Введение
Письма об англичанах (или Письма об английской нации; французский: Lettres philosophiques) – это серия эссе, написанных Вольтером на основе его опыта жизни в Великобритании между 1726 и 1729 годами. Книга впервые была опубликована на английском языке в 1733 году, а затем на французском в следующем году, где была воспринята как критика французской системы правления и быстро запрещена. Переработанное издание вышло на английском языке в 1778 году под названием Lettres philosophiques sur les Anglais (Философские письма об англичанах). Большинство современных английских изданий основаны на версии 1734 года и обычно используют название Philosophical Letters – прямой перевод названия этой версии. В некотором отношении эту книгу можно сравнить с «Демократией в Америке» Алексиса де Токвиля, в том, как она льстиво представляет нацию самой себе глазами постороннего наблюдателя. Описания Вольтером аспектов английской культуры, общества и государственного устройства часто представлены в более благоприятном свете по сравнению с их французскими аналогами.
Letters on the English (or Letters Concerning the English Nation; French: Lettres philosophiques) are a series of essays written by Voltaire based on his experiences living in Great Britain between 1726 and 1729. The book was published first in English in 1733 and then in French the following year, where it was seen as an attack on the French system of government and was rapidly suppressed. A revised edition appeared in English in 1778 as Lettres philosophiques sur les Anglais (Philosophical Letters on the English). Most modern English editions are based on the one from 1734 and typically use the title Philosophical Letters, a direct translation of that version's title. In some ways, the book can be compared with Democracy in America by Alexis de Tocqueville, in how it flatteringly explains a nation to itself from the perspective of an outsider, as Voltaire's depictions of aspects of English culture, society and government are often given favourable treatment in comparison to their French equivalents.
Религия
Вольтер впервые обращается к религии в Письмах 1–7. Он конкретно говорит о квакерах (1–4), англиканцах (5), пресвитерианцах (6) и социанцах (7). В Письмах 1–4 Вольтер описывает квакеров, их обычаи, верования и историю. Он ценит простоту их ритуалов. В частности, он хвалит их отсутствие крещения («мы не считаем, что посыпание водой на голову ребенка делает его христианином»), отсутствие причастия («“Как! Нет причастия?” – спросил я. – “Только духовного”, – ответил он, – “сердечного”»), и отсутствие священников («“У вас нет священников?” – спросил я его. – “Нет, нет, друг”, – отвечает квакер, – “к нашему великому счастью»), но все же выражает обеспокоенность относительно манипулятивной природы организованной религии. Письмо 5 посвящено англиканской религии, которую Вольтер благоприятно сравнивает с католицизмом («Что касается морали английского духовенства, она более строгая, чем у французского»), но он критикует то, как она сохранила католические ритуалы, в частности («Английское духовенство сохранило большое количество римских церемоний, и особенно получение десятины с самым скрупулезным вниманием»). В Письме 6 Вольтер нападает на пресвитериан, которых он считает нетерпимыми («Пресвитерианин надменно вышагивает, нахмуривается, носит широкополую шляпу и длинный плащ поверх очень короткого кафтана, проповедует через нос и называет имя Вавилонской блудницы все церкви, где служителям посчастливилось получать годовой доход в пять или шесть тысяч фунтов, и где люди достаточно слабы, чтобы это терпеть и давать им титулы моего лорда, вашего лордства или вашего превосходительства») и чрезмерно строгими («В Лондоне по воскресеньям не разрешены оперы, пьесы или концерты, и даже карты запрещены настолько строго, что в них играют только люди знатного происхождения, которых мы называем вельможами; остальная часть нации идет в церковь, в таверну или к своим любовницам»). Наконец, в Письме 7 он говорит о «социнианцах», чья система убеждений в некоторой степени связана с собственной деистической точкой зрения Вольтера. Вольтер утверждает, что, хотя в эту секту входят некоторые из самых важных мыслителей того времени (включая Ньютона и Локка), этого недостаточно, чтобы убедить простого человека в ее логичности. По словам Вольтера, люди предпочитают следовать учениям «жалких авторов», таких как Мартин Лютер, Иоанн Кальвин или Гюльдрих Цвингли.
Политика
В письмах 8 и 9 Вольтер рассуждает об английской политической системе. В письме 8 речь идет о британском парламенте, который он сравнивает с Римом и Францией. По отношению к Риму Вольтер критикует тот факт, что Англия вступала в войны по религиозным мотивам (чего не делал Рим), но при этом хвалит Англию за служение свободе, а не тирании (в отличие от Рима). По отношению к Франции Вольтер отвечает на французскую критику относительно казни Карла I, подчеркивая британскую систему правосудия в отличие от прямых убийств императора Священной Римской империи Генриха VII или Генриха III Французского, а также многочисленных покушений на Генриха IV Французского. В письме 9 Вольтер кратко излагает историю Великой хартии вольностей, говорит о равноправии перед законом и о порядке взимания налогов.
Торговля и коммерция
В 10-м письме Вольтер восхваляет английскую торговую систему, ее преимущества и то, что она приносит английской (с 1707 года британской) нации. По мнению Вольтера, торговля в значительной степени способствовала свободе английского народа, а эта свобода, в свою очередь, содействовала расширению коммерции. Именно торговля обеспечила Англии ее морское богатство и могущество. Помимо этого, Вольтер использует возможность высмеять немецких и французских дворян, пренебрегающих подобной деятельностью. Для Вольтера предприниматель, "способствующий счастью мира", важнее дворянства.
Медицина
В письме 11 Вольтер отстаивает английскую практику оспы, которая вызывала широкое недоверие и осуждение в континентальной Европе. Это письмо, вероятно, является ответом на эпидемию оспы 1723 года в Париже, унесшую жизни 20 000 человек.
Известные британцы
В 12-м письме говорится о Фрэнсисе Бэконе, авторе «Novum Organum» и отце экспериментальной философии. Письмо 13 посвящено Джону Локу и его теориям о бессмертии души. В письме 14 британский философ Исаак Ньютон сравнивается с французским философом Рене Декартом. После смерти Ньютона в 1727 году, Декарт был упомянут в его сравнении в надгробной речи, произнесенной французским философом Фонтенелем. Хотя британцы не оценили этого сравнения, Вольтер утверждает, что Декарт также был великим философом и математиком. Письмо 15 посвящено закону всемирного тяготения Ньютона. Письмо 16 рассказывает о работах Ньютона в области оптики. В письме 17 обсуждаются работы Ньютона в области геометрии и его теории хронологии истории.
Искусство
В 18-м письме Вольтер рассуждает о британской трагедии, в особенности о творчестве Уильяма Шекспира. Вольтер представляет своим читателям знаменитый монолог "Быть или не быть" из "Гамлета" вместе с переводом на французский стих, написанным рифмами. Он также приводит отрывок из Джона Драйдена и его перевод. В письме 19 Вольтер обращается к британской комедии, упоминая Уильяма Уайчерли, Джона Ванбру и Уильяма Конгрева. В письме 20 кратко говорится о изящной словесности, создаваемой представителями знати, включая графа Рочестера и Эдмунда Уоллера. В письме 22 упоминаются стихи Джонатана Свифта и Александра Поупа. В письме 23 Вольтер утверждает, что британцы гораздо больше почитают и материально поддерживают своих писателей, чем французы. В последнем письме, письме 24, обсуждается Лондонское королевское общество, которое он сравнивает не в пользу с Французской академией.
Философия
В письме 25, которое не входило в оригинальные двадцать четыре, Вольтер критикует определенные идеи Блеза Паскаля, используя цитаты из его "Мыслей" и высказывая собственное мнение по тому же вопросу. Наиболее существенное различие между этими двумя философами заключается в их понимании природы человека. Паскаль подчеркивает жалкий аспект человеческого существования, необходимость заполнять пустоту жизни развлечениями, тогда как Вольтер придерживается оптимистических взглядов эпохи Просвещения.