Введение

Мифический греческий воин Троянской войны, брюхоногий моллюск семейства Каменид.

В греческой мифологии Терсит (/θ//ɜːr/'s//aɪ//t//iː//z/; древнегреческий: Θερσίτης) был воином греческой армии во время Троянской войны.

Семья

В "Илиаде" не упоминается имя его отца, что может свидетельствовать о том, что его следует рассматривать как выходца из простого народа, а не как аристократического героя. Однако в цитате из другого утраченного эпоса троянского цикла, "Эфиопиды", его родители названы Агрием Калидонским и Диа, дочерью царя Порфаона.

Мифология

В некоторых источниках Терсит вместе с пятью своими братьями, включая Меланиппа, сверг Энея с престола Калидона и отдал царство Агрию, их отцу и брату Энея. Позже они были свергнуты Диомедом, который восстановил своего деда Энея на престоле и убил всех братьев Терсита. Гомер подробно описал его в «Илиаде», вторая книга, хотя он играет лишь незначительную роль в истории. Говорят, что у него были вывернутые ноги и хромота, плечи, сутулящиеся внутрь, и голова, покрытая клочьями волос, заостренная на макушке. Эта деформация даже дала название медицинскому термину. Грубый, непристойный и несколько глуповатый, Терсит нарушает построение греческого войска: он встал на собрании и набросился на Агамемнона словами, приписываемыми Ахиллу [называя его жадным и трусом]. Одиссей тут же встал, обрушил на Терсита резкий выговор, сопроводив его угрозой содрать с него одежду, а затем ударил его скипетром Агамемнона по спине и плечам; Терсит согнулся, из его глаза скатилась горячая слеза, а на спине образовался кровавый след; он сел в страхе и, испытывая боль, беспомощно смотрел, вытирая слезу; но остальные собравшиеся были встревожены и смеялись. Должно быть, существует столь же очевидное воплощение зла, как Терсит – самый уродливый из тех, кто прибыл под Трою, – который озвучивает то, о чем думают все остальные. В остальной части «Илиады» он больше не упоминается, но, по-видимому, в утраченной «Эфиопиде» Ахиллес в конце концов убил его, сильно ударив за то, что он вырвал глаза амазонке Пентесилее, которую герой только что убил в бою. В своем «Введении к гневу Ахилла» Роберт Грейвз предполагает, что Гомер мог изобразить Терсита комичной фигурой, чтобы дистанцироваться от него, поскольку его замечания кажутся вполне обоснованными. Это был способ сохранить эти замечания, а также жестокий акт подавления со стороны Одиссея, в истории.

В более поздней литературе

Терсит также упоминается в «Горгии» Платона (525e) как пример души, которую можно исцелить в загробной жизни из-за его слабости; и в «Государстве» он выбирает переродиться в нечеловекоподобную обезьяну. По словам Э. Р. Доддса, «он скорее типичный шут, чем мелкий преступник; и именно так его описывает Лукиан». В «Александрийском романе» упоминается Терсит, когда Александр Македонский, как утверждается, сказал, что было бы большей честью быть увековеченным в поэзии Гомера, даже если только как второстепенный и презренный персонаж, подобный Терситу, чем поэтами его времени: «Я скорее был бы Терситом у Гомера, чем Агамемноном в твоих произведениях». В других редакциях Агамемнона заменяют Ахиллом в этом сравнении. Новая интерлюдия под названием «Терсит», анонимная пьеса 1537 года, иногда приписываемая Николасу Удаллу, основана на латинском диалоге Жана Тиксиера де Равизи, профессора риторики в Коллеже Наварры и ректора Парижского университета в 1520–1524 годах, написанном под псевдонимом «J. Ravisius Textor». Карл Дж. Холзкнехт описывает ее как «самый ранний пример бравады (miles gloriosus) на английской сцене». Хотя пьеса и основана на произведениях Плавта, такие элементы, как схватка с улиткой («старая средневековая шутка, обычно направленная против ломбардцев») и эпизод, в котором Телемах приходит к матери главного героя, чтобы вылечить его от глистов, являются полностью оригинальными для этой версии. Наряду со многими ключевыми фигурами Троянской войны, Терсит был персонажем в «Троил и Крессида» Шекспира (1602), где он описан как «уродливый и злословый грек» и изображен как комический слуга в традиции шекспировского шута, но необычно склонен к оскорбительным замечаниям в адрес всех, кого встречает. Он начинает как раб Аякса, говоря Аяксу: «Я хотел бы, чтобы ты чесался от макушки до пят, и чтобы я мог тебя почесать; я бы сделал тебя самым мерзким прокаженным в Греции». Вскоре Терсит покидает Аякса и поступает на службу к Ахиллу (описанному Шекспиром как своего рода богемная фигура), который ценит его горький, язвительный юмор. Шекспир упоминает Терсита снова в своей поздней пьесе «Цимбелин», когда Гайдерий говорит: «Тело Терсита так же хорошо, как тело Аякса, когда ни один из них не жив». Лоуренс Стерн пишет о Терсите в последнем томе своего «Тристама Шенди», глава 14, объявляя его образцом злобной сатиры, столь же черной, как чернила, которыми она написана. Во второй части «Фауста» Гёте (1832), в первом акте, во время маскарада, Терсит появляется ненадолго и критикует происходящее. Он говорит: «Когда свершается нечто великое, / Я немедленно надеваю доспехи свои. / Встаньте, низкие, избегайте высоких, / Называйте кривое прямым, а прямое – кривым». Вестник, выступающий в роли мастера церемоний или повелителя карнавала, бьет Терсита своей булавой, после чего тот превращается в яйцо, из которого вылупляются летучая мышь и змея.

Комплекс террасов

В медицине термин "комплекс Терсита" относится к пациентам, у которых есть очень незначительный дефект, но которые испытывают чрезмерную тревогу по этому поводу. Они часто обращаются к хирургам с просьбой исправить их "чрезмерно воспринимаемый" дефект. Врачи, как правило, не обращают внимания на жалобы и направляют их к психологам и психиатрам. Однако психотерапия часто отвергается или не дает результатов.