно обдумав свою жизнь, решает, что ему нечего исповедовать. В этом смысле структурой исповеди является не раскаяние, а осознание вины".

Барокко

Стиль барокко восходит к культурному периоду XVII и начала XVIII веков. Чаще всего его определяют как «доминирующий стиль искусства в Европе между эпохами маньеризма и рококо, стиль, характеризующийся динамичным движением, откровенной эмоциональностью и уверенной риторикой». Карпентье впервые увлекся этим стилем в архитектуре и скульптуре; однако позже он описывает *эль-барроко* как *un espíritu*, а не *un estilo histórico* («дух, а не исторический стиль»). Уэйкфилд утверждает, что такое отношение Карпентье к барокко сформировалось благодаря его опыту как в Европе, так и в Латинской Америке, что позволило ему занять позицию превосходства перед лицом постколониализма и в конечном итоге добиться литературного преимущества, используя европейский стиль для повествования латиноамериканской истории. Карпентье развил свое видение барокко в ранних работах, прежде чем сам стал называть себя писателем-барокко. Он экспериментировал с этой техникой на нескольких этапах: «сначала как культурный стиль, вызывающий эстетическое восхищение, затем как литературный прием для создания атмосферы эпохи и, наконец, как оружие постколониальной гордости, вызова и стремления к превосходству». Этот стиль особенно заметен при сравнении таких произведений, как ранняя *Ecue Yamba O* и знаменитое *El reino de este mundo*, в отношении использования Карпентье более исторически изысканного словарного запаса в последней, вместо подлинного языка персонажей, вдохновленных этническими мотивами. Здесь он избегает стереотипа «нативизма», включая европейские стандарты, но при этом сохраняет ощущение естественности, не прибегая к ожидаемому использованию разговорной лексики, которую, несомненно, использовал бы главный герой Ти Ноэль. Кауп утверждает, что Карпентье использует то, что известно как «Барокко Нового Света», поскольку Латинская Америка не испытала влияния Просвещения или «европейского модернизма». Эта *контраконкиста* (контрзавоевание) позволяет авторам Нового Света экспериментировать с новыми идентичностями и способами их выражения. В связи с этим Карпентье в своем эссе 1975 года отметил, что «американский барокко развивался вместе с культурой *криолло*: с осознанием того, что ты Другой, что ты новый, что ты симбиотичен, что ты *криолло*; и дух *криолло* сам по себе является духом барокко». Этот *криолло* барокко Нового Света часто рассматривается как доминирующий стиль европейской литературы, возникающий в Латинской Америке как подчиненная литературная конструкция.

The Baroque style dates back to the cultural period of the 17th and early 18th centuries. It is most often defined as "the dominant style of art in Europe between the Mannerist and Rococo eras, a style characterized by dynamic movement, overt emotion and self confident rhetoric". Carpentier first became fascinated with this style in architecture and sculpture; however, he later describes el barroco as un espíritu, and not un estilo histórico ("a spirit, not an historical style"). Wakefield insists that this attitude towards the Baroque stemmed from Carpentier's background in both Europe and Latin America which allowed him to take on a superior front in the face of post colonialism and ultimately have the literary upper hand where he could use European style to tell the Latin American story. Carpentier developed his vision of the baroque in his early works before he described himself as a baroque writer. He experimented with the technique in several developmental stages: "first as a cultural style of aesthetic fascination, later as a literary device to create period ambiance, and finally as a weapon of postcolonial pride, defiance and one upmanship". This style strongly presents itself when comparing works such as the early Ecue Yamba O to the celebrated El reino de este mundo, regarding Carpentier's use of more historically eloquent vocabulary in the latter, instead of the authentic language of the ethnically inspired characters. Here he escapes the stereotype of "nativism" by incorporating European standards, but continues to achieve a sense of normalcy without the expected use of the colloquialisms which the protagonist Ti Noel would undoubtedly use. Kaup claims that Carpentier utilizes what is known as the "New World Baroque", since Latin America didn't come into contact with the Enlightenment or "European modernity". This contraconquista (counter conquest) allows the New World authors to experiment with new identities and the manners of expressing them. As such, Carpentier observed in his 1975 essay that "American Baroque develop[ed] along with criollo culture : the awareness of being Other, of being new, of being symbiotic, of being a criollo; and the criollo spirit is itself a Baroque spirit." This criollo of the New World Baroque is often seen as the dominant style of European literature emerging as a subordinate literary construction in Latin America.

Влияние путешествий

Уэйкфилд отмечает, что многочисленные путешествия Карпентье были обусловлены его стремлением включать увиденное в реалистичные описания в своих романах. Его роман El reino de este mundo был вдохновлен поездкой на Гаити в 1943 году, а Los pasos perdidos – визитом в Венесуэлу в 1949 году. Аналогичным образом, путешествия в Гваделупу и в залив Санта-Фе послужили источником вдохновения для El siglo de las luces, а непосредственные описания Баку и Мексики, данные Верой и Энрике в La consegración de la primavera, основаны на поездках Карпентье в эти места.

Сюрреализм

Во время своего визита во Францию в юности Карпентье познакомился и сотрудничал со многими представителями французского сюрреалистического движения. Увлеченный сюрреалистической теорией, он многое почерпнул из нее от своих современников, особенно от своего друга и коллеги, парижского журналиста Роберта Десноса. Сюрреалистическая теория, стремясь изобразить маловероятную красоту, именуемую "третьей красотой", принимала уникальные взгляды на мир. В ее рамках существовало понятие примитивизма, или уважения к устоявшимся фольклорным традициям. Вдохновленный французскими сюрреалистами, Карпентье научился по-новому видеть свою Кубу. Он покинул Францию, переполненный чувством кубинской и латиноамериканской гордости и художественным стремлением передать, что значит быть одновременно и тем, и другим.