Театр "Меркурий": История и постановки Орсона Уэллса

Введение

Бывшая независимая репертуарная театральная компания в Нью-Йорке, основанная в Нью-Йорке Орсоном Уэллсом и Джоном Хаусманом. Театр «Меркурий» был независимой репертуарной театральной компанией, основанной в Нью-Йорке в 1937 году Орсоном Уэллсом и продюсером Джоном Хаусманом. Компания ставила театральные представления, создавала радиопрограммы и снимала кинофильмы. «Меркурий» также выпустил книги подсказок и фонографические записи четырех пьес Шекспира для использования в школах. После серии успешных бродвейских постановок театр «Меркурий» приобрел наибольшую популярность в формате радиошоу «The Mercury Theatre on the Air». В эту серию радиопередач вошла одна из самых известных и печально знаменитых радиопередач за всю историю – «Война миров», вышедшая в эфир 30 октября 1938 года. «The Mercury Theatre on the Air» производил живые радиодрамы в 1938–1940 годах и вновь, ненадолго, в 1946 году. Помимо Уэллса, в труппу «Меркурия» входили Рэй Коллинз, Джозеф Коттен, Джордж Кулурис, Мартин Гейбл, Норман Ллойд, Агнес Мурхед, Пол Стюарт и Эверетт Слоан. Многие из участников труппы впоследствии снялись в фильмах Уэллса, снятых на студии RKO, в частности, в фильмах «Гражданин Кейн» и «Великолепные Амберсоны».

Цезарь (1937-38)

Театр Меркурий начал с новаторской, получившей высокую оценку критиков адаптации «Трагедии Юлия Цезаря», которая вызвала сравнения с современной фашистской Италией и нацистской Германией. Премьера состоялась на Бродвее 11 ноября 1937 года. 24 января 1938 года постановка переехала из театра Меркурий в более крупный Национальный театр. В состав актёров входили Джозеф Холланд (Юлий Цезарь), Джордж Кулурис (Марк Антоний), Джозеф Коттен (Публий), Мартин Габел (Кассий), Хирам Шерман (Каска), Джон А. Виллард (Требоний), Гровер Берджесс (Лигарий), Джон Хойсрадт (Деций Брут), Стефан Шнабель (Метелл Цимбер), Эллиот Рид (Цинна), Уильям Моури (Флавий), Уильям Алланд (Марулл), Джордж Дюти (Артемидор), Норман Ллойд (Цинна, поэт), Артур Андерсон (Луций), Эвелин Аллен (Кальпурния, жена Цезаря), Мюриэль Браслер (Порция, жена Брута).

С 20 января 1938 года по США гастролировала дорожная версия «Цезаря» с другим составом актёров. В труппу входили Том Пауэрс в роли Брута и Эдмонд О’Брайен в роли Марка Антония. Джеральдин Фицджеральд, коллега Уэллса по театральной компании Gate во время его пребывания в Дублине, была приглашена из Ирландии для своего американского дебюта в роли Элли Данн. Уэллс играл восьмидесятилетнего капитана Шотовера. Среди других актёров были Бренда Форбс (медсестра Гиннес), Филис Джойс (леди Уттерворд), Мэди Кристианс (Хессиона Хушабай), Эрскин Санфорд (Маззини Данн), Винсент Прайс (Гектор Хушабай), Джон Хойсрадт (Рандалл Уттерворд) и Эустас Уайатт (Вор).

Слишком много Джонсон (1938)

Четвертая пьеса театра «Меркурий» планировалась как постановка комедии Уильяма Джиллетта «Слишком много Джонсона», написанной в 1894 году. Эта постановка запомнилась прежде всего благодаря отснятым Уэллсом эпизодам, которые стали одними из его первых фильмов. Планировалось три эпизода: 20-минутное вступление и по 10-минутным эпизоду, служащим переходом ко второму и третьему актам. Изначально постановка должна была стать летним шоу на Бродвее в 1938 году, но из-за технических проблем (театр «Меркурий» в Нью-Йорке еще не был достаточно оснащен для демонстрации кинофрагментов) ее пришлось отложить. Предполагалось, что осенью 1938 года пьеса войдет в репертуар вместе с «Смертью Дантона», однако после того, как производство «Смерти Дантона» столкнулось с многочисленными превышениями бюджета, от нью-йоркского показа «Слишком много Джонсона» отказались окончательно. Пьеса была показана в течение двух недель в качестве пробного спектакля в летнем театре Стони-Крик, Стони-Крик, штат Коннектикут, начиная с 16 августа 1938 года, в сокращенной версии, которая не использовала отснятые эпизоды.

Смерть Дантона (1938)

Постановка пьесы Георга Бюхнера «Смерть Дантона» 1835 года о Французской революции стала следующей постановкой на сцене «Меркурия». Премьера состоялась 2 ноября 1938 года, но спектакль имел умеренный успех и был показан всего 21 раз, завершившись 19 ноября. Коммерческий провал этой постановки вынудил «Меркурий» значительно сократить число пьес, запланированных на сезон 1938–1939 годов.

Пять королей (часть первая) (1939)

Последней полнометражной постановкой Mercury перед отъездом труппы в Голливуд в 1939 году была пьеса "Пять королей (часть первая)". Это была полностью оригинальная пьеса Уэллса о сэре Джоне Фальстафе, созданная путем смешения и перекомпоновки диалогов из пяти различных пьес Шекспира (в основном из "Генриха IV, часть 1", "Генриха IV, часть 2" и "Генриха V", но также с использованием элементов из "Ричарда II" и "Веселых жен Виндзора"), чтобы сформировать совершенно новую историю. Премьера состоялась 27 февраля 1939 года в Колониальном театре в Бостоне в пятичасовой версии, шедшей с 8 вечера до 1 часа ночи. Как следует из названия, пьеса задумывалась как первая часть дилогии, но, несмотря на то, что она была показана в трех других городах, из-за низких кассовых сборов от этого плана пришлось отказаться, и "Пять королей (часть первая)" так и не была поставлена в Нью-Йорке, а "Пять королей (часть вторая)" так и не была создана вовсе.

Шоу чудес Меркурия (1943)

Хотя труппа «Меркурий» технически распалась либо в 1941 году (когда Уэллс и Хаусман расстались), либо в 1942 году (когда все подразделение «Меркурия» было уволено RKO – см. ниже), Уэллс продюсировал и режиссировал это развлекательное шоу, призванное поднять боевой дух американских войск, в 1943 году. В нем участвовали многие актеры труппы «Меркурий», включая Джозефа Коттена и Агнес Мурхед. Шоу проходило в шатре на 2000 мест на бульваре Кахуэнга в Голливуде, где его показывали в течение месяца, начиная с 3 августа 1943 года, после чего оно отправилось в тур по стране. Уэллс настоял на том, чтобы его компания «Меркурий» – актеры и съемочная группа – участвовала в радиосериале. Это была беспрецедентная и дорогостоящая просьба, особенно для столь молодого Уэллса. Большинство эпизодов представляли собой драматизированные произведения классической и современной литературы. Сериал, вероятно, является самым уважаемым радиодраматическим сборником, когда-либо выходившим в эфир, что, скорее всего, связано с творчеством Орсона Уэллса. «Театр Меркурия в эфире» представлял собой часовую программу. Хаусман написал первые сценарии для сериала, а в начале октября передал эту работу Говарду Э. Коху. Музыку к программе сочинил и дирижировал Бернард Херрманн. Их первой радиопостановкой стала «Дракула» Брэма Стокера, где Уэллс сыграл как графа Дракулу, так и доктора Сьюарда. Среди других адаптаций были «Остров сокровищ», «Тридцать девять ступеней», «Человек, который был четвергом» и «Граф Монте-Кристо». Первоначально запланированный на девять недель, сериал был продлен до осени, и шоу перенесли с понедельника, где оно служило летней заменой для «Lux Radio Theater», на воскресенье, где оно шло напротив популярного шоу Эдгара Бергена. Ранние постановки получили высокую оценку критиков, но рейтинги были низкими. Одна единственная трансляция изменила рейтинги программы: адаптация «Войны миров» Герберта Уэллса 30 октября 1938 года. Возможно, тысячи слушателей поверили, что марсиане действительно вторглись на Землю, из-за подачи материала в стиле новостей. Это вызвало огромную огласку, и «Театр Меркурия в эфире» быстро стал одним из самых рейтинговых шоу на радио. Известность «Войны миров» имела приятный побочный эффект – спонсорство Campbell’s Soup, которое гарантировало выживание шоу на определенный период. Начиная с 9 декабря 1938 года, шоу было переименовано в «The Campbell Playhouse».

Although the Mercury troupe technically dissolved either in 1941 (when Welles and Houseman parted) or 1942 (when the entire Mercury unit was sacked by RKO see below), Welles produced and directed this morale boosting variety show for US troops in 1943, featuring a number of Mercury actors including Joseph Cotten and Agnes Moorehead. The show was based in a 2,000 seater tent on Cahuenga Boulevard, Hollywood, where it ran for a month from August 3, 1943, before touring nationwide. Welles insisted his Mercury company — actors and crew — be involved in the radio series. This was an unprecedented and expensive request, especially for one so young as Welles. Most episodes dramatized works of classic and contemporary literature. It remains perhaps the most highly regarded radio drama anthology series ever broadcast, most likely due to the creativity of Orson Welles. The Mercury Theatre on the Air was an hour long program. Houseman wrote the early scripts for the series, turning the job over to Howard E. Koch at the beginning of October. Music for the program was composed and conducted by Bernard Herrmann. Their first radio production was Bram Stoker's Dracula, with Welles playing both Count Dracula and Doctor Seward. Other adaptations included Treasure Island, The Thirty Nine Steps, The Man Who Was Thursday and The Count of Monte Cristo. Originally scheduled for nine weeks, the network extended the run into the autumn, moving the show from its Monday night slot, where it was the summer substitute for the Lux Radio Theater, to a Sunday night slot opposite Edgar Bergen's popular variety show. The early dramas in the series were praised by critics, but ratings were low. A single broadcast changed the program's ratings: the October 30, 1938 adaptation of H. G. Wells' The War of the Worlds. Possibly thousands of listeners thought Martians were in fact invading the earth, due to the faux news quality of most of the broadcast. Significant publicity was generated, and The Mercury Theatre on the Air quickly became one of radio's top rated shows. The notoriety of "The 'War of the Worlds" had a welcome side effect of netting the show the sponsorship of Campbell's Soup, guaranteeing its survival for a period, and beginning on December 9, 1938, the show was retitled The Campbell Playhouse.

Плейхаус Кэмпбелл (1938-1940)

Театр Mercury продолжил трансляцию 60-минутных эпизодов в 1938–40 годах, теперь спонсируемых супом Campbell's и прерываемых рекламными паузами. Компания переехала в Голливуд ко второму сезону, и голливудские звезды начали появляться в эпизодических ролях. Программа анонсировалась как "The Campbell Playhouse представляет Театр Mercury". Полный список из 56 эпизодов можно найти на сайте The Campbell Playhouse. The Campbell Playhouse ненадолго продолжался после последнего выступления Уэллса в марте 1940 года, после чего был запущен сокращенный третий сезон без участия Театра Mercury, но он не имел успеха.

Летний театр в воздухе Меркурия (1946)

Труппа "Меркурий" распалась к тому времени, когда Уэллс создал этот сериал, обычно известный как "Летний театр Меркурия", летом 1946 года. Тем не менее, он сохранил название "Меркурий", был спродюсирован, написан, поставлен и представлен Уэллсом (и часто с его участием в главной или одной из главных ролей), и представлял собой сочетание сокращенных версий старых постановок "Меркурия" с новыми спектаклями. Время от времени в 30-минутной программе в качестве гостей выступали бывшие члены труппы. Сериал не имел большого успеха, он просуществовал всего 15 эпизодов и не был продлен на следующий сезон.

Переехать в Голливуд

Известность Орсона Уэллса после трансляции "Войны миров" привлекла к нему внимание Голливуда и привела к заключению необычного контракта с главой студии RKO Джорджем Дж. Шефером. 21 июля 1939 года Уэллс заключил с Шефером соглашение о создании, режиссуре, написании сценария и исполнении главных ролей в трех полнометражных фильмах (количество фильмов позднее было изменено – см. ниже). Студия должна была утверждать сюжет и бюджет, если он превышал 500 000 долларов. Уэллсу предоставили возможность разрабатывать историю без вмешательства, самостоятельно выбирать актеров и членов съемочной группы, а также право на окончательный монтаж, что было неслыханно для дебютанта. (Позже Уэллс утверждал, что никто в Голливуде не обладал подобной степенью художественной свободы со времен Эриха фон Строгейма в начале 1920-х годов.) Кроме того, в рамках контракта он организовал в RKO "Группу Меркурия", в которую вошли большинство актеров из театральных и радиопостановок "Меркурия", а также множество техников (в том числе композитор Бернард Геррманн), приглашенных из Нью-Йорка. У немногих из них был какой-либо опыт работы в кино. Первые пять месяцев своего контракта с RKO Уэллс посвятил изучению основ кинопроизводства и безуспешным попыткам запустить несколько проектов. В "The Hollywood Reporter" писали: "На студии RKO делают ставки, что сделка с Орсоном Уэллсом закончится тем, что Орсон так и не снимет там ни одного фильма". Сначала Уэллс попытался адаптировать "Сердце тьмы", но возникли опасения по поводу замысла снять фильм целиком с использованием субъективной камеры, поскольку Уэллс не смог предложить приемлемый бюджет. Затем он рассматривал возможность экранизации романа Сесила Дэй Льюиса "Улыбающийся с ножом", но пришел к выводу, что этот довольно прямолинейный детектив вряд ли произведет сильное впечатление в качестве его дебютной работы. Он решил, что для того, чтобы бросить вызов себе в новом виде искусства, ему необходимо написать оригинальную историю.

Гражданин Кейн (1941)

Уэллс решил написать оригинальный сценарий для своего первого фильма и остановился на написанном им же материале под названием «Американец». В первом варианте он был лишь частично основан на Уильяме Рэндольфе Херсте и также включал в себя черты других магнатов, таких как Говард Хьюз. Однако «Американец» получился слишком объемным, и Уэллс вскоре понял, что ему потребуется опытный соавтор для его переработки — желательно, имевший опыт работы с подобными фигурами. В 1940 году сценарист Герман Дж. Манкевич был бывшим журналистом Херста, восстанавливавшимся после автомобильной аварии, и находился в поиске работы. Изначально он был нанят Уэллсом для работы в радиошоу «Театр Кэмпбелла» и был доступен для работы над сценарием фильма Уэллса. Сценарист получил всего два авторских гонорара за сценарии между 1935 и работой над «Гражданином Кейном» и нуждался в этой работе, поскольку его репутация резко ухудшилась после увлечения алкоголем в конце 1930-х годов. В 1970-х и 1980-х годах среди историков разгорелись споры о том, кому пришла в голову идея использовать Уильяма Рэндольфа Херста в качестве прототипа для Чарльза Фостера Кейна. В течение некоторого времени Манкевич хотел написать сценарий о публичной личности, возможно, о гангстере, историю которого рассказывали бы те, кто его знал. Уэллс утверждал, что идея написать о Херсте принадлежала ему, в то время как кинокритик Полин Кейл (в своем широко известном эссе 1971 года «Raising Kane») и бывший деловой партнер Уэллса Джон Хаусман утверждали, что это была идея Манкевича. Кейл пошла еще дальше, заявив, что Уэллс не написал ничего в оригинальном сценарии и не заслуживал указания в титрах как соавтора. Однако в 1985 году киноисторик Роберт Каррингер показал, что Кейл пришла к такому выводу, сравнив только первый и последний варианты сценария «Гражданина Кейна», в то время как Каррингер изучил все промежуточные версии, написанные Манкевичем и Уэллсом, и пришел к выводу, что указание соавтора оправдано, поскольку каждый из них написал от 40% до 60% сценария. Он также пришел к выводу, что утверждения Хаусмана о его вкладе в сценарий в значительной степени необоснованны. Манкевич уже написал неопубликованную пьесу под названием «Дерево вырастет» о Джоне Диллинджере. Уэллсу понравилась идея множественных точек зрения, но он не хотел играть Диллинджера. Манкевич и Уэллс обсуждали выбор другого человека в качестве прототипа. В итоге они остановились на Херсте как на центральном персонаже. Манкевич часто посещал вечеринки Херста, пока его алкоголизм не привел к запрету на посещение. Писатель обиделся на это и стал одержим Херстом и Марион Дэвис. Херст обладал огромным влиянием и властью, чтобы отомстить в Голливуде, поэтому Уэллс попросил Манкевича работать над сценарием за пределами города. Из-за проблемы писателя с алкоголем Хаусман сопровождал его, чтобы оказать помощь и убедиться, что он остается сосредоточенным. Уэллс также черпал вдохновение в образах Говарда Хьюза и Сэмюэля Инсулла (который построил оперный театр для своей возлюбленной). Хотя Манкевич и Хаусман хорошо ладили с Уэллсом, они включили некоторые его черты в образ Кейна, например, его вспыльчивость. Во время производства «Гражданин Кейн» назывался «RKO 281». Съемки проходили с 29 июня по 23 октября 1940 года на площадке, которая сейчас известна как 19-я студия на территории Paramount Pictures в Голливуде, и были завершены в срок. Уэллс не допускал руководителей студии RKO на съемочную площадку. Он понимал их стремление контролировать проекты и знал, что они ожидают от него захватывающего фильма, который соответствовал бы его радиопостановке «Война миров». Контракт Уэллса с RKO предоставил ему полный контроль над производством фильма, когда он подписал контракт со студией, чего ему больше никогда не позволялось делать при создании фильмов. Согласно расчету расходов RKO за май 1942 года, фильм стоил 839 727 долларов, по сравнению с запланированным бюджетом в 723 800 долларов. После выхода фильма на экраны давление со стороны Уильяма Рэндольфа Херста привело к тому, что многие кинотеатры отказались показывать его, и он был показан в столь ограниченном количестве мест, что RKO понес значительные убытки при его первоначальном прокате. В результате контракт Уэллса с RKO был пересмотрен, и он потерял право контролировать окончательный монтаж фильма — что имело серьезные последствия для его следующего фильма «Великолепные Эмберсоны».

As Welles decided on an original screenplay for his first film, he settled on a treatment he wrote, entitled American. In its first draft, it was only partially based on William Randolph Hearst, and also incorporated aspects of other tycoons such as Howard Hughes. However, American was heavily overlength, and Welles soon realised he would need an experienced co writer to help redraft it—preferably one with experience of working with tycoons. In 1940, screenwriter Herman J. Mankiewicz was a former Hearst journalist recuperating from a car accident, and was in between jobs. He had originally been hired by Welles to work on The Campbell Playhouse radio program and was available to work on the screenplay for Welles's film. The writer had only received two screenplay credits between 1935 and his work on Citizen Kane and needed the job, his reputation having plummeted after he descended into alcoholism in the late 1930s. In the 1970s and 1980s, there was a dispute amongst historians regarding whose idea it was to use William Randolph Hearst as the basis for Charles Foster Kane. For some time, Mankiewicz had wanted to write a screenplay about a public figure, perhaps a gangster, whose story would be told by the people that knew him. Welles claimed it was his idea to write about Hearst, while film critic Pauline Kael (in her widely publicised 1971 essay "Raising Kane") and Welles's former business partner John Houseman claim that it was Mankiewicz's idea. Kael further claimed that Welles had written nothing of the original script, and did not deserve a co writer credit. However, in 1985, film historian Robert Carringer showed that Kael had only reached her conclusion by comparing the first and last drafts of the Citizen Kane script, whereas Carringer examined every intermediate draft by Mankiewicz and Welles, and concluded that a co writer credit was justified, with each man writing between 40% and 60% of the script. He additionally concluded that Houseman's claims to have contributed to the script were largely unfounded. Mankiewicz had already written an unperformed play entitled, The Tree Will Grow about John Dillinger. Welles liked the idea of multiple viewpoints but was not interested in playing Dillinger. Mankiewicz and Welles talked about picking someone else to use a model. They hit on the idea of using Hearst as their central character. Mankiewicz had frequented Hearst's parties until his alcoholism got him barred. The writer resented this and became obsessed with Hearst and Marion Davies. Hearst had great influence and the power to retaliate within Hollywood so Welles had Mankiewicz work on the script outside of the city. Because of the writer's drinking problem, Houseman went along to provide assistance and make sure that he stayed focused. Welles also sought inspiration from Howard Hughes and Samuel Insull (who built an opera house for his girlfriend). Although Mankiewicz and Houseman got on well with Welles, they incorporated some of his traits into Kane, such as his temper. During production, Citizen Kane was referred to as "RKO 281". Filming took place between June 29, 1940, and October 23, 1940, in what is now Stage 19 on the Paramount Pictures lot in Hollywood, and came in under schedule. Welles prevented studio executives of RKO from visiting the set. He understood their desire to control projects and he knew they were expecting him to do an exciting film that would correspond to his "The War of the Worlds" radio broadcast. Welles's RKO contract had given him complete control over the production of the film when he signed on with the studio, something that he never again was allowed to exercise when making motion pictures. According to an RKO cost sheet from May 1942, the film cost $839,727 compared to an estimated budget of $723,800. When the film was released, pressure from William Randolph Hearst led to many cinemas refusing to screen it, and it was screened in so few places that RKO made a substantial loss on the film on its original release. As a consequence of this, Welles's RKO contract was renegotiated, and he lost the right to control a film's final cut—something which would have major consequences for his next film, The Magnificent Ambersons.

Великолепные Амберсоны (1942)

Второй фильм Уэллса после "Гражданина Кейна" был адаптацией романа Бута Таркингтона "Великолепные Амберсоны" – его любимой книги из детства, которую он уже адаптировал для радио. Фильм изображал упадок и падение гордой американской семьи Среднего Запада в XIX веке, и то, как автомобиль в XX веке сделал их устаревшими. Отношения Уэллса с RKO ухудшились во время работы над этим фильмом. Его репутация значительно пострадала после коммерческого провала "Кейна". Если глава студии Джордж Шефер предоставил Уэллсу полную свободу действий при создании "Кейна", то за "Амберсонами" он следил очень внимательно, опасаясь за свою должность (и не зря – Шефер был уволен с поста главы RKO вскоре после завершения "Амберсонов", и одной из основных причин этого считалось то, что он нанял Уэллса на столь выгодных условиях). Сама RKO находилась в серьезных финансовых затруднениях и работала в убыток. Уэллс считал свою первоначальную версию "Великолепных Амберсонов" одним из своих лучших фильмов – "это была гораздо более сильная картина, чем 'Кейн'". Однако RKO запаниковала после прохладного предварительного показа в Помоне, Калифорния, где фильм шел в паре с романтической комедией. Около 55% зрителей отнеслись к фильму негативно (хотя сохранившиеся анкеты зрителей показывают, что оставшееся меньшинство выражало высокую оценку, используя такие слова, как "шедевр" и "киноискусство"). Уэллс в это время снимал в Бразилии фильм "Всё правда" (см. ниже), поэтому студия решила сократить более 40 минут из двухчасового хронометража. Первая половина фильма, изображающая счастливое время семьи Амберсонов в XIX веке, практически не пострадала. Однако большая часть второй половины, показывающей падение Амберсонов, была отброшена как слишком мрачная. Другие режиссёры наняли актёров для пересъёмок и сняли новые сцены, включая оптимистичный финал, который не соответствовал общему настроению фильма. Отброшенные 40 минут сцен, снятых Уэллсом, были сожжены, а подробные инструкции от него, предлагающие дальнейшие компромиссы для спасения фильма, были выброшены, даже не будучи прочитанными. Эта укороченная версия "Великолепных Амберсонов" вышла в ограниченный прокат в двух кинотеатрах Лос-Анджелеса в июле 1942 года, где прошла незаметно, и, как и "Гражданин Кейн", принесла RKO убытки в сотни тысяч долларов. Позднее в 1942 году Джордж Шефер был уволен с поста главы студии. Одним из первых решений его преемника, Чарльза Кернера, было уволить Уэллса из RKO, и вся его команда Mercury была распущена и покинула студию.

Welles's follow up to Citizen Kane was an adaptation of Booth Tarkington's novel The Magnificent Ambersons, a childhood favorite of his which he had already adapted for the radio. It portrayed the decline and fall of a proud Midwestern American family of the 19th century, as the motor car in the 20th century makes them obsolete. Welles's relations with RKO grew strained during the making of this film. His stock had fallen considerably after Kane had commercially flopped. Whereas studio head George Schaefer had given Welles carte blanche over Kane, he closely supervised Ambersons, sensing that his own position was in danger (which indeed it was Schaefer was fired as head of RKO shortly after Ambersons was completed, and a commonly attributed reason was for his having hired Welles with such a generous contract). RKO itself was in serious financial trouble, running a deficit. Welles himself considered his original cut of The Magnificent Ambersons to have been one of his finest films "it was a much better picture than Kane". However, RKO panicked over a lukewarm preview screening in Pomona, California, when the film ran second in a double bill with a romantic comedy. Around 55% of the audience strongly disliked the film (although the surviving audience feedback cards show that the remaining minority gave fulsome praise, using words such as "masterpiece" and "cinematic art"). Welles was in Brazil filming It's All True (see below), so the studio decided to trim over 40 minutes of the film's two hour running time. The first half of the film, portraying the happy times of the Ambersons in the 19th century, was largely unaffected. However, the vast majority of the second half of the film, portraying the Ambersons' fall from grace, was largely discarded as too depressing. Actors were drafted in for reshoots by other directors, who shot new scenes, including an upbeat, optimistic ending out of key with the rest of the film. The discarded 40 minutes of scenes by Welles were burned, and detailed, telegraphed instructions from him suggesting further compromises to save the film were thrown away, unread. This truncated version of The Magnificent Ambersons had a limited released in two Los Angeles cinemas in July 1942, where it did indifferently, and like Citizen Kane, the film lost RKO hundreds of thousands of dollars. Later in 1942, George Schaefer was dismissed as studio head. One of the first changes initiated by his successor, Charles Koerner, was to fire Welles from RKO, and his entire Mercury unit was removed from the studio and closed down.

Путешествие в страх (1943) и Это все правда (1942-1993)

Контракт Уэллса с RKO был пересмотрен после коммерческого провала «Гражданина Кейна». Вместо того чтобы поставить три крупных фильма класса «А» для студии, Уэллс поставил два и компенсировал высокие затраты на «Гражданина Кейна», сняв два дополнительных фильма с меньшим бюджетом. Одним из них стал прямолинейный шпионский триллер «Путешествие в страх», основанный на романе Эрика Амблера. Уэллс написал сценарий и спродюсировал фильм, но отказался от роли главного режиссера, в частности, из-за сжатых сроков и одновременных съемок с фильмом «Великолепные Амберсоны». Проект привлек RKO, особенно тем, что казался не слишком рискованным и недорогим. Другой проект впервые предложил Дэвид Рокфеллер, и поскольку Уэллс был признан не годным к военной службе по состоянию здоровья, ему предложили внести вклад в военные усилия, сняв фильм для укрепления панамериканских настроений, так как Госдепартамент США опасался фашистских симпатий в некоторых странах Латинской Америки. Концепция фильма представляла собой сборник историй о разных американцах, объединившихся против фашизма, и предполагалось записать панамериканскую песню и танцевальный номер. В феврале 1942 года бразильский карнавал был уже близко, поэтому было решено быстро отправить Уэллса с цветными камерами для съемки карнавала, а затем он решит, как использовать отснятый материал. Директор студии Норман Фостер был вовлечен в оба проекта. Официально он был единственным режиссером «Путешествия в страх». Однако в документах студии и на фотографиях видно, что Уэллс также руководил съемками (часто в костюме для своей второстепенной роли «полковника Хаки»), и, подстегиваемый амфетаминами, он снимал «Амберсонов» днем и «Путешествие» ночью. Он закончил съемки своих сцен для «Путешествия» ранним утром перед отъездом в Бразилию, а Фостер снял остальную часть фильма, следуя конкретным указаниям Уэллса. RKO посчитала первоначальную версию «Путешествия в страх» слишком эксцентричной и держала фильм год, прежде чем выпустить его в 1943 году, к тому времени, когда из него было вырезано более двадцати минут. Как и в случае с «Амберсонами», вырезанные фрагменты были уничтожены. Находясь в Бразилии, Уэллс отправил Фостера в Мексику для съемки одной из сцен фильма «Всё правда» (по рассказу «Мой друг Бонито» о мальчике и его осле), а сам начал разрабатывать остальную часть фильма. Помимо использования карнавальных кадров в последовательности об истории самбы, он снял сцену под названием «Четыре плотника» об эпическом морском путешествии, предпринятом рыбаками жангедейро, чтобы добиться справедливости от президента Бразилии. RKO быстро разочаровалась в Уэллсе и проекте «Всё правда». Историк кино Кэтрин Бенаму, основываясь на обширном изучении архивов RKO, утверждает, что расизм был ключевым фактором, и что RKO обеспокоилась тем, что Уэллс решил сделать не белых американцев героями своей истории. Помимо игнорирования его указаний при монтаже «Амберсонов» и «Путешествия», они начали выпускать пресс-релизы, критикуя его за расточительство средств студии и обвиняя в том, что он тратит время в Бразилии на роскошные вечеринки и ночные попойки (что он и делал, но амфетамины помогали ему быть первым на съемках в 6 утра). Когда в результате несчастного случая на съемках один актер утонул, RKO привела это в качестве примера безответственности Уэллса. В конце концов, ему приказали отказаться от фильма. Не желая уезжать, Уэллс остался в Бразилии с небольшой съемочной группой, которую финансировал сам, но в итоге ему пришлось вернуться, когда закончилась пленка, а RKO отказалась присылать новую. После увольнения Уэллса в 1942 году у RKO не было планов относительно отснятого материала для «Всё правда». Часть пленки была сброшена в Тихий океан. Уэллс попытался выкупить негатив, уверенный, что сможет превратить «Всё правда» в коммерчески успешный фильм о самбе, и написал студии расписку «IOU», но когда он не смог внести первый взнос, пленка вернулась студии. Долгое время считалось, что материал был потерян (хотя часть его была найдена в 1985 году и частично восстановлена в 1993 году), и Уэллсу не удавалось найти работу режиссера более трех лет, и то только для низкобюджетного триллера. Тем временем театр «Меркурий» окончательно прекратил свое существование.

Welles's RKO contract was renegotiated after the commercial failure of Citizen Kane. Instead of delivering three major "A pictures" for the studio, Welles would instead deliver two, and would compensate for the high costs of Citizen Kane by delivering two further films with lower budgets. One of these was the straightforward espionage thriller Journey into Fear, based on a novel by Eric Ambler. Welles wrote and produced the film, but opted not to be the main director, not least as the film was on a tight schedule, filming back to back with The Magnificent Ambersons. The project appealed to RKO, especially as it seemed to be a low risk, low budget film. The other project was first suggested by David Rockefeller, and since Welles was qualified as medically unfit for war service, it was suggested he could render service to the war effort by making a film to encourage Pan American sentiment, since the US State Department was worried about fascist sympathies in some Latin American countries. The film's concept was loosely defined as an anthology of stories about different Americans being united against fascism, and it was hoped that a Pan American song and dance number could be recorded. In February 1942, Brazil's carnival season was rapidly approaching, so it was decided to quickly send Welles over with technicolour cameras to film the carnival, and he could decide how to use the film later. Studio director Norman Foster was heavily involved in both projects. Officially, he was the sole director of Journey into Fear. However, studio documentation and photographs show Welles directing that film (often in costume for his supporting role as "Colonel Haki"), and fuelled by amphetamines, he was directing Ambersons in the day and Journey at night. He finished his Journey scenes in the small hours of the morning he left for Brazil, and Foster directed the rest of the film to Welles's specific instructions. RKO found Journey into Fear too eccentric in its original form, and kept the film for a year before releasing it in 1943, by which time they had cut over twenty minutes. As with Ambersons, the excised footage was burned. While Welles was in Brazil, he sent Foster to Mexico to direct one of the sequences of It's All True (based on the short story "My Friend Bonito", about a boy and his donkey), while he began to develop the rest of the film. As well as working his carnival footage into a sequence on the history of Samba, he filmed a sequence called "Four raftmen", about an epic sea voyage undertaken by Jangedeiros fishermen to seek justice from Brazil's president. RKO rapidly turned against Welles and the It's All True project. Film historian Catherine Benamou has argued, based on extensive work in the RKO archives, that racism was a major underlying factor, and that RKO was alarmed that Welles was choosing to make non white Americans the heroes of his story. As well as ignoring his instructions while the studio recut Ambersons and Journey, they began issuing press releases attacking him for profligacy with studio funds, and accusing him of wasting his time in Brazil by attending lavish parties and drinking into the small hours (which he did but fortified by amphetamines, he would also be the first to report for filming at 6am). When a filming accident resulted in one actor drowning, RKO cited this as an example of Welles's irresponsibility. Finally, they ordered him to abandon the film. Not wishing to leave, Welles remained in Brazil with a skeleton crew which he funded himself, but eventually had to return when he ran out of film and RKO refused to send him any more. After Welles was sacked in 1942, RKO had no plans for the It's All True footage. Some of it was dumped in the Pacific Ocean. Welles tried to buy back the negative, convinced he could fashion It's All True into a commercially successful film about samba, and he wrote the studio an "IOU" note for it, but when he could not afford the first installment on payments, the footage reverted to the studio. The footage was long presumed lost (though some of it was found again in 1985 and incorporated into a partial restoration in 1993), and Welles was unable to find a directing job for over three years, and even then, only for a formulaic low budget thriller. In the meantime, the Mercury Theatre had disbanded for good.

Позднее кино

Команда продюсеров театра "Меркурий" Джон Хаусман и Орсон Уэллс расстались во время работы над фильмом "Гражданин Кейн", однако подразделение RKO Mercury сохранило своё название до своего расформирования в 1942 году. Поскольку название "Меркурий" не было зарегистрировано как торговая марка, Уэллс продолжал использовать его для ряда своих последующих проектов, таких как варьете "The Mercury Wonder Show" 1943 года и радиосериал "The Mercury Summer Theatre" 1946 года.