Введение

Английский политик XVI века, сэр Уильям Петре (ок. 1505 – 1572) (произносится Питер), был государственным секретарем при трех последовательных монархах династии Тюдоров: королях Генрихе VIII, Эдуарде VI и королеве Марии I. Он также исполнял обязанности государственного секретаря при Елизавете I. Получив юридическое образование в Оксфордском университете, он поступил на государственную службу, вероятно, благодаря влиянию семьи Болейн, одного из представителей которой, Джорджа Болейна, он обучал в Оксфорде, а другой – королевы Анны Болейн, второй жены короля Генриха VIII. Он быстро продвигался по службе и был посвящен в рыцари в 1543 году. Сэр Уильям Петре умело избегал острых религиозных противоречий того времени; в январе 1544 года он был назначен государственным секретарем. Он направлял государственную политику на протяжении всего неспокойного правления Генриха, обеспечив плавную смену власти в 1547 году. Он занимал высокие должности при Генрихе VIII, Эдуарде VI, Марии I и Елизавете I, пока, из-за ухудшения здоровья, не вышел в отставку и не поселился богатым человеком в своем поместье Ингатестоун в Эссексе, где построил Ингатестоун-холл. Его сыном был Джон Петре, 1-й барон Петре из Риттла, получивший пэрский титул в 1603 году. Последующие бароны Петре в основном исповедовали католицизм. Композитор Уильям Бёрд написал Паван и Галлиард для сэра Уильяма Петре, которые были опубликованы в сборнике «Парфения».

Происхождение

Родился примерно в 1505 или 1506 году, был старшим сыном Джона Петра из Тор-Ньютона, прихода Торбриан, графство Девон, и его жены Элис Коллинг, дочери Джона Коллинга из Вудленда, Девон. Род Петра обосновался в Тор-Ньютоне как минимум со времен правления короля Ричарда II (1377–1399). Джон Петре по профессии был кожевником, а оба его деда – франклинами (мелкими землевладельцами). Среди его братьев были: Джон Петре (умер в 1571 году), таможенный чиновник портов Дартмут и Эксетер в Девоне и член парламента от Дартмута в 1554 году; Ричард Петре, архидьякон Букингема; Роберт Петре, аудитор казначейства, памятник которому сохранился в церкви Ингатестон, графство Эссекс. В 1573 году он получил герб. В 1549 году он участвовал в комиссиях по инспекции Оксфордского университета с целью расследования ересей, по рассмотрению обвинений против лорда Сеймура из Сюдли и по суду над бывшим епископом Лондона Боннером. Он не принимал участия в суде над Боннером после первого дня, и поползли слухи, что он «переходит на другую сторону». 6 октября 1549 года Сомерсет направил его в совет, чтобы выяснить причину их собрания, хотя изначально он был сторонником протектора Сомерсета. Увидев, что они сильнее, он отвернулся от Сомерсета незадолго до его падения, подписав письмо совета лорду-мэру с осуждением протектора; четыре дня спустя он также подписал прокламацию против Сомерсета. К 1550-м годам он достиг большого благосостояния. Он был не только государственным секретарем, но и обладал множеством других доходных должностей, таких как хранитель земель епископа Винчестера. Он пользовался многими привилегиями, включая бесплатное питание и проживание при дворе. В феврале 1550 года он был отправлен в Булонь для переговоров об условиях мира с Францией, а в мае следующего года обменялся ратификационными грамотами в Амиене. Уильям Петре описывается как любезный и обходительный, но в то же время сдержанный и решительный, немногословный. В том же году он был казначеем Первых плодов и десятин и одним из комиссаров по проверке епископа Винчестерского Гардинера; его также отправили в Нью-Холл, Эссекс, с просьбой к принцессе Марии явиться ко двору или сменить место жительства. В 1551 году Уильям написал письмо Уильяму Сесилу из Ингатестона, выражая дружеские чувства, сожалея о его болезни, благодаря за присланную книгу и сообщая, что его дети, когда смогут, пришлют ему доказательства своих успехов; позже он снова написал, чтобы поздравить Сесила с выздоровлением. В 1551 году сэр Уильям вместе с лордом Ричем из Ли служил агентом совета, предупреждая принцессу Марию о недопустимости проведения мессы в Нью-Холле, Борехеме и Коппед-Холле, недалеко от аббатства Уолтхэм, ее поместьях в Эссексе. В сентябре 1551 года он был прикован к постели в Ингатестон-холле и не смог отправиться ко двору. У него было еще много дел, в том числе незначительная жалоба графини Саутгемптон, которую сэр Уильям переслал Уильяму Сесилу, рекомендовав удовлетворить ее просьбу: «Джейн, графиня Саутгемптон, жалуется, что ее учитель французского языка для детей, Хиром Колас, покинул ее службу, и просит принудить его вернуться». В октябре он был назначен для переговоров с немецкими послами о предложенном протестантском союзе, а в декабре вошел в состав комиссии по взысканию королевских долгов.

Государственный секретарь Марии I

Поскольку здоровье молодого Эдуарда VI ухудшалось, возникла необходимость определить, что следует предпринять после его смерти, и в мае 1553 года по указанию короля и Тайного совета был составлен мемориал, подписанный сэром Уильямом Петром, ограничивающий порядок престолонаследия в интересах леди Джейн Грей и протестантов. Через два месяца Эдуард VI скончался, и у Марии оказалась влиятельная поддержка. 20 июля он, как и большинство членов совета, объявил о поддержке Марии, а мемориал, написанный рукой сэра Уильяма, был отложен. Он оставался в Лондоне в течение следующих нескольких дней, занимаясь канцелярскими делами, но его жена присоединилась к Марии и вместе с ней въехала в Лондон. Петра был связан с наиболее неблагоприятными действиями совета в отношении Марии, и его положение поначалу было неустойчивым. Он вновь начал посещать заседания совета 12 августа, но в сентябре поползли слухи о его отставке. Однако 26 сентября он был назначен канцлером Ордена Подвязки, и королева поручила ему отменить новые правила, установленные во время предыдущего правления. Он еще больше расположил к себе Марию своим усердием в выявлении соучастников восстания Уайата и поддержкой испанского брака. Петре теперь посвятил себя исключительно своим служебным обязанностям, редко пропускал заседания совета и часто привлекался к консультациям с иностранными послами. Он согласился с восстановлением старой религии и принял активное участие в приеме кардинала Пола и церемониях, связанных с освобождением Англии от вины ереси. Подобно тому, как Петре согласился с Реформацией при Генрихе VIII, так и теперь он согласился с восстановлением папской власти и римского богослужения, и был одним из главных участников приема кардинала Пола, прибывшего с папским посланием. Обладая обширными церковными владениями, сэру Уильяму было необходимо поддерживать хорошие отношения с новыми религиозными властями; кардинал Пол прибыл с инструкцией не слишком строго подходить к вопросу о восстановлении аббатских земель. Мария одобрила им разработанную схему. С большой ловкостью Уильяму удалось получить «Быка подтверждения», подтверждающего его владение землями, полученными в результате роспуска монастырей. Папа Павел IV выдал его 27 ноября 1555 года. Считается, что это уникальный документ. Сэр Уильям также был освобожден от церковного отлучения, наложенного на Генриха VIII. Ему было разрешено сохранить свои земли, но его призвали учредить благотворительный фонд и обеспечить пенсии нуждающимся жителям Ингатестона, которые были лишены обычных подаяний от монастырей в результате массового роспуска и разрушения, в значительной степени благодаря содействию самого Уильяма Петра. Эта булла – объемный документ, в котором перечислены все церковные земли, приобретенные сэром Уильямом Петром, и цены, которые он за них заплатил. Именно в Ингатестон-холле, где королева Мария остановилась по пути в Лондон после восшествия на престол, Петре был приведен к присяге в качестве ее секретаря; и здесь же Уильям Сесил выразил ей свое послушание, поцеловал ее руку, но лишился должности секретаря, которую он разделял со своим старшим коллегой. Петре был одним из советников, отправленных для допроса принцессы Елизаветы в Тауэре по поводу восстания Уайата (во время которого Петре собрал небольшой отряд для королевы). Он также помог договориться о браке Марии. Этот шаг был мудрым для человека, владеющего столь значительными церковными владениями, и его проницательность быстро позволила ему стать столь же незаменимым для Марии, как он был для ее отца и брата. Он горячо поддерживал брак с испанским принцем Филиппом и вскоре стал регулярно консультироваться с епископом Гардинером по вопросам государственной политики. Он активно участвовал в раскрытии лиц, причастных к восстанию сэра Томаса Уайата, которое произошло в начале 1554 года с целью предотвращения брака Марии и возведения на престол Елизаветы. После захвата Уайата сэр Джон Борн пишет из Тауэра секретарю Петру, сообщая, что он пытается заставить сэра Томаса Уайата признаться в причастности леди Елизаветы и ее слуги сэра Уильяма Сент-Лу к этому делу; но сэр Томас Уайат ничего не признал, и Елизавета, хотя и была некоторое время заключена в тюрьму, осталась в живых. В июле 1554 года Филипп прибыл в Англию и женился на Марии. В следующем году Петре посетил двор и написал оттуда графу Девонширу в июле, что час королевы ожидается ежедневно. К 1556 году его доход составлял 3353 фунта стерлингов при весьма скромных личных расходах; он написал Николасу Уоттону, декану Кентерберийскому, с просьбой, чтобы Уоттон занял его место в качестве государственного секретаря, поскольку сам он сильно ослаб здоровьем. По его совету Мария в 1557 году запретила прибытие папского посланника, посланного для передачи легатной власти Уильяму Петто вместо Пола; он отвечал за прием первого русского посла в Англии. Однако к концу года, из-за ухудшающегося здоровья, он перестал быть секретарем. Вместе с сэром Уильямом Гаррардом и Саймоном Лоу он был исполнителем завещания Мориса Гриффита, епископа Рочестерского, и все трое были скорбящими на его похоронах. В результате этого трое из них сыграли роль первоначальных попечителей при основании школы Фрайерс в Бангоре.

Правление Елизаветы I

В первое десятилетие после «Акта о престолонаследии» 1559 года католики пользовались широкой терпимостью и сохраняли свои должности, хотя их число постоянно сокращалось. Снова, чтобы удержать свое место, сэру Уильяму пришлось сменить веру, как и многим другим, но он старел – у него было все желаемое имущество, здоровье его ухудшалось, и политика больше не привлекала его так, как в молодости. После восшествия Елизаветы на престол Петре был одним из тех, кому поручили вести все дела перед коронацией королевы, и он продолжал участвовать в различных государственных делах, однако его посещения совета стали менее частыми. В марте 1559 года он писал Уильяму Сесилу, что готов предстать к нему при дворе, если потребуется, но просил освободить его от этой обязанности из-за болезни ноги. Тем не менее, он все еще исполнял обязанности заместителя секретаря Сесила летом 1560 года, когда Сесил находился в Шотландии. Однако впереди у него еще были долгие годы государственной службы. В те годы он часто жил в Ингатестон-холле, и в 1561 году оттуда писал о португальских ограничениях для английских купцов в Индии. Одной из последних общественных обязанностей Петре было принятие на себя опеки над леди Кэтрин Грей в Ингатестон-холле в 1564–1566 годах. Кэтрин, младшая сестра несчастной леди Джейн, вышла замуж за графа Герфорда без согласия королевы Елизаветы, что привело ее в ярость. Похоже, забота о ней стала последним государственным поручением Уильяма Петре: с 1566 года он практически вышел в отставку и посвятил себя своим благотворительным учреждениям. Он снова писал Сесилу, что слишком болен для поездок за границу, хотя и оправился от лихорадки, и хотел уйти на покой «в мой скромный дом в Ингатестоне», где, по его мнению, свежий воздух пойдет ему на пользу.

Наследие

Значительная часть состояния Петра была потрачена на благотворительность; он основал богадельни в Ингатестоне и учредил стипендии для колледжа Всех Душ в Оксфорде. Он был одним из первых управляющих школой короля Эдуарда VI в Челмсфорде. Ашам пользовался его покровительством, за которое, как говорят, отблагодарил Петра, посвятив ему свой труд «Osorius de Nobilitate Christiana». Главными его благодеяниями были по отношению к Эксетерскому колледжу в Оксфорде (чьи гребные восьмерки до сих пор носят его имя), что дает ему право считаться его основателем; он пересмотрел устав колледжа, увеличив количество его членов. О его неизменной привязанности к колледжу, давшему ему начальное образование, свидетельствуют щедрые дары, которые он делал. В 1566 году он учредил семь стипендий, названных Петреанскими, а на следующий год – еще одну, кандидатов на которую он или его наследники выбирали из графств Девон, Сомерсет, Дорсет, Оксфорд, Эссекс и других графств Англии, где он владел землями и наследством. Для обеспечения этих стипендий он передал четыре оксфордские ректории (которые обошлись ему в 1376 фунтов стерлингов) и четыре прихода (Кидлингтон, Мертон, Саут-Ньюингтон и Ярнтон) с годовым доходом в 91 фунт стерлингов. В своем завещании он выделил еще 40 фунтов стерлингов на ту же цель, к которым леди Петре, его вдова, и его сын и наследник Джон добавили по 40 фунтов стерлингов каждый. Он был страстным коллекционером книг и подарил многие из них библиотеке Эксетерского колледжа. Ему также удалось получить для колледжа новые и выгодные уставы от епископа Эксетерского и хартию от королевы, дающую колледжу статус юридического лица. На его портрете, висящем в зале Эксетерского колледжа, есть надпись: Octo socios cum terries addidit AD 1566 et multos Libros Bibliothecae contulit. Вероятно, его щедрость по отношению к Эксетеру вдохновила его дочь Дороти и ее мужа Николаса Уадхема на основание нового колледжа Уадхема в Оксфорде.

Второй брак

В марте 1542 года Петре вторично женился на Энн Браун (ок. 1509 – 10 марта 1582), вдове Джона Тиррелла (умер в 1540 году), от которой у него было трое сыновей и две дочери:
Джон Петре, 1-й барон Петре (1549–1613), женившийся в 1570 году на Мэри Вальдегрейв (умерла 2 августа 1604 года). Двое сыновей, умерших в юном возрасте. Кэтрин Петре, вышедшая замуж за Джона Талбота из Графтона, графство Вустершир. Томасина Петре, вышедшая замуж за Лодовика Гревилла, сына сэра Эдварда Гревилла из Милкота; от него у нее был сын, сэр Эдвард Гревилл.

Известные потомки

Милдред Мэри Петре, известная как миссис Виктор Брюс (1895–1990) – рекордсменка в автогонках, гонках на скоростных катерах и авиации в 1920-х и 1930-х годах.