Анатомия критики: Четыре эссе Нортропа Фрая

Введение

«Анатомия критики: Четыре эссе» (Princeton University Press, 1957) – книга канадского литературного критика и теоретика Нортропа Фрай, в которой он пытается сформулировать всеобъемлющий взгляд на сферу, теорию, принципы и методы литературной критики, основанные исключительно на изучении литературы. Фрай сознательно избегает конкретной и практической критики, предлагая вместо этого классически вдохновленные теории модальностей, символов, мифов и жанров, которые он назвал «взаимосвязанным комплексом предположений». Литературный подход, предложенный Фраем в «Анатомии критики», оказал значительное влияние на десятилетия, предшествовавшие подъему деконструктивистской критики и других проявлений постмодернизма в американской академической среде примерно в 1980-х годах. Четыре эссе Фрая расположены между «Полемическим введением» и «Предварительным заключением». Эти четыре эссе озаглавлены «Историческая критика: Теория модальностей», «Этическая критика: Теория символов», «Архетипическая критика: Теория мифов» и «Риторическая критика: Теория жанров».

Введение в полемику

Целью введения является защита необходимости литературной критики, разграничение подлинной литературной критики от других форм критики и разъяснение различия между непосредственным восприятием литературы и систематическим изучением литературной критики. Существует ряд причин, по которым введение обозначено как «полемика». Защищая необходимость литературной критики, Фрай противопоставляет себя распространенному у Толстого и в романтической мысли представлению о том, что «естественный вкус» превосходит научное знание (и, как следствие, критику). Фрай также обвиняет ряд критических методов (например, марксистский, фрейдистский, юнгианский, неоклассический и др.) в воплощении детерминистской ошибки. Он не возражает против этих идеологий как таковых, но считает применение любой внешней, готовой идеологии к литературе отходом от подлинной критики. Это приводит к тому, что литературное произведение подчиняется личной философии критика, а авторы возвышаются или принижаются в зависимости от их соответствия этой философии. Другая задача – разграничить личный вкус и подлинную критику. Личный вкус слишком легко подвержен влиянию господствующей морали, ценностей и вкусов общества критика в данный исторический момент. Если вкус полностью подчиняется этим социальным силам, результат оказывается таким же, как и при сознательном принятии внешней идеологии, описанной выше. Однако даже если среди критиков существует консенсус относительно того, что произведения Джона Мильтона плодотворнее, чем Ричарда Блэкмора (как приводит пример Фрай), критик мало что добавляет, просто констатируя это. Иными словами, оценочные суждения мало способствуют содержательной критике. В противовес бессодержательной критике Фрай предлагает подлинную литературную критику, которая черпает свой метод из самой литературы. Литературная критика должна быть систематическим изучением литературных произведений, подобно тому, как физика изучает природу, а история – человеческие действия. Фрай исходит из явного предположения, что для возможности систематического изучения литературный корпус должен уже обладать системной природой. Фрай утверждает, что мы пока очень мало знаем об этой системе и что систематическое изучение литературы мало продвинулось со времен Аристотеля. Фрай завершает введение, обращаясь к слабостям своей аргументации. Он отмечает, что введение носит полемический характер, но написано от первого лица, чтобы подчеркнуть субъективность своих взглядов. Он признает, что последующие эссе могут дать лишь предварительный и, вероятно, неточный взгляд на систему литературы. Он признает, что делает широкие обобщения, которые часто окажутся ложными при рассмотрении конкретных примеров. Наконец, он подчеркивает, что, хотя многие испытывают «эмоциональное неприятие» схематизации поэзии, схематизацию следует рассматривать как аспект критики, а не как живое, личное, непосредственное переживание произведения – подобно тому, как геолог отвлекается от своей систематической работы, чтобы насладиться красотой гор.

The purpose of the introduction is to defend the need for literary criticism, to distinguish the nature of genuine literary criticism from other forms of criticism, and to clarify the difference between direct experience of literature and the systematic study of literary criticism. There are a number of reasons why the introduction is labeled as a "polemic". In defending the need for literary criticism, Frye opposes a notion common to Tolstoy and Romantic thought that "natural taste" is superior to scholarly learning (and by extension, criticism). Frye also accuses a number of methods of criticism (e. g. Marxist, Freudian, Jungian, Neo classical, etc.) as being embodiments of the deterministic fallacy. He is not opposed to these ideologies in particular, but sees the application of any external, ready made ideology to literature as a departure from genuine criticism. This results in subjecting a work of literature to an individual's pet philosophy and an elevation or demotion of authors according to their conformity to the pet philosophy. Another point is to distinguish the difference between personal taste and genuine criticism. Personal taste is too easily swayed by the prevailing morals, values and tastes of the critic's society at that point in history. If taste succumbs entirely to such social forces, the result is the same as that of consciously adopting an external ideology described above. Yet even if there is a consensus among critics that the works of John Milton are more fruitful than Richard Blackmore (to use Frye's example), a critic contributes little by saying so. In other words, value judgments contribute little to meaningful criticism. In place of meaningless criticism, Frye proposes a genuine literary criticism which draws its method from the body of literature itself. Literary criticism ought to be a systematic study of works of literature, just as physics is of nature and history is of human action. Frye makes the explicit assumption that in order for systematic study to be possible, the body of literature must already possess a systematic nature. Frye claims that we know very little about this system as yet and that the systematic study of literature has progressed little since Aristotle. Frye concludes his introduction by addressing the weaknesses of his argument. He mentions that the introduction is a polemic, but written in first person to acknowledge the individual nature of his views. He concedes that the following essays can only give a preliminary, and likely inexact, glimpse of the system of literature. He admits to making sweeping generalities that will often prove false in light of particular examples. Finally, he stresses that while many feel an "emotional repugnance" to schematization of poetry, the schematization should be regarded as an aspect of criticism, not the vibrant, personal, direct experience of the work itself—much as the geologist turns away from his or her systematic work to enjoy the beauty of the mountains.

Разное

Латинская надпись в начале, "Helenae Uxori", посвящена жене Нортропа, Хелен. Книга Бергсона "Смех" может предложить дополнительную перспективу на комедию. Эта книга выросла из введения к "Королеве фей" Спенсера: "введение к Спенсеру превратилось во введение в теорию аллегории", – отмечал Фрай (с. vii).