Системный риск: угроза краха финансовой системы.

Введение

Риск краха всей финансовой системы или всего рынка

В финансах системный риск — это риск краха всей финансовой системы или всего рынка, в отличие от риска, связанного с каким-либо отдельным участником, группой или компонентом системы, который можно локализовать без нанесения ущерба всей системе. Он относится к рискам, возникающим из-за взаимосвязей и взаимозависимостей в системе или на рынке, когда отказ одного участника или группы участников может вызвать цепную реакцию, способную обанкротить или обрушить всю систему или рынок. Его иногда ошибочно называют "систематическим риском".

Пояснение

Системный риск связывают с банковской паникой, которая оказывает каскадное воздействие на другие банки, имеющие задолженность перед первым банком, попавшим в затруднение, вызывая цепную реакцию банкротств. Когда вкладчики ощущают волновой эффект дефолта, а проблемы с ликвидностью распространяются по денежным рынкам, на рынке может возникнуть паника, сопровождающаяся внезапным стремлением к активам высокого качества, что приводит к обилию продавцов и нехватке покупателей неликвидных активов. Эти взаимосвязи и потенциальное «скопление» банковских паник – вопросы, которые рассматривают разработчики политики при решении задачи защиты системы от системного риска. Правительства и органы надзора за рынком (такие как Комиссия по ценным бумагам и биржам США (SEC) и центральные банки) часто внедряют политику и правила, обосновывая это необходимостью защиты интересов рынка в целом, утверждая, что участники финансовых рынков связаны сетью взаимозависимостей. Проще говоря, это означает, что некоторые компании считаются слишком крупными и слишком взаимосвязанными, чтобы их можно было допустить до краха. Разработчики политики часто заявляют, что их больше беспокоит защита устойчивости системы, чем судьба какого-либо отдельного участника. Литература по управлению рисками предлагает альтернативный взгляд на концепции из экономики и финансов, различая природу системного сбоя, его причины и последствия, а также вероятность его возникновения. В ней используется подход, основанный на «операционном поведении», для определения системного риска сбоя как: «Мера общей вероятности в текущий момент времени перехода системы в операционное состояние системного сбоя к определенному моменту в будущем, когда предложение финансовых услуг перестает соответствовать спросу в соответствии с нормативными критериями, с учетом степени неопределенности относительно будущего поведения системы в отсутствие новых мер по смягчению последствий». Это определение позволяет применять его на практике для снижения рисков, что было продемонстрировано в недавних исследованиях, имитирующих крах исландской финансовой системы примерно в 2008 году. Системный риск не следует путать с рыночным или ценовым риском, поскольку последний относится конкретно к предмету купли-продажи, а последствия рыночного риска локализованы для организаций, работающих с этим конкретным предметом. Этот вид риска можно снизить путем хеджирования инвестиций посредством заключения зеркальной сделки. Страхование от «системных рисков» часто легко получить, поскольку страховщик может оставить себе премии, выплатить дивиденды акционерам, начать процедуру банкротства в случае катастрофического события и воспользоваться ограниченной ответственностью. Однако такое страхование неэффективно для застрахованного лица. Одним из аргументов, использованных финансовыми институтами для получения особых преимуществ при банкротстве по деривативным контрактам, было утверждение о критической важности и хрупкости рынка. Системный риск также можно определить как вероятность и степень негативных последствий для более широкого сообщества. В контексте федерального финансового регулирования системный риск финансового учреждения – это вероятность и степень того, что деятельность учреждения негативно повлияет на экономику в целом, что потребует необычного и крайнего федерального вмешательства для смягчения последствий. В 2010 году было предложено общее определение системного риска, которое не ограничивается его математическими подходами, моделями или фокусировкой на одном учреждении, а также является первым операционализированным определением системного риска, охватывающим системный характер финансовых, политических, экологических и многих других рисков. Центр системного риска при Лондонской школе экономики занимается изучением системного риска. В нем утверждается, что системный риск является формой эндогенного риска, что затрудняет его эмпирическое измерение.

Systemic risk has been associated with a bank run which has a cascading effect on other banks which are owed money by the first bank in trouble, causing a cascading failure. As depositors sense the ripple effects of default, and liquidity concerns cascade through money markets, a panic can spread through a market, with a sudden flight to quality, creating many sellers but few buyers for illiquid assets. These interlinkages and the potential "clustering" of bank runs are the issues which policy makers consider when addressing the issue of protecting a system against systemic risk. Governments and market monitoring institutions (such as the U. S. Securities and Exchange Commission (SEC), and central banks) often try to put policies and rules in place with the justification of safeguarding the interests of the market as a whole, claiming that the trading participants in financial markets are entangled in a web of dependencies arising from their interlinkage. In simple English, this means that some companies are viewed as too big and too interconnected to fail. Policy makers frequently claim that they are concerned about protecting the resiliency of the system, rather than any one individual in that system. The risk management literature offers an alternative perspective to notions from economics and finance by distinguishing between the nature of systemic failure, its causes and effects, and the risk of its occurrence. It takes an "operational behaviour" approach to defining systemic risk of failure as: "A measure of the overall probability at a current time of the system entering an operational state of systemic failure by a specified time in the future, in which the supply of financial services no longer satisfies demand according to regulatory criteria, qualified by a measure of uncertainty about the system's future behaviour, in the absence of new mitigation efforts." This definition lends itself to practical risk mitigation applications, as demonstrated in recent research by a simulation of the collapse of the Icelandic financial system in circa 2008. Systemic risk should not be confused with market or price risk as the latter is specific to the item being bought or sold and the effects of market risk are isolated to the entities dealing in that specific item. This kind of risk can be mitigated by hedging an investment by entering into a mirror trade. Insurance is often easy to obtain against "systemic risks" because a party issuing that insurance can pocket the premiums, issue dividends to shareholders, enter insolvency proceedings if a catastrophic event ever takes place, and hide behind limited liability. Such insurance, however, is not effective for the insured entity. One argument that was used by financial institutions to obtain special advantages in bankruptcy for derivative contracts was a claim that the market is both critical and fragile. Systemic risk can also be defined as the likelihood and degree of negative consequences to the larger body. With respect to federal financial regulation, the systemic risk of a financial institution is the likelihood and the degree that the institution's activities will negatively affect the larger economy such that unusual and extreme federal intervention would be required to ameliorate the effects. A general definition of systemic risk which is not limited by its mathematical approaches, model assumptions or focus on one institution, and which is also the first operationalizable definition of systemic risk encompassing the systemic character of financial, political, environmental, and many other risks, was put forth in 2010. The Systemic Risk Centre at the London School of Economics is focused on the study of systemic risk. It finds that systemic risk is a form of endogenous risk, hence frustrating empirical measurements of systemic risk.

TBTF/TCTF

Согласно Американской ассоциации страховщиков имущественных и личных рисков, для измерения системного риска существуют две ключевые оценки: тест "слишком велик, чтобы обанкротиться" (TBTF) и тест "слишком (взаимо)связан, чтобы обанкротиться" (TCTF или TICTF). Во-первых, тест TBTF – это традиционный анализ для оценки риска необходимости государственного вмешательства. TBTF можно измерить, оценивая размер организации по отношению к национальному и международному рынку, концентрацию доли рынка и конкурентные барьеры для входа или легкость замены продукта. Во-вторых, тест TCTF измеряет вероятность и масштаб негативного влияния на экономику в среднесрочной перспективе в случае неспособности организации продолжать свою деятельность. Оценка влияния выходит за рамки продуктов и деятельности организации и включает экономический мультипликатор всей сопутствующей коммерческой деятельности, напрямую зависящей от данной организации. Масштаб влияния также зависит от степени взаимосвязи деятельности организации с другими системными рисками.

Слишком большой, чтобы потерпеть неудачу.

Традиционный анализ для оценки риска необходимости государственного вмешательства – это тест "слишком велик, чтобы обанкротиться" (TBTF). TBTF можно оценить по размеру организации относительно национального и международного рынков, концентрации доли рынка (например, с использованием индекса Херфиндаля-Хиршмана) и конкурентным барьерам для входа или легкости замены продукта. Хотя крупные компании присутствуют в большинстве сегментов финансового рынка, национальный страховой рынок распределен между тысячами компаний, а барьеры для входа в бизнес, где капитал является основным ресурсом, относительно невелики. Страховые полисы одного страховщика имущества могут быть относительно легко заменены полисами другого страховщика или приняты поставщиком остаточного рынка штата, при этом ограничения на гибкость андеррайтинга в основном связаны с регуляторными препятствиями на уровне штатов, такими как ограничения на ценообразование и мобильность капитала. Во время недавнего финансового кризиса крах American International Group (AIG) представлял значительный системный риск для финансовой системы. На рынке США, вероятно, нет или крайне мало страховщиков, которые можно отнести к TBTF.

Слишком близко, чтобы потерпеть неудачу.

Более полезной мерой системного риска, чем традиционный тест TBTF, является оценка "слишком взаимосвязан для того, чтобы обанкротиться" (TCTF). Интуитивный анализ TCTF лежал в основе большинства недавних федеральных решений о предоставлении чрезвычайной финансовой помощи. TCTF – это оценка вероятности и масштаба негативного влияния в среднесрочной перспективе на экономику в целом в случае неспособности организации продолжать свою деятельность. Сетевые модели были предложены как метод количественной оценки влияния взаимосвязанности на системный риск. Влияние измеряется не только по продуктам и деятельности организации, но и экономическим мультипликатором всей другой коммерческой деятельности, непосредственно зависящей от данной организации. Оно также зависит от степени корреляции деятельности организации с другими системными рисками.

Критика измерений системного риска

Критика измерений системного риска: Danielsson et al. выражают обеспокоенность относительно показателей системного риска, таких как SRISK и CoVaR, поскольку они основаны на рыночных результатах, возникающих несколько раз в год, из-за чего рассчитанная вероятность системного риска не соответствует реальной вероятности системного риска в финансовой системе. Систематические финансовые кризисы происходят в среднем раз в 43 года для типичной страны ОЭСР, и показатели системного риска должны быть откалиброваны с учетом этой вероятности.

СРИЗК

Финансовое учреждение представляет собой системный риск, если оно становится недостаточно капитализированным в условиях, когда финансовая система в целом недостаточно капитализирована. В модели с одним фактором риска Браунлис и Энгл разработали показатель системного риска, названный SRISK. SRISK можно интерпретировать как объем капитала, который необходимо вложить в финансовую организацию для восстановления определенного уровня минимальной достаточности капитала. SRISK обладает рядом полезных свойств: он выражен в денежном эквиваленте и, следовательно, легко интерпретируется. SRISK можно легко агрегировать по организациям для получения отраслевых и даже страновых агрегатов. Наконец, при вычислении SRISK используются переменные, которые сами по себе могут рассматриваться как показатели риска. К ним относятся размер финансовой организации, ее финансовый рычаг (отношение активов к рыночной капитализации) и показатель того, как доходность организации меняется вместе с рынком (некая форма условной бета, зависящей от времени, но с акцентом на хвост распределения). В то время как первоначальная модель Браунлиса и Энгла была разработана для рынка США, расширение, предложенное Энглом, Жондо и Рокингером, лучше подходит для европейских рынков. Один фактор отражает общемировые колебания финансовых рынков, другой – колебания европейских рынков. Это расширение позволяет учитывать фактор, специфичный для каждой страны. Учитывая различные факторы, можно понять, что шоки на рынках США или Азии могут повлиять на Европу, но и плохие новости в Европе (например, информация о возможном дефолте одной из стран) имеют значение для Европы. Кроме того, могут существовать новости, касающиеся конкретной страны, которые не влияют на Европу или США, но важны для данной страны. Эмпирически последний фактор менее значим, чем общемировой или европейский фактор. Поскольку SRISK измеряется в валютном выражении, отраслевые агрегаты также могут быть сопоставлены с валовым внутренним продуктом. Таким образом, получается показатель внутренних системно значимых банков. Индикатор системного риска SRISK автоматически рассчитывается еженедельно и предоставляется в открытый доступ. Для модели США SRISK и другие статистические данные можно найти на сайте Volatility Lab Школы бизнеса NYU Stern, а для европейской модели – на сайте Центра управления рисками (CRML) HEC Lausanne.

A financial institution represents a systemic risk if it becomes undercapitalized when the financial system as a whole is undercapitalized. In a single risk factor model, Brownlees and Engle build a systemic risk measure named SRISK. SRISK can be interpreted as the amount of capital that needs to be injected into a financial firm as to restore a certain form of minimal capital requirement. SRISK has several nice properties: SRISK is expressed in monetary terms and is, therefore, easy to interpret. SRISK can be easily aggregated across firms to provide industry and even country specific aggregates. Last, the computation of SRISK involves variables which may be viewed on their own as risk measures. These are the size of the financial firm, the leverage (ratio of assets to market capitalization), and a measure of how the return of the firm evolves with the market (some sort of time varying conditional beta but with emphasis on the tail of the distribution). Whereas the initial Brownlees and Engle model is tailored to the US market, the extension by Engle, Jondeau, and Rockinger is more suitable for the European markets. One factor captures worldwide variations of financial markets, another one the variations of European markets. This extension allows for a country specific factor. By accounting for different factors, one captures the notion that shocks to the US or Asian markets may affect Europe, but also that bad news within Europe (such as the news about a potential default of one of the countries) matters for Europe. Also, there may be country specific news that does not affect Europe or the US, but matters for a given country. Empirically the last factor is less relevant than the worldwide or European factor. Since SRISK is measured in terms of currency, the industry aggregates may also be related to Gross Domestic Product. As such one obtains a measure of domestic, systemically important banks. The SRISK Systemic Risk Indicator is computed automatically on a weekly basis and made available to the community. For the US model, SRISK and other statistics may be found under the Volatility Lab of NYU Stern School website and for the European model under the Center of Risk Management (CRML) website of HEC Lausanne.

Парные/виноградарные соединения

Виноградная копула может быть использована для моделирования системного риска в портфеле финансовых активов. Один из методов заключается в применении Clayton Canonical Vine Copula для моделирования пар активов в рамках структуры виноградной лозы. Поскольку используется копула Клейтона, чем выше степень асимметричной (то есть, зависимости левого хвоста), тем больше параметр копулы Клейтона. Следовательно, можно суммировать все параметры Clayton Copula, и чем выше сумма этих параметров, тем выше надвигающаяся вероятность системного риска. Данный метод позволил выявлять резкие скачки на рынках акций США за последние четыре десятилетия, включая нефтяной и энергетический кризисы 1970-х годов, «Черный понедельник» и войну в Персидском заливе в 1980-х годах, российский дефолт и кризис LTCM в 1990-х годах, а также технологический пузырь и дефолт Lehman в 2000-х годах. Манцо и Пикка представили t Student Distress Insurance Premium (tDIP) – метод, основанный на копулах, который измеряет системный риск как ожидаемые убытки по кредитному портфелю организаций, для количественной оценки суверенного и финансового системного риска в Европе.

Недостаточность классических моделей оценки

Одна из проблем при оценке деривативов, долговых обязательств или собственного капитала в условиях системного риска заключается в необходимости моделирования финансовой взаимосвязанности. Особую проблему представляют замкнутые цепочки оценки, как, например, в случае четырех компаний A, B, C и D:

Компания B может владеть акциями компании A, компания C – долгом компании B, компания D – деривативом, выпущенным компанией C, а компания A – долгом компании D.

Например, цена акций компании A может влиять на стоимость всех остальных активов, включая ее собственную стоимость.

Модель Мертона (1974)

Ситуации, подобные описанной ранее, которые встречаются на развитых финансовых рынках, не могут быть смоделированы в рамках модели Мертона для одной фирмы, равно как и ее прямыми расширениями на несколько фирм с потенциально коррелированными активами. Значения при наступлении срока погашения определяются как

Этот пример демонстрирует, что системный риск в форме финансовой взаимосвязанности уже может приводить к нетривиальной, нелинейной системе уравнений для значений активов, даже если вовлечены всего две фирмы.

Переоценка и недооценка вероятности дефолта

Известно, что моделирование кредитного риска с игнорированием перекрестного владения долгом или акциями может приводить как к занижению, так и к завышению вероятностей дефолта. Поэтому потребность в адекватных структурных моделях финансовой взаимосвязанности в количественном управлении рисками – будь то в исследованиях или на практике – очевидна.

Структурные модели в рамках финансовой взаимосвязанности

Первыми авторами, рассмотревшими структурные модели финансовых систем, в которых каждая фирма могла владеть долгами других фирм, были Эйзенберг и Ноэ в 2001 году. Suzuki (2002) расширил анализ взаимосвязанности, моделируя перекрестное владение как долговыми, так и долевыми обязательствами. Основываясь на Eisenberg и Noe (2001), Cifuentes, Ferrucci и Shin (2005) рассмотрели влияние издержек дефолта на стабильность сети. Эльзингер далее развил модель Эйзенберга и Ноэ (2001), включив финансовые требования различного приоритета. Acemoglu, Ozdaglar и Tahbaz Salehi (2015) разработали структурную модель системного риска, включающую как издержки при возникновении проблем, так и долговые требования с разным приоритетом, и использовали эту модель для изучения влияния взаимосвязанности сетей на финансовую стабильность. Они показали, что до определенного момента взаимосвязанность повышает финансовую стабильность. Однако, как только критический пороговый уровень связанности превышен, дальнейшее увеличение плотности финансовой сети приводит к распространению риска. Glasserman и Young (2015) применили модель Эйзенберга и Ноэ (2001) для моделирования эффекта шоков в банковских сетях. Они разработали общие границы для влияния сетевой связанности на вероятности дефолта. В отличие от большей части литературы по структурному системному риску, их результаты достаточно общие и не требуют предположения о конкретной архитектуре сети или конкретных распределениях шоков.

Регулирование

Одна из основных причин регулирования рынка – снижение системного риска. Поскольку банки сами не могли выдавать кредиты, когда риск (и, соответственно, потенциальная доходность) был высок, такие сделки преимущественно перешли к страховому сектору. Таким образом, системный риск переместился из одного сектора в другой, что доказывает, что регулирование только одной отрасли не может служить единственной защитой от системных рисков.

Риски проекта

В области управления проектами и инженерии затрат системные риски включают риски, которые не являются уникальными для конкретного проекта и не поддаются непосредственному управлению проектной командой в данный момент времени. Они обусловлены микро- или внутренними факторами, то есть неопределенностью, возникающей из-за характеристик проектной системы или культуры. Некоторые используют термин "внутренний риск". Эти системные риски в руководстве PMI PMBOK(R) Guide называются индивидуальными рисками проекта. Эти риски могут быть вызваны особенностями проектной системы компании (например, финансированием проектов до определения объема работ), ее возможностями или культурой. Они также могут быть связаны с уровнем технологий, используемых в проекте, или со сложностью объема работ или стратегии реализации. Недавним примером системного риска является крах Lehman Brothers в 2008 году, который вызвал серьезные потрясения во всей финансовой системе и экономике. В отличие от них, риски, уникальные для конкретного проекта, называются общими рисками проекта, или систематическими рисками в финансовой терминологии. Это риски, специфичные для проекта, которые иногда называют вероятностными рисками или событиями риска. Эти систематические риски обусловлены неопределенностью, связанной с макро- или внешними факторами внешней среды. "Великая рецессия" конца 2000-х годов является примером систематического риска.

Обсуждение

Системный риск оценивает вероятность и степень негативных последствий для всей системы. Термин "системный риск" часто используется в недавних обсуждениях, связанных с экономическим кризисом, таких как кризис, вызванный ипотечными кредитами с низким рейтингом (subprime). Системный риск финансового учреждения – это вероятность и степень, в которой деятельность этого учреждения может негативно повлиять на экономику в целом, требуя необычного и масштабного вмешательства государства для смягчения последствий. Крах финансовых компаний в 2008 году вызвал системный риск для экономики в целом. Председатель Барни Франк выразил обеспокоенность уязвимостью высокозакредитованных финансовых систем к системному риску, и правительство США обсуждало пути решения проблемы реформирования регулирования финансовых услуг и управления системным риском. Серия эмпирических исследований, опубликованных в 1990-х и 2000-х годах, показала, что дерегулирование и усиление конкуренции снижают прибыльность банков и стимулируют принятие на себя чрезмерных кредитных рисков ради увеличения прибыли. С другой стороны, аналогичный эффект наблюдался в условиях банковской олигополии, когда банковский сектор доминировал ограниченный круг участников рынка, которые, благодаря своей доле рынка и контрактной силе, могли устанавливать более высокие средние процентные ставки по кредитам. Иногда вводилось избыточное количество участников рынка путем продажи активов ниже рыночной стоимости, что приводило к ценовой войне и волне массовых банкротств банков, впоследствии вырождавшейся в создание рыночного картеля: эти два этапа рассматривались как проявление единого интереса к сговору по заниженным ценам (а затем и по завышенным), что стало возможным из-за отсутствия регулирования, направленного на предотвращение обоих явлений. Банки – это организации, наиболее подверженные риску переоценки из-за значительных объемов финансовых инструментов, классифицированных как 2-й или 3-й уровень иерархии справедливой стоимости. В Европе на конец 2020 года банки, находящиеся под непосредственным надзором Европейского центрального банка (ЕЦБ), держали финансовые инструменты, оцененные по справедливой стоимости, на сумму 8,7 трлн евро, из которых 6,6 трлн евро были классифицированы как 2-й или 3-й уровень. Инструменты 2-го и 3-го уровней соответственно составляли 495% и 23% капитала высшего качества банков (так называемый капитал Tier 1). Следовательно, даже незначительные ошибки в оценке таких финансовых инструментов могут оказать существенное влияние на капитал банков. В феврале 2020 года Европейский совет по системным рискам в своем докладе предупредил, что значительные объемы финансовых инструментов со сложными характеристиками и ограниченной ликвидностью, числящиеся на балансах банков, являются источником риска для стабильности мировой финансовой системы. В Европе на конец 2020 года банки, находящиеся под непосредственным надзором Европейского центрального банка (ЕЦБ), держали финансовые инструменты, подлежащие учету по справедливой стоимости, на сумму 8,7 трлн евро. Из них 6,6 трлн евро были классифицированы как 2-й или 3-й уровень в так называемой иерархии справедливой стоимости, что означает, что они потенциально подвержены риску переоценки, то есть неопределенности относительно их реальной рыночной стоимости. Инструменты 2-го и 3-го уровней соответственно составляли 495% и 23% капитала высшего качества банков (так называемый капитал Tier 1). Следовательно, даже незначительные ошибки в оценке таких финансовых инструментов могут оказать существенное влияние на капитал банков.

Systemic risk evaluates the likelihood and degree of negative consequences to the larger body. The term "systemic risk" is frequently used in recent discussions related to the economic crisis, such as the Subprime mortgage crisis. The systemic risk of a financial institution is the likelihood and the degree that the institution's activities will negatively affect the larger economy such that unusual and extreme federal intervention would be required to ameliorate the effects. The failing of financial firms in 2008 caused systemic risk to the larger economy. Chairman Barney Frank has expressed concerns regarding the vulnerability of highly leveraged financial systems to systemic risk and the US government has debated how to address financial services regulatory reform and systemic risk. A series of empirical studies published between the 1990s and 2000s showed that deregulation and increasingly fierce competition lowers bank's profit margin and encourages the moral hazard to take excessive credit risks to increase profits. On the other hand, the same effect was measured in presence of a banking oligopoly in which banking sector was dominated by a restricted number of market operators encouraged by their market share and contractual power to set higher loan mean rates. An excessive number of market operators was sometimes deliberately introduced with a below market value selling to cause a price war and a wave of bank massive failures, subsequently degenerating in the creation a market cartel: those two phases had been seen as expressions of the same interest to collude at generally lower prices (and then higher), resulting possible because of a lack of regulation ordered to prevent both of them. Banks are the entities most likely to be exposed to valuation risk as a result of their massive holdings of financial instruments classified as Level 2 or 3 of the fair value hierarchy. In Europe, at the end of 2020 the banks under the direct supervision of the European Central Bank (ECB) held fair valued financial instruments in an amount of €8.7 trillion, of which €6.6 trillion classified as Level 2 or 3. Level 2 and Level 3 instruments respectively amounted to 495% and 23% of the banks' highest quality capital (so called Tier 1 Capital). As an implication, even small errors in such financial instruments' valuations may have significant impacts on banks' capital. In February 2020 the European Systemic Risk Board warned in a report that substantial amounts of financial instruments with complex features and limited liquidity that sit in banks' balance sheets are a source of risk for the stability of the global financial system. In Europe, at the end of 2020 the banks under the direct supervision of the European Central Bank (ECB) held financial instruments subject to fair value accounting in an amount of €8.7 trillion. Of these, €6.6 trillion were classified as Level 2 or 3 in the so called Fair Value Hierarchy, which means that they are potentially exposed to valuation risk, i. e. to uncertainty about their actual market value. Level 2 and Level 3 instruments respectively amounted to 495% and 23% of the banks' highest quality capital (so called Tier 1 Capital). As an implication, even small errors in such financial instruments' valuations may have significant impacts on banks' capital.