Введение

«В наших воротах» – американский немой расовый драматический фильм 1920 года, снятый, написанный и спродюсированный Оскаром Мишо. Фильм изображает современную расовую ситуацию в Соединенных Штатах в начале XX века, эпоху законов Джима Кроу, возрождение Ку-клукс-клана, Великую миграцию афроамериканцев в города Севера и Среднего Запада и формирование концепции «Нового негра». Сюжет рассказывает об афроамериканке, которая отправляется на Север, чтобы собрать средства для сельской школы для бедных чернокожих детей на Юге. Её роман с чернокожим врачом приводит к раскрытию тайн прошлого её семьи и её собственного смешанного происхождения, европейских корней. Фильм показывает расовое насилие, осуществляемое под эгидой белого превосходства, и линчевание афроамериканцев. Это старейший сохранившийся фильм, снятый афроамериканским режиссером, и он признан одним из величайших фильмов, созданных режиссером-афроамериканцем.

Сюжет

Сильвия Лэндри, молодая афроамериканка, навещает свою кузину Алму на Севере. Сильвия ждет возвращения Конрада, так как они планируют пожениться. Альма также любит Конрада. Ларри, сводный брат Алмы, пытается добиться расположения Сильвии, но терпит отказ. Ларри убивает профессионального игрока в покер, обманув его во время игры. Альма устраивает так, чтобы Конрад, по возвращении, застал Сильвию в, казалось бы, компрометирующей ситуации. Конрад начинает душить Сильвию, но Альма останавливает его. Конрад уезжает в Бразилию. Сильвия возвращается на Юг. Сильвия встречает преподобного Джейкобса, священника, который руководит сельской школой для чернокожих детей под названием "Школа Пайни Вудс". Школа переполнена, и преподобный Джейкобс не может продолжать работу, опираясь на небольшие средства, выделяемые штатом на образование чернокожих. Столкнувшись с угрозой закрытия, Сильвия вызывается добровольцем вернуться на Север и попытаться собрать 5000 долларов. В Бостоне у Сильвии крадут сумочку. Мужчина по имени доктор Вивиан преследует вора и возвращает сумочку. Спасая ребенка от наезда автомобиля, Сильвия сама попадает под машину. Во время восстановления в больнице она знакомится с владелицей автомобиля, Еленой Уорвик, богатой филантропкой. Узнав о миссии Сильвии, Елена решает предоставить ей необходимые средства. Когда ее южная подруга, миссис Страттон, пытается ее отговорить, Уорвик увеличивает пожертвование до 50 000 долларов. Эта сумма спасет школу, и Сильвия возвращается на Юг. Преподобный Джейкобс просит руки Сильвии, но она, влюбленная в доктора Вивиана, отказывает. Ларри, скрывающийся от полиции, встречает Сильвию и пытается шантажировать ее, используя секреты из ее прошлого. Вместо того чтобы красть из средств школы по требованию Ларри, Сильвия ночью убегает на Север. Позже доктор Вивиан отправляется на поиски Сильвии. Ларри, у которого закончились деньги, возвращается к Альме и погибает при попытке ограбления банка. Доктор Вивиан случайно оказывает Ларри медицинскую помощь и знакомится с Альмой. Альма рассказывает доктору Вивиану о прошлом Сильвии, которое показано во флешбэках в фильме. Сильвию усыновила и воспитала бедная чернокожая семья Лэндри, которая смогла дать ей образование. В юности отца Сильвии, Джаспера Лэндри, несправедливо обвинили в убийстве Филиппа Гридлстоуна, непопулярного, но богатого белого землевладельца. Обвинение выдвинул верный черный слуга Филиппа, Эфрем. Белая толпа напала на семью Лэндри, линчевала родителей и сожгла их тела. Их маленький сын Эмиль сумел сбежать, едва избежав расстрела. Толпа также линчевала Эфрема, несмотря на его сотрудничество с ними. Сильвия также спаслась, убегая от Арманда Гридлстоуна, брата Филиппа, который настиг ее, подавил и почти изнасиловал. Заметив шрам на ее груди, Арманд понял, что Сильвия – его внебрачная дочь, рожденная от брака с местной чернокожей женщиной, и он оплачивал ее образование. Узнав о ее жизни, доктор Вивиан встречается с Сильвией и призывает ее любить свою страну и гордиться вкладом афроамериканцев. Он признается ей в любви, и они женятся.

Производство

«Внутри наших ворот» был создан в период, когда первые киностудии американской киноиндустрии располагались в Форт-Ли, штат Нью-Джерси, в начале XX века. Часто рассматриваемый в контексте фильма Д.У. Гриффита «Рождение нации» (1915), проект Мишо критики считают ответом на него. Фильм показывает сцены линчевания, демонстрируя «то, что знали чернокожие, а белые с Севера отказывались признавать», и обращая обвинение в «примитивности» против культуры белого Юга. В это же время произошли Чикагские расовые беспорядки 1919 года, во время которых белые толпы убили множество чернокожих и сожгли жилые кварталы, оставив тысячи чернокожих граждан без крова. Критик Рональд Дж. Грин полагает, что Мишо видел, как чернокожие граждане оказывали сопротивление в Чикаго, и выбрал название, намекая на риск для белых в будущих расовых столкновениях. «Внутри наших ворот» стал вторым из более чем сорока фильмов, снятых Мишо. Из-за ограниченного бюджета Мишо приходилось использовать позаимствованные костюмы и реквизит, и у него не было возможности переснимать сцены.

Сохранение

После десятилетий, считавшегося утраченным, фильм был найден, когда в 1979 году в Испании киноисторик Томас Криппс обнаружил единственный сохранившийся экземпляр под названием La Negra (Черная женщина). Небольшой фрагмент в середине фильма был утерян. Сохранились лишь четыре оригинальных английских титра, остальные были заменены испанскими, когда фильм был приобретен Filmoteca Española за 4000 песет в 1956 году. В 1993 году Центр сохранения кинофильмов Библиотеки Конгресса восстановил фильм, максимально приблизив его к первоначальному виду. Отсутствующий фрагмент был описан в отдельном титре.

Отклик

Внутри наших ворот изначально был отклонен Советом цензоров в Чикаго, когда Мишо представил фильм в декабре 1919 года. В статье в Chicago Defender от 17 января 1920 года утверждалось: "Это та картина, для прохождения цензуры потребовалось два полных месяца". Неделю спустя "Дифендер" сообщил: "Те, кто помнили о событиях июля в Чикаго, считали показ чрезвычайно опасным, в то время как те, кто учитывал существующее положение дел, несправедливость того времени, линчевания и последствия невежества, полагали, что пришло время открыто преподать этот урок". Критики фильма опасались, что сцены линчевания и попытки изнасилования спровоцируют межрасовое насилие в городе, все еще находившемся в напряжении после беспорядков июля 1919 года. Чиновники в Омахе (которая также пострадала от расовых беспорядков), Новом Орлеане и других городах возражали по аналогичным причинам, блокируя показ фильма или требуя вырезать эти сцены. После выхода фильма в январе 1920 года, несмотря на споры, он собрал большую аудиторию в Чикаго. Он демонстрировался в различных монтажных версиях. Например, в статье в Defender сообщалось, что 24 февраля 1920 года в театре States в Чикаго "Внутри наших ворот" будет показан "без вырезов, сделанных перед его первоначальным показом". Другим доказательством вырезок послужили сохранившиеся кадры сцен, отсутствовавших в сохранившейся копии фильма, и описания зрителей, отличавшиеся от текущей версии. Фильм считается важным выражением афроамериканской жизни в годы, последовавшие за Первой мировой войной, когда по всей территории Соединенных Штатов, особенно на Юге, происходили насильственные расистские инциденты. В 1992 году фильм "Внутри наших ворот" был выбран Библиотекой Конгресса для сохранения в Национальном реестре фильмов США как "культурно, исторически и эстетически значимый". DJ Spooky создал новую музыкальную партитуру для фильма в составе бокс-сета с Kino Lorber. В 2023 году Slate назвал "Внутри наших ворот" одним из величайших фильмов, когда-либо созданных чернокожими режиссерами. Грин отмечает, что Мишо намеренно связывал фильмы и выбрал Лэдд частично из-за ее физического сходства с Гиш. В начале фильма "Внутри наших ворот" Мишо использует персонажа миссис Джеральдин Страттон, богатую белую женщину с Юга, чтобы изобразить реальность американской жизни, а не мир, в котором нет белых людей. Миссис Страттон воплощает в себе суть южного предрассудка; из-за страха перед тем, что чернокожие женщины получат право голоса, она выступает против избирательного права женщин. Используя кинематографические приемы, зритель смотрит через плечо миссис Страттон, читающей газетную статью под названием "Предложен закон о прекращении деятельности негров". В статье объясняется, что сенатор от штата Миссисипи Джеймс К. Вардаман предложил законопроект, отменяющий Пятнадцатую поправку. Вардаман оправдывает свои действия, заявляя: "от подошвы их плоских ног до макушки головы негры, несомненно, существа низшего порядка, поэтому как мы можем по совести позволить им голосовать?". Эфрем, слуга Гридлстоуна, обвинил мистера Лэндри в убийстве, хотя он не был свидетелем преступления. Отринув отношения, которые, по мнению Эфрема, он имел с белыми, толпа линчевала его, не найдя Лэндри. Персонаж Старого Неда оправдывает существующую расовую систему как Божий замысел; бедность и необразованность – это качества, которые приведут афроамериканцев в рай. Он проповедует своей пастве, что "белые люди, со всем своим образованием, со всем своим богатством, почти все попадут в вечный ад, в то время как наша раса, лишенная этих пороков и с более чистой душой, почти все вознесутся на небо". В одной из самых душераздирающих и провокационных сцен фильма Старый Нед, унизив себя в комнате, полной белых, закрывает дверь и превращается из улыбающегося шута в отвращенного чернокожего. Это было представление. Старый Нед говорит в камеру: "Опять я продал свое первородство. Все ради жалкой миски похлебки". Безнадежный и неудовлетворенный, он заявляет: "Чернокожие и белые – все равны. Что касается меня, несчастного грешника, то ад – моя судьба". Персонажи типа дяди Тома – распространенный стереотип в основных средствах массовой информации. Упрекая себя, Старый Нед подразумевает, что эти персонажи менее чем люди.