Введение
Яффский апельсин (иврит: תפוז יפו), также известный как апельсин Шамути (برتقال شموطي), – это сорт апельсина с небольшим количеством косточек и плотной кожурой, что делает его особенно подходящим для экспорта. Выведенный палестинскими фермерами в середине XIX века, этот сорт получил свое название от города Яффа, где он впервые был выращен для экспорта.
The Jaffa orange (Hebrew: תפוז יפו) also known as Shamouti orange (برتقال شموطي), is an orange variety with few seeds and a tough skin that makes it particularly suitable for export. Developed by Palestinian farmers in the mid 19th century, the variety takes its name from the city of Jaffa where it was first produced for export.
Характеристики
Яффские апельсины, также известные как шамути, практически лишены косточек и обладают вкусом, который описывают как "превосходный" и "сладкий и тонкий". Два других основных сорта апельсинов, выращиваемых в регионе, – это апельсин-навел и горький апельсин; последний культивируется в Иране ради его цедры. В то время как кислый апельсин (C. aurantium) был завезён на запад из Китая и Индии местными торговцами, которые, возможно, занесли его на Сицилию и в Испанию, яффский апельсин был выведен из сладкого апельсина (C. sinensis), который португальский мореплаватель Васко да Гама привёз из Китая в Средиземноморье в 1498 году. Ещё одной причиной роста отрасли стало относительно слабое европейское регулирование выращивания апельсинов по сравнению с хлопком, который ранее был основным экспортным товаром Палестины, но уступил место яффскому апельсину. Экспорт вырос с 200 000 апельсинов в 1845 году до 38 миллионов апельсинов к 1870 году. В отчёте европейского путешественника о Яффе 1872 года отмечается: «Вокруг Яффы раскинулись апельсиновые сады, которыми город по праву гордится, и которые являются значительным источником богатства для их владельцев. Годовая стоимость выращенных в Яффе фруктов, по оценкам, составляла 10 000 фунтов стерлингов». Процветание апельсиновой индустрии привлекло повышенный европейский интерес и участие в развитии Яффы. Исследование роста апельсиновой промышленности, проведённое в 1902 году чиновниками, показало, что основными владельцами и экспортными рынками были Англия, Турция, Египет и Австро-Венгрия. Хотя традиционные арабские методы культивации считались «примитивными», детальный анализ финансовых затрат показал, что они в конечном итоге оказались более экономически эффективными, чем сионистские еврейские предприятия, последовавшие за ними примерно через два десятилетия. Еврейские иммигранты в этот регион, с 1917 года называвшийся Британской мандатной Палестиной, внедрили передовые методы культивации, которые стимулировали развитие яффской апельсиновой промышленности. Согласно отчёту Хоупа Симпсона 1930 года: «Выращивание апельсинов, начатое арабами до начала еврейской иммиграции, получило значительное развитие благодаря этой иммиграции. Нет сомнений, что совершенство, достигнутое в технике посадки и выращивания апельсинов и грейпфрутов в Израиле, объясняется научными методами еврейских земледельцев». Партнёрство в выращивании и экспорте этих апельсинов являлось примером арабо-еврейского сотрудничества, несмотря на растущую политическую напряжённость. К концу 1928 года евреи приобрели 30 000 дунамов из 60 000 дунамов апельсиновых садов региона. Если до Первой мировой войны цена за дунам земли в плодоносящем апельсиновом саду составляла 50–75 фунтов стерлингов, то к 1929 году те же самые сады продавались за 150–200 фунтов стерлингов. В 1933 году объём производства апельсинов, принадлежащего евреям, превысил объём производства, принадлежащего арабам. К 1939 году еврейские и арабские апельсиновые сады в Палестине занимали обширные территории, обеспечивали работой более 100 000 человек, а их продукция являлась основным экспортным товаром. Во время Второй мировой войны (1939–1945) производство цитрусовых сократилось, и объём производства апельсинов, принадлежащего арабам, снова превысил объём производства, принадлежащего евреям.
Jewish immigrants to the area, from 1917 called the British Mandate Palestine, introduced the advanced cultivation methods that spurred the Jaffa orange industry. According to the Hope Simpson Enquiry of 1930,"The cultivation of the orange, introduced by the Arabs before the commencement of Jewish settlement, has developed to a very great extent in consequence of that settlement. There is no doubt that the pitch of perfection to which the technique of plantation and cultivation of the orange and grapefruit have been brought in Israel is due to the scientific methods of the Jewish agriculturist." Partnerships in growing and exporting these oranges were an example of Arab Jewish cooperation despite rising political tensions. By the end of 1928, Jews had acquired 30,000 dunams of the region's 60,000 dunams of orange orchards. Whereas before World War I, the price of a dunam of land in a fruitful orange grove was 50 75 pounds sterling, by 1929, the same groves were selling for 150 200 pounds sterling. In 1933, Jewish owned orange production overtook Arab owned orange production. By 1939, Jewish owned and Arab owned orange orchards in Palestine covered , employed over 100,000 workers, and their produce was a primary export. During World War II (1939–1945) citrus growing declined, and Arab owned orange production overtook Jewish owned production.
Наследие
Яффские апельсины собирают в Израиле и на палестинских территориях с ноября по март, а маркетинговый сезон начинается в сентябре и продолжается до апреля. Более половины годового урожая экспортируется, и Израиль является основным поставщиком других цитрусовых фруктов в Европейский Союз. Хотя израильская экономика во многом определяется обрабатывающей промышленностью, такой как производство алмазов и прецизионных инструментов, страна продолжает экспортировать значительное количество цитрусовых в Европу. Яффский апельсин также известен тем, что благодаря ему город Тель-Авив-Яффо получил прозвище "Большой апельсин". Он является символом и для палестинцев.